Это мы

Это ты. Приподнимаясь на цыпочки, ты смотришь в зеркало. Взлохматив чёлку, пытаешься выбрать из волос застрявшие листья; на щеке — след от лягушачьей лапы. Фроггит выпрыгнул на тебя из-за угла так внезапно, что ты пропустил первый удар, прежде чем одолеть монстра. Зажевал потом конфетой; хотел взять всего парочку, но я шепнул тебе на ухо: «Бери ещё». Бери, сколько унесёшь — я угощаю. А ты, неумеха, разбил банку. Разбил банку, потоптался по золотым цветам, сломал ловушку, прихлопнул хныкающую мошку, убил лягушку, которая тебя так напугала. Чего только не натворит ребёнок от испуга. Монстры не страшны тому, кто сильнее их. Это ты усвоил очень быстро. И решил зачистить Руины, чтобы ни один шальной Фроггит больше на тебя не напал. Ты машешь палкой — я считаю. Три. Два. Один. И больше никто не придёт, чтобы ранить тебя. Теперь ты в безопасности.

***

Это ты. По холодной реке бегут волны, смазывая отражение; ты глядишь в воду, касаешься пластыря на щеке. Отрываешь его, кладёшь в карман. Вместо него повязываешь на голове найденную бандану. Полощешь в воде тупой нож, который ты подобрал ещё в Руинах. Смываешь с него прах. Монстры коварны и вероломны, они вовлекают тебя в издевательские игры, а на деле желают лишь смерти. Ты не поддаёшься на их уловки. После Руин ты больше не боишься. Ты знаешь, что они смертны — даже самые грозные и могущественные. На их мордах такое изумлённое выражение, когда тупое лезвие входит в их тело, как в мякоть ирискового пирога. Ты проводишь рукавом по клинку, вытирая от влаги. Всматриваешься, но металл тусклый, почти не бликует. «Нужно найти что-нибудь получше». Согласен, партнёр. Попробуй эти перчатки. Ты машешь кулаками — я считаю. Осталось пять. Когда их не станет, можно двигаться дальше. Они не смогут тебя остановить.

***

Это ты. Светящиеся грибы мерцают, быстро гаснут, и в полумраке отражение в голубых водах едва заметно. Ты скользишь рассеянным взглядом по очертаниям знакомого лица и идёшь дальше — каждый шаг в такт с переливчатым звоном капель. Продираешься сквозь заросли, петляешь по лабиринту, заглядываешь в самые дальние пещеры. Намеренно ищешь встречи с монстрами. Охотишься — и в то же время скрываешься от охотника. Когда страх отступил полностью, появился азарт. Ты думаешь, что раскусил этот мир: сильный убивает слабого, чтобы одолеть сильнейшего. И ты готовишься к неизбежной битве с продуманной тщательностью. Вламываешься в лавку и забираешь весь товар, не слушая ворчание старика. Осматриваешь трофеи. Стёкла очков прозрачные, но, надев их, с обратной стороны ты видишь отражение зрачков. Щуришься, пытаясь сфокусироваться. Забавный ты, партнёр. Побуду пока твоими глазами. Я могу видеть и в полной темноте. Ты машешь пуантами — я считаю. И ты считаешь со мной, шевеля губами и переступая через ещё одну кучку праха. Эта игра такая увлекательная, правда?

***

Это ты. Трубы и выгнутые экраны искажают отражение, растягивают и преломляют до неузнаваемости. Ты видишь в отражениях монстров — и бьёшь прежде, чем они успевают опомниться. Бьёшь механически, от ответных атак уклоняешься на автомате. Бьёшь — и идёшь дальше, не оборачиваясь. Не слыша, что они кричат. Не видя, как искажаются от страха и боли их морды. Один раз тебе попадается особо крепкий орешек — ты получаешь магическим шаром по лицу, но даже не думаешь прервать бой, чтобы вылечиться. Минус один. Ты прикладываешь холодное дно сковородки к щеке, остужаешь боль — и ты даже порядком удивлён, что ещё можешь её чувствовать. Потому что страха ты не ощущал уже давно. Да и азарт порядком поутих. Косишься на эмалированную поверхность, отлипаешь от неё и протираешь рукавом — она помутнела от пара и прикосновения к твоей коже. Теперь ты почти можешь видеть себя в её отражении — перевёрнутом, но вполне различимом. Ты машешь сковородкой — я считаю. Тебе начинает надоедать наша рутина. Потерпи, партнёр. Осталось совсем чуть-чуть. Оно того стоит, обещаю.

***

Это ты. Зеркало висит на том же месте, что и в Руинах, но ты не подходишь к нему: знаешь, что не увидишь ничего нового. Бросаешь взгляд лишь мельком и заглядываешь в соседнюю дверь — на полу лежит несколько подарочных свёртков, и ты моментально вскрываешь их. Тебе всё равно, кому они предназначались. Ты берёшь то, что хочешь, и ходишь, где вздумается. Все дрожат в ужасе перед тобой; ты перестал обращать внимание на их страх ещё сорок монстров тому назад. Достаёшь нож — настоящий, а не дешёвую подделку. Пробуешь край на остроту и тут же суёшь порезанный палец в рот. Улыбаешься. Я рад, что тебе он нравится. Между прочим, это мой нож. Присмотрись. На гладкой, зеркально отполированной поверхности лезвия ты ловишь мой взгляд. Это м_ы. Возьми меня за руку, партнёр. Пойдём, досчитаем до конца. Ты крепко сжимаешь рукоять ножа.