Это все

Это все,что останется после меня

Был осенний вечер,прохладный и с лёгким дождем.Джисон сидит на своей кровати в комнате общежития, слегка покачивая ногой и поглядывая на часы. Он уже разложил книги на столе, но так и не смог сосредоточиться на учебе, ожидая возвращения лучшего друга. Они вместе живут в этой тесной комнате уже несколько месяцев, и за это время стали почти как братья. Окна были приоткрыты, и вечерний воздух наполнял комнату легкой прохладой. Вокруг царила привычная студенческая атмосфера: слегка разбросанные вещи, плакаты на стенах, но главное — чувство уюта, которое они создали вместе. Обычно они обсуждают всё: учебу, жизнь, мечты, и Джисону не терпелось снова услышать знакомый голос друга после долгого дня. Когда дверь комнаты медленно открылась, и Хан увидел своего друга на пороге, усталого, но явно довольного прогулкой, его лицо тут же озарилось теплой улыбкой. Он вскочил с кровати, слегка раскинув руки в стороны, как будто собирался обнять друга, но оставил этот жест на потом. — Наконец-то ты вернулся! — весело воскликнул Джисон, в голосе слышались нотки радости и облегчения. — Как погулял? Его глаза светились добротой, и в улыбке читалось искреннее счастье видеть друга. Он кивнул головой в сторону стола, где уже стояла кружка с чаем, приготовленная специально для него. — Я тут тебе чай сделал, чтоб ты согрелся, — добавил он с дружеской заботой, пододвигая кружку ближе. — спасибо, Хан. Через пару минут парни сели за стол, чьи поверхности были заставлены учебниками и ноутбуками, но сейчас это не имело значения. Перед ними стояли две кружки с горячим чаем. Хан сделал первый глоток, почувствовав, как аромат травяного настоя расслабляет его, и перевёл взгляд на своего друга. — Так что, как прогулка? — начал тот, поигрывая ложкой в своей кружке. Минхо отхлебнул немного чая и ответил, слегка улыбнувшись: — Да нормально, просто решил проветриться. Много гулял, заодно пару дел сделал. Разговор завязался на привычные темы — учеба, планы на выходные, и тут Джисон заметил, что Ли стал как-то не в своей тарелке. Его друг выглядел чуть напряжённым, хоть и старался вести себя непринуждённо. Он не подавал виду, но внутри у него возникли вопросы. Минхо редко бывал таким молчаливым. — Знаешь, что-то я устал, — внезапно сказал Мин, сделав последний глоток чая. — Пожалуй, пойду спать пораньше. Джисон в ответ нахмурился, но кивнул. — Рано что-то для тебя, — с легкой усмешкой заметил он, но в голосе не было упрека, скорее удивление. Минхо лишь неопределенно пожал плечами, избегая взгляда Джисона, и быстро забрался под одеяло. Комната на мгновение наполнилась тишиной, и Хан сидел в задумчивости, глядя на полупустую кружку друга. Что-то было не так, но он решил не давить, чувствуя, что разговор на эту тему еще впереди. *** Однажды Хан, убираясь в комнате, случайно наткнулся на стопку книг и старых музыкальных дисков, аккуратно сложенных на полке Ли. Это количество книг и дисков всегда удивляло его, но раньше он не придавал этому значения. Однако в тот день любопытство пересилило, и он решил спросить. — Хо, зачем тебе столько книг и дисков? Ты ведь никогда не говорил, что увлекаешься музыкой или так много читаешь, — с лёгкой улыбкой поинтересовался Джисон, ожидая, что друг рассмеется или начнет объяснять свои странные коллекции. Тот, как обычно спокойный и задумчивый, остановился на мгновение, посмотрел на младшего, но на этот раз его глаза будто скрывали что-то большее, чем просто очередную шутку или загадку. Он не ответил сразу, лишь слегка улыбнулся, но эта улыбка была какой-то иной — словно прощальная. — Ты скоро всё поймёшь, — тихо сказал он, избегая взгляда Хана. Ли аккуратно закрыл рюкзак, быстро накинул куртку и направился к двери. — Эй, куда ты? — воскликнул Джисон, слегка озадаченный и обеспокоенный столь странным поведением друга. Старший обернулся на секунду, лишь снова улыбнулся, как будто прощаясь не только с Ханом, но и с чем-то большим, что всегда было между ними, и тихо ушёл из комнаты. Дверь за ним закрылась, и в комнате осталась только тишина и полки, полные книг и дисков. Прошли дни, но Ли больше не появлялся. Хан всё ещё сидел в своей комнате, пытаясь понять, что же на самом деле произошло в тот день. *** Прошла неделя с тех пор, как Минхо исчез. Джисон всё это время пытался понять, что случилось с его лучшим другом. Каждый день он ловил себя на мысли, что вот-вот услышит его голос или увидит, как тот возвращается в комнату с очередной прогулки. Но этого не происходило. Однажды утром, когда Хан уже начал привыкать к пустоте в комнате, к нему пришло письмо. Конверт был простой, без обратного адреса, но почерк, написанный на нем, был до боли знаком. Джисон нервно вскрыл его, чувствуя, как сердце замерло в груди. Внутри лежал сложенный лист бумаги. Он развернул письмо и прочел:

*"Джисон, если ты читаешь это письмо, значит меня больше нет. Я уехал в больницу на лечение, но, видимо, мне не суждено было вернуться. Я не хотел говорить тебе, чтобы ты не переживал и не смотрел на меня с жалостью — ты всегда был мне как брат, и мне хотелось, чтобы ты запомнил меня таким, каким я был рядом с тобой.*

*Все эти книги и диски, которые ты, наверное, замечал, — это всё, что останется после меня. Это не просто вещи, это части меня, мои мечты, мои мысли, моя жизнь. Но единственное, что я по-настоящему заберу с собой — это моя любовь к тебе, Джисон.*

*Я не мог этого сказать при жизни, потому что не знал, как ты отреагируешь, и, возможно, боялся твоего ответа. Но теперь, когда меня нет, я хочу, чтобы ты знал: ты был для меня больше, чем просто друг.*

*Спасибо тебе за всё. Живи так, как мы мечтали, и храни эти книги и диски. Пусть они напоминают тебе обо мне.*

Твой Минхо."*

Руки парня задрожали, когда он дочитал письмо. Он медленно опустил его на колени, не в силах сдержать нахлынувшие эмоции. Письмо казалось нереальным, как будто всё это был дурной сон. Комната вдруг показалась слишком пустой и холодной. Полки с книгами и дисками теперь обретали новый смысл — они были всем, что осталось от его друга. Джисон почувствовал, как слёзы начинают жечь его глаза. Он сидел, сжимая письмо в руках, и только одно слово звучало в его голове: Минхо.