Вы когда-нибудь мечтали стать лучшей версией себя?

«Я стану лучшим в мире футбола». Те мысли преследовали его с самого утра, стоило ему только открыть свои уставшие глаза. Делая утреннюю зарядку своим худым и слабым телом, он невольно принял тот факт, что для будущего совершенствования в Блю Локе, ему придётся начать работать над ним уже сейчас. Он помнит примерную планировку тренировок безумного Эго и его принципы, однако, без должного оборудования, это будет весьма проблематично. — Йо-чан, ты уже встал? Иди кушать! — Да, мам, только зубы почищу! Ах, наверное, это кинцуба. Он почесал свои глаза, — сидеть в телефоне весь вечер было неразумно, но теперь он подписан на всех, кто участвовал в Лиге Нео-Эгоистов! (А еще стал главным хейтером Кайзера и Несса). Исаги не знает, стоит ли злиться раньше нужного на немцев, еще до самой встречи, ведь по сути лично ему они не сделали в общей сложности ничего, пока что. Не будет ли это слишком? Живя в обществе немцев, невольно, но выучиваешь пару слов на другом языке: кто-то из Бастарда научил его парочкой фраз на немецком, если коротко, «Как послать Кайзера на три буквы». Честно, он даже выучил новые слова, которые и духом не проходились в японском. Да, пожалуй, послать его сразу при встрече — будет маленькой сладкой местью, которую тот заслужил. Пичкая розовую зубную пасту на свою щетку, Исаги ужаснулся, что все его мысли до ванны занимал Кайзер. Какой кошмар!!! Чем действительно стоит беспокоиться — его нынешнем положением. Он все еще не привык к такому неожиданному броску в прошлое, и все еще задается вопросом, как жить дальше. Пока что он еще не нарушал никакой канон, действуя точно также, как и было в те далекие времена. И хоть он делал это непрофессионально, главное, что всё шло, как и должно было. Однако, он не может просто взять и повторить свою судьбу точно также второй раз! Но он еще не знает, какое именно наказание придумает этот мир, когда он нарушит ход событий в другую сторону. Если он не даст Кире вылететь в первом раунде, то кто станет этим бедолагой? Ведь Кира, как выяснилось, не настоящий эгоист, вдруг после этого каким-нибудь образом в Блю Локе не заинтересуется почти весь мир и Лиги Нео-Эгоистов вовсе не будет?! Делая пару страшных выводов, возможных вариантов и исходов событий, он ополаскивает свой рот, моет лицо и быстрыми шагами идёт на первый этаж, чтобы наконец начать завтрак. Как оказалось, это действительно было его любимое блюдо — кинцуба! Немного ранее, за вчерашнем ужином, он попросил его мать готовить кицубу и все, что он любит, потому что он не знает, когда его отбросит снова в прошлое. А вдруг он испортит прошлое своим будущим, и мир покатиться к чертям? Он должен переесть свои любимые блюда прежде, чем умрет, чтобы ни о чем не жалеть! Видя, что её сын погрузился в мысли, его мать окликнула Исаги: — Милый, всё в порядке? Ты ковыряешься в бобах уже минуту. Он распахнул глаза и взглянул вниз, взаправду, его палочки путались в разбросанных овощах кинцубы, а со стороны это выглядело еще хуже! Где же это видано, чтобы сам Исаги Йоичи не уплетал кинцубу за троих?! Он растерянно ответил, глядя в разные стороны: — Всё в порядке, мама! Просто, мы вчера проиграли, и… мне чуть-чуть грустно из-за этого. Изначально он проснулся с веселой мысли о том, что его приняли в Блю Лок, но через пару минут загрустил из-за вчерашнего: сейчас было тоже самое, но совсем по другим причинам! Кажется, ему понадобиться психолог, чтобы обуздать весь этот вихрь со вчера. — О, ладно, просто дай знать, что что-то не так, хорошо, Йо-чан? — Его мама тепло улыбнулась и ободряюще похлопала его по плечу. — И не волнуйся так! Твоя карьера футболиста еще же не окончилась, верно? Верно. Впереди его ждёт еще много потерь и невзгод, но с такой мамой и кинцубой он сможет побороть их. Даже если придётся растоптать в грязь своих презренных противников.

____

Поход в продуктовый магазин на углу был трудной задачей, учитывая, что он сразу её запорол, взяв на лету больше денег, чем надо было из маминого кошелька. Он не виноват, что цены были на целое состояние ниже! Впрочем, теперь он может прикупить себе что-нибудь дополнительное, это ведь не повлияет на будущее? Хотя если такие мелочи будут считаться, то, кажется, в выборе, стать ненормальным или стать прошлым «я», одержит победу первое… Он медленно проходил через ряды конфет, выбирая себе сладость на вкус и цвет. «Сникерс, Милкивей, Киндер, Мальтезерз, Милка… О! Кислые мармеладки!». То, что нужно для полного счастья, это однозначно кислючки. Не торопясь и подходя к кассе, он шарится в карманах, чтобы достать свой старый кошелек с Ноэлем Ноа (кто бы сомневался). Кладя на ленту пачку мармеладок и сладкую булочку, он пытается вспомнить, что делал после этого. Признаться честно, он не помнит и не должен помнить, каждое свое следующее движение, — остается только заняться своими делами, молясь, чтобы ничего особо не изменилось. Например, пойти на спортивную площадку! — С вас N-иен. Ему улыбается кассир, выжидающе смотря на него. Посчитав нужную сумму, Исаги благодарит продавца и устремляется бегом на улицу. Его встречают свежий воздух и солнечные лучи, ярко ослепляя неподготовленные для такого глаза. Утренняя заря, появляющееся солнце, которое нагревает землю, и поющие птички: какая идиллия! Зеленые листья деревьев шелестят на ветках, то тёплый ветерок раздувает их, разгоняясь так, словно пытаясь стать холодным. На улицах не так много людей и машин, ведь еще рано для обычной прогулки в воскресенье, но не для Исаги. Его ежедневная рутина — это базовая пробежка вдоль домов района и отдых где-нибудь в теньке у озера. Медленная атмосфера природы потихоньку затягивает парнишку, бег превращается в ходьбу, а мысли вращаются с меньшей скоростью, — мозг поддается спокойному окружению Исаги, и тот блаженно расслабляется. Подобные пейзажи раннего утра встретишь не всегда — суматоха города и какофония звуков вскоре заполнят эту безмятежность и заставят его в конце концов вернуться домой, когда звуки птиц рассеются, и пар от автомобилей подымиться в воздух. Он делает большой полный вдох своей грудью. Стоит купить что-нибудь попить. В медленном темпе Исаги преодолевает расстояние под красивое пение птиц. По дороге он встретил соседку с щенком шпица и погладил собачонка — он был таким милым! Исаги подошел к уличным туалетам, возле которых обычно располагаются несколько автоматов с напитками и закусками. Рассмотрев весь ассортимент, он выбирает обычное клубничное молоко, которое было базовым, но таким необычайно вкусным и охлаждающим, заставляя покупать его снова и снова. Впихивая в нужный разъем купюры для выполнения покупки, Исаги раздражается, когда машина выплевывает, отдавая их обратно отправителю. Стараясь больше прежнего, у него все равно ничего не выходит, а автомат, словно смеясь над его положением, нарочно не хочет принимать его уже изодранные деньги. Он цокает и плачевно бьется об стекло машины, смотря точно на то самое излюбленное клубничное молоко. — Помочь? Исаги быстро поворачивает голову на рядом стоящего улыбающегося парня, который, кажется, стоял там уже несколько минут, наблюдая за его отчаянными попытками купить клубничное молоко. Высокий, коротковолосый блондин, хорош телосложением: так смахивает на переодетого и перекрашеного Кайзера. Единственное, что нельзя сравнить, это глаза, словно два зеленых нефрита, око природы, пристально смотрели всё это время… На него. Его лицо вдруг окрасилось розовым румянцем, когда он понял, что просто так взаимно пялиться на человека. — Д-да! …Пожалуйста! — Он вздрагивает от собственного голоса. Кажется, он слегка переборщил с тональностью. Парень усмехается и подходит ближе. Он нежно берет его купюры, (его руки чувствуются такими холодными, когда тот прикасается к рукам Исаги), лёгким движением рук, отдавая их аппарату. В тот же момент после шуршания машины падает требовательное клубничное молоко, от чего Исаги зависает. Почему автомат не хотел делать этого с его рук?! — Вот и всё. Не за что. — Сладко проговаривая слова, ответил таинственный незнакомец. В прошлый раз, Исаги не помнит, чтобы встречал этого парня. Это навевает сложные ощущения, эффект бабочки и страха от будущего. Блондин вопросительно смотрит на него, протягивая ему его желанное молоко. Он нервно глотает накопившуюся слюну и говорит: — Спасибо! Огромное спасибо!! — Не делай из этого драму. — Кидает парень и, будто бы что-то обдумывая, добавляет. — Я Канэко Кэйта. Исаги осторожно перебирает руками, беря в свои руки клубничное молоко. Будет лишним познакомиться с ним? Или это прервет временную петлю? О боже! — А я Исаги Йоичи!

____

— Не думал, что ты сладкоежка. Сейчас они сидят в местном интернет-кафе, мирно попивая чай (в случае Исаги какао) и болтая о чем-то незначительном. «Как же так вообще получилось?». При встрече Кэйто, Исаги всем сердцем хотел, чтобы она поскорее закончилась. Хоть это и было эгоистично и неправильно, но знакомиться с новыми людьми, вернувшись в прошлое, опасная затея. А вдруг ему суждено было спасти кошку от собаки, которая потом спасет чью-то птичку, а птичка окажется беременной и родит мутацию, которую до этого свет не видал? Стоит только подумать об этом, как Исаги чувствует себя не в своей тарелке. С другой стороны знакомство с Канэко не было таким сложным, скорее наоборот, он легкий человек, в нем есть свои таинственные оковы и бетонные ставни, что он все время обороняет, но он все еще открыт в показаниях эмоций и мыслей, — он умеет держать разговор, словно шуточный Бачира! Вихрь слов про футбол так и доносился со рта Исаги, когда они шли сюда, а Канэко то и дело, как слушал его, слушал, слушал… — Никогда не пойму тех, кто пьет матчу. — Разглядывая причудливый зелёный напиток, Исаги попивает свое остывшее какао с сахаром. Канэко поднимает бровь, наигранно обижаясь. — Ты ничего не смыслишь в этом. — Блондин переворачивается, устраиваясь удобнее в своем мягком кресле. — Твоя голова буквально забита одним футболом, слышишь? — Я почти профессиональный игрок. Конечно, она будет! — Скорее безумный фанат Ноа. Видимо, его ярая страсть к данному виду спорта не осталась не замеченной. Конечно, после очередной тирады про футбол, матчи и до невозможности огромного благословения Ноэль Ноа, он, наверняка переборщил. Но Исаги не чувствовал себя неловко после этого, когда дело заходило до Канэко. Парень, словно его давний друг, был полностью сосредоточен на разговоре и иногда даже кидал какие-то замечания. Он никогда не встречал подобных ему людей, не интересующихся футболом, но обсуждающих его любимое занятие рядом с ним, плечом к плечу. Это было действительно бриллиантово. Чертовски драгоценно. Канэко был прекрасным олицетворением своего имени и, что еще более невероятно, самым лучшим человеком, которого он встречал. Было ли это связано с садистскими личностями в Блю Локе или это была не такая уж и неприятная дружеская симпатия, он не знал. Но рядом с Канэко… он был готов пересказать всю свою жизнь, историю и поделиться всеми своими секретами: это чувство доверия, такое внутреннее, такое ненастное, необычное и… удовлетворительное, приятное, прекрасное. Казалось, даже с собственной матерью он не был таким искренним и радостным, как сейчас с ним. Однако, Канэко все еще незнакомый человек с улицы. — Исаги-кун. — Его внимание вновь обращено на блондина. Тот пытался выдавить серьезное безразличие, но тут же сдался, это было видно по его мимике. Парень заправил выливающую прядь своих золотистых волос за ухо. — Твоё прекрасное лицо не достойно и блика грусти. У тебя что-то на уме? Их глаза встретились. Небольшой глазной контакт дал Канэко немного информации и да, он угадал, Исаги уплыл в облака собственного корабля мыслей. Черноволосый не решался ответить. Будто бы чувствуя эту внутреннюю борьбу, сжигающую энергию Исаги, парень ласково улыбнулся, прибирая руки под подбородок. — Поделишься? Канэко все еще незнакомец с улицы. Исаги не может представить его предположительной реакции на прыжок в прошлое, а уж тем более на то, что Исаги полностью от и до — серьезен. — Я… Чем его двигало? Почему он сейчас копает самому себе могилу? Он видит, как огоньки любопытства проблескивают в омутах Канэко. — Ты читаешь книги? — Воу, ты хочешь признаться, что пишешь книги или что-то в этом роде? «Хочу начать издалека». Канэко слабо смеется. Он отпивает своего мачо и опрокидывается на спинку кресла. — Я люблю читать книги, это занимает большую часть моего свободного времени. Так ты к чему-то ведешь? — Есть же книги, где главный герой попадает в прошлое, да? — Верно? Исаги мнется под пристальным вниманием. Вся эта странная ситуация его безукоризненно душила, он хочет быстрее ее закончить. — Дело в том, что я как бы тоже переместился во времени и попал в прошлое, наверное? Глаза Канэко внезапно распахиваются, но в них нет и намека на осуждение. Душа Исаги заполнилась огнем. Ему можно доверять.

_____

Как же неловко! Он пришёл заранее к Футбольной Японской Ассоциации и чтобы не менять реальность, специально начал ждать Киру Рёске, дабы зайти вместе в здание, из которого вскоре плачевно вылетит один из них. Неловкость была в том, что рядом с ним сейчас стоит его не такой давний друг — Канэко Кэйта. Вчерашний разговор о его ситуации поверг и того и того в шок: Кэйта от произошедшего, а Исаги оттого, что ему поверили. Незнакомцам и вправду легче признаться, да? После этого «признания», Исаги долго ждал, когда Кэйта наберется сил ответить ему. И хотя он еще раз переспросил, правильно ли услышал, но этот факт принял очень легко, будто каждый день встречает путешественников во времени. Впрочем, не ему судить, Йоичи сам принял это слишком уж быстро. Он также поделился своим опасением насчет их знакомства, но Кэйта быстро прервал его, сказав, что та беременная птичка не стоит его времени по сравнению с ним, — это было успокаивающее приятно и унесло на второй план все израненные мысли об этом, ведь «Пока ничего ещё не случилось» по словам Кэйта. И он хочет продолжать верить в это. — Ты уверен, что хочешь показаться на глаза Кире? — Черноволосый аккуратно поправляет свой зелёный шарфик, смотря куда-то вдаль. Белая бумажка-приглашение в руках Кэйта перестает шуршать. — Ещё как. — Канэко улыбнулся, чувствуя его нервозность. — Не стоит волноваться. Ты ведь все равно хочешь исправить будущее, м? Был еще один вопрос, который он озвучил. — Что мне теперь делать? — Исаги зарывается в рукава своей спортивной кофты. — В смысле, я хочу поменять будущее и стать лучшим уже в Блю Локе, но я так боюсь нарушить систему времени, или как её называют… Канэко посоветовал просто плыть по течению, не волнуясь на этот счет больше нужного. Что-то типа «Включи свой Исаговский эгоизм и иди вперёд с поднятой головой». Сказать легче, чем сделать. Он рассказал Канэко про подробное будущее, — как Блю Лок лайф станет одним из самых популярных площадок в интернете и как он забьет решающий гол в матче против U-20, а потом он встретит Ноэль Ноа и будет играть с ним бок о бок! Звучало это все как придуманная им в детстве мечта, однако, это была реальность, реальность, которую Исаги хочет разрушить. Он забьет два гола в U-20, заставит Кайзера встать на колени уже в матче против Барчи и покорит весь футбол с Ноэлем Ноа! То есть ему можно было изменять события, но на крайний случай… — Канэко. Возьми. — Исаги протягивает тому сложенную бумажку. Блондин непонимающе читает поспешно написанный текст письма, он удивляется. — Что… Это адрес? — Мой адрес. Если вдруг начнется конец света, забеги ко мне домой и скажи моим родителям всю правду про меня и что я их очень люблю. Пожалуйста… Минута молчания. Исаги ждет реакции от него, хотя бы какой-нибудь. — Пха-ха-ха! — Канэко разрывается в приступе смеха, он закрывает свой рот свободной ладонью и пялиться на черноволосого. — Это мило, что ты так заботишься о них. Я обязательно передам им. И не стоит так переживать за будущее. Исаги дуется, но благодарит того. — Спасибо. — О, Исаги-кун из Ичичана? Тебя тоже позвали? Глаза Исаги загораются на знакомый голос. Кира.