Чужестранка 2//Где Мой Дом?

Земля. Поле. Проснувшись в месте, откуда я возвращалась в Есмеральд, я оказалась в окружении совершенно незнакомых мне людей. Они были одеты в чёрное, с солнечными очками, хотя солнцем тут и не пахло. Эти парни ничего не делали, просто переглядывались между собой, вскоре один из ребят что-то сказал в рацию, и меня схватили за руки, подняв на ноги. От слабости я не могла особо сопротивляться, да и что они могут мне сделать? Наберусь сил, да и все, но почему же мне так плохо? Все двадцати-двухлетние девушки так себя чувствуют? Или же мне всё-таки семнадцать? А, нет мне же уже восемнадцать... я запуталась! Меня усадили в машину, где я уже услышала знакомый мне голос, он пересел с переднего сиденья на задние, и присел рядом со мной. Закинув ноги на соседние сиденье, я положила голову на его плечо, а он укрыл меня своим пиджаком. — Жек, ты же не устанавливал там камеры или типа того? — Да нет, просто купил тот участок и поставил людей, чтобы следить, когда же ты соизволишь вернутся. — Не нагнетай, меня же вроде всего пара часов не было... Женька отодвинул меня от себя, после чего положил свою ладонь на мой лоб, а вторую свою руку приложил к своему лбу. — Температуры вроде нет... ты пока там летала, нигде головой не ударилась? — Когда это я летала? Ты меня с Тором не путай, молоточка, чтобы взлетать вверх у меня нет. — Лера, прошло 3 года! Как три года... Всю остальную дорогу Женя рассказывал мне, в какой крутой фирме работает Хлоя, как Лена поступила в театральное, а он сам владеет парой клубов. Про мою мать мы не говорили, по-хорошему ее надо найти, и поговорить с ней о моём удочерении... но так не хочется. Эти три года никак не укладываются в голове, как?! Я только начала что-то понимать в этих измерениях, а теперь я снова ноль? Как же это бесит.... С такими мыслями я провела полчаса пути в машине, оказывается, мой друг выкупил землю, на которой я перемещаюсь, и построил рядом летний домик, куда мы и направились. У меня все это время кружилась голова, я никак не могла успокоится, жутко волновалась за Дина. А вдруг там уже год прошел, или даже больше, почему все пролетело так быстро, а если это все мама? Вся это каша никак не могла уложиться у меня в голове, казалось, что абсолютно все давит на меня, это злило и бесило меня, от чего, как только мы остановились, я выпрыгнула из машины, и подлетев к ближайшему дереву, стукнула по нему со всей силы, используя, так же мои мистические силы, от чего там осталась глубокая вмятина. Я не знаю, как далеко я переместилась, но Женя нашел меня быстро. С ним не было охраны, и я могла лишь молиться, чтобы они не задавали вопросы. Злость не уходила, я была не адекватная и то, что Женя приближается ко мне, сильно пугало. — Женя, уйди! Сейчас я успокоюсь и приду! Я вцепилась в это дерево как ненормальная, не поворачивалась к нему и даже не слушала, что он там кричал. Ужасная злость воевала со страхом навредить ему, а если я его убью? Я же сейчас вообще себя контролировать не могу, такое ощущение, что я оборотень из "Дневники Вампира", которые при перевоплощении готовы всех поубивать. Это чувство прошло через мгновение, как я почувствовала, что ничего не слышу. Вообще ничего, ни птиц, ни ветра, ни шума деревьев, — вообще нечего. Так же я чувствовала нежные прикосновения, которые обхватывали мою талию. Женя надел на меня наушники, через секунду пошла легкая мелодия, не навязчивая и не громкая. Она успокаивала разум, и я смогла расслабится. — Спасибо тебе, но лучше отпусти... — Лер, давай начнем все с начала? Я ведь уже не тот мальчишка, что был. Ничего не ответив, я просто повернулась к нему и обняла в ответ. Уткнувшись в его грудь, я не смогла нечего ему ответить... так простояв в обнимку пару минут, мы без лишних слов направились в дом, где мне уже были предоставлены отдельная комната с ванной, спальная одежда, а главное, ноут с Интернетом. Полазив на парочке форумах, посмотрев тону сериалов и ответив на кучу сообщений, я все же легла спать, дожидаясь утра, чтобы нажраться всякой химии спозаранку. На следующее утро. Наконец-то я смогла нормально выспаться, больше мне не приходилось терпеть это невыносимое яркое солнце, ведь шторы в доме Жени были идеально черными. Только лежать мне все равно долго никто не дал, на смену солнечному будильнику пришел настоящий, с противным, не прекращающим звоном. Вскоре он прекратился, и я не слышала его, после чего в комнату с криками вбежал Женя и начал меня трясти. — Ну что такое... дай поспать, — ударив его подушкой, я легла обратно в кровать и почувствовала какую-то фольгу под головой, хотя нет, это никакая ни фольга а... фантики? Встав с кровати, я вначале глядела на кровать, которая была покрыта сотнями различными фантиками и измазана в шоколаде, вокруг мое ложе было не лучше... когда я успела так насвинячить? Продолжать задавать самой себе вопросы времени не было, так как я начала ловить на себе взгляды Женьки, который прям всем своим видом показывал, что ждет от меня объяснений. — А я чё? Я, может, и соскучилась по нашим сладостям... но согласись, не до такой же степени?! — какие я вообще могу давать объяснения, если сама ничего не понимаю. — Почему ты у меня спрашиваешь? Это ты слопала пол холодильника ночью, и надо бы тебе извинится перед домработницей. Приставлять нож к горлу людей, может, и эффективный, но не самый человеческий способ просить приготовить тебе поесть. — Ха, в Есмеральде с тобой бы половина населения поспорила, — посмеявшись, я принялась убирать все эти фантики, а Женя пошел за мусорной корзиной, проигнорировав мою шутку. Помогая мне убирать, он не раз смотрел... я бы даже сказала, пялился, на мою грудь, что не раз заставило меня позлить. Как он может? Так пялится, будто он чего-то там не видел.  После уборки мы спустились вниз, а домработница, как только увидела меня, сразу же выбежала из комнаты, чему мы с Женей лишь посмеялись. Сев за стол, я принялась уплетать яичницу, приготовленную лично хозяином дома, то бишь, Женьком. Он присел напротив меня, и не съел не кусочка, продолжал смотреть на меня, как я ела, пила и вытирала слюньки, будто бы каждое мое движение может к чему-то привести. — Эй, то, что ты пялился на мою грудь, я, может, и простила. Но если ты не перестанешь глазеть, я передумаю и выколю своими же руками эти прекрасные глазёнки, — глаза мои слегка заблестели красным цветом, и сразу же пришли в норму, теперь я это контролировала, как ни странно. — Она у тебя увеличилась, или у меня глюки от голодания по тебе? — поперхнувшись, я начал задыхаться, так как кусок хлеба застрял в горле. Женя подбежал ко мне и стал стучать по спине, дав мне попить воды, после чего наконец-то получил заслуженный подзатыльник. — Тебе, наверное, слишком сильно надоел этот мир, раз уж ты так сильно не хочешь на него смотреть... плевать мне на твои чувства, на то, что у нас было и на то, что ты мне помогаешь. МНЕ ПЛЕВАТЬ! Громко положив столовые приборы, я отодвинула стул от себя, но видимо, слишком сильно, ведь он отъехал на несколько метров от меня и столкнулся со стеной. Такое мое поведение удивило парня, и он не стал на меня кричать, поучать или обижаться. А я бы точно разозлилась на такое. Поднявшись в комнату, я слышала приближающиеся шаги— он пошел за мной. Так было всегда, когда я просто истерила, он никогда не давал мне уходить безнаказанной, всегда воспитывал и доказывал свою правоту... но вот когда... он видел, что мне плохо, по правде плохо, а не очередной каприз. Он как и сейчас просто лежал рядом, успокаивая и прося прощение, даже если он был не виноват. — Лера... ты же понимаешь, что что-то не так. Даже тот факт, что ты по мирам скачешь туда-сюда не изменит моего мнения о том, что ты ведешь себя странно, — вслушиваясь в его слова, я все чаще ловила себя на мысли, что после перемещения из Есмеральда все и правда сильно изменилось... резко моя рука дернулась, и я случайна ударила Женю локтём в живот, после того, как он ближе ко мне прижался. — Ауч... ну извини, думал, тебе будет так комфортней. — Нет-нет! Прости меня, пожалуйста... я ничего не понимаю, — опять паника, но от чего? Я лижу в удобной постельке, с красивым парнем, который вечно заботится обо мне. — Такая дерганая, ты сама видела, сколько ты ешь? А твоя сила… когда ты показала мне ее первый раз, ты без проблем все контролировала. Ты хоть видела, что с будильником сотворила? — Будильник? Он показал пальцем на шкаф, и я увидела, как на полу валяется упавшая от шкафа дверца с вмятиной, а рядом лежит раздробленный будильник. Как это я не заметила? Женя видел, что я сама тоже ничего не понимаю, и в его голову пришла не самая тупая идея в мире. — Ты со своим принцем же много времени проводите вместе? — последний вопрос он задал так натянуто, говорил это, но имел что-то совершено другое, и я знаю, что он имел в виду, поэтому он опять получил заслуженный подзатыльник. — Эй! Хватит, ты сильнее, чем раньше, и это правда больно. Поедем завтра в больницу и узнаем наверняка... я надеюсь, ты понимаешь, о чем я. — Это не беременность. Во-первых мы с моим "принцем" уже это проходили, в прошлый раз, когда думала, что беременна, это оказался самый что ни на есть обыкновенный стресс... ну, знаешь, войны, политика и так далее, — закатив глаза, я отстранилась от него. Укутавшись в несколько пледов, я села на кресло у окна рассматривая лес, в котором вчера сдерживала себя от убийства Жени. Он не пошел за мной, а просто сел на краю кровати, массируя свои виски. После чего развел руки, показывая свое недопонимание по отношению к моей уверенности. — Как ты можешь это отрицать... ты же не можешь знать наверняка! — Нет могу! У меня не может быть детей... Я так и не коснулась этой темы вместе с Дином... к сожалению, это правда. Так как эта ведьма создала меня, я не человек, скорее, я на половину заклинание, а на половину человек, ведь не могла она создать настолько самостоятельный искусственный интеллект... это же просто невозможно! Следственно, так как я не полный человек, у меня скорее всего не может быть детей, иначе бы уже давно ходила с кругленьким животиком. Сказать это Жене не входит в мои планы, а Дин, скорее всего, и так все знает. Ведьма рассказала мне, стражники подслушали наш разговор, донесли до Короля, а эта сволочь сообщила своему сынишке, чтобы тот бросил меня по причине того, что я не смогу дать ему полную семью. — Лера... я все равно отвезу тебя в больницу. — А ты не подумал, что у меня сверхъестественные силы, что могут заметить докторишки и запереть меня в лаборатории, чтобы ставить свои эксперименты, — снова задергалась, рука чуть ли не сфантазировала пистолет, чтобы выстрельнуть в него. Что же это такое? — Все решено, я отвезу тебя в платную клинику, никто и никогда не узнает, что ты вообще в этой больнице находилась. Договорились? Не смотря на него, я закатила глаза, постучала пальцами по ручкам кресла, немного погрызла ногти и все же согласилась на это. Спустя несколько дней. Больница. Стоя у дверей, Женя достал свой бумажник и отдал мне проспоренную тысячу, на которую мы и поспорили. Так как я опять же не беременна, он продул, хотя он все еще не признает это, так как уверяет меня, что у мачехи его были те самые симптомы, как и у меня, когда она ходила беременной. — Ну, я же говорила, и чего ты так сильно на этой идее зациклился? — А может, это сверхъестественный ребенок? Поэтому его на УЗИ и не увидели? Схватившись за мою руку и заставив меня посмотреть на его вылупившие глаза, Женя показывал все признаки деградации, доказывая это последующим предложением: — Давай к гадалке сходим. — Тьфу ты! — выдернув свою руку из его ладони, я бросила эту дурацкую тысячу ему в лицо и пошла к машине. — Лера! Ты можешь говорить все что хочешь, но мы все равно к ней пойдем! И что же я сделала? Да послала его на фиг и поехала за сувенирами для Дина. Правда, для начала надо заехать к одной больной дамочке... Спальный Район. Ходя по всем этим закоулочкам, меня захлестнули воспоминания о детстве, о каждом переезде, новые знакомства... правда, всю эту идиллию прервал пейзаж сосущихся у подъезда пожилого мужичка с моей, так называемой, "мамашей" — А ты не меняешься... — улыбнувшись и покачав головой, я пошла разнимать эту парочку, но пока я уже дошла, меня заметили, и она быстро зашла в подъезд, предпочитая меня игнорировать. Не спеша и посмотрев по сторонам, я положила руку на домофон, прочла заклинание и спокойно вошла. Услышав мои шаги, она дёргано нажимала на кнопку лифта, чтобы тот наконец-то поехал. Увы, сегодня не ее день... — Ты так бегаешь, будто я монстр какой-то, — перекрестив руки, я удерживала дверцу лифта, чтобы та не открывалась. Не хочется мне в догонялки играть. — Простите, я должна вас знать? — Прекращай, я знаю что приемная, расскажи мне, как именно ты на меня наткнулась. Ее сердцебиение участилось, а в мыслях был такой кавардак, что даже я мало что поняла. Но все же она слегка успокоилась, и я смогла с ней спокойно поговорить, хотя то, что я услышала, мне пришлось еще очень и очень долго переваривать. Дом Жени. Попивая горячий шоколад и поедая еще один эклер, я начала размышлять о словах своей псевдо мамаши. Если говорить коротко, то меня нашли под одним из деревьев в парке. Я была не младенцем, а скорее дошкольником. Была в порванной одежде, заляпанная кровью в ссадинах и с парой шрамов. Никто так и не понял, как я там оказалась, год я тогда ни с кем не разговаривала. Была в детдоме сама по себе. Видимо, это из-за того, что на тот момент я не знала русского языка. В конце концов, меня усыновила одна женщина, которой оказалась Екатерина Соколовская, моя приемная мать. Первые годы она замечала, как взрываются лампочки, когда я злюсь, как легко мне удавалось поднимать тяжелые вещи, и как просто я могла сочинить историю. К сожалению, всё, кроме последнего вскоре исчезло, и этой гадине не удалось сделать из меня фрика, на котором можно еще больше подзаработать. Немного грустно осознавать, что я еще долго сюда не вернусь, но были проблемы, которые волновали меня намного больше. Что с моим телом и поведением, почему здесь прошло три года и связано ли все это как-то с моей мамой ведьмой. Хоть Дин и говорил, что с солнцем все нормально, и я преувеличиваю, но мне все равно кажется, что здесь что-то не так. И единственный способ выяснить это, вернувшись домой. Да, домой. Ведь как оказалось, то место все это время было моим домом. Тот мир ужасный, жестокий и там нету Интернета... но со временем он стал мне таким привычным, что и не удивительно, как быстро я к нему привязалась. Я возвращаюсь туда не из-за мести, не из-за любви Дина, не из-за магии, а именно потому, что это мой дом, именно в котором я ощутила себя по-настоящему живой.