Railway

Черное кружевное бюстье валялось прямо около обувницы, у входа в квартиру. Тонкие узоры абстрактных цветов кидали тени на пол от света, падающего из щелочки кухонной двери. Тут же комком бесформенной ткани лежала черная шелковая блузка, закрывая одну из туфелек своей хозяйки. Из под темной ткани выглядывала только набойка острых шпилек. Мягкий свет, падающий из кухни в коридор, ведущий в просторную гостиную, задевал уголок пряжки мужского ремня. От блеска явно дорогого аксессуара лучи приламлялись, и отражались на стену. За ремнем последовала элегантная «бабочка». Застежка на ней была сломана, свидетельствуя о нетерпеливости снимающего. Кипенно– белая рубашка невообразимо странным образом зацепилась за ручку двери в гостиную, избежав участи лежания на полу, пока хозяин о ней не вспомнит. Дальше по коридору была спальня. И до нее больше никаких элементов одежды не наблюдалось. Только дверь в нее была плотно закрыта, а из– за нее доносились очень красноречивые звуки. Звукоизоляция не то что между комнатами в одной квартире, а между всеми квартирами в этом жилом комплексе была ужасной. Выяснилось это не сразу. Сначала Шарлотта заселилась одной из самых первых и никаких соседей полгода– год не наблюдалось в одночасье. Потом они, конечно, появились, и ситуация со страшно плохой звукоизоляцией стала проблемой номер один. Она звонила в строительную фирму, кричала, злилась, угрожала, но делать было уже нечего. После года проживания в квартире просить лучше вариант толку не было. Особенно с ее «прекрасными» познаниями корейского. Пришлось смириться и начать мечтать поднакопить средства для заказа фирмы по установке хорошей звукоизоляции. А потом случился ОН. Друзьями в Сеуле обзавестись не удалось, корейцы не очень дружелюбны к иностранцам, а уже если те не знают язык, то о тесном общении и речи быть не может. По этой причине у нее никогда здесь не бывало гостей. Единственные кто был не прочь с ней пообщаться это корейские парни, желающие попробовать с иностранкой. Вот они толпами пытались выпросить номер, пригласить на кофе, но языковой барьер был их большой проблемой. Так чтоо… Тут тоже не сложилось. Вот уже полтора года она была одна в этой стране, а из общения редкие звонки с родителями, которые решили пуститься в кругосветное путешествие на криузе, да разговоры на работе с коллегами. И те весьма скудные из– за того же языкового барьера. Кажется, она сильно изголодалась по нормальному общению, потому что в тот вечер она отпустила все свои принципы. Буквально все. Он подсел к ней в баре, в ночь с пятницы на субботу. Широкоплечий, крепко сложенный, с потрясающе завораживающей улыбкой, показывающей милейшие ямочки. Его глаза уже пробежались по ней, оценивая, но это не ощущалось, как было обычно: не липко– неприятный, а успокаивающе– ласкающий. Он был уверен в себе. Даже слишком, но это не отталкивало. От него исходила та самая уверенность, знающего себе цену мужчины. Одет в брендовую рубашку и обычные черные джинсы, хотя, наверняка, если заглянуть за пояс на бирку, там окажется рисунок недешевого дизайнера. На руках пара браслетов, два от знакомого ювелирного бренда. А вот третий вроде обычный, но по нему было видно, что из всех носится он чаще всего. Несмотря на явно сексуальный подтекст его взглядов, он был мил, вежлив, обходителен. Не приставал и не шел на пролом. Просто вел светскую беседу. Вот из– за беседы она его и не отшила в первые же секунды. Родной английский. Не просто английский, а со звучанием дома. Австралийский акцент она бы не спутала даже вусмерть пьяная. А в тот вечер она успела пропустить всего один бокал коктейля. Остальные были уже во время беседы с ним. Кристофер, можно просто Крис. Вот как он представился. Внешность явно местная, корейская. Он сказал, что вырос в Австралии, пока по работе не переехал на историческую родину. Внимательный, с хорошим чувством юмора, умеющий расположить к себе. Он был парнем, которого в Сиднее она бы оценила на 10 из 10, и ни за что не подошла бы сама познакомиться: такие красавчики на нее не обращали внимания. Чарли была девчонкой– сорванцом: скейт, разбитые коленки, драки с соседскими пацанами. Обычная одежда: бесформенные джинсы, толстовки, оверсайз футболки. Ни о какой женственности и речи быть не могло. Более похожей на девушку она стала уже здесь. Особо выбора и не было, когда твои коллеги сплошь элегантные куколки с раннего утра и до позднего вечера. Стиль Шарлотты вызывал отторжение у всех еще больше, чем ее иностранное гражданство и незнание корейского. Поэтому постепенно в гардеробе стали появляться красивые деловые костюмы, элегантные платья, модные блузки и юбки. Сегодня, например, она выгуливала свое самое сексуальное приобретение. Кроваво– красное платье футляр. Не очень вязалось с офисным стилем, да и местные предпочитали более приглушенные цвета, но настроение с утра выдало, что устало от пастельных тонов и хочет красок. Офис стоял на ушах. Говорят нельзя произвести дважды первое впечатление, но ей удалось сломать эту тенденцию. Минимум до обеда ее образ обсуждали все сотрудники их фирмы. Парочка особо ретивых парней на ломанном английском пыталась позвать вечером на свидание, но она сказала, что ее уже пригласили. И нет бы согласиться, хоть какое– то общение, но такая злость взяла, что ее заметили только сейчас, спустя год, и только из– за платья. Так Шарлотта и оказалась в пятницу вечером в баре, совершенно одна, в шикарном новом платье. И, казалось, день испорчен, но один молодой мужчина смог за пару минут разговора вернуть, канувшее в небытие хорошее настроение. У нее дома они оказались спустя восемь бокалов лонг–айленда. Она никогда так много не пила, а Крис пытался ее остановить, но от алкоголя было больше уверенности. Чарли очень хотела ему понравиться, прям очень– очень. Боялась, что трезвой станет закрытой и скучной, поэтому продолжала и продолжала пить для храбрости. А разговоры все шли. А потом было такси. А потом лифт, хотя его она уже помнит смутно. А затем дверь в квартиру, которую Крис кое–как открыл отпечатком ее пальца. И вот уже в квартире случился апогей ее смелости. Крис посадил ее на обувницу, чтобы помочь снять туфли, а когда выпрямился, и его лицо оказалось напротив ее лица, она его поцеловала. Вначале легонько прикоснувшись губами к губам. Он не ответил, но и не отстранился. Поэтому Чарли вцепилась обеими руками в его широкие плечи, обняла покрепче и провела языком по его губам. Кажется, вздох он сделал непроизвольно, но этой секунды ей хватило, чтобы протолкнуть язычок дальше, коснуться его языка, обвести его своим и немного отстраниться. Против чего он уже явно возражал. Единственное, что Шарлотта помнила на утро, было ощущение замедления времени. Казалось, поцелуй длился годами. Безумно горячий воздух между ними, еще более горячие объятия и его руки. Он даже их контролировал: положил на талию и так и держал. Пока она сама не перешла черту. Лотти помнит, как потянулась к ремню и застежке на его джинсах. А вот дальше все как в тумане. Утро ее настигло вместе с головной болью, но это было полбеды. Ощущение небольшой боли и жжение между ног наводили на весьма красноречивые мысли. Чарли помнила, что приехала с Крисом, парнем с которым познакомилась в баре, и поцелуи прямо у порога тоже помнит. Только вот дальше провал. – Умудриться потерять девственность с первым встречным, да еще и не запомнить этого? Умница, Чарли, ставлю тебе десять из десяти за безответственность. Не забудь записаться к врачу, – ругая саму себя вслух, кутаясь в одеяло, встала она с кровати. В постели кроме нее никого не было. О том, что прошлой ночью в этой квартире был мужчина, свидетельствовало только то, что у нее болело между ног, а на белоснежном комплекте постельного белья ярко алели капельки крови. – Ну, хоть избавилась от этого довеска, – пыталась она себя успокоить, чтобы не расплакаться, но слезинки уже собрались на уголках глаз крупными каплями, и норовили вот–вот начать стекать по щекам. Когда они тихо начали скатываться по лицу и падать на голую грудь, по всей квартире раздался отборный мат. Как можно было произнести «fuck» с австралийским акцентом? Все в том же одеяле, с дорожками от слез на щеках, застывшими в глазах капельками, Чарли направилась на звуки, отстраненно отметив, плохую изоляцию звука внутри квартиры. Когда живешь одна это не заметно. Картина на кухне была как будто из какого– то романтического фильма. В вазе, которой у нее никогда не было, потому что нечего было в нее ставить, стояли нежно–розовые пионы; стол накрыт на две персоны, с полноценным корейским плотным завтраком. В углу кухонного гарнитура притаились пакеты с контейнерами из доставки, сообщая, что еда приехала из весьма дорого ресторана, который, насколько она помнила, в выходные вообще не работал. У них был такой принцип. А сегодня точно была суббота, не могла она проспать до понедельника. Всю идиллию нарушал Крис, борющийся с кофемашиной, явно ей проигрывая. – Она еще позавчера сломалась, у меня не было времени позвонить в сервисный центр. Ее тихий голос заставил его резко обернуться, удариться лбом о край открытой дверцы висящего шкафчика. И нет бы ему побеспокоиться о своей травме, но как только он увидел ее лицо и следы плача, резко спал с лица. – Прошу не говори, что жалеешь об этой ночи… ********* Это было самое странное начало отношений, которое она только могла себе представить. Но Криса вся ситуация только забавляла. Он подкалывал ее, когда они вечерами забравшись в обнимку на диван, сидели и болтали ни о чем. Говорил, что ему хватило вечера, чтобы сразить ее наповал. Но каждый раз на ее обиженное лицо сам же добавлял, что ей хватило пройтись от входа до столика, чтобы он сошел по ней с ума. Так сильно, что бросил парней, отмечавших окончание промоушена нового камбэка, и ушел к ней за столик, потом к ней домой. И теперь часто появлялся только в трех местах: в репетиционном зале, в своей студии звукозаписи и в ее квартире. Мемберы шутили, что потеряли своего лидера и папочку, но каждый был рад за Бан Чана. Таким счастливым и влюбленным его никто никогда не видел. Мнение, что он не сможет полюбить кого– то сильнее музыки, разбилось о суровую реальность с девушкой с красивым именем Шарлотта. Ребята были от нее в восторге, особенно Феликс. Чарли обрела в нем лучшего друга, который всегда в спорах с Чаном был на ее стороне. У двух эмоциональных личностей споры возникали всегда, но развиваться отношениями они не мешали. Кристофер все равно всегда уступал. Все что угодно только, чтобы его Лотти не расстраивалась. Лотти. Так ее звал только папа, остальные ограничивались мальчишеским Чарли. А Чану нравилось называть ее на контрасте. В обычной время так и предпочитавшая одеваться в огромные джинсы и футболки, имя Лотти никак не вязалось с ней. – Ты такая маленькая, а в этих огромных футболках становишься еще меньше. Никакая ты не Чарли, а маленькая безобидная Лотти. За безобидную хотелось ответить. Но месть это блюдо, которое подают холодным. ****** – Выглядишь потрясающе! – Феликс обнял ее первым, затем остальные, - Крис переодевается для репетиции своего соло. Садись где хочешь, а нам еще костюмы нужно надеть. Посадив ее на первый попавшийся стул, оказавшийся в поле его зрения, Ликс с ребятами сбежал за кулисы. Концертный зал был невероятно огромным. Завтра здесь будет шестьдесят тысяч зрителей. Stray kids готовы представить начало своего нового мирового тура. Последние месяца два Крис пропадал на этой площадке очень надолго. Особенно для репетиции своего соло. По поводу реакции на него он очень переживал, но вместе с тем не давал послушать, не то что посмотреть на репетицию. Два месяца уговоров ушло, чтобы уговорить посмотреть на репетицию. И победила Чарли только благодаря аргументу: «То есть твоя девушка увидит твое соло вместе со всеми? Ты настолько мне не доверяешь?». Да, это была грязная манипуляция, но Лотти было слишком любопытно: из-за чего может переживать такой профессионал как Чан. Он выступал тысячи раз, перед десятками тысяч людей. Уж кто-то, а их фанаты всегда по достоинству оценят их выступления. А зная, какой перфекцианист этот парень, не стоило сомневаться в его песне и постановке. Резко выключился весь свет на площадке. Красные прожекторы выделили зону на сцене, где уже расположились танцоры. А затем прожектор выделил среди них Чана. В черном костюме, с пиджаком на голое тело. Вау… Чувственная мелодия, еще более чувственный голос парня, и до сумасшествия откровенный и сексуальный смысл лирики.

моё сердце колотится день и ночь

из-за тебя

не сдерживайся, наслаждайся поездкой

отпусти это

сирены продолжают кричать, это предупреждение

мы смотрим на билет с надписью «одна поездка»

нет пути назад, крепко держись за перила

здесь только мы, но что-то говорит:

«пожалуйста, больше»

да, этот поезд никогда не спит

приготовься, садись

тебя не волнуют жертвы, жертвы

потому что безопасно, когда есть только ты и я, ты и я

детка, я чувствую биение сердца

трясусь, дрожу

вот поэтому держись крепче

этот поезд никогда не спит

не нужно перерыва, никаких перерывов

погнали дальше, двигатели сходят с ума

воют, это нарастает

пока мы разносим всё вокруг

чувствуем негодование, без сомнения

детка, доверься мне сейчас

сирены продолжают кричать, это не весело, да

мы смотрим на билет с надписью «одна поездка»

нет пути назад, крепко держись за перила

здесь только мы, но что-то говорит:

«пожалуйста, больше»

да, этот поезд никогда не спит

приготовься, садись

тебя не волнуют жертвы, жертвы

потому что безопасно, когда есть только ты и я, ты и я

детка, я чувствую биение сердца

трясусь, дрожу

жесткая поездка, держись крепче

этот поезд никогда не спит.

***** Чарли молчала с самого концертного зала. Не сказала ни слова, не поприветствовала, просто обняла. Не сказала что-то о его песне. Чана это нервировало, но начинать разговор не хотелось, пока они не доедут до дома. Менеджер и Чонин тоже не особо способствовали откровениям. Они заехали на подземную парковку ее жилого комплекса, машина их оставила и поехала отвозить Йени в их общагу. На счастье в лифте никого не было. Кажется, Лотти так считала. Поцелуй был неожиданным, очень внезапным, напористым. Ее язык сразу ворвался в его рот, зубы захватили сначала его нижнюю губу, затем верхнюю. Руки прошлись от волос по шее к плечам, пальчики пробежались по рукам и соединили ладони. Лифт остановился, она вслепую повела его к двери квартиры, явно не заботясь о том, что на площадке может быть кто-то еще. Его мозг все еще помнил об этом. Ровно до того момента, как не захлопнулась дверь. Спусковой крючок с контроля отпущен. От нетерпения из-за слишком маленьких пуговичек, блузка рвется в разные стороны. Капельками незаметные пуговицы падают на пол, укатываясь в разные стороны. С бюстье дело идет быстрее, и оно отправляется к пуговицам и блузке на пол. - Как там поется? – с придыханием шепчет Чарли сквозь поцелуй, - Пожалуйста, больше? Ммм? Строчки из лирики его соло песни. Значит вот, как ты хочешь. Песня и так была написана под вдохновением от первой ночи с тобой. Ее рука обхватывает твою ладонь и тянет в сторону спальни. Вторая проворно отстегивает ремень, и зачем- то полностью вытаскивает ее из джинс. За ремнем идет галстук-бабочка: снимали видео для музыкальной премии, на которой получили награду, было не до переодеваний из-за настроения Шарлотты. В отличие от парня Чарли аккуратно расстегивает пуговичку за пуговичкой на его рубашке, а потом срывает ее и бросает куда-то в сторону. Остальная одежда остается на них до самой спальни, хотя из одежды это только ее короткая юбка, его джинсы, а еще их нижнее белье. Его она раздевает первым, это вообще в первый раз, когда она так активничает в их сексе. Обычно инициатором выступал он, а тут прямо с места в карьер. Сама Шарлотта остается в своей юбке, но глядя прямо в его глаза, снимает с себя трусики. Тоже черные, кружевные. Комплект. Значит секс был задуман изначально. Она редко заморачивается о парности белья, а еще предпочитает легкое хлопковое, неудобному кружевному. Оставляя их на тумбочке с зеркалом, медленно идет к нему. - Не сдерживайся? Наслаждайся поездкой? Отпусти это? – она шепчет ему на ухо слова песни, легонько касаясь его члена одной рукой, а другой проводит указательным пальцем от его носа вниз к шее, от нее по середине груди к животу, останавливаясь на границе с тазом. Ее руки горячие или это он разгорячен настолько сильно? Хотел что-то, было сказать, но над пупком ощущается дыхание, а затем легкое прикосновение губ. Черт! Она еще ничего не сделал, а ты уже готов сорваться. Еще пара маленьких поцелуев над животом, а затем дыхание ощущается слишком близко к тому месту, которое уже сейчас, кажется, готово кончить. Не такого развития событий Чан хочет. Он резко хватает Чарли за обе руки и крепко прижимает к себе - Вообще-то, милая, ведущая роль должна быть у меня. Чан ставит ее на колени и заставляет взяться обеими руками за изголовье кровати. Юбка, которую следовало бы снять, поднимается до талии, а разгоряченные руки проводят по бедрам девушки. Одна рука ныряет между ног, через секунду сразу ощутив, что его любимая уже возбуждена до предела. Хочется сейчас же взять то, что предлагают, но она с ним поиграла, и теперь он тоже хочет. Крис ставит шире ее колени, а затем, так же как она делала пару минут назад, оставляет на ней поцелуй. Один над поясницей, второй на холме венеры, третий на левой ягодице, четвертый на правой. А после его голова исчезает внизу, а от нее слышится первый стон. Затем еще и еще. Теперь «Пожалуйста, больше» это не лирика из его песни, это ее мольбы. Хочется долго их слышать, но ее инициативность разгорячила его очень сильно. Вид сзади, конечно, хорош, но чан хочет видеть ее лицо, когда доставит ей наслаждение. Он укладывает ее спиной на кровать, располагаясь между ее ног, и, смотря ей в глаза, делает первое движение бедрами. Их стон сливается в один единый звук. Она обхватывает его ногами за бедра, а руки обнимают его спину. Чем быстрее его движения, тем сильнее она за него хватается. Ее ногти царапают его спину, наверняка останутся царапины, за которые придется завтра отвечать перед стилистом, но сейчас на это плевать. Крис не хочет просить ее сдерживаться. Сегодня они не будут следовать никаким правилам, будут только наслаждаться друг другом. До самого рассвета. ***** Стилист распекал его добрых три часа, парни смеялись. Линоу с довольной улыбкой показал два больших пальца, по сравнению с травмами Чана, один засос на его груди не так страшен, да и не ему предстоит раздеться по пояс перед всем залом, в котором будет не одна камера. Кажется, скандалу быть. Или нет. Стилист, матеря его, заказывает доставку фейковых царапин, чтобы прикрыть настоящие. Так ругаться, а проблема просто решалась. Хотя Чан себя ругал даже сильнее, чем его ругал стилист. Знал же, что сегодня придется снять пиджак и остаться с голым торсом, но все равно поддался эмоциям. С Шарлоттой быть рациональным почти никогда не удавалось. И именно это ему нравилось. С ней он забывал, что он — Бан Чан, лидер одной из самых популярных в мире к-поп групп, вокалист, репер, танцор, гениальный продюсер и далее по списку. С ней он просто Кристофер, парень, выросший в Австралии, и влюбившийся в девушку за ее милый австралийский акцент. Эта девушка осталась спать в своей постели после бурной ночи, пока ему пришлось тихо собираться и уезжать на саундчек. Первый концерт прошел в тумане эйфории от энергии зрителей. И, сидя в гримерной после энкора, он пропускал через себя все эмоции, которые сегодня пережил. Получено новое сообщение. Лотти: я не для того так старательно вчера ночью царапала твою спину и грудь, чтобы стилисты твои бездарные наклеили дешевые наклейки-царапины. Крис: По плану на мне вообще не должно было быть никаких царапин. Ни настоящих, ни искусственных. Лотти: а не следовало мне заранее показывать, что собираешься раздеваться на сцене. Тогда бы и не получил ничего. Крис: То есть вся вчерашняя ночь была планом по моему соблазнению? Абонент был в сети… Улыбку до ушей от мемберов скрыть не удалось - Когда он такой довольный, он меня бесит, - пробормотал Минхо, снимая тейпы со всех возможных мест на своем теле. - Кто из вас умников рассказал Лотти о концепции моего соло? – проигнорировал его Чан. По красноречивым взглядам на Феликса, не сложно было догадаться о виновнике. Чан еще ничего не успел сказать, как Ликс начал обороняться. - Не делай вид, что остался не доволен. Сам говорил, что тебе не хватает от нее инициативы. Я всего лишь нашел способ ее подтолкнуть к нужным тебе действиям. Не стоит благодарности. - Нет, стоит. Ночь была потрясающей, так же как и утро, - и с улыбкой кота наевшегося сметаны, отправился в душ, оставив парней в немом шоке.