Страх номер один

Она была богата. Невероятно богата. Но не потому что пробивалась к успеху сквозь тернии - просто родилась в нужной семье в нужное время. Деньги текли рекой сами собой: наследство, удачные инвестиции, акции, которые росли как на дрожжах. Миллиардерша по паспорту, но совершенно обычная девушка в жизни. Мэри не соответствовала стереотипам о богатых. Никаких показных выходов, дорогих безделушек или пафосных интервью. Она предпочитала оставаться в тени. Среднего роста, темноволосая, с пронзительными голубыми глазами - внешне ничем не выделялась из толпы. И ей это нравилось. Никто не заискивал, не пытался использовать. Просто жизнь. Её настоящей страстью были путешествия. Не пятизвездочные отели, а настоящие приключения - рюкзак, палатка, билет в один конец. Квартира больше напоминала музей сувениров со всего света, чем жилье миллиардерши. Она могла позволить себе всё, но выбирала свободу. Самолёты, поезда, ночёвки в палатках, города, где она никого не знала, — всё это было её. Она почти не сидела на месте. Её дом больше походил на склад чемоданов и сувениров, чем на настоящую жилую квартиру. А потом всё закончилось. Теперь дни тянулись медленно, одинаково и без смысла. Она просыпалась, ела, убивала время как могла, снова ложилась спать. И так каждый день, уже второй год подряд. Иногда казалось, что в её голове заело пластинку. Единственное, что хоть как-то поддерживало её, — это звонки родителям. Они жили отдельно, в своём доме, и, к счастью, у них всё ещё был доступ к сети. Связывались каждый день. Иногда даже чаще. Просто чтобы услышать друг друга. Чтобы убедиться, что ещё живы. Но увидятся ли они когда-нибудь? А выживут ли вообще? С друзьями — всё хуже. С ними не удавалось связаться ни разу. Мэри надеялась, что кто-то из них спасся. Что у кого-то был такой же защищённый дом, как у неё. Но в глубине души она уже понимала: скорее всего, их нет. И вот… очередной день. Такой же, как вчера. И как позавчера. И, скорее всего, как завтра. Мэри встала, умылась, на автомате оделась, прошла на кухню, сделала себе кофе… И просто легла на диван. Бесцельно. Без сил. Без плана. Она знала, что ей грех жаловаться. Она жива. У неё есть еда, тепло, связь. Всё, чего не хватало миллионам. Но в последнее время в голове всё чаще всплывала одна и та же мысль: "Лучше бы я не выжила, чем жить вот так." Может, она действительно неблагодарная. А может, просто устала. Два года одиночества — это не просто скука. Это пытка. Особенно, когда ты понимаешь, что могла бы помочь, но не знаешь как. И не знаешь — кому. Мэри закрыла глаза и глубоко выдохнула. И тут раздался стук в дверь.