Конфуз

У Жана худший день в его жизни? Нет! Это лучший день в его жизни! Родители, наконец-то, поняли каким мудаком был его жених, выбранный ими же. До этого слова Жана были, как разговор со стеной. Они покупались на лучезарную улыбку Грейсона, игнорируя каждую мольбу Жана о помощи, а два дня назад сами застали его обдолбанным с любовницей в своей кровати, в их собственном доме! Лица надо было видеть! Жаль, что у Моро не было под рукой телефона. Он вообще-то думал, что его опять собираются отчитать за то, что он с недостаточным почтением относился к своему жениху. Моро в качестве «моральной компенсации» потребовал отпуск в Штатах. На самом деле ему было глубоко плевать, он уже смирился, что родители хотят продать его задницу подороже из-за его вторичного пола. Они невзлюбили его с того самого момента, как врач произнёс «омега». Не то чтобы они напрямую показывали это, но и любви Жан от них тоже не видел. Хотя бы теперь он знал, что у них есть хоть какая-то способность признавать свои ошибки. Он не был точно уверен, как это назвать. В любом случае, похоже, они действительно были недовольны, что не заметили поведение Грейсона раньше, что даже позволили Жану неделю отдыхать за границей. Моро был уверен, что это связано с их работой. Самочувствие Жана их точно не волновало. Если бы Грейсон выдержал притворство ещё пол года, то стал бы единоличным наследником крупного бренда одежды, ведь Жана собственные родители не допускают к производству. Ему всегда было интересно, почему они не завели второго ребёнка? Почему остановились только на Жане? Впрочем, сейчас ему было плевать. Он опрокидывал в себя что-то неприлично алкогольное и был в прекрасном настроении. — Ты выглядишь так, будто тебя сейчас стошнит, — сообщил незнакомый голос. Вообще-то, не такой уж и незнакомый. Последние… А сколько Жан здесь?.. Часа четыре этот рыжий невысокий бармен только и делал, что обслуживал его, изредка отвлекаясь на других клиентов. — Перевожу! — Крикнул второй бармен, перекрикивая музыку. — О, уважаемый посетитель! Сходите со мной на свидание! Рыжий прицельно бросил в него тряпкой и попал, а потом достал новую и продолжил натирать стаканы. — Я забыл твоё имя, — сказал ему Жан. Рыжий усмехнулся, отставляя начищенный стакан. — А вот я твое помню, Жан. Ты спросил мое имя раза четыре за этот вечер. — Придётся напомнить, — вздохнул Жан, выпивая остатки чего-то в бокале, — у меня сегодня очень хороший вечер и для полного счастья не хватает только завершения в виде потрясного секса. — Ты пьян, — вздохнул бармен. — Определённо! Но это не значит, что я пожалею. Пошёл нахуй мой бывший! Бармен рассмеялся. — Так легко приглашаешь незнакомого альфу в постель? А почему же отказал тому парню два часа назад? — Во-первых, я этого не помню, а, во-вторых, ты уже не чужой. Я чувствую между нами связь. Весь этот бред не вывалился бы из рта Жана в трезвом состоянии, но он действительно был пьян и очень счастлив, что избавился от Грейсона, даже несмотря на то, что родители найдут ему нового «парня» по возвращению в Марсель. — Ну же соглашайся. Бармен закинул тряпку на плечо. — И как давно вы расстались? — Два дня назад. — Ну что ж, Жан. Пытаешься забыть своего бывшего? Меня зовут Нил. Я не против побыть отвлечением.

***

На утро голова Моро предсказуемо раскалывалась. Парень перевернулся, свесившись с края кровати, изверг содержимое желудка в предусмотрительно поставленное мусорное ведро. Выругавшись на французском, Жан упал назад. Секунду спустя он заметил стакан воды и таблетки на тумбочке, а так же листок, предположительно записку. Моро огляделся вокруг, но он был один. Вторая сторона кровати выглядела использованной, но совсем не для сна. Он сам чувствовал специфичный запах грейпфрута, который был его собственным феромоном. Ему часто прилетали завуалированные претензии по поводу такого странного для омеги запаха. Сам Жан не считал это чем-то странным. Тот же апельсин был нормой для омег. Не у всех должно быть что-то тошнотворно цветочное или обязательно нежное. «Привет, Луна моя (ты просил тебя так назвать ;)). Надеюсь, ты хорошо выспался. Все твои вещи в шкафу. Ты настоятельно просил не оставаться на утро, что я и сделал. Телефон на зарядке, номер оплачен до вечера. Было приятно познакомиться:) Н.» Жан нахмурился от нелепых смайликов в записке. Он просто выбросил бумажку и начал собираться. Хотя бы тело чувствовало себя отлично, если не считать головную боль и сухость в горле. Это означало, что вечер действительно завершился хорошо. Несколько использованных презервативов в той самой мусорке только подтверждали его мысли.

***

Две недели ему удавалось избегать встреч, назначенных родителями с потенциальными женихами. Он понимал, что не сможет делать этого вечно, но тянул как мог, постоянно прикрываясь плохим самочувствием. Вот только однажды это перестало быть обманом. Жана всё-таки выволокли на один ужин (совсем не свидание, ага) с кем-то из детей коллег его родителей. Альфа был красив, но уровень его развития каким-то образом ровнялся пятикласснику. Жан думал его вырвет от отвращения. И его вырвало, но не от отвращения, а от запаха парня. Моро сорвался с места и бросился в туалет. — Что ты себе позволяешь?! — Кричала мать, стоя над ним. — Его запах ужасен, — прохрипел Жан и от одного воспоминания его тут же замутило вновь. — Не мели чепуху, — рявкнула женщина, — это благородный запах янтаря! Ни у кого больше такого нет! Знаешь, сколько омег мечтают насладиться им? Ответом ей стал очередной прорыв ужина на свободу. Женщина нахмурилась, разворачиваясь к помощнице. — Надо взять кровь на анализ у моего сына. Жан хотел было спросить зачем, но он с трудом выпрямился, держась за стенку кабинки. Перед глазами все кружилось. — Гадство, — выдавил он. — Когда ты ложился под Грейсона последний раз? Жан вздрогнул только от одного имени, а в следующую секунду его снова затошнило, но уже по другой причине. Он желал никогда не вспоминать об их близости ближайшие лет сто. — Не помню. — Вспомни, — выплюнула мать. Жан стиснул зубы, пытаясь пробиться через круговорот в голове. — Может, за пару дней до того, как он спалился, — в итоге ответил он. Женщина выругалась совсем не тихо и злобно посмотрела на сына. — Молись, чтобы ты не носил его ублюдка в своём животе, иначе отец поженит вас, клянусь Богом! Внутри Жана всё похолодело. Он даже не мог предположить, что это залет, а это вполне реально — Грейсон не утруждал себя презервативами. — Н-нет, это!.. — Он запнулся под взглядом матери, судорожно пытаясь придумать хоть что-нибудь, что опровергло бы ее слова, но по всему походило, что она права. Женщина скривилась, смотря на сына так, будто он ее личное проклятие. Так и было. — Э-это не Грейсон! — Вдруг вспомнил Жан, приобретая хоть какую-то надежду. — Тогда кто? — Презрительно спросила мать. Жан открыл рот, но с ужасом осознал, что не помнит имени, только внешний вид того бармена из клуба. — Он назвал себя Н, — решил соврать Жан, чтобы хоть как-то спасти своё положение, — мы переспали в первый день, когда я приехал. Не помню был ли презерватив. Наглая ложь. Презерватив был и не один, но Жан был готов на всё, лишь бы больше не оказаться с Грейсоном в одной комнате. Женщина поджала губы и фыркнула. — Еще «лучше». Непонятный ублюдок и его ребёнок у такой великой фамилии, как мы! Я говорила отцу не выпускать тебя из виду, но альфы всегда всё лучше знают, конечно! Полюбуйтесь! Тогда молись, чтобы он нам понравился. Если это его ребёнок, ты выйдешь за него! Мы не потерпим внебрачных уродов в нашей семье! Будешь отвечать за свои действия! В фамилии Моро не было ничего великого. Они просто случайно затесались в клуб элит и тряслись над своим положением, как Кощей над золотом. Жан будет молиться. Чтобы это оказался не ребёнок Грейсона и чтобы бармен не убил его, когда узнает такие «прекрасные» новости.

***

Какова вероятность, что вы встретите одного и того же человека дважды? Ну, судя по всему большая. Жан сразу узнал рыжего бармена за стойкой, когда родители разыскали клуб, в котором Моро отдыхал. На бейджике значилось «Нил», а взгляд, которым он наградил присутствующих, говорил о том, что он узнал омегу. — Что будете заказывать? — Спросил Нил. — Надо поговорить, — сказал отец, — без лишних ушей. К этому моменту беременность подтвердилась. Теперь Жан проводил все дни в ожидании ответа из больницы, но для начала надо было взять образец ДНК Нила, чтобы установить отцовство. Образец Грейсона уже был отправлен на экспертизу, но ответа так и не пришло, заставляя Жана не спать по ночам и нервно кусать губы днем. Нил внимательно осмотрел солидных мужчину и женщину и притихшего Жана, опустившего глаза в пол. Подозрение закралось в глаза альфы, но тем не менее он кивнул, бросив напарнику: — У меня перерыв. Помещение, в котором они оказались, было тихим и ухоженным. Напоминало комнату персонала, чем скорее всего и являлась. — Перейдем сразу к делу, — сказал отец, толкая Жана в плечо, чтобы тот сел, — мой неразумный сын по глупости залетел. И возможно, вы являетесь отцом ребёнка. Нил вскинул изящную бровь и кинул взгляд на Жана. Тот съёжился еще больше, стараясь быть настолько маленьким, насколько это возможно. — Это невозможно, — отрицательно покачал головой Нил, — мы использовали защиту. Осечки быть не могло. — И всё-таки, — подала голос женщина, — мы с мужем настоятельно просим дать нам образец ДНК для анализа. — Требуем, — поправил мужчина. Нил не дрогнул под их давлением. — Отказываюсь. — Вы не понимаете, насколько это важно для статуса нашей семьи, — давил отец. — Если так важен статус, — плюнул Нил, — существуют аборты. — Исключено! — Возразил отец. — Никаких абортов в моем доме не будет! — И что же вы предлагаете? — Усмехнулся Нил ледяной улыбкой. — Свадьба и вместе навсегда? Тишина была оглушительным ответом. — Вы шутите, — опешил Нил, шокированно расширяя глаза. Никто ему не ответил, — вы не можете серьёзно поженить меня и вашего сына. Вы меня даже не знаете! — Глупец должен отвечать за свои ошибки, — практически с презрением сказал мужчина, но удержал себя от откровенного тона, — раз научился спать со всеми подряд, а про презервативы не слышал. Жан слышал. Про все виды защиты. Только воспользоваться ими ему не давали, но родителей это никогда не волновало. Нил бросил на него взгляд, от которого Жан поёжился. В комнате похолодало? — Дайте нам минуту, — сказал Нил. — С Жаном? — Уточнила женщина. — Будьте так любезны, — с сарказмом выплюнул Нил. Родители переглянулись, а Жан настороженно наблюдал за ними. В итоге они остались одни. Тогда Моро сразу заговорил. — Я знаю, что всё это звучит дико, но прошу, Нил, пожалуйста. Соглашайся. Нил определённо ожидал, что Жан начнет его отговаривать, но у омеги были совсем другие планы. — У тебя не будет недостатка в деньгах, — продолжил торопливо Моро, боясь, что Нил его остановит и откажется, — этого родители не жалеют. Ты можешь встречаться с кем хочешь. Мне не важно. У тебя будет недвижимость в центре Марселя, дорогие машины, все, что захочешь. Альфа сложил руки на груди, внимательно рассматривая парня. — Их причину я понял, а твоя? — Спросил он. Жан с готовностью ответил: — Кто угодно, только не Грейсон. Парень вслушался в его обреченный тон и испуганный взгляд, едва это имя сорвалось с губ. — Грейсон — это твой бывший? Жан кивнул. Нил перебирал пальцами по предплечью, задумчиво склонив голову. — Я готов взять на себя ответственность только если это будет мой ребёнок, — сказал Нил. Оба понимали, что вероятность мала, — в противном случае ничем не смогу помочь. — Я понимаю, — выдавил Жан. Он мало знал Нила, а точнее совсем не знал, но он точно был уверен, что к Грейсону возвращаться нельзя. Нил позвал родителей Жана назад и сообщил: — Я дам образец и хочу услышать ответ от Жана. Только от него. На том и сошлись.

***

Тест показал отцовство Нила. Жан думал, что потеряет сознание, пока набирал номер. Его руки тряслись, а голос дрожал. — Раз ты звонишь, — вместо приветствия сказал Нил, — значит, это правда. — Д-да, — Жан прочистил горло, — да. — Передай тёще и тестю, что я буду в Марселе завтра утром.

***

Квартира, в которую привели Нила, была богато обставлена и заполнена предметами искусства. Жан неловко встретил его на пороге, не зная, как себя вести. — Привет, — сказал он, перекатываясь с пятки на носок и обратно. — Привет, — сказал Нил, — а это? — Эту квартиру родители купили сразу, как свели нас с Грейсоном, — поведал Жан, — по идее она моя, но по факту всё принадлежит моему будущему мужу. Нил поставил сумку на пол и снял кроссовки. — Это обязательно был бы альфа? — Спросил он, стягивая шарф. Жан кивнул. — Да. Кофе? — Чаю. Нил не был разговорчивым, что Жану очень понравилось. Грейсон любил болтать и исключительно о себе. Его не волновало ничего больше в этом мире. Самым интересным собеседником он становился только в присутствии посторонних. Нил же медленно пил чай, выглядя при этом расслабленным и умиротворённым. — Мой дядя хочет присутствовать на свадьбе, — в какой-то момент заговорил альфа. Тихо, чтобы не нарушать момент, — он был безумно счастлив, услышав, что я женюсь. — И ты не сказал причины, — выражая своё любопытство, спросил Жан. — Ему не обязательно знать, — пожал плечами Нил, — он давно говорил мне остепениться и завести семью. И всё-таки думаю он догадывается. Жан улыбнулся при мысли, что человек старше Нила играет в детектива и пытается угадать настрой своего закрытого племянника. — Как твоё полное имя? — Спросил Жан, осознавая, что не знает этого. — Ты действительно ничего не помнишь, — фыркнул Нил, качая головой. Это получилось даже как-то ласково, — Нил Абрам Хэтфорд. Да, мой дядя из Лондона, но родился и вырос я в Америке. Родители мертвы. Я продал всю их недвижимость. И да, денег у меня достаточно. Жан быстро моргал, принимая информацию. — Я всё это спрашивал? — Да. — С чего я решил, что ты англичанин? — Я не знаю. Ты не объяснял. — У тебя были отношения до меня? — Нет. Только связи на одну ночь. А мы в отношениях? Жан замялся, понимая, что оговорился. — Нет, не в отношениях. — Но поженимся. Жан поджал губы, глядя на альфу исподлобья. — Мы действительно использовали защиту? Этот вопрос волновал его с момента известий о беременности. Когда он еще мог распоряжаться своим телом и решать с кем ложиться в кровать, его партнёры тоже использовали защиту, но с появлением Грейсона Жану пришлось думать немного в другом русле. Злая ирония в том, что он так старался не залететь, а в итоге именно это и случилось. — Да, — просто ответил Нил и нахмурился, — это была хорошая марка. Видимо, мы попали в тот редкий случай, когда защита не спасает. Жан кивнул, возвращаясь к своей кружке. Экскурсия по новому дому не заняла много времени, но на часах всё равно было уже поздно. Последняя остановка в спальне заставила Жана напрячься, но он заставил себя войти внутрь. — Спальня только одна? — Спросил за спиной. Жан оцепенело кивнул, пытаясь заставить язык шевелиться. — Жан? Ты в порядке? — Лицо Нила появилось перед ним, нахмуренное и обеспокоенное. Моро выдохнул, справляясь со своей задачей. — Давай сделаем это быстро, — сказал он и сглотнул. Нил немного отпрянул. — Сделаем что? Жан не стал смотреть на него. Его взгляд был прикован к кровати с некоторой обреченностью. Нил проследил за его взглядом, а когда повернулся омега снимал с себя футболку. Нил в конец потерялся и схватил запястье Жана, дергая на себя. — Жан! Ау! Объясни, что происходит? Нил помахал перед его лицом ладонью, отчего Жан нахмурился и оттолкнул ее. — Сексом заниматься удобнее без одежды, — как-то слишком ядовито сообщил Жан. — Что? — Нил тряхнул головой, — Жан, ты вообще о чем? Я не хочу заниматься сексом прямо сейчас. Моро очень недоверчиво посмотрел на него. — Не хочешь? — Ну да. Я после перелёта, ужасно устал. Единственное, что я хочу — это спать. Ты хочешь заняться чем-нибудь? Омега выглядел так, будто был сбит с толку его отказом. Кажется, Нил знал, кого обвинять в этом выражении лица. — Что говорил твой бывший? — Спросил Нил тоном, не подразумевающим отказа. — Мы просто… — Ответил омега, еле шевеля губами, — ну… Часто занимались этим. — Что он тебе говорил? — Что все альфы хотят этого, а если омега не даёт, значит он не полноценный. Нил выдохнул, уже желая врезать этому Грейсону как следует. — Еще раз, — сказал он, поворачивая лицо Жана к себе, чтобы тот смотрел на него, а не на кровать, — ты хочешь заняться сексом? — Нет, — выдал Жан после огромной паузы. Нил удовлетворено рыкнул и не удержался и погладил щеку омеги. — Видишь? Это не так сложно. Давай ложиться. В тот вечер Жан впервые осознал, что Нил и Грейсон не один и тот же человек. Он понимал, что они разные, но неосознанно сравнивал их, перекладывая слова своего бывшего на нынешнего. Он соврал, когда сказал, что они делали это часто. На самом деле Грейсон приказывал ему ложиться каждый день и не кончал в Моро только, когда не ночевал дома. Первое время Жан пытался поговорить с родителями и попросить их притормозить альфу, потому что омегу он не слышал, но Грейсон наплел им что-то про то, что Жан вообще от него нос воротит и дома его не бывает. Разумеется, прилетело Жану. Со временем Жан перестал пытаться, просто ждал вечера и переживал его, а потом пытался существовать дальше. Это было сложно. Они были вместе 6 лет.

***

— Этот фильм отстой, — сообщил Жан. Нил фыркнул, улыбаясь. Ему совершенно не был интересен фильм, он смотрел исключительно на омегу. Жан знал это, но не обращал внимания. Если обращал, то начинал краснеть. Первые месяцы совместной жизни они потратили привыкая друг к другу. Соседство оказалось даже приятным. Никто из них не любил громко слушать музыку или говорить по телефону. Максимум смотрели вместе фильмы, а ещё Нил говорил с Жаном по французски, что вызывало у последнего настоящий восторг. Они познакомились на английском, общались на английском, чтобы потом Моро выяснил, что у его теперь уже мужа потрясающий французский. По словам Нила голос Жана ему тоже нравился. — Он похож на журчание ручья, — Нил тогда впервые покраснел. Лёгкий румянец красиво ложился на щеки и придавал альфе очарования. Его запах идеально сплетался с запахом Жана, что с неохотой признавали даже родители последнего. Честно говоря Жан не думал, что будет так… Нормально. Нил, казалось, сначала не воспринимал ситуацию настолько серьёзно, но был рад успокоить дядю. Только когда живот стал расти, Нил тоже стал меняться. Это началось одним ничем непримечательным утром. Они всё еще делили одну комнату на двоих, но Жан никогда не слышал, как Нил уходит (а тот уходит рано, потому что оказался фанатом утренних пробежек!). В это утро Моро-Хэтфорд проснулся от вкусного запаха. Он снова был один, а рот быстро наполнился слюнями. Ведомый любопытством и голодом Жан встал и не потрудился переодеться, сразу направляясь на кухню. К его удивлению готовил Нил. — Доброе утро, — сказал он, обернувшись на секунду. — Доброе. Что это? — Указал Жан на замысловатый завтрак. — Всё, что доктор прописал, — пропел альфа, ставя тарелку перед омегой, — приятного аппетита. Не то, чтобы Жану прописали что-то особенное. Просто диета для беременных омег, но Нил использовал только разрешённые продукты и сделал вкусное блюдо. — Вкусно, — Жан повторил вслух свои мысли, — не знал, что ты умеешь готовить. — Я не умею, — качнул головой Нил, — позвонил другу. У него беременная жена, так что он разбирается в этом. — Зачем? — Спросил Жан с сомнением. Нил положил локти на стол, а голову на скрещенные руки. — Ты мой муж, Жан, и носишь нашего ребёнка. Я должен заботиться о тебе. — Должен? Только и всего? — Бросил омега с вызовом. Он стал немного драматичен с беременностью, но Нил и бровью не повел. — Я не делаю того, чего не хочу, — сказал альфа, не первывая зрительного контакта, — я хочу позаботится о тебе и о нашем малыше. Жан поджал губы. — Если тебе это неприятно, — добавил Нил, — скажи это. — Не совсем, — медленно сказал Жан, — непривычно. Нил пожал плечами. — Мы ведь женаты. Думаю, люди в браке так себя и ведут. — В счастливом браке. — Это зависит только от нас. Сейчас Жан уже не чувствует себя неуютно под взглядом Нила. Он знает, что за ним скрывается нежность. После столь длительных отношений строить что-то вместе с другим человеком кажется не реально, но они справляются. Ради малыша.

***

Роды были тяжёлыми. Жан действительно думал, что умрет. Он жалел, что не додумался написать завещание. Что теперь будет с ребёнком? Будет ли Нил заботиться о нём? Или без Жана тот станет никому не нужен? Долгое время Жан пробыл в больнице, но удивительно было то, что Нил сидел рядом всё это время. Он заботился о малышке и заботился о Жане, и последний часто плакал из-за этого. Не могла собственная глупость привести в его жизнь столь идеального человека! И тем не менее он здесь. Держит руку непутёвого омеги и шепчет заверения, что всё будет в порядке. Жан верил ему.

***

Прошло три месяца прежде чем Жан полностью оправился от последствий родов. На это время Нил полностью взял заботу о маленьком Лоренцо на себя. Жан уже упоминал, что много плакал? Это все от беременности осталось. Нил был замечательным. Подолгу возился с малышом и помогал самому Жану, хотя у них так же была няня на быстром наборе и домработница. И всё-таки альфа тратил свои собственные силы. За время беременности и после родов Нил никогда не упоминал о сексе, Жан тоже. Это был самый длительный период без половой активности для омеги. Альфа, казалось, и не нуждался в этом. Он смотрел на Жана и его взгляд с каждым разом становился всё ласковее. — Это странно — признаваться мужу в любви? — Шёпотом спросил Жан на грани сна и реальности. — Когда у нас с тобой было не странно? — Смеялся Нил сквозь дымку. — Ты прав, — засмеялся Жан, а потом замолк, — я люблю тебя. — Можно я тебя поцелую? Они целовались. Долго. Впервые с единственного поцелуя на свадьбе. Жан так скучал по нему. Нил позволил омеге остаться рядом и вдыхать его запах у шеи.

***

Жан осторожно покачивал Лоренцо, пока тот сонно моргал серыми глазами. Нил стоял в дверях, стараясь не шевелиться, чтобы не привлечь случайно внимание сына. Омега подержал ребёнка еще немного, и тот, наконец, заснул. Нил улыбнулся, наблюдая, как Жан встает и аккуратно кладет малыша в кроватку. Они закрыли дверь и тихо выдохнули в коридоре. — Заснул, — счастливо прошептал Нил. Жан только кивнул и указал на кухню. — Давай не будем испытывать судьбу, — добавил шёпотом. Едва они зашли, Нил притянул омегу к себе, тот обвил руками его плечи и наклонился для поцелуя, который Нил с радостью ему дал. — Дети сложно, — прошептал Нил в губы Жана. — Да, — ответил тот, прикрыв глаза. — Как думаешь, может, сделаем еще одного? — Промурлыкал Нил. Жан задохнулся, но наткнувшись на хитрую улыбку мужа, расслабился. — Дурак. Омега опустил руку к его бедру и нащупал что-то в кармане. Нил не мешал ему вытащить это, что оказалось пачкой презервативов. — Серьёзно? — Фыркнул Жан, — это те самые супер безопасные? — Нет, это другие, — хмыкнул Нил, — думаю, мы уже выяснили, что те отстой. Означает ли это, что мы можем подать на компанию в суд за обман? Жан рассмеялся, но быстро притих, вспомнив, что они не одни в доме. Тем не менее он наклонился, чтобы прошептать в губы «да». Нил потащил мужа в спальню, и Жан лег на кровать наблюдая, как Нил раздевается. Тело омеги пело и впервые тянулось к чужим рукам. Нил отвечал за свои действия всегда и везде, но особенно, когда доводил мужа до точки кипения. Это Жан выяснил на приятном опыте. Омега мурчал, пока Нил осторожно входил в него, и Жан ничего не мог поделать с такой реакцией. Ему просто было хорошо. Когда Нил кончил, Жан был безкостным и разнеженным. — Это не странно, — сказал Нил, целуя белое плечо, — признаваться мужу в любви. Я люблю тебя. Жан засыпал с маленькой и счастливой улыбкой.