Милый друг

      Глухим и крепким звуком раздавались тут и там мои шаги. По коридорам, по лестнице, по пустынному проходу. Всюду, пока мы с Элрондом спускались вниз. Он двигался бесшумно. Вопреки всем иным не состыковкам, в этом полу-эльф ничем не отличался от грациозных и воздушных созданий, эльфов, которых я, когда-то, только так и представляла.  — Как ты нашел меня?  — Диса показала.        Мы перебросились лишь парой фраз. Все остальное время двигались молча, думали, каждый о своем, но, — я была уверена, — по сути, об одном и том же: «Как уговорить короля Дурина отправить гномов на войну за Эрегион». А я, вдогонку, переживала за себя. «Как он воспримет новость — сын его ослушался, нарушил приказ, впустил меня в Кхазад-Дум, не спросив разрешения у короля».        Знала я, рискованно вновь возвращаться. Но, отчаявшись, доверилась. Ему. Элронду. Шла рядом, гордо и уверенно. Жаль, что лишь снаружи. Изнутри подрагивала, сомневалась. Никак не могла отделаться от мысли о зеркале, о своем «настоящем» облике, и о том, что это видел Элронд. С одной стороны, хорошо, теперь он верит, но с другой… Мне не хотелось, чтобы кто-то знал, как выгляжу на самом деле. Я и сама забыла!.. На месяцы лишилась памяти, впрочем, как и четкого представления о своей настоящей сущности.        Впереди показались первые огни, десятки факелов в глубоких полукруглых чашах, подвешенных на стенах за длинные цепи. Довольно быстро миновав невысокий, — Элронду, да и мне, приходилось часто наклоняться под несущими балками, что разделяли помещения в горе, — но достаточно вместительный коридор, мы очутились у просторного, богато украшенного, помещения. Вздохнув, я поняла: «Сейчас начнется». Ступила вместе с полу-эльфом в залитый приглушенным светом, зал…        И осмотреться не успела, как в глаза бросилось оно — кольцо. Массивный перстень, глубокого пронзительного цвета насыщенного неба перед бурей, блестел и переливался множеством оттенков синего: от бледно-голубого, до, практически, черного!.. Войдешь, и тотчас же увидишь.       Невозможно не заметить. Невозможно пройти мимо!.. Кольцо приковывало взгляд, широкое, сверкающее, опасное!.. Я не касалась, даже не приблизилась к сияющему камню, а оно, как будто загудело!.. Ощутило наше появление.        Разглядывая перстень, я не заметила принца Дурина, впрочем, как и самого короля. Не отрывая глаз от самоцвета, прошла рядом с Элрондом поближе к середине зала и, лишь тогда, остановившись, обомлела. Дурин старший восседал на троне. И то была его рука!.. Грозный и надменный, смотрел он с высока, но сам, вскочив на ноги, едва достал бы нам до пояса!..        Я не осмелилась заговорить, почтенно поклонилась и, сгорбившись под тучным взглядом, услышала невозмутимый голос Элронда.  — Король Дурин! — вымолвил он, тоже склонив голову в почтении. — Мы пришли просить совета и, возможно, помощи.  — Эльф! — грубо обратился царь, хотя прекрасно знал по имени. — Ты пришел с ней? — Я вздрогнула, испытав неприятное тягучее чувство в области желудка. — Ты привел сюда эту невоспитанную девицу?!  — Да, почтенный король, — смиренно ответил Элронд, пропустив мимо ушей все неприятные слова, — Перл пришла со мной. Мы вместе держим путь… — Меня это не волнует, — Дурин III взмахнул рукой, и я увидела, как сын его скосился в нашу сторону, — лучше-ка, ответь, дочь Эльвига, как осмелилась вернуться? Разве я не запретил? Разве не предупреждал, чтобы ноги твоей не было в моем царстве?!        Последние слова король буквально выкрикнул. А, вместе с тем, за голосом, — твердым и скрипучим, — по залу пронесся легкий ветер. Холодом ударил по щекам, едва заметно, но настолько рьяно!.. Я невольно отступила. Встала чуть поодаль спутника. — Решила сеять смуту дальше? Порочить дар, что был мне вверен во хранение и обладание?.. — Король прижал ладонь к необъятной груди, обтянутой бархатной тканью в тон блестящему сапфиру, следом жестко рявкнул: — Все говорят, что зло вернулось в Средиземье. Но, думается мне, это ты.  — Отец, — неуверенно заговорил Дурин младший, поглядев на него снизу, как и требуют приличия в общении с королем, — я пригласил друзей обговорить то, что мы с тобой обсуждали… — Кольцо подарило нам возможность, не только созерцать гору, видеть все, что скрыто от глаз гномов, но и чувствовать врагов! Я вижу, что она, — он снова ткнул пальцем в воздух, но почудилось, будто бы попал в меня, — и есть зачатки зла. Какие голоса болтают у нее в голове?.. Кто и что шепчет, кто и о чем себе «думает» ?.. — голос его понизился до зловещего шепота, глаза забегали по каменному полу. — Кольцо велит не просто гнать негодницу, а заковать в кандалы и бросить в сырую темницу!..        Испуганно вздохнув, я глянула на Элронда, но он, лишь вскользь качнув головой, беззвучно попросил стоять на месте. Шагнул поближе к трону, снова поклонился, а потом заговорил, все тем же покорным тоном: — Адар, ваше гномье величество, задумал нанести удар по Эрегиону. Он идет туда, возможно, по указу Саурона… — Не произноси это имя в моих стенах, эльф!..        Я поежилась. А Элронд, выпрямившись, спокойно исправился: — Прошу прощения, не повторится больше это слово, — он отчетливо выделил последнюю фразу, — но я осмелюсь и договорю. Адар ведет войско орков к стенам Эрегиона. Вскоре они прибудут к Ост-ин-Эдиль. Я, от лица всех эльфов Средиземья, включая и Верховного Короля, прошу тебя, владыка Кхазад-Дума, помочь своим друзьям в час отчаянной нужды.        Вздохнув поглубже, Дурин старший, рассмеялся. У меня мурашки расползлись по телу от гулкого грудного хохота!.. Настолько зловеще и пугающее прозвучал гортанный низкий смех. — Мне нет дела до эльфов, как и до орков, и до Адара, кем бы он ни был. — Но, тогда, зло неминуемо коснется и ваших земель, и этой горы!.. — Элронд, возможно, и ожидал отказа, но, что уж точно, не в столь язвительной манере. — Нельзя слепо игнорировать опасность…       Увидела я, как плечи его расправились, а подбородок, доселе сдержанно опущенный вниз, выпрямился, сразу вместе с головой.  — Сейчас я вижу лишь одну опасность, и это не орки, — король снова впился в меня уничтожающим взглядом, — а она.  — Владыка Мглистых Гор, — Элронд не оставлял попыток, мягко миновал все острые углы, осторожно подбирая каждое слово, — мы прибыли с добром и нуждой, прошу, не руби с плеча! Орки, неминуемо, нападут и на эти земли.  — Да, но мы закроем ворота, задвинем ставни. Никто не проберется в горы. Мы будем надежно защищены толстыми стенами и глубокими туннелями. Нам, в отличие от вас, натур нежных и теплолюбивых, не требуется солнце.  — Но, что же будет греть ваши посевы? — не выдержав, сбивчиво спросила я, добавив: — Когда солнце скроет тьма, чем народ ваш, король, будет питаться? И что станет пить, покуда все реки и источники будут отравлены?.. Я видела «это» своим глазами. Я знаю, что случится, если…       Элронд оглянулся. Беззвучно, одним взглядом, попросил больше не болтать. Наверняка, заботился он, как бы не стало хуже. А я… Преисполненная страхом и непоколебимым желанием высказаться, не смогла остановиться. Смотрела на сапфировый перстень, горящий синим пламенем. Смотрела и чувствовала… Нутром ощущала злость и негодование, бурей поднимающиеся в сердце!.. Это кольцо, невообразимым образом, влияло на меня! Влияло даже будучи на пальце у гнома!..        «Люди куда больше подверженны искушению. Пагубное действие кольца способно завладеть их волей, приманить, очаровать, околдовать!.. Покуда пальцы не касались драгоценного металла».  — Этот… Я чувствую этот камень, — прошептала я, заглянув Элронду в глаза. — Оно сильнее, чем мы думали. Зло тянется повсюду! Оно почти касается души!..       Не выдержав, прижала я ладонь к груди и отшатнулась. Не ведая желания ярче, не ощущая жжения страшнее, чем это, покачала головой, мысленно отнекиваясь и больше не касаясь взглядом синего камня.  — Как смеешь ты, девица, — пронзительно осведомился Дурин III, стиснув кулаки, — порочить то, что свято?! — Отец!.. — встрял сын его, сорвавшись с места и встав между нами, прямо передо мной. — Отец, но ты же сам приезжал в Эрегион за кольцами. Привозил туда митриль!.. Как можно отказать друзьям в помощи?! Как можешь утверждать, что дела нет до эльфов нам, когда это они выковали дары бесценные, что возродили гору и вернули гномам свет?..  — То, что мы получили, отныне наше по праву. Глупо полагать, что эльфы, столь любезно вручившие кольца, однажды не потребуют чего-нибудь взамен. Вот он и явился, — протянул король, на этот раз, впившись цепким взглядом в лицо Элронда, — друг полу-эльф, запудривший мозги тебе, сын мой. Да ещё и об руку с этой проходимкой!.. И…        Дурин закатил глаза, ушел в себя на несколько мгновений. Успели мы втроем лишь переглянуться, как он, привстав, воскликнул: — Неужели, в стенах наших маг?!       Эхо, звонкое и гортанное, болезненно ужалило за уши. Вздрогнув, я медленно подошла к Элронду, ощутив себя чрезмерно уязвимой. Обстановка накалялась. Кольцо нашептывало Дурину не верные решения, страшные мысли вселяло в его, когда-то светлый, ум. Мы видели. Все, без исключения, но ничего не могли сделать.  — Как ты, сын мой, наследник, посмел впустить их вместе с Истари?! — взревел Король, и стены заходили ходуном, пол затрясся!       Схватив Элронда за плечо, я ахнула, но устояла. Благо, небольшое «землетрясение» быстро закончилось.  — Отец, — Дурин шагнул к трону, оставил нас позади, — с тех самых пор, как ты надел это кольцо, ты изменился. Мы копаем. Без устали. Днями и ночами. Бьем несущие стены!.. Скоро трещины пойдут!        Видно было, как отчаянно пытался друг наш вразумить своего короля. Сжимал пальцы, топал ногами, активно жестикулировал и говорил пылко, со страстью доказывая свою правоту!.. Вот, только, никто его не слышал. Дурин старший лишь гневался. Брови его, и без того белесые и густые, совсем слились на переносице, закрыли гневные глаза. Губы задрожали, борода следом!.. Стоял он, высоко возвышался на пьедестале, сверлил взглядом сына, в ярости подрагивая.  — Диса слышала… — сглотнув, добавил Дурин младший. — Она слышала нечто страшное в горах. И Перл, — он мельком обернулся, указав на меня, — она тоже… — Молчать! — закричал король.       Большинство факелов, вблизи трона, — под натиском, откуда ни возьмись, шквалистого ветра, — внезапно, потухли. Неровный тусклый свет, что отблесками падал нам на спины, отбросил на пол дрожащие тени. Я нерешительно подняла глаза и посмотрела в сторону трона, но увидела лишь мрак, силуэт короля и, горящий синем пламенем, перстень. Больше ничего.  — Кольцо влияет на тебя… — прошептал Дурин, но был бесцеремонно огорошен новым криком. — Я сказал, молчать!..       Король сошел с пьедестала. Послышался громкий хлопок. Он спрыгнул вниз, направился вперед, к нам!.. Приблизился почти вплотную!.. Мне стало дико страшно, даже рядом с Элрондом. Отпрянув, я сглотнула, разглядев угрозу в затуманенных прищуренных глазах. Свет, что освещал другую половину зала, отразился в них недобрым пламенем.  — Отец?..        Дурин и Элронд обернулись. Я заметила, но даже и не посмотрела. Оцепенела и, застыв на месте, дождалась, когда король гномов встанет рядом. Совсем близко. Между нами не было и двух шагов!.. — Ты сеешь смуту в моем доме. Ты принесла сюда беду. То, что дышит во мраке, это дело рук твоих и темных заклинаний мага!.. — Чем безумнее становился взгляд гнома, тем отчаянней дышала я, предчувствуя беду. — Убирайся!.. Пошла вон!..       Гневный голос опалил лицо мое и тело неведомо откуда взявшимся порывом, такой незримой мощи, что я не сразу поняла, как очутилась на полу. Нет, ни что не толкало. Не было это ни руками, ни мечом!.. Просто, в одно мгновение, меня подбросило к потолку и швырнуло о ближайшую стену. Огни мелькнули пред глазами, и боль, отчаливая и давящая!.. Я ощутила влагу на лбу, попыталась дотянуться, но руки не слушались. Издали донеслись размытые крики, послышался топот, шум!.. Потом меня подняли с пола, очень быстро и легко!.. Посадили на камень, заговорили… Но, первые минуты, я запомнила плохо. Только шум и свет, что щипал веки.  — Перл?!        Тряхнула головой, которая немедля закружилась.  — Перл, открой глаза!       Я попыталась. Размеренно вздохнув, закашлялась, но не смогла. Сначала все рябило и тряслось. Не только голова, но и тело. Затем, спустя какое-то время, веки мои, все же, приоткрылись, однако, ничего, кроме раздвоенного лица Элронда, я не увидела. Он сидел рядом, там же, на полу. Держал за плечи и пытался привести в чувство.  — Перл?..        На этот раз, я отозвалась. Приоткрыла губы и тихонечко сказала: — Все нормально. — У тебя кровь… — растерянный голос тотчас же сменился беспокойством. — Идти сможешь? Хотя бы встать?..       Постепенно, звуки возвращались. Рябь рассеялась, гул в ушах и тремор в теле — тоже прекратились. Услыхала я отдаленные крики гномов, отца и сына. И, чем быстрее приходила в себя, тем отчетливее становились голоса их, пронизанные гневом и яростью, тем громче они кричали спорили друг с другом!..  — Она могла погибнуть! — воскликнул Дурин младший.— Сними!.. Прошу, сними это кольцо!..       Я не видела, никого из них, зато отчетливо слышала, и наблюдала тени на полу. Сидела, понемногу очухавшись, трогала себя за плечи, попыталась и достать до лба, но Элронд перехватил руку, сжал запястье длинными пальцами и, поймав мой взгляд, блуждающий и рассеянный, сказал: — Не трогай. Лучше, поднимайся, и пойдем. Отыщем Дису. Пусть посмотрит. На вид, — Элронд закусил губу, приглядевшись, — не очень глубокая ранка. Кровит, и только. — Он вздохнул. — Голова кружится?       На фоне гномьих воплей, мирный и спокойный голос полу-эльфа показался чем-то странным и неестественным.  — Кружится, — прошептала я.       А позади послышалось: — Пусть бы и умерла! — равнодушно выпалил король, и мне, внезапно, стало дурно, но, уже совсем не из-за головы. — Я не сниму кольцо. Я не отдам тебе свое… — Мы уходим. — Подхватив за пояс, Элронд медленно помог подняться на ноги и встать. — Мы покидаем Кхазад-Дум, слышишь?        Он обхватил лицо мое рукой, впервые прикоснувшись, почти неощутимо, но… Прикосновение, обычное, ничем не выражавшее, какой бы то ни было намек на близость, — он лишь пытался привести в чувство, обратить внимание на себя, — незамедлительно заставило ответить.  — Д-да, — выдохнула я, но кивать не стала, побоялась, голова закружится сильнее. — Идти сможешь?.. — Элронд снова посмотрел на лоб. — Могло быть и хуже, гораздо хуже!..  — Наверное, смогу…        Я, тяжело дыша, попыталась сделать шаг. Поспешно отвернулась, погладила щеку, что невольно запылала от под его пальцами, и, засеменив по залу, увидала кольцо. Глаза сами, ведомые чужой волей, впились в ярко-синий сияющий камень!..  — Пошли!        Больше Элронд не медлил, и со мной почти не разговаривал. Обхватил за плечо, да повел прочь; подальше от зала, подальше от гномов и проклятого украшения!.. — Обработаем рану, поднимем остальных и покинем гору, — твердо заявил Элронд, — король обезумел, нас здесь больше ничего не ждет.        А я мысленно добавила:       «Ничего хорошего — точно, нет».      

***

    — О, Всевышний Аулэ!.. — воскликнула Диса, когда мы показались в покоях принца и принцессы. — Что случилось?!        Я старалась не жаловаться, упорно перебирала ногами, двигалась быстро, как могла! Но, если бы не Элронд, мало вероятно, что взобралась по винтовой лестнице. Держал он крепко, двигался свободно. Казалось, что тащить меня, ему было не в тягость. Не запыхался даже!.. Когда вошли в просторный зал, — тот самый, где недавно отобедали, — Элронд аккуратно усадил на стул, помог убрать волосы за спину и, выпрямившись, уступил место Дисе.  — Как это случилось?! — ахнула она, притащив коробку со снадобьями.  Выхватила кусочек тряпки. — Король ваш в край рассвирепел, — хмуро ответил Элронд, скрестив руки на груди и наблюдая. — Неужели?! — Диса откупорила небольшую стеклянную баночку, смочила ткань и прижала к ране. — Это сделал наш король?!       Я всхлипнула и стиснула зубы. Боль незамедлительно разбежалась вдоль бровей, коснулась висков, ужалила за рану. Один плюс — голова перестала кружиться. По крайней мере, пока Диса прижигала место удара. — Нет, это сделало кольцо, но с позволения короля, безусловно. — Бедняжка, — принцесса поджала губы, внимательно осмотрев, — ну, вот, кровь остановилась. Грязь теперь не попадет. Что-нибудь ещё болит?.. — Н-нет, — прошептала я, болезненно морщась, да уставившись Элронду на руки, — тошнит немного.        Стоял он близко, почти что надо мной. Стоял спокойно, говорил внятно, единственное, что выдавало беспокойство — это руки, точнее, пальцы. Не долго продержался он в одном положении, вытянул ладони вниз, погладил кончиками пальцев серебряное кольцо на левой руке. Уверена была, не понравилось ему все то, что увидел и услышал. Мне тоже.  — Мы собираемся, Диса, — объявил полу-эльф, не дожидаясь, пока я оклемаюсь и хоть немного, да начну соображать.  — Сейчас? — выпалила гномесса следом, осторожно обхватив меня за пояс и медленно поставив на ноги. — Не уверена, что Перл сможет...  — Полчаса назад, король Дурин едва не убил ее. Не собираюсь дожидаться, пока сюда нагрянет стража.  — Подожди! Не торопись! Лучше, сядь и подумай, здесь, пока укладываю бедняжку в постель!        На ряду с отчетливой болью и не менее живыми воспоминаниями о том, как приземлилась на каменный пол, я слышала и отдаленные толчки: в стенах, в скалах, в потолке… Разносились они гулким эхом по горе, заставляли камни скрежетать, скалы двигаться и издавать пронзительные звуки!..  — Балрог, — вымолвила я, подняв глаза и поглядев на перепуганную Дису, — Балрог выбирается. Ты слышишь?..       Она чуть кивнула, отвернувшись. А я, вздохнув, обратилась взглядом к Элронду. Лицо его — белее снега, губы плотно сжаты, на лбу рассыпались морщины. Неспешно сглотнув, он, будто подготовившись, вобрал в легкие побольше воздуха, а потом спокойно уточнил:  — Ты сказала: «Балрог» ?.. — Да. — Быть не может! — потерев щеку рукой, полу-эльф запустил пальцы в волосы, уже и не скрывая беспокойства.        Впервые я увидела, как он сделал это. Значит, само упоминание о страшном существе заставило тысячелетнего взрослого эльфа содрогнуться!.. Он видел многое, я не сомневалась, но, вот, с Балрогом не сталкивался. Никогда.  — Могучий демон, Валараукар, прислужник Моргота. Здесь? В Кхазад-Думе?..        Элронд замолчал. Унесся взглядом глубоко в себя, погрузился в мысли, застыв в одном положении. Так и простоял, пока мы с Дисой добирались до кровати, широкой и мягкой, куда удобнее на вид, тех, небольших, в которых я никак не могла заснуть. А потом, вздрогнув, словно вспомнив что-то, показался из-за длинного полога, отделявшего спальную зону от основной комнаты.  — Уверена, что это он?..  — Да, помню все, от… — Я опустилась на кровать, прилегла на подушку, осторожно опустив голову. — Огнедышащий демон, способный окутывать себя огнем, тьмой и тенями!.. Я видела его, как вижу тебя. Я слышала его, как слышу вас!..        Прикрыв невольно веки, я дернулась, ибо мысли обожгли страшные воспоминания. Вспышкой алого зарева явились налитые огнем глаза, и длинный черный хлыст ударил камень, породив землетрясение!..  — Ох, Диса! Собирай детей. Зови Дурина!  — Когда? — спросил Элронд, присев на край постели и заглянув в мои, налившиеся тяжестью, глаза.  — Не знаю. Скоро!.. Разве ты не ощущаешь сам?..       Диса кивнула. В ту самую секунд, там, внутри горы, где-то под нами, что-то бахнуло.  — Шахты?.. — Нет, — принцесса подхватила чашу со стола, метнулась к полкам позади, — это не шахты. Да ты и сам понимаешь. От эльфа же не ускользнет, то-то такой бледный!.. — Диса, прошу, собирайтесь, — едва борясь с нависшей дрёмой, прошептала я, с трудом разлепив веки и поглядев на Элронда.        Лицо его вновь раздвоилось. Потом и вовсе расплылось. Я слышала голоса, понимала, что это они — друзья, но ничего не различала. Не разбирала речи!.. Почувствовала лишь, как некто снова опустился рядом.  — Давай, бедняжка, пей.        Диса приподняла за шею и, сунув в рот какую-то горькую штуку, велела прожевать и проглотить.  — Остановит боль и поставит на ноги, ну же.        Я доверчиво запила водой из длинного прозрачного бокала, который она бережно поднесла к губам. Но видела все скомкано, размыто и раздвоено. Голова раскалывалась!..  — Теперь, поспи. — Слышу… — прошептала я, словно исчезая.        Силы, что помогли подняться вверх по длинной винтовой лестнице, и позволяли пребывать в сознании, постепенно покидали тело. Я чувствовала, будто говорю безумно медленно и не своим голосом. Лежала на спине, проваливаясь в мягкую пучину, волнами омывавшую ноги и засасывающую куда-то в недра кровати.  — Что? — донеслось издали. — Что ты слышишь?         И так неразборчиво!.. Я не узнала, кто это был: Диса или Элронд. Лежала, молча, слышала глубокий вой и страшный топот.  — Б-Балрог… — вымолвила я свое последнее слово.        И заснула.     

***

          Гром. Молнии. Тучи.        Мне снился волнующий сон. Ноги засасывала непролазная трясина, зыбучая и густая, она хлюпала вокруг, пускала пузыри, тянула на дно! Вцепившись пальцами в траву, я попыталась выбраться, но не смогла. С каждым незначительным движением топь засасывала глубже. С каждым новым вдохом, покидали и последние силы. Пальцы!.. Болезненно подтянувшись, с усилием, я ахнула, разжала ладони и, нырнув в бездну, задохнулась. Отчетливо ощутила, как грязь и тина заполняют легкие, попадают в нос и горло, забивают трахею. Кашляла, но не могла выплюнуть. Повсюду тьма, по всюду ужас, по повсюду крики и вой!.. А, ещё, приглушенный грохот.        «Бум!..»       Звенящий лязг сотряс гору. Разбудил меня!..       Нет, то был не страшный сон, то была зыбучая реальность!.. Подскочив в постели и беззвучно ахнув, я огляделась. Обнаружила себя сидя на широкой мягкой кровати.        «Опочивальня принца и принцессы».        Сразу же припомнив, что к чему, я потрогала ранку — запекалась. Покрылась небольшой корочкой. Это хорошо!.. Голова немного кружилась, мне было крайне сложно сфокусировать взгляд на причудливых узорах, что украшали полог, но это ерунда! Ведь, боль прошла, отпустила бедные виски. Елозила ещё, где-то глубоко, под кожей, но не давила, не саднила, не заставляла ныть в безысходности!.. Лекарство помогло.        «Интересно, как долго проспала, и где же остальные?»       Не шелохнувшись, я прислушалась. Тихо!.. На первый взгляд, да, но ничего не видно было за плотной непроницаемой тканью.  — Многие не спят, — послышался тихий беспокойный голос Дурина, и я поняла, что он вернулся, — многие обеспокоены. Слышат, то ли барабаны, то ли скрежет, то ли лязг!.. Внутри горы что-то движется, касается стен и пола, где-то потолка. Скребется. — Диса собрала ваших детей, теперь пошла будить и остальных, — отозвался Элронд, — по винтовой лестнице удастся выбраться путем, что мы пришли? — Конечно, воины внизу подчиняются мне.  — И куда пойдете?..       Я затаилась, намеренно притворилась, что сплю. Возможно, Элронд и не слышал, как проснулась. — Не торопи события, друг мой, — попросил Дурин, негромко прочистив горло, — может, обойдется?..       Элронд не ответил. А принц продолжил: — Знаешь, я готов схватить свою секиру, отправиться с вами и… — Не стоит, оставайся со своей семьей. Один в поле — не воин. Бросаться вдвоем напропалую?..  — Это ли не про нас, а?..        Послышался тихий смех, едва различимый, больше походивший на попытку успокоиться. И тот затих, когда стены снова задрожали, бокалы зазвенели, посуда заходила ходуном на прочных полках!.. Прокатился переливистый рык. Оглянувшись, я прижала ладошку к стене, боязливо сглотнув. Началось?..  — Шахта, — скрипучим голосом заверил Дурин.  — Гномы, видимо, копали ее слишком глубоко. Кого вы разбудили?..       Элронд не поверил. Конечно, ведь, все ощущали. Все опасались.  — Перл сказала? О Балроге? — Да. — Ты уверен, что это не выдумки?.. — Дурин уточнил, но тотчас же исправился: — Не смотри так, я в своем уме! Понимаю, чем грозит любое промедление, но…  — Это не выдумки, — твердо заверил Элронд, — я верю Перл.  — С каких это пор?.. — Она знает. Она чувствует. Диса тоже.        Легкая улыбка, невзначай, коснулась моих губ. На сердце стало радостно и чисто. Поверил. Неужели?.. Мне больше не придется объяснять, рассказывать, пытаться «влиться» ?..Подумаешь, всего три слова, но, зато, какие! «Я верю Перл». Для меня это с лихвой покрыло весь тяжелый путь, что мы прошли в неведении и страхе. Значит, не придется думать, что же делать, если разойдемся, потому что это не случится. Мы уедем все вместе, точно и пришли. Впятером!..        Слова Элронда внушили веру, вернули силы. Я так обрадовалась, что поднялась! Подумала: «Чего же горевать, покуда все мы живы?..» И правда, надобно решать проблему, не лежать!.. — Ох…        Голова закружилась, но я удержалась на ногах. Немного переоценила свои возможности. И разозлилась. Почему?! О, просто не выносила, когда, в виду болезни или ещё чего похуже, не могла владеть собой, заниматься чем-то важным. «Чужое» тело, ставшее родным в опасном путешествии, отказывалось подчиняться. До конца не слушалось меня! — Ты проснулась.       Ну, конечно, он услышал. Теперь — да.       Элронд появился вместе с Дурином. Встали они рядом, один высокий, второй низкий, едва до локтя, и переглянулись. Два верных друга, такие разные, но, одновременно, так похожи. Эльф и гном. Я вздохнула, осознав, кто бы и что не говорил, дружба между этими двумя народами пробиралась куда глубже и становилась только крепче.  — Как себя чувствуешь?  — Нормально, — соврала я, не желая, чтобы, по моей вине, мы застряли в опасности еще на какое-то время, — уже идем?.. — Диса пошла за Истари, Нори и Поппи.  — Отлично.        Проверив кинжал, я наспех забрала волосы в кулек и, вздохнув, покачнулась.  — Ты уверена, что готова идти?        Элронд, я не видела, но готова была поклясться, повернулся, когда я прошла мимо.  — Да.       Не стала и смотреть на них, на ходу умудрилась накидку пристегнуть, вот, только, уколола палец острой булавкой. Не беда!.. Сунула в рот, смахнула кровь и, повернувшись к двери, обрадовалась встрече. На пороге появились Нори и Поппи. Толкаясь и шутя, они увидели рану. Молниеносно поменялись, обеспокоено облепили с двух сторон, на перебой заговорив: — Что это, Перл?  — Ты поранилась? — Неудачно спустилась по лестнице, ничего страшного.        Диса, с детьми на руках, встревоженно подбежала к мужу, протянула небольшой мешок, зажатый между пальцами. Проворная и маленькая, протиснулась к потайному ходу за одним из гобеленов. И встревоженно позвала: — Давайте поскорее спустимся, мне здесь не по себе.  — Уверен, дорогая, ничего плохо не случится! — Дурин поцеловал жену в губы, и взял одного из малышей.  — Да услышит тебя Аулэ!        Впервые разглядев детишек гномов, я снова не смогла сдержать улыбки. Смешные и ушастые, — наверное, уши больше выделялись на кудрявой голове, нежели прямые и достаточно большие носы, — девочка чернобровая, как мать, а сын, на удивление, рыжий, точно и родной отец!.. Переговариваясь и тянув волосатые ручки друг к дружке, они смеялись и воспринимали наш стремительный побег, как забавную и увлекательную игру. На вид, не старше пяти и семи лет, соответственно. Но я судила лишь по людским меркам.        «Интересно, сколько лет малышам на самом деле?..»       Я думала об этом, занимала свои мысли на протяжении всего пути, потому что боялась прислушиваться. Спускались мы довольно быстро, и топали громко. Шли рядом, почти дышали в спину.              Предусмотрительно держась рукой о стену, я касалась пальцами влажных камней, местами заросших мхом. Двигалась аккуратно, смотрела под ноги. Иногда, когда кружилась голова, останавливалась на мгновение, закрывала глаза и, медленно дыша, продолжала спускаться. Истари, что шел позади, терпеливо ждал и всякий раз справлялся о моем самочувствии. Я отвечала: «Все в порядке», незаметно улыбаясь. Мне нравилась эта забота, незначительная и учтивая, но такая же необходимая, как воздух. Приятно было знать, что ему не все равно.  — Куда пойдут твои жена и дети? — негромко спросил Элронд.        Шел впереди, нас разделяли Нори и Поппи, но, все равно, я слышала каждое слово.  — Спрячутся дальше по скале. Там есть ущелье, где мы, совместно с другими бравыми гномами, давненько вырыли несколько просторных помещений. На всякий случай. И, как видишь, постарались не заря. — Дурин хохотнул себе под нос. — Пещеры оснащены всем необходимым: свет, вода, свежие овощи. Еды достаточно! На несколько недель, может и месяцев.  — А в случае обвала несущей стены?  — Это место — наш ковчег. Основание горы, где мы живем, не имеет общих плит с противоположной. Там можно переждать любой обвал. В безопасности! Пока расчистим, в случае чего, могут уйти месяцы.  — А как же остальные?.. — поинтересовалась я, протиснувшись поближе и продолжив путь рядом с ними. — Другие гномы? Они тоже придут в этот ваш ковчег?.. — Отец отказался выслушать. Когда… Когда ты упала, я вознегодовал! — Дурин качнул головой и борода, длинная и пышная, подпрыгнула вместе с ним. — Решил, что помогу. Что встану на вашу сторону. А он, отвернувшись, попросту ушел! Я говорил, просил увести гномят и женщин-гномов, но он только повелел скорее выставить вас вон.  — Надеюсь, что ничего плохого не случится…       Не успела и сказать, как издали донесся очередной гулкий шорох. Нарастая и распространяясь по горе, эхом расползлось грубое подземное рычание. Я не смогла сравнить ни с чем другим настолько потаенный приглушенный звук, больше напоминавший злобный рык животного.  — Скорее! — позвала Диса, устремившись вниз. — Я вижу свет.  — Если и не случится, жене моей спокойнее будет переждать в безопасности пару ночей, пока пещеры не осмотрят.  — Я не вернусь, покуда Балрог не зароется обратно в недра своих мрачных подземелий! — добавила Диса, выхватив сына из рук мужа.       Направилась она решительно и быстро к распахнутым настежь серверным дверям. Оттуда мы и поднялись минувшим вечером. Совсем недавно, но сколько же всего случилось за столь короткий срок!..       Следом, радуясь свежему воздуху и едва занявшемуся рассвету, далекому и безмятежному, пронеслись и мохноноги. Толкаясь и смеясь, выбежали они наружу, принялись разглядывать небо, восторженно описывая багряные облака, нависшие над лесом неподалеку. Диса же, повернувшись, поторопила нас.        Я была рада выбраться. Поступок короля и влияние кольца меня безумно испугали. Но, больше всего, ввергло в ужас существо, что я увидела в видениях, четких и обрывистых, но достаточно емких, чтобы на себе прочувствовать опасность, и бежать. Хорошо, что мы выбрались. И очень жаль гномов, что остались.  — Ну, друг мой, — протянул Дурин, глубоко вздохнув и обратившись к Элронду, — пора нам расставаться.  — Свидимся, — улыбчиво ответил полу-эльф, когда мы замерли вблизи дверей, готовясь следом, наконец, вкусить чистый, сладостный, лесной воздух.        А потом… Не поняла я сразу, что случилось, и грядет за очередным глухим ударом. Тяжелые стены вокруг нас затряслись. Песок, мелкие камни, ошметки древесины — все полетело с потолка на головы, вниз!.. Сообразив и вовремя отпрянув, Дурин громко закричал: — Обвал! Назад!       И мы рванули, все втроем, почти одновременно. Унеслись вглубь коридора, темного и холодного.        Позади!.. О, прямо за спиной моей посыпались крупные камни и здоровые валуны! Не успели оглянуться, как проход, единственный поблизости, немедля заводило! Пыль поднялась страшная! Повсюду!.. Закашлявшись, я инстинктивно прикрыла голову руками, отбежала чуть дальше остальных, и, обернувшись, ахнула.        Мы не ушли. Остались посреди горы, одной ногой снаружи, а другой… Во власти тьмы, грядущей и беспощадной. Ибо, там, над нами, снова разнеслись раскаты угрожающего глухого рёва!..  — Поздно… — прошептал Дурин.       И я увидела, как он, потянув Элронда за собой, решительно пронесся мимо нас с Истари.  — Идем, остался только один путь. И лучше вам поторопиться.