Милый друг

      Мы двигались впереди одной большой колонны, состоящей из гномов-воинов. Все, до единого, вооружены: секиры, топоры, мечи. Одеты в латы, начищенные до блеска. Отрадно они «горели» на солнце. Смотреть, иной раз, было невозможно, глаза слезились.        Сотни бравых солдат короля Дурина IV отправились ровным строем следом за своим предводителем. Задорные и волевые, гномы сохраняли боевой дух, шумно разговорили, весело толкали старые байки о былых сражениях, в которых побывали. Они готовились к войне. Одни тащили повозки с провизией, другие, с пиками и дополнительной броней. Я шла в начале, рядом с Нори и Поппи, а возглавляли всю процессию, растянувшуюся на четверть лиги, Дурин и Элронд, единственный, кто не был облачен в доспехи. Для него их просто не нашлось. И я немного переживала. Опасно ввязываться в бой с орками без защиты. Разумеется, эльфы проворны и легки, двигаются быстро, не заметишь!.. И сражаются отважно, ни раз я убеждалась в этом собственными глазами, однако…       Брела я в пол шага, смотрела Элронду вслед, вспоминала наш последний мирный разговор об Эрегионе. Глаз не отводила. Иногда, оглядываясь, потирала руки, взволнованно дыша. Бой уже совсем скоро!.. Страшные видения, что насылало шипящее чудовище на поляне, в точности повторяли тревожные картинки, что мысленно показал мне Саурон, когда дотронулась до кольца.        «Все, кто станет тебе дорог, падут…»       Кажется, так он говорил?.. Ох, у меня ладони потели при единой мысли о кровавой бойне, в которую ввяжутся не только гномы и эльфы, но и люди. Да, в своих видениях, я отчетливо видела мертвых людей.        Откуда же им взяться в Эрегионе?..  — Как ты думаешь, Перл, — вымолвила Нори, как раз в тот, момент, когда Элронд обернулся и, оглядев гномов, посмотрел на меня, — Истари, как он там?..       Приоткрыв рот, я поймала его мимолетный взгляд и, улыбнувшись, посмотрела на маленькую мохноножку. Она переживала, наверное, сильнее всякого из нас. Боялась за своего лучшего друга. В глубине души, я тоже страшилась, но, больше за Элронда, как бы эгоистично это не прозвучало, даже в моих мыслях, не доступных никому, кроме меня.  — Думаю, что прямо сейчас, он ищет нас. И, вскоре, найдет.        Я ответила не задумываясь, как-то само вырвалось, и даже не запомнила, что сказала, ибо Элронд, отвернувшись, снова принялся о чем-то рассказывать Дурину. А мне оставалось лишь признаться в своем поражении. «Он дорог мне…» Вот так, слишком быстро!.. Хотя, в сложившихся опасных обстоятельствах, возможно, и не очень.  — Правда?.. — Нори тоже улыбнулась, заглянув в мои глаза. — Чувствую здесь, — я прижала ладонь к области сердца, задумчиво вздохнув, — Истари вернется, нужно лишь немного подождать.  — Он остался, когда вы оказались в беде. Я горжусь им! — воодушевленно добавила она, кивнув себе под нос. — Что бы ни было, Истари герой.  — Конечно…       Призадумавшись об Эрегионе и снова вспомнив о Сауроне, который, возможно, прямо сейчас, в образе Аннатара, ковал последние кольца власти, я сжалась изнутри. Невольно в голову закралась мысль, как будто бы сама иду в ловушку. Нельзя встречаться с ним! Нельзя, чтобы темный маг узнал — я рядом. О, боже, единственное, чего мне следовало избегать — это близости с Сауроном. Но именно к нему я шла. Это ли не самая огромная ошибка?.. Оплошность?.. Что, если он явится за мной? Придет и заставит говорить? Поднесет меч к горлу Элронда, Нори или Поппи?.. Дурина?.. Что тогда я буду делать?! Как смогу промолчать о будущем колец?..  — Не беспокойся, — тихо попросила Нори, видимо, заметив, как изменилось выражение лица, с радостного на тревожное, — всё будет хорошо.  — Спасибо, Нори, — прошептала я, вздохнув поглубже и подставив лицо закатному солнцу, — знаю и верю, но, иногда, мне бывает страшно.  — Все мы боимся за себя и любимых, — подхватила Поппи, выскользнув с противоположной стороны и, точно подруга, осторожно взяв меня за руку. — Все получится. Куда бы мы не направлялись.  — Даже, если, на войну?.. — сглотнув, уточнила я, уставившись себе под ноги.  — Даже, если на край света!       Надо же! Как удивительно! Такие крохи, но насколько чувственные и преданные, так много сочувствия таилось в их огромных-маленьких сердцах!.. На душе, внезапно, потеплело, и тропинка, там, внизу, снова оказалась вся усыпана опавшими разноцветными листьями. Вздохнув, я в который раз убедилась, отчаиваться ни к чему. И не к лицу нам — храбрым героиням неизвестного мне опуса, о дружбе и великом зле.  — Давайте соберем немного листьев и, чуть позже, на привале, перед сном, сплетем вам новые ободки? — воодушевлено предложила я, широко улыбнувшись.  — Отличная идея! — Нори просияла.         Я тоже.  — Тогда, чур мои красные!       Поппи отпустила руку и ринулась собирать, да поскорее, пока гномы не догнали и не затоптали красоту. Нори побежала за ней. А я, рассмеявшись, мирно пошла следом, позабыв о беспокойствах и тоске. Преисполненная самым прекрасным чувством на свете — любовью.   

***

        К ночи, когда повсюду загорелись бойкие костры, и лес, отдаленный и незнакомый мне, наполнился приглушенным треском на перебой с голосами, гномы расселись чуть ли не по всей округе. Готовились к скорому отдыху, прямо в латах, жарили мясо и начищали топоры. Болтали без умолку, смеялись, гладили свои длинные бороды. Поглядывая на воинов, я чувствовала — страх понемногу отступает. В окружении, не менее сотни, а то и больше, вооруженных до зубов, солдат, никому из нас не было страшно: ни мне, ни мохноногам. Задорно хихикая, мы устроились под размашистым деревом, поблизости от маленького костра, и увлеченно выполнили свою миссию. Сплели чудесные венки, украсившие головы прекрасных мохноножек. У Нори зеленые и желтые листья, а у Поппи красные.  — Безумно красиво, — вымолвила я, любуясь своей кропотливой работой. — Жаль, нет зеркала, чтобы посмотреть… — разочарованно протянула Поппи, мигом просияв. — Зато у меня любимые красные листья в волосах!        Радостно подпрыгнув, она уселась у костра, рядышком с Нори, и о чем-то зашептала. Я не слушала. Мельком выпила травы, закуталась в накидку и, привстав, огляделась. Да, в поисках Элронда. Мы целый день не разговаривали, лишь изредка переглядывались. Не вслух, но мысленно, себе-то я могла признаться, что соскучилась?.. В последние недели, мы не расставались. Ходили, пусть и молча, но рядом. А тем солнечным теплым днем, почти не виделись. Я наблюдала, украдкой, испытывая радостное воодушевление. Внутри, подобно пламени костра, неудержимо разгорались самые приятные чарующие эмоции на свете. Мне нравилось смотреть, но, ещё больше, разговаривать. Весь день, блуждая позади, я думала об этом, поэтому, под вечер, свыкнувшись и приняв собственные чувства, — тайные и мои, личные, на которые вполне имела право, никому не навязывая и ничего не требуя взамен, — решительно направилась к противоположной стороне уютной поляны, усеянной опавшими листьями и пожелтевшей травой. Волновалась. Конечно!.. Ибо, признавшись себе в радостных, внезапно зародившихся эмоциях, страшилась, что заметят, поймают «за руку», с поличным, так сказать.        «Да что же тут такого?.. Разве, есть мне, что терять?..»       Дружбу — радость и симпатия питают. А об остальном ему и знать незачем.  — Смотри, как остро заточил топор! — похвастался Дурин, едва я выскользнула из-за деревьев и улыбчиво кивнула, пожелав доброй ночи.        Лезвие блеснуло в отблеске рыжего пламени. Вздрогнув, я, внезапно, вспомнила о своем истинном облике, но, довольно быстро, снова позабыла. Элронд поглядел исподлобья, улыбнувшись и поманив рукой присоединиться. Сидел он рядом, у костра, закинув ногу на ногу. Неспешно протирал цветастой тканью длинный меч, тот самый, что всегда носил с собой и, наверное, считал своим лучшим оружием. Продолговатая черная рукоять блестела серебром на кончике и вдоль ребристых вставок. Я прикасалась к ним, однажды. В оружейной Эльвига, на стенах, висели всякие мечи искусной работы, но этот мне запомнился больше всех. Наверное, потому что видела, как проворно и легко Элронд рубит орков.        Вздохнув и робко присев неподалеку, я с интересом поглядела на тонкое длинное лезвие, блестящее и острое. Способное в момент лишить врага несносной головы.  — Насколько он тяжелый? — поинтересовалась я, заглядевшись на белоснежные изящные пальцы, неторопливо скользящие по смертоносному оружию, нежно и аккуратно.  — Эльфийская сталь не может быть слишком тяжелой, — ответил Элронд, приветливо улыбнувшись.       Поглядел недолго, на меня! А я, тотчас оробев, выпрямилась, наслаждаясь, пусть и таким, отдаленным, но взаимодействием между нами.  — Ага, как же! — хмыкнул Дурин, опустив топор, здоровый и мощный, поблизости от моих ног. — У них в лесах все легкое: мечи, броня, эти простыни, что постоянно носят. Нет ничего тяжелого.        Я тихо хмыкнула, глянула на обоих, мимолетно облизав губы. И подумала: «Как хорошо, что они, в преддверии боя, продолжают улыбаться. Шутят и смеются, начищая до блеска грозное опасное оружие!..»  — Попробуй-ка, Перл! — задорно предложил Дурин, вытянув руки и указав на воткнутый в землю топор. — Подними! Не сможешь! Наше оружие выковано из стойкого благородного металла! С ним, так-то просто, не управиться! Ни то, что с палками эльфов.  — Мне? Поднять топор?..       Хихикнув, я загорелась удачной возможностью потрогать гномье оружие. Вытянула руку… — Нет! Нужно встать и поднять, — воспротивился Дурин, заставив незамедлительно вскочить на ноги. — Относись к оружию с должным уважением и любовью, тогда оно достойно сыграет свою службу.       Ладно. Так тому и быть!       Нелепо рассмеявшись, я наклонилась. Сперва, поглядела на искусную рукоять, подметив: «Нет, это точно не простой топор». Скользнула заинтригованным взглядом по сверкающему лезвию, наполовину пронзившему землю. А, следом, решившись, обхватила руками. Потянула, но… Глаза невольно округлились, а губы задрожали. Со смеху, конечно. Я попыталась снова, хотя бы оторвать от земли, однако, ничего не вышло. Топор намертво «прилип» к рыхлой почве. Отказался подчиняться простому смертному человеку. — На нем есть чары? — заинтригованно спросила я, отбросив длинные волосы за спину.  — Хе-хе, нет, Перл! — весело рассмеялся Дурин, скрестив руки поверх блестящих доспехов. — Мы, гномы, издавна против ворожбы. То, что случилось с кольцами, непростительная ошибка. Нет на топоре никаких заклятий. В руках твоих столь мало силы, что от земли поднять не сможешь.  — Забавно…       Я подивилась, разглядывая «чужие» ладони. Эльина выглядела хрупкой, изящно сложенной молодой принцессой. Да и я, в том зеркале, не отличалась полнотой!.. Разве, что, ниже ростом, но такая же худая и беззащитная. Случись чего, одним кинжалом мне не защититься!.. «Вечная дама в беде, не иначе», — промелькнуло в голове, и я рассмеялась.  — Попробуй, — Элронд, вскочив на ноги, ловко повернул меч острием к себе и протянул поближе, предлагая подержать, — не беспокойся, этот ты поднимешь.        Доверчиво заглянув ему в глаза, я, разумеется, согласилась. Вытянула руку, схватилась за широкую рукоять и, едва соприкоснувшись пальцами с кожей на запястье эльфа, ощутила легкую, вовсе неназойливую, тяжесть. Элронд отошел. А я осталась. С мечом в руке.  — Удивительно… Он почти невесомый.  — И острый, так что не махай сильно, — бегло предупредил Элронд, наблюдая за моими несуразными движениями.  — Этот меч, — глаза мои зачаровано уставились на звонкую сталь, нет, я ничего не задела, зато отчетливо расслышала звук металла в голове, — определенно, нравится больше, чем топор. Когда придет беда, таким смогу и защититься.        Я повертела меч в руке. Радостно повторила трюк, тот самый, что Элронд продемонстрировал, давным-давно, посреди леса энтов. Правда, тем далеким днем, я махала клинком, и ничего не получилось. А сегодня!.. Я глазам не поверила! Запястье, чудесным образом, выгнулось, очертило плавный круг, а меч, крепко зажатый в ладони, взмыл в воздух, рассек заостренным кончиком игривое пламя.        У меня получилось! Я смогла!..       Восторженно ахнув, посмотрела на довольного Элронда, потом и на гнома, радостно выпалив: — Вы это видели?! — У тебя длинные руки, — подметил Дурин, не сводя глаз с меча, как будто я могла, ненароком, зашибить кого-нибудь, — это позволяет сохранять должное равновесие, но навыков маловато. С топором так не пройдет. Здесь нужна особая сноровка.  — А ты поднимешь?  — Топор?       Я с вызовом повернулась к Элронду, осторожно опустив меч острием к земле.  «Почему бы и нет?..» — прочла незамедлительно в его глазах, серых и игривых. Сверкнули они в свете озорного пламени, вспыхнули искорками веселья!.. И оглянуться не успела, как полу-эльф, нагнувшись подхватил топор, с легкостью взмахнул рукой и вонзил в землю с противоположной стороны костра. Замер на мгновение, усмехнувшись, и, подняв хитрющие глаза, — о, таким я Элронда ещё не видела, — глянул из-под свалившейся на лоб кудрявой челки.  — Этому он научился у меня, — вставил свое слово Дурин, горделиво вздернув подбородок, — давно, когда спаслись от горных троллей. Я помог ему, однажды.  — Правда?..       Элронд рассказывал историю, вот только было всё наоборот, коли не изменяла память.  — Да-да! Мы тогда и подружились. Удирая от трех громадных троллей, — Дурин отвернулся, размахивая руками, — но первый удар по сморщенному носу нанес именно я!..       Я мельком глянула на Элронда. А он, беззвучно рассмеявшись, отрицательно качнул головой, словно бы напоминая: «Нет, все было далеко не так!» Но вслух ничего не сказал. Дождался, пока Дурин заберет топор, а я отдам меч. Потом, вернувшись в прежнее положение, — удобно усевшись на бревне, — вытянул ногу. Я и не заметила, как быстро спрятал оружие в ножны. Стояла рядышком, глядела Дурину вслед, недоумевая. Какие же они разные на вид, и схожие характером: гном и полу-эльф. — Куда это он? — Точить очередной топор, полагаю.       Мы остались вдвоем. Снова. Я и не думала об этом, точнее, не надеялась. Прежде, находиться рядом было проще, нежели теперь, когда себе призналась в откуда ни возьмись, внезапно, вспыхнувшей симпатии.        Элронд, казалось, что не замечал, ни моего смущения, ни моих растерянно-опущенных взглядов. Проявления заботы и нежной сдержанности в дружбе, являлись для него чем-то обыденным, совсем обыкновенным. Ни то, что для меня.  — Как долго ты учился, чтобы так искусно овладеть мечом?        Отпустив свои тревоги и не менее взволнованные мысли, я присела рядом, поджала ноги, оперлась на ладони!.. Скованная и, одновременно, возбужденная очередной возможностью поговорить.  — Веками, — Элронд загляделся на золотистое пламя, вздымавшееся не так уж высоко, но горящее достаточно рьяно, чтобы ощущать тягучее тепло, — это длительный, но очень увлекательный процесс. — Хотелось бы мне биться на мечах, как ты или Галадриэль!.. На вид, она такая хрупкая, словно соткана из света, а на деле!.. Ох, быстрая и ловкая. Как жаль, что мне не стать, никогда, такой, как вы: грациозной и бесшумной. Отважной. Я вечная «дама» в беде. Меня приходится спасать.  — Галадриэль намного старше. Я встретил ее, будучи ребенком. Наверное, тогда, впервые мы заговорили, тогда и зародилась наша дружба, растянувшаяся в вечность. — Поймав мой грустный взгляд, Элронд ласково добавил: — Между нами есть разница: я — полу-эльф, могу учиться всякому ремеслу на протяжении бесконечно-долгой жизни, покуда не устану от мира и не решу слиться с деревьями. А ты — человек, благословенный на короткую, но наполненную событиями, жизнь. Красочную. Пусть, не такую длинную, но запоминающуюся. — Я заперта в этом теле. И путь сокрыт от меня. Мы идем на смерть, Элронд. Я видела…        «Молчи!..» — Что видела?.. — Он выпрямился, сосредоточив все свое внимание на мне. — Это не хорошие видения?.. То существо, оно вещало. Насылало самые пугающие образы. Скажи, — шепотом попросил Элронд, склонившись ниже, — что ты видела? — Это…       Могла ли я сказать? Довериться? Открыться хоть кому-то, искренне и честно! До конца?.. В этом сказочном и до жути пугающем мире?.. Друг посмотрел на меня, глазами чистыми, но, в то же время, настороженными. Сидел, не двигался. Я сразу поняла, что он встревожен. И желает знать.  — Перл?        Ох, ну вот, опять, он сделал это! Опустил руку на мою ладонь!.. Прикрыв глаза, пришлось немедленно собраться, лишь бы не расплакаться при нем! Откуда ни возьмись, меня настигла страшная тоска. Воспоминания о будущем!.. Прекрасный город, охваченный огнем. Разбитые статуи, каменное лицо Феанора, треснутое напополам, мертвые тела, ночь!.. Ужас. Боль. Крики!.. Что можно изменить, даже если он услышит правду? Ничего. Будущее случится с нами. Заденет всех, включая и меня.  — Я видела падение народов Средиземья. Я видела, как вы умираете. Я видела…       Смахнув слезу со щеки, пришлось еще ненадолго зажмуриться. — Мне тоже приходили схожие видения. Эрегион разрушен. Линдон захвачен, — прошептал Элронд, нежно погладив по руке. — Мне привиделся закат эльфов. Последний лист упал, но кольца никому не помогли. Если это случится, мы будем вынуждены навсегда покинуть Средиземье. Оставить людей, гномов на растерзание Саурону. Свет Эльдар угаснет. И народы, что живут здесь, вымрут.        «Какие жуткие слова!..»       Я приоткрыла веки. Ощутила, как ресницы, мокрые от слез, задрожали на ветру, а, вскоре, вовсе высохли. Не время отчаиваться. Не время думать о дурном, пусть и на кануне битвы.  — Когда мы подойдем к Эрегиону? — Не раньше завтрашнего дня, возможно, ближе к ночи.  — А потом?.. — сглотнув, я тоже наклонилась в бок, чтобы лучше слышать.  — Осмотримся. Решим, как поступить. Если войско орков задержалось по дороге, и проход в Эрегион не занят, мы пойдем в город. И ты своими глазами увидишь то, о чем я рассказывал рано утром.        «Искусно выкованные в мраморе и камне здания, украшенные длинными вьюнами. Когда они цветут, два раза в год, весь город обращается в розово-зеленое облако. Высокие узорчатые здания, многие из них, выкованы в скалах, подобно улицам и садам в Кхазад-Думе, которые ты видела. Красота Эрегиона во многом превосходит Линдон».        Так ведь он рассказывал? Подобные слова использовал? Поэт полу-эльф? Писарь короля. Придворный эльф, внезапно оказавшийся на поле боя. Воин и боец, что поведет эльфийское войско навстречу армии Адара. Да, я помнила об этом. Значит, так тому и быть. Случится два сражения. Хотя, кто знает, может, больше?..  — Боюсь, что мне нельзя идти в Эрегион.  — Почему?..        Элронд приподнял брови, а я, выпрямившись, неуверенно вильнула плечами.  — Потому что Саурон может… В образе Аннатара, он выковал перстни гномам. Возможно, он и до сих пор там. Работает над «даром» для людей. Я не могу прийти туда. Нельзя, чтобы мы встретились. Я… Ох, Элронд, случится много страшных вещей, если он узнает правду о «дарах» своих. Особенно, о своем будущем.  — Mellon nin, что это значит?..        Он не сдвинулся с места. Остался сидеть в пол оборота, и смотрел лишь на меня. Не обратил внимания на шум и Дурина, что незаметно воротился. Скосившись в нашу сторону, гном ничего не сказал. Зато посмотрел, лукаво и со смехом.  — Я знаю, чем закончится война, не только ваша, не только сейчас, но и спустя тысячи лет. Саурон пленил меня, однажды. Не знаю, каким образом, но он запер в этом теле!.. Он мучил меня и требовал сказать, что станет с перстнями, и с тем, единым, что ещё не выковано. Я отказалась говорить. И до сих пор не произношу это слово вслух. А Саурон, прознав о снадобье, решился взять измором!.. Грозил, что все, кто станет дорог, сразу же умрут. Теперь, пали Ирбон, Истари… Если Саурон меня найдет. Боюсь, что это приведет к устрашающим последствиям.  — Значит, в этом заключается твой путь? — Элронд понял, сразу, мне не пришлось дважды повторять. — Ты прячешься от него? Несешь тайну, будучи в чужом теле?.. Но, куда и для чего?.. — Не знаю. Мой путь сокрыт даже от меня. — Я развела руками. — Быть может, все это и вовсе не имеет смысла. Я попала сюда, и теперь… Не знаю, как выбраться. Это тело мне не принадлежит. Эти — сердце, руки, лицо, даже голос!.. Я ничего не могу назвать «своим». Иногда, забываюсь, как с тобой, сегодня утром. И, мерещится, что снова в своем теле. Настоящая. Но… — Тяжелый вздох невольно вырвался из горла. — Это же не так, Элронд. Совсем не так.        Он поглядел, сочувственно и мягко. Слова вымолвить не успел, лишь заглянул в глаза, а мне уже заметно полегчало.  — Перл, — Элронд вздохнул и облизал губы, — честно скажу, когда увидел отражение, подумал, это темная магия. Я верю. Всему, что говоришь, ибо понимаю, нужно довериться. Но… Mellon nin, если это дело рук Саурона, боюсь, что ты несешь бесценный «дар», таишь в себе загадочные знания. Иначе бы, зачем ему искать лазейки? Зачем бросать тебя в чужое тело? И отпускать сюда, на свободу?.. Зло коварно. Зло избирательно. Не верю, что ему, вдруг, захотелось, одновременно с ковкой колец, попросту гоняться за тобой по Средиземью. Нет, дело тут в другом.  — Я не опасна, Элронд… — Об этом и не говорю. Я знаю, что ты — не зло. Ты не опасна, Перл, но знания твои способны, как я понял, вершить не только наши судьбы, но и всего мира. — Он прерывисто вздохнул, покрепче стиснув мои пальцы в ладони, да кивнув себе под нос. — Тебе нельзя в Эрегион, Mellon nin. В этом ты права. Я не подумал.        Мы посидели в тишине. Совсем немного. Размышляли о том, что прозвучало. Мне все же стало страшно. Вдруг, он решит, что я невольно связана с мрачными планами Саурона? Вдруг, обеспокоено уйдет? Вдруг…        «Ты и сама не знаешь, что ты… Ты и сама не можешь утверждать, что это не так! Что ты не одна из марионеток Саурона, брошенная в чужом теле, разгуливать по Средиземью, собирать «друзей», да бы привести всех к смерти!..»       Страшные мысли!..  — Тебе не идет эта внешность, — заключил Элронд, внезапно улыбнувшись.        Я, в непонимании приподняв брови, поглядела на него, чуть отдалившись. Что бы это значило?.. Мгновение назад сидел задумчивый, мрачнее тучи, а теперь, как будто ничего не бывало, улыбается?.. Обдумал что-то? Выбросил из головы плохие мысли?..  — Что это значит? — Сразу понимаю, что говорю с тобой, а не с принцессой, — ответил Элронд, обеими руками сжав мою ладонь и нежно погладив, — вот, что это значит.       Такие теплые пальцы!.. И глаза, светлые и серые. Нет, Элронд больше не смотрел прищурившись. Наоборот, распахнул глаза по шире, словно, на долю секунды, разглядел меня «настоящую», или вспомнил отражение в зеркале.  — Ты — это ты, Перл, — выдохнув, добавил он, дружелюбно улыбнувшись, — навсегда такой и останешься. Даже в этом теле, даже с иным голосом.   — Даже, если не прекрасная заморская принцесса?.. — обрывистый смешок сорвался с губ.       А Элронд серьезно ответил: — Да, Mellon nin, — я вздрогнула, затаив дыхание и приняв слова его за верную истину. — именно так.   

***

        Дружественные напутствия Элронда произвели свое заслуженное впечатление. Ощутив поддержку, на ряду с принятием себя «настоящей» в «вынужденном» теле, я спокойно улеглась спать рядом с Нори и Поппи. Постаралась не думать о будущем, и жить настоящим. Покуда не приду к неведомой цели, а там сразу же узнаю. Отделю зерна от плевел.        «Надеюсь, правда, какой бы болезненной не предстала, дарует тебе свободу и истинный облик, Mellon nin…» — слова Элронда на «прощание», сразу перед сном.       Подержал он «мои-не мои» руки. С улыбкой поглядел в глаза, да отпустил. И не догадываясь, какое впечатление произвел! В который раз, не сосчитать, растопил сердце своими дружескими чувствами.        «Интересно, — думала я, засыпая, — как любят эльфы, раз к друзьям относится так по-особенному?..»        Наверное, мне было не дано узнать.  — Перл! — зашептала Нори, настойчиво потрепав за плечо. — Перл!.. — Мм?.. — сонно приоткрыв один глаз, я в непонимании уставилась на мохноножку. — В чем дело?       Выглядела она, не просто встревоженно, а испуганно.  — Гномы слышали коней! — Что?.. — Я встрепенулась, тотчас же вскочив и оглядевшись.        И правда, многие из войска Дурина не спали. Повскакивали с мест, похватали топоры и секиры, приглядываясь и принюхиваясь.  — Элронд?..        И часа не прошло, как мы легли на боковую. Я уснуть-то толком не успела, все думала о нем, о будущем сражении, о собственной судьбе и Средиземье. А тут, новая напасть?..  — Элронд! — Я подбежала к низкорослым деревьям, выхватив кинжал. — Что происходит?       Он повернулся, обнажил свой меч. Взгляд внимательный, слух острый. Навострил уши, всматриваясь в лес. Тогда я поняла — чужаки. На конях. Да и сама услышала отдаленное ржание.  — Эльфы?.. Подмога? — Скорее, орки, — пропыхтел Дурин, — но они не скачут верхом.  — Тогда?.. — Люди.       Не успел Элронд и сказать, как на лагерь наш обрушились вооруженные незнакомцы. В звенящих доспехах, верхом на конях, ворвались они нежданно, разбудили остальных гномов, и, топча ногами лежаки и кострища, замахали мечами. Ахнув, я побежала к мохноногам. Схватили за руку, немедля завела за дерево и, велев не высовываться, сама приняла оборонительную позу.        Все случилось очень быстро, как обычно показывают в фильмах. Новое слово!.. «Фильмы…» Люди изображают других людей, играют в сказки по сценарию, а остальные смотрят…       Тряхнув головой, я схватила раскаленную палку из костра и швырнула в одного из солдат, как раз в момент, когда он проскакал мимо и попытался дотянуться мечом до бороды Дурина.  — Осторожно! — крикнул тот, но головой в ответ кивнул.        Отблагодарил за помощь.  — Ищите полу-эльфа! — закричал один из воинов, с красивым шлемом в виде птицы, на голове. — Ищите мага!..       Что?.. Сглотнув, я не поверила, но глаза мои не лгали! Или же, «её» глаза?.. Всмотревшись повнимательней, лишь убедилась в собственных догадках. Затаилась на мгновение, раздумывая: «Что делать, как же быть!..» Пока не пролилась чья-то кровь!.. Невинная кровь гномов или, же, людей!..  — Стойте!..       Решилась я и выбежала перед конями.  — Перл! — за мною следом ринулись и мохноноги. — Перл! Куда ты?!  — Стой! — закричал и Элронд,       Но я не послушала. Замахала руками, привлекая внимание полководца, ведущего войско. Уверена была, что мы знакомы, достаточно хорошо, чтобы не бояться. В то время, как у самой дрожали зубы! Лошади неслись и ржали, воины махали мечами! Повсюду раздавались звон мечей и крики. Я очутилась в эпицентре бури, в поисках того, кто это все немедля прекратит! — Перл! — Элронд, обогнув двоих всадников, схватил за руку и потащил назад, но я, отчаянно сопротивляясь, обернулась. — Эльвиг! — вырвалось из горла, наравне с визгливым криком. — Эльвиг, хватит! Я здесь!       Услышал он меня — не знаю. Но, внезапно, воины, будто по приказу, потянули за поводья, остановили всех своих коней и, выпрямившись в седлах, прижали мечи к доспехам. Замерли, подобно статуям у северных врат Кхазад-Дума.        Элронд, выпустив мою ладонь, вопросительно оглянулся. В непонимании, посмотрел на меня, беззвучно вопросив: «Что же ты делаешь?!» А я, виновато пожав плечами, услыхала знакомый низкий голос: — Эльина…        Да, это оказался он. Отец. Её отец. Не мой. Нашел он нас, негаданно-нежданно. Явился ночью. Как?.. Возможно, по следам, а, может, и наткнулся ненароком. Да и какая разница, к чему гадать, покуда уж сама судьба свела нас вновь по воле рока!..  — Мечи в ножны! — скомандовал Эльвиг, стащив шлем и показав всем свое потное усталое лицо.  — Владыка Эранора… — вымолвил Элронд, тотчас же признав своего дальнего родственника, и склонив голову в приветствии.        Но Эльвиг не ответил. Злость, сковала его сердце, ярость отпечаталась и на лице. Увидела я тени под глазами, завидела желваки на щеках издалека! Предугадала, то, что будет. И, гордо вздернув подбородок, сказала: — Эти воины-гномы, полу-эльф и мохноноги — мои друзья. Вели солдатам никого не трогать! — Эльина!.. — спешившись, отец бросил шлем на землю и, стащив железные перчатки, мигом ринулся ко мне.        Что испытала я, в момент, когда он обхватил за плечи и расцеловал в обе щеки?.. Сама не поняла. Встала, как вкопанная, не смогла обнять в ответ. Ни сил, ни храбрости не хватило. Нашел-таки!.. Отправился следом.  — Покажи руки, — первым делом, настойчиво спросила я, — покажи!..        Эльвиг, в непонимании отпрянув, вытянул ладони тыльной стороной вверх. Единожды взглянув и убедившись — кольца нет, я выдохнула с облегчением. Расслабилась немного.  — Дочка… — впопыхах, отец повернулся к своим солдатам, громко объявив: — Оставьте гномов! Никого не трогать без моего позволения. — Потом, взмахнув длинными слипшимися волосами, снова поглядел на меня. — Зачем ушла?! Почему!.. — Бегло наблюдая за мной, он мимолетно поглядел вперед, тотчас изменившись в лице. — Ты!..        Наверное, увидел Элронда. Рассвирепел. Всю нежность и любовь с лица его немедленно вытеснил злосчастный гнев.  — Ты забрал ее!.. — Нет! — Я встала между ними, упорно настаивая на своем. — Нет, Эльвиг. Нет! Элронд не при чем. Я сама ушла.  — Сама?.. — протянул король Эранора, расправив плечи и возвысившись надо мной, подобно скале, грозный и, в то же время, растерянный. — Значит, по своей воле и вернешься. Все это зашло слишком далеко. Мы скакали много недель в поисках следов твоих. Тебе не место посреди леса, дочь моя.  — Я не твоя дочь, — внезапно, и не ожидая, вымолвила я, спокойно и уверенно, — я не Эльина.  — Ч-что?.. — пробормотал Эльвиг, медленно опустив руки и отступив на шаг. — Что ты сказала?       Наверняка, он не поверил. Но, что поделать, видимо, придется в будущем смириться, ведь я не вернусь в королевство Эранор, и ни за что не стану больше притворяться той, кем не являюсь.  — Меня зовут Перл. И я не твоя дочь, Эльвиг.