Три Квадрата

Боишься ли ты физического или сексуального насилия в свою сторону? Нет, это не глупый вопрос, который каждому второму стыдно проговорить вслух. Если вы сейчас подумали: «Бож, у меня все замечательно, отвали», у меня для вас плохие новости. Статистически минимум пятнадцать процентов людей в твоем окружении прямо сейчас сталкиваются с насилием со стороны партнера или родных. Знаешь ли ты об этом? Скорее всего нет. Идем дальше - семьдесят пять процентов населения нашей планеты хоть раз в жизни испытывали особо тяжкие: истязания, изнасилование или убийство. И это только примерная статистика, ведь множество жертв просто молчат. А теперь ответь на вопрос: Кто в твоем окружении страдает прямо сейчас? Скорее всего ты не сможешь. Я вот не смогла. Даже, когда сама попала в мышеловку, в насилие.

***

Откатив от себя гору бумажной шелухи по столу, я нервно взглянула на время. Опять эта коварная рутина меня заглотила. — Ну точно… не успею. — раздраженно выдохнула я и окинула кабинет взглядом. Рядом стояло еще три коробки документов, которые я должна прошерстить и вернуть в архив через… примерно сейчас. Кстати, часто болтаю сама с собой, наверное бошка поехала от переработок. Мне было уже или еще двадцать три года, время летело не только на устаревших часах в кабинете, но и в моем детородном возрасте по мнению матери. С ней мы особо не общались и даже конфликтовали, но позже она часто просила вернуться домой, бросить это все. Думаю это из-за моего родного брата, который из приличного мальчика превратился в конченого наркомана. Мать не смогла этого пережить, считая, что вырастила двух неудачников, поэтому выбрала лучшее из двух зол - выгнала брата и сказала, что не желает его знать, а ко мне стала тянуться. Моя мама умерла год назад. Я полностью ушла в свою никчемную работу, на которую чудом попала после универа, забив на себя и свою личную жизнь. Мальчиков даже за ручку не держала никогда и вообще считаю, что секс это лишь конечная точка отношений. Им не нужно упиваться и гнаться за ним, как за наивысшим Эверестом удовольствия. Перед этим всегда должна быть ласка, любовь и здоровое отношение друг к другу. Наверное из-за этих убеждений у меня никого и не было. Работала я в желтушное издательство, офис которого был в такой глуши, что проще уже остаться жить прямо тут, с тараканами. Статус «Самый важный сотрудник года!» - это точно не я. Статьи не писала, меня к ним и не подпускали. Оставалось просто считать скрепки, делать самую скучную работу за других в душном кабинете и развлекать себя самостоятельно. Короче занимаю положение не выше мебельной пыли - у меня даже имени в журнальных отчетах нет. Ну что могу сказать, положение «отойди, подай, иди нахуй не мешай» меня все еще не устраивает.  Я горько выдохнула и подняла тяжелую коробку, переставляя на стол. Уже точно не успею еще что-то интересное откопать, а второй раз мне такие сокровища за шоколадку и неумелый флирт точно не одолжат. В добытых коробках пылились старые городские дела: криминальные преступления, мошенничества и мое любимое - висяки. То, что еще не раскрыли, и то, к чему никто не хочет прикасаться по тем или иным причинам. Вот оно мне и нужно. Можно сказать «одолжила» себе несколько спрятанных на дно папок дел, которые меня заинтересовали хоть немного. А так, ничего интересного на первый взгляд.  Погасив настольную лампу вытянутой рукой, я дернулась назад и рукавом проехалась по стопке так, что фотография с дела отцепилась от скрепки и ее потоком моего вихря сдуло в мусорную урну, переполненную скомканными бумажками.   — Хах. Как символично, там и место такому мусору. Раздраженно хмыкнула я, зная что сверху лежало дело о распространении поганой наркоты, которую так любил мой братец. Доставая фото, я остановилась и вгляделась в него. Изображение было размытым, будто снимок делали в движении. Высокая мужская фигура с широкими плечами в чем-то черном типа худи, капюшон закрывал лицо, но отчетливо торчали черные пряди. Мужской силуэт на фотографии был похож на какого-то злодея из фильма. — Ева, какого черта ты все еще шатаешься тут?! От такого резкого появления миловидного парня я вплеснула руками и чуть не треснула ему по белобрысой башке. — Сейчас! Бегу! — Я уже свет тушу и ухожу из этого клоповника. Давай, двигай быстрее. Как всегда последние тут тухнем в пятницу. Он всегда так довольно грубо обращался ко мне приказным тоном, вынуждая отвечать тем же. — А ты, я посмотрю, торопишься залиться текилой, слизывая алкоголь с местных девочек под звуки попсовых хитов? — Откуда такие фантазии у офисной замухрышки? Ты текилу от пива не отличишь. — Я уже собиралась уходить, а ты как раз вовремя. — Я закинула Оливеру тяжелую коробку на руки, не ожидая согласия. Схватила вторую и выпихала нас, закрывая кабинет.  — Э-э-э! С каких пор ты меня на роль личного грузчика присмотрела? Вскрикнул тот с недовольной рожей. — Если поможешь, точно награжу тебя кое-чем интересным — загадочно улыбнулась я, помотав перед его носом стопкой «одолженных» мною папок. Оливер ехидно прищурился, но не стал пошло шутить в ответ. Ему тоже было интересно копаться в таких архивах время от времени. Через минут 10 я уже сидела в его машине, жадно впиваясь в каждую строчку дела из папки, пока Оливер мучился то выгребая, то загребая обратно всякий хлам из багажника, варварски хлопая.  — Сссс… ты мне все мозги выдолбишь! На кой черт тебе весь этот хлам — уже в бешенстве кричала я — а это что? — я выглянула в окно, наблюдая как парень мучается, запихивая лыжную палку. — Это очень полезный инвентарь для лыжников и альпинистов, одолженный для изучения по моей теме. Даже этому сукиному сыну давали писать мини статьи, а мне нет. — Это ерунда. Сейчас конец августа, что-то снега не видать. Твоя статья теряет актуальность. — Знаешь, лыжный туризм популярен у богатых, хотя откуда тебе это знать. А еще, смотря как применять, лыжная палка может вполне сойти за оружие. Работенка то у нас опасная. сарказмом прошипел и впихнул палку в кучу хлама так, что она наполовину вошла в заднюю часть салона машины. Боже мой! И мать говорила мне, что кругом столько достойных кандидатов на роль жениха. Я лучше девственницей умру, чем еще раз заговорю с ним о долбанной лыжной палке. — Когда-нибудь пригодиться. — с надеждой выдохнул Оливер, вваливаясь на водительское сидение. — Ну точно… Если только на нас местные гопники совершат покушение, пока ты возишься. Я закатила глаза.  — Отличная бы статья получилась — хохотнул он и мы наконец-то двинулись с места. — «Молодому журналисту лыжной палкой засадили прямо в… — А как-то поярче обо мне пофантазировать нельзя?! Оливер перебил меня и надулся, держась за руль. Куда еще ярче? Присутствие Оливера меня всегда напрягало, мы никогда не были слишком близки. Знакомы с универа и оба, как два неудачника, попали на эту работу вместе и это все, что нас объединяло. Хотя он совсем не был неприятным, даже симпатичным. Многое мог бы добиться в нашей сфере, соблазнял и залазил бы под юбку женам известных личностей за добычей самой сочной информации. Он, кстати, так и сдал все экзамены в универе. Но увы, был слишком ленив и его, видимо, в жизни все устраивало. А меня нет.  — так что ты там интересного нарыла?  Вырвав меня из потока мыслей Оливер. — Я с тобой не на свиданку еду, так что если это не что-то важное, даже не надейся на продолжение разговора. Он говорил одно, а делал другое. Парень положил свою руку на мою коленку и легонько надавил, как бы обращая мое внимание. А вот. — я достала фотографию и сунула ему в руку, которая так неприятно касалась меня. Или приятно… Мы подъехали кофейне, которую по рейтингу «пять звезд - вкусно!» я рандомно забила в навигаторе. — это что за кофейня такая? — мои глаза нервно бегали между экраном телефона, в котором был открыт адрес, и реальным внешним видом «кофейни». Это был даже не бар, а местная обрыгаловка в подворотне с отвратным контингентом. Толпа подозрительных мужчин курили у входа и, как-то странно улыбаясь и пошатываясь, поглядывали на машину из которой выходила я и Оливер. Почувствовав мерзкие взгляды, я быстро нырнула к спине парня и покорно встала рядом, скованно натягивая и так неброскую офисную юбку еще ниже по ногам. — Воу, судьба меня вознаградила! Похоже это действительно не кофейня. Он взял «мою» папку с сидения, хлопнул дверью и расплылся в довольной улыбке. Чего? Неужели он реально собирается туда заходить? Я еще сильнее нахмурилась, ожидая пока он повернется ко мне. Не люблю я подобные заведения. — Я однозначно считаю, что это плохая идея. Скрестила руки на груди и заглянула в его глаза пытаясь увидеть подвох. — Ева, расслабься. Мы столько пашем, что, блять, можем себе позволить хоть одну ночь шикануть. Сегодня научу тебя отрываться, скучная леди. — А машину тут оставлять не опасно? — я все также настойчиво подбирала предлоги свалить отсюда. Но в его глазах уже горел огонь предвкушения ночи. — Я не буду много пить, нам же еще твои бумажки глянуть надо. Это был пиздеж чистой воды. Он никогда не может остановиться, даже на корпоративах нажирался и начинал приставать ко всем подряд, включая меня. Парень подхватил меня за локоть и повел в сторону бара, а я сдалась и выдохнула, хотя чуйка твердила, нет, орала мне во всю - это плохая идея, Ева! Мы, твои тараканы в голове, не хотим погибнуть молодыми! Заняв самые козырные места за барной стойкой, мой опытный недокавалер сразу же приступил к делу. Но не к тому, что было в папке. — Нам что-нибудь не слишком крепкое для старта. — четко отдав приказ бармену, парень наконец вывалил папку на стол и раскрыл. Все это время я просто молчала, мне было некомфортно в этой атмосфере. Но еще мне было безумно интересно посмотреть на его реакцию, когда он ознакомиться с деталями. Обращаясь глазами к тексту вместе с ним, я заметила, как он иногда жмурится, затем вскидывает брови и так по кругу. — Какого хуя это… Погоди. — он еще раз оглядел несколько страниц и залпом выдул коктейль, который придвинул нам бармен. — Я же говорила, тебе будет это интересно. Взяла свой напиток и, понюхав, осторожно отпила, пока он соображал. Дело в том, что за обликом типичного дела о распространении и хранении запрещенных веществ скрывались листы вырванные из других дел: вторая страница про торговлю ворованными машинами, третья про изнасилование и убийство дочери местной шишки, четвертая с плохо пропечатанными черно-белыми изображениями изувеченных тел и разбросанных органов по какому-то белому фону, пятая - пустая с написанной сверху пометкой «улики номер 3, 5 и 9 - квадратные бумажки, 11х11 см», шестая - просто фото какого-то озера, там и была скрепка с фотографией мужского силуэта. При этом они были не пронумерованы, складывай сам как хочешь. Будто кто-то намеренно собрал это все в несвязную кучу под прикрытием другого расследования. — Это херня какая-то. Бред какой-то. Но выглядит, как чья-то неудачная попытка пошутить. Может ты все страницы перепутала, когда рылась? Рассыпала, забылась и собрала не глядя обратно? Да, я в это больше поверю. — Ну нет, не делай из меня дуру. Мой подход к таким вещам ответственный, я могу случайно навредить человеку, который мне доверил этот архив, если что-то подобное случится. — нервно ответила я, тыкнув своим пальцем ему в грудь, а он лишь глупо улыбнулся мне. Явно не оценил мой интерес. — Стоит повнимательнее изучить каждую страницу, каждую запятую, а позже разузнать откуда это сокровище там завалялось. Знаешь какая статья получится, если я свяжу между собой все эти события и… — я помотала фотографией перед лицом парня, который уже допивал мой напиток и успел кивнуть бармену на повтор — Узнаю кто тут у нас позирует, а потом подам на публикацию! — мои глаза загорелись, я была переполнена непривычным мне интересом к чему-то запутанному. Это дело сейчас было словно лучик последней надежды в моей скучной жизни кабинетной мыши. — Ты себя детективом возомнила, Шерлок в блузке? — буркнул парень и выхватил фото из моих азартных рук. — Понимаю, что ты можешь быть заинтересованна и … — он оглядел меня, оценивающе — малость уверенна в себе. — Малость?! Он меня совсем за ничтожество считает. Я хотела влепить ему стаканом по носу, но решила дослушать. Из полупьяных уст глаголили мысли, которые он ранее никогда не озвучивал. — Не лезь туда, блять, Ева. Я еще понимаю тайком находить дела, красиво их приукрашивать и молится о том, чтоб в редакции хотя бы внимание обратили. Но лезть в несвязную чушь, где ничего не понимаешь и никого не знаешь. Еще и в такое дело странное. Ты просто не сможешь в этом разобрать, нужно реально смотреть на вещи. Ты слишком наивная и туповатая, извини. — он просунул фото в папку и принялся за следующий стакан. Мне было обидно до слез. — А лыжные палки это связная, но все еще чушь. — Ну типа того. Унизил, оскорбил, засеял в моей голове зерно сомнения и извинился? Я считала, что мы с ним в одном направлении двигаемся, чуточку жарче относимся к подобным шансам в работе. — Ты не прав, если считаешь меня лузершей. — Я поднялась с барного стула и схватилась за стакан, сжимая пальцами запотевшее стекло. Резко подняла и достаточно глотнула, чтобы намешенная там сладкая жижа немного обожгла мое горло горьким привкусом дешевого алкоголя. — А кто ты тогда? — Оливер схватил меня за край блузки и, грубым рывком, притянул к себе. Я растерялась и притормозила вытянутыми руками об его грудь. — Эй! — эта же рука оттолкнула меня обратно и я поняла, что он просто дернул и сдвинул меня с прохода, чтобы я кому-то не мешала. Было неловко, но по телу прошла легкая дрожь от его рывков. — Извини, тебя чуть не облили. — он ухмыльнулся уже пьяно оценивая меня после таких действий — И извини за правду. — За правду извиняются только такие как ты. — Я хотела его зацепить и у меня получилось, но этим предложением я еще и подтвердила все, что он наплел. Его глаза резко сменились с пьяно-щенячьих на раздраженные. — Знаешь. Развлекайся с бумажками. Он наигранно улыбнулся мне из вежливости, расправил плечи и кинул стакан на стойку. Я дернулась от громкого звука, а когда повернулась обратно - Оливер уже растворился в толпе. Без компании Оливера мне резко стало некомфортно в этом гадюшнике. Одно дело, когда ты трешься рядом с парнем, увлеченно беседуешь с ним и никто на тебя не смотрит, не видит в толпе как цель. Другое дело, когда ты потеряно стоишь у барной стойки в одиночестве, сжимая руки по швам, выдавая своим видом наивную тушку для стервятников. Я стояла так еще пару минут, думая о ссоре с Оливером. Он был прав? Я действительно именно так выгляжу для всех со стороны? Бесхребетная и наивная? Глупая и с низкой самооценкой? Из потока уничтожающих мыслей меня, можно сказать, вышвырнуло. Кто-то грубо толкнул и я пролетела назад, шлепнулась об дверцу, ведущую в туалетную комнату, и заработала шишку на затылке. Боль в голове мешала быстро сообразить. Огромный силуэт просто шел к барной стойке, а я оказалась препятствием на его пути. Ну уж нет, сегодня меня уже достаточно пошвыряли и я просто не выдержала. — Ну неужели на два шага вежливо обойти ноги переломаются?! — Этот крикливый вопрос совершенно не совпадал с моим характером. Обычно я всегда молчу и терплю любые издевки, перенося бурю внутри себя. Силуэт даже не шелохнулся. Мужчина взял заказанный напиток, чистый ром вроде бы, и обернулся ко мне, но не из-за меня. Отпил, опрокидывая голову. Теперь уже мне было видно очертание его лица из капюшона. Это был огромный, красивый мужчина - брюнет с острыми скулами, пугающими янтарными глазами и большим золотым перстнем на указательном пальце. Кажется, он настолько привлекателен в своем спокойствии и равнодушии ко всему вокруг, включая рычащую меня, что я опять почувствовала себя в падении. А еще почувствовала максимальную жалость к самой себе. Надеюсь, сегодня больше никто не решит меня пошвырять. Застыв на месте от ужаса, я увидела как он поднимает со стола мою папку и вглядывается. За секунду подлетаю и тяну руку вверх к листам, но тут же оказываюсь зажата между мужчиной и холодным краем столешницы. — Что тут у нас Мышь? Из полиции? Он сказал это почти в зудящий затылок, вертя в руках мою надежду на светлое будущее. Голос был спокойный, но скрытно выдавал издевательскую насмешку. Я чуть не потеряла сознание от страха. Сердце стучало так, будто сейчас выскочит и убежит отсюда, покинув тело. — Я… не из… Парень сдавил еще сильнее и мне уже не хватало воздуха. Он явно хотел сделать мне больно. — Да мне похуй на тебя, честно. Он резким движением отстранился и я, потеряв равновесие, позорно плюхнулась ему в ноги. Глаза поднять стыдно, направила их на пол и четко увидела то самое фото с шестой страницы. Резко потянула руку, чтобы спасти элемент дела, но почувствовала невыносимую боль. Этот демон наступил мне на руку без всякого сожаления. Подержал так секунд пять, наслаждаясь моей болью и еще сильнее надавливая, затем все-таки отступил с таким же мертвым выражением лица. Он уже определенно не казался мне привлекательным. Рука выла от боли и я с ненавистью и выступающими слезами посмотрела наверх, в его глаза, в душу мерзаца. Было понятно, что его вообще не волновала я, мои слезы, припухшая рука и ноющий затылок. Он пришел сюда выпить? Найти жертву, если такой подлец? Одно было понятно - место не его Ариан обитания, потому что перстень выдавал его статус со всеми потрохами. Незнакомец поднял фото на свет и расплылся в улыбке. — Вам нужно переснять, я тут плохо получился. От такого поворота я аж забыла про свои ноющие увечья. Мне не послышалось?! Я не соображая подскочила к нему и схватила за край толстовки, но, одним движением его руки, снова оказалась в ловушке. Это он? Это мой шанс на хоть малое признание в профессии? Нужно срочно что-то сделать. Если он и есть тот монстр, что сотворил ад в этой папке? Слишком опасно. — Ты живучая? — Рыкнул мне в лицо, наклонившись, а я не поняла вопрос и с любопытство уставилась, запоминая каждую деталь. Он меня уже не так сильно пугал, в отличии от моих рассуждений в голове. Какие же красивые, ровные черты лица - хоть в кино снимай. — Почему твое фото там — почти получилось сказать это достаточно смело для той, которой сейчас руку чуть не откочерыжили, даже не зажевав половину слов от нервов. Я заметила легкое удивление в его глазах от моей настырности или мне показалось? В любом случае мой вопрос парню не понравился и он сдавил мое многострадальное запястье так, что я взвизгнула. — говорят… — он запнулся ухмылкой — любопытным мышкам очень часто хвосты укорачивают. Парень свободной рукой коварно растегнул две верхние пуговицы на моей блузке так, что почти было видно вздымающуюся грудь. — Носи так. Мне кажется… он понял, что именно от такого вида прикосновений заставляет меня чуть ли не рыдать. В глазах точно читался девственный испуг и этого демона это раззадорило. Он перевел внимание в другое место, пока я вздрагивала. Даже как-то нежно коснулся по тыльной стороне моего бедра, и снова коварно поднимался вверх, но уже под юбку. Я рванулась назад, но он опередил меня, отпустив. Рухнула спиной и распахнула глаза от удивления, шока, противного и одновременно приятного чувства в животе и вопроса - почему он не продолжил? — Мышеловка захлопнется и мышка уже не выберется. Как-то загадочно рыкнул мужчина, наслаждаясь летающим вокруг нас притяжением жертвы и мучителя. Боже, это он в таком случае сыр, если я мышь? Или он и есть мышеловка. Он забрал очередной стакан с бара и перевел взгляд на свой телефон. Казалось, что в степени своей серьезности мучитель не мог столько пить. Это не подходило под его образ. Я продолжала стоять как вкопанная, наблюдая за ним, пока он не швырнул мне папку назад. — Что? Убивать передумал? — Попыталась съехидничать и резко забрала переданное, хотя внутри кипели эмоции страха и ужаса от произошедшего. Тот поднял на меня взгляд и лениво показал пальцем на выход. — Я не трахаю мышей. — с этими словами он окончательно показал мне, что пора мотать ноги пока есть шанс. Но интерес к делу и его персоне оказался сильнее, поэтому я даже взбодрилась. — Значит убиваешь тех, кого тр… — опять неудачно зацепилась за его слова, но почувствовала нечеловеческий взгляд на себе и заткнулась. — Я бы на твоем месте не бросался такими обвинениями. — он отпил и ухмыльнулся, увидев, что я сейчас от страха лопну. — С чего ты решила, что это фото доказывает, что это я там нахулиганил? Ты меня не знаешь. Может я не кусаюсь? Милый и добрый, жену люблю, вредителей травлю. — Ого! У него явно появился интерес к общению. Только вот у меня он потух от слов «милый и добрый». Это уж точно звучало издевательски. А от «вредителей травлю» стало вообще жутко. Но вот про жену… Мной вдруг овладела злость от мысли, что у него действительно может быть жена, а он позволяет себе торчать в таких местах и трогать девушек. Не знаю, что за смелость во мне иногда просыпалась. Уже точно пора валить отсюда, но злость и азарт меня останавливали. — А если я тебя на лжи поймаю? Если я хочу не только узнать правду, но и … хочу, чтобы виновный за подобные зверства гнил там, где ему и положено гнить. Я сказала это ему в лицо настолько уверенно, как только могла в этот момент. Парень опустил взгляд на теперь уже выглядывавшую, благодаря его стараниям, грудь из блузки. Мне опять стало плохо от этих глаз, я ненавижу их. — Не советую. — он вновь потянулся ко мне и вложил в поврежденную руку кубики льда из бокала, затем наклонился к уху и прошептал — Очень сильно не советую искать эту правду. Есть вещи, которые намеренно скрывают, чтобы не травмировать слабую психику мышек. — я зажмурила глаза и почувствовала как что-то плоское заезжает мне в чашечку бюстгальтера. — К тому же. Возможно я и так уже гнию. От этих слов мне стало уже совсем дурно, это буквально признание? Или он играет и путает меня намеренно? Открыв глаза демона уже не было рядом, а из-под края рубашки в районе груди красовалась его фотография из папки и черный бумажный квадрат - это была визитка. Я выбежала из этого чудесного заведения, прижимая папку к груди. Свой внешний вид я уже исправила, застегнув пуговицы, а вот как теперь исправить то, что я торчу ночью среди пьяных и обдолбанных отбросов на улице - я не понимала. Точно помню, что это не меньшая глушь, чем расположение моего офиса. Окинув парковку взглядом я удивилась тому, что машина Оливера все еще была на месте, но в ней кто-то копошился. Подскочив с надеждой на спасение поближе, я быстро поняла причину возни и стыдливо замерла как ребенок. В салоне был Оливер с обнаженной дамой, которая задом к нему держалась руками за сидение и стонала так, что через закрытую машину было слышно все прекрасно и отчетливо. — хватит! Давай! — Оливер шлепнул ее и укусил в шею, продолжил двигать тазом, пока не заметил меня, стоявшую с открытым ртом. В полутьме я все равно увидела весь спектр эмоций на лице этого пьяного идиота. — да блять. Щас. — он натягивал обратно элементы одежды, пока его спутница мешала ему руками. Кажется, она была не менее пьяной. Я развела на это руками, приподняв брови и отвернулась. — ты просто ходячий антисекс, Ева. Окей. Эти слова показались мне обидными. Я опять промолчала. — Я искал тебя, где ты шаталась? — осознав, что от барной стойки я по сути и не отходила, легко поняла, что Оливер сказал это для приличия. Все-таки бросить девушку коллегу одну в таком заведении и правда непростительно. — Вызови мне такси. Это все, что я ему сказала, мой телефон остался в офисе.