«Баллады BlemishTale'а» (по мотивам Undertale)

      

***

В тёмных глубинах Подземелья, где долгие годы торжествовала вечная тьма, со временем обосновался яркий, полный неоновых огней город: каким-то образом он с ходу обрёл популярность, начав неумолимо притягивать жителей подгорья некой своей самобытной атмосферой – монстры со всех уголков Королевства Темм стремились побывать в Метталенде, дабы вкусить все те прелести, что таились в нём. В одном из самых знаменитых отелей здешнего «Диснейленда» располагался внутренний кафетерий, известный во всём БлэмишТейле своими особыми бургерами, стало быть, гламбургерами. Здесь, не покладая изящных зелёных рук, работал самый обычный парнишка-монстр – скромняга цветик по имени Флауи: излишне высокий широкоплечий с тощим гибким телом он обладал необычайной широтой души. Цветочек всегда стремился принести радость окружающим своей вежливостью и искренней добротой. По несчастью, а может и по воле судьбы, всеми отвергаемый Флауэр проживал свои серые будни в печальном одиночестве, но то было до той поры, пока однажды, чем-то похожий на мальчика-зайчика из некоего советского мульта, стильный робот не принял Лютика к себе на подработку. Сильно ранее Меттатон был известен как Санс, но после некоторых изменений тела стал называться Меттатоном, в скором времени завоевав и громкий титул «Звезды Подземелья». Роботейка Манс проявлял излишнюю требовательность к своим подчинённым, ибо приходился очень правильным. Также он был страсть каким капризным по поводу и без, но при этом звезда в тайне стеснялся своего роботического туловища, нещадно пряча то под многочисленными слоями одежды. Увы в тактильные моменты он мог использовать только свои костные руки и ноги, ибо остальная часть его механической конструкции была нечувствительной, и это изрядно тяготило его, не позволяя обзавестись второй половинкой. Никто и не догадывался об этом, кроме наблюдательного и всепонимающего Флауи. Цветик всё время издали и незаметно наблюдал за Мансом, влюбившись в того практически с первого взгляда, задолго до первых серьезных карьерных свершений Звезды. Флауи очень хотел быть ближе к милашке киборгу, но боялся раскрыть тому свои чувства, ведь кто он, и кем ему приходится сам Метта... Они были такими разными – один на вид совсем уж грозный и всеизвестный, другой излишне скромный и по большей части неприметный. Но этот контраст подогревал заинтересованность Флауи лишь сильнее... Однажды вечером, когда кафетерия полностью опустела, и в здании оставались только они двое, Флауи наконец решился заговорить с Мансом о наболевшем. Он вежливо пригласил того к себе в маленькую комнатку, где хранился запас ингредиентов для приготовления гламбургеров и прочего – там цветочек мог чувствовать себя более-менее спокойно и собранно. Метт на такое предложение сразу согласился, ведь они уже давно были коллегами и друзьями. Прикрыв за собою дверцу, Флауи по-началу мялся, сохраняя гнетущее молчание, а после с нервозным трепетом спросил у Манса, что тот конкретно чувствует по отношению к нему. В те неудобные для обоих мгновения голос Лютика предательски дрожал, а душа бешено колотилась, готовая вот-вот упрыгать из груди... Слова сорвались с доброго щекастого личика слишком резко, и Метта на это лишь покачал головой и ответил, что не знает, что точно он чувствует к своему просто ли подчинённому..? Как никак Манс частично был роботом, лишённым возможности испытывать эмоции в полном объёме, но в тот момент что-то в нём да переменилось... Он потихоньку начал осознавать свои желания и.. страсти, которые всё это время целенаправленно отодвигал на второй план. Флауи не мог поверить в услышанное... Он был счастлив, но одновременно и напуган тем, что его чувства могут быть отвергнуты... Каково́ же было его удивление, когда низенький блондин подошёл к нему, встал на цыпочки и ласково погладил того по одному из пяти золотистых лепестков. Флауи горбился, чтобы тот излишне не тянулся. Тут их губы неожиданно соединяются в грубоватом неуклюжем поцелуе, пронизывающем их ранимые трепетные души. Цветик ощутил, как его сердечко буквально замирает от счастья и предвкушения, а робот тем временем таял и был не в состоянии остановить этот свой жгучий порыв интереса... В ту минуту они были поглощены и объединены этим чарующим чувством, принимая и изучая новые грани друг друга... С течением времени их дружеские рабочие отношения начали приобретать новые краски, становясь романтичнее, глубже и интимнее. Манс, терявшийся в собственной неловкости, со временем научился принимать своё тело, получать удовольствие от близости и дарить такие необходимые партнёру заботу любовь и ласку, где, в свою очередь, Цветик не поскупался на отважных неожиданных поступках во имя любви, сделавших из него во всех отношениях прекрасного молодого монстра и любовника. Робоцветочная пара была счастлива делать этот мир друг для друга ото дня в день чуточку лучше, чем до этого. Однако не всё было так просто. МТТ по-прежнему переживал за Лютика, но старался не показывать этого. Андроид боялся однажды причинить боль своему дорогому цветику, ведь в большей степени являлся ничем иным, как роботом, неживой материей, а Флауи всё-таки был совсем другого поля ягодкой. Разве они.. подходят друг другу? В тот день, когда Манс признался цветку в своих опасениях и страхах по поводу их несовместимости, Флауэр рассмеялся и, мягко улыбнувшись, неряшливо покачал головой-бутоном. Сказал, что любит и его тело и его заботу, как счастлив просто находиться рядом с ним, и добавил, что не струсит, а примет всё без сожаления, даже если однажды придётся пострадать. Тех заветных слов лепесткового дендроида оказалось достаточно, и с той поры робот и растение жили бок о бок, каждым новым днём радуя друг дружку своим так необходимым присутствием. Поначалу они были двумя разными мирами, но потом слили́сь в единое целое и обрели самих себя и друг друга. Их любовь была поистине уникальной и неповторимой: разные виды, разные характеры, такое отличное друг от друга место в обществе. И пусть они не знали, что такого сможет подкинуть им их общее будущее, но точно были готовы пройти через все испытания вместе. Они понимали, что их связь – нечто большее, чем просто страстная фантазия. Она была настоящей и сильной, и ничто не могло впредь разрушить их узы, даже человек, решивший однажды пройти игру...