Наша жизнь

Приезжий джентльмен

Родиться человеком,

не значит им быть

      Это тихое январское утро можно было описать строчкой «Мороз и солнце, день чудесный…». Парень вышел из подъезда на улицу и сразу укутался в серый тёплый бабушкин шарф, поскольку колючий воздух так и норовил пробраться в лёгкие. Ярко светившее солнце отражалось от белого снега, заставляя щуриться, и превращая Женю в типичного «эскимоса» из детских книжек.       Он шёл быстрым шагом по направлению к самому ненавистному месту в его жизни — школе. Эта неприязнь никак не соотносилась с видом типичного «ботаника» и фактом того, что он был единственным отличником в 10 А классе. Проблема заключалась в его одноклассниках, ну или как он сам их называл «дноклах» или «овощах». Женю невзлюбили ещё с первого класса: смешки за спиной, клички (самая излюбленная «маменькин сынок»), пару раз даже доходило до драк. Причина, по которой его так ненавидели, была не совсем ясна, однако по мере взросления Женя полностью абстрагировался от этого и пытался игнорировать окружающих как мог (в целом он догадывался, какие моменты могли послужить спусковым сигналом для «своры собак», однако мысли об этом доставляли явный дискомфорт).       Школа находилась в пяти минутах ходьбы от Жениного дома, но, как и подобает «настоящему отличнику» Евгений выходил ни свет ни заря и прилетал туда самым первым. Раздевшись в гардеробе, он поднялся на третий этаж и вошёл в кабинет, в котором вот-вот начнётся еженедельный пятничный классный час. Он занял свою любимую первую парту: «во-первых, всё видно с доски, а во-вторых, на затылке нет глаз, которые могли бы созерцать дурацкие лица «дноклов». Учительница куда-то отошла, а наш герой выложил из рюкзака пенал, небольшой блокнот для записей и коричневый чехол для очков, в котором лежала нужная тряпочка. «Крайне важно протереть заляпанные очки перед началом урока».       Пока Женя занимался важным и непосильным делом (оттиранием всей видимой и невидимой здоровому человеку грязи), в класс потихоньку стягивались ребята. В 8:30 прозвенел звонок, а вместе с этим вошла и учительница — маленькая строгая старушка лет шестидесяти в странном вязанном платье и серой шалью на плечах.       — Ребята, наконец-то вы пришли без опозданий! Это крайне («вообще это было её любимое слово, которое она вставляла куда только можно») похвально. Мне нужно донести до вас столько крайне важной информации. Но начнём с необычного: у вас в классе появился новый ученик, который перешёл к вам прямо посреди года… — тут она почему-то замолчала, хотя ребята знали, что у этой маленькой старушки всё должно быть «по плану» и внезапные «неучи», появившиеся из неоткуда, её не устраивали. — Ласточкин Алексей Владимирович.       В этот момент из приоткрытой двери вылезла рыжая макушка:       — Я могу войти? — приятным громким голосом сказал Лёша.       — Давай, давай, заходи. — с некоторым раздражением ответила учительница и слегка поманила его рукой.       «Явление Христа народу» — вот как можно было описать появление «Алексея Владимировича». В класс вошёл небольшого роста молодой человек с необычайно выразительными чертами лица. Ярко выкрашенные длинные рыжие волосы ниспадали на идеально выглаженную белую блузку. Карие глаза сверкали каким-то хитрым огнём, а на губах застыла ехидная улыбка. В левом ухе красовалась аккуратная серёжка-гвоздик. Тёмно-синие классические брюки элегантно подчёркивали тонкую талию. На ногах были чёрные кожаные ботинки, которые великолепно сочетались со странной сумкой-рюкзаком, чем-то напоминавшей женскую.       — Доброе утро! Я рад со всеми познакомиться! — сказав это, Лёша изящно помахал рукой и направился к свободному месту в конце класса.       В этот момент все девочки начали восхищённо перешёптываться и еле слышно хихикать. В целом, красота — это достаточно субъективный объект обсуждений, однако отрицать факт необычайной привлекательности нового ученика было бы глупо.       — Ребята, давайте потише! Вы на перемене ещё успеете познакомиться с вашим новым товарищем. А вы, Алексей, могли бы и убрать ваши волосы! Крайне неприлично так появляться в государственном учреждении, тем более представителю сильного пола. — акцентировала своё внимание классная.       Несмотря на такое явное замечание, Лёша не потерял лица и под обращёнными на него взглядами ребят аккуратно прибрал шевелюру чёрной заколкой-крабиком. Это действие, как и многие другие, совершённые за такой короткий промежуток времени, в очередной раз натолкнули Женю на мысли о том, что новый ученик принадлежит к «голубому обществу», и, вероятнее всего, будет жестоко избит сразу после урока. Парня прельщало появление нового отщепенца в коллективе, поскольку он мог с ним подружиться, но при этом было чрезвычайно жалко, что невинный человек будет подвергаться таким же (или даже хуже) нападкам от сверстников.       На классном часе говорили обо всём: начали с небольшой лекции о пожарной безопасности и закончили на обсуждении всех взлётов и падений каждого ученика. Последняя часть в особенности нравилась Жене, поскольку он вдоволь наслаждался, что хотя бы где-то в этой жизни он преуспел больше, чем «дноклы». Хотя радость за школьные оценки — это дело вполне посредственное и в целом бесполезное.       Звонок оповестил всех о необходимости встать и двинуться в сторону другого кабинета (по расписанию это был русский язык). Женя оперативно собрал рюкзак и быстро вышел из класса. Он опасался, что вероятные нападки на Лёшу плавно перекинутся на него, поэтому как можно скорее ретировался. Оказавшись в кабинете русского языка, он с нетерпением ждал развития событий и предвосхищал возможные варианты: крики, маты, драка…       Каким же было удивление Жени, когда он увидел новоиспечённого одноклассника в компании пары парней и одной девчонки, обсуждающихих достижения в одной популярной компьютерной игре. Искренний, неподдельный смех, радость, буйство позитивных эмоций: при этом улыбка Лёши содержала в себе толику насмешки, как осознания некоторого превосходства над всеми и явной уверенности в себе. «Как? Как ему это удалось???» — единственное, что было в голове у Евгения. Именно в этот момент недоумения, когда у парня в глазах застыл вопрос «Как?», к нему обратился Лёша:       — Хей, ты чего так пристально на меня смотришь, красавчик? — он нарочно выделил последнее слово так приторно, что могло создаться впечатление, что действие происходило в гей-баре, а не общеобразовательном учреждении. Эта фраза ни во что не билась с интонацией «нормального парня», с которой он общался с остальными ребятами пару секунд назад. От чего у Жени возникла мыль о непонятной неприязни с первого взгляда (позже он подумал, что вероятнее всего «овощи» доложили Лёше, что он (Женя) — игрушка для битья, и можно потешаться над ним как угодно).       — П-привет, извиняюсь. — пробубнил себе под нос Евгений.       — Какой-то ты недоброжелательный. — улыбнулся Лёша. — Нужно по чаще с людьми разговаривать.       — Ага, б-буду…       — Да ладно тебе, он у нас всегда такой страааный. — протянула красотка Аделина. — «Ботаник» и «маменькин сынок», давай лучше о тебе поговорим. Ты в какой школе до этого учился?       — Не трогай говно, вот оно и не воняет — подхватил Саша.       — Приятно познакомиться, Алексей. — он протянул руку. — А тебя как, зубрилка?       — Женя. — он неуверенно поднял руку (конечно заранее вытерев потную ладошку о штаны) и крепко пожал руку одноклассника. Рукопожатие получилось коротким, однако сразу можно было отметить то, какие нежные, ухоженные и маленькие холодные руки были у Лёши.       — Евгений… как интересно. — тут Алексей снова улыбнулся своей фирменной. — Крайне польщён.       — Ёу, чел, ты правда ему руку пожал, сумасшедший что-ли? — воскликнул с отвращением Саша.       — Да, ну и что такого, может он нам потом списать даст — удаляясь бросил Лёша.       Дальше Женя уже не слушал, поскольку был очень расстроен сложившимися событиями: он снова заикался, вспотел как скотина и его рассматривали только в качестве «готового домашнего задания», а не человека, с которым можно поговорить. Таким образом, в корзинку корнеплодов Евгения Викторовича добавилась ещё одна морковка.       Оставшиеся уроки прошли крайне однообразно и по их завершении Женя тем же быстрым шагом, которым передвигался всегда, выдвинулся домой на вкусный горячий обед.