Укус

      Троица оказалась в совершенно новом месте, куда не единый лучик света не попадал. Владелец гостиницы крепко обхватила руку Фэнга, показывая свой страх перед неведомым. В этом помещении держали пленных и неверных, а сырость так и бьётся в ноздри, от чего только усугубляет атмосферу тревоги и страха.       — Фу, какая вонь! — возмущался Бастер. — Хуже, чем у вампиров с гробов.       — Мне тоже здесь не нравится, — согласилась Пайпер. — Но тот юноша сказал, что моя сестра сидит здесь.       Из-за кромешной тьмы ребята не видели, куда ходят. Лишь свечка в одной комнате горела, и это показалось странным для группы. Они приблизились и были, мягко говоря, не по себе.       Комната была тёмной, но по запаху понятно, что это далеко не райское место в мире. Стены были холодными и неровными, от чего мурашки по всему телу. Свечка на столе слабо освещала помещение, и ребята смогли разглядеть мебель в ней: стол со стулом, сено, застеленное нечистой простынёй. Фэнг медленными шагами подошёл к столу и потянулся к свечке.       — Кто вы?!       Услышав чужой голос, парень мигом развернулся, слегка обжёг палец огоньком, и глазами нашёл владельца голоса. Это была молодая девушка, покрытая грязью и потом по всему телу. Одежда у неё была порванной, волосы растрёпаны и также грязные, а ноги исцарапаны. Владелец гостиницы узнала её и присела её обнять.       — Лайла! — воскликнула девушка. — Как я рада, что ты жива! С тобой всё в порядке, сестрёнка?       — Пайпер? — замешкалась пленница. — Как ты…       — Не важно, — говорила её сестра. — Главное — ты живая.       Бастер прокашлял, привлекая к себе внимания.       — Не хотел прерывать трогательный момент, но нам пора убегать.       — Куда убегать?       Группа с пленницей перевела взгляд в сторону голоса — в комнату к девушке пришёл вампир, жених Лайлы…

***

      Особняк опустел. Все его жители ушли на охоту, оставив своё жильё пустеть. Вернее, остался только один. Он не любил охотится на людей, однако кровь ему необходима. Эдгар пил алую жидкость с жилах крыс или других мелких животных, и он уже привык. Как раз сейчас юноша вылавливает крыс голыми руками, но одной удалось ускользнуть от него, и крыса забежала через приоткрытую дверь в комнату одного его «брата». Хоть дом пустеет, Эдгар не терял свою хорошую манеру, и он постучал в дверь. В первый раз такая особенность стала нужной, ведь за дверью послышался какой-то шорох, а через минуту дверь открылась.       — Эдгар, почему ты… — удивлялся такому Кольт, но потом мигом вспомнил одну вещь: — Точно. Ты же не пил человеческой крови.       — Вот и сейчас я гнался за одной мелкой крысой. А она, мелкая скотина, к тебе забежала.       — Я бы впустил тебя, — остановил своего «брата» парень, перегораживая ему путь в свою комнату. — Да только я не учуял её запаха. Ищи её в другом месте.       — С чего ты боишься впустить меня? — заподозрил Эдгар.       — Просто… — вампир искал отмазку, дабы его «брат» не зашёл внутрь, где сейчас сладко спит Шелли. — Просто её там нет. Если б была, впустил бы.       — Но она точно сюда забежала. Я это помню.       — Может, показалось? — пожал плечи вампир. — Даже у вампиров галлюцинации.       Ненадолго задумавшись, юноша согласился с ним, и собирался он уйти, как вспомнил одну вещь.       — А ты почему не на охоте? — спросил вампир у своего «брата».       — Мортис задержал меня, — признался Кольт. — Нет смысла мне идти на охоту после этого.       Эдгар не стал интересоваться, на какую тему они разговаривали, и ушёл в другую комнату за крысами.       С облегчением юноша заперся в комнате. Он был рад, что его «брат» не заглянул в комнату и не увидел спящую Шелли. Вампир глянул на девушку — та продолжала сладко сопеть. Кольт прилёг на другом краю постели и рассматривал её прекрасное лицо. Как же давно он не чувствовал себя также хорошо, когда просыпался рано утром и любовался её красивым личико. Вот только его вампирские инстинкты пытались его охватить, составить юношу укусить девушку за шею и выпить всю её кровь. Однако Кольт преодолел свои инстинкты как раз тогда, когда он почти коснулся оголённой шеи своими острыми клыками. Он укутал свою любимую до подбородка и сам улёгся рядом. Не привык вампир спать ночью, поэтому он просто смотрел на её лицо всю ночь…

***

      — Не подходи, чудовище! — угрожал Бастер, когда их застукали в темнице.       — Успокойся! Я не причиню вам вреда! — заверял Найджел. — И я вас не выдам! Прошу, отойдите!       Он присел рядом со своей невестой и передал ей мешочек с едой, без которой девушка могла умереть с голоду. Парень обнял свою любимую девушку за плечи и начал рассказывать:       — Меня поймали на прогулке, когда я собирал любимые цветы Лайлы. Они укусили меня, но крови моей не выпили. Вместо этого я стал одним из них на следующий день. В ту же ночь я сбежал из Трансильвании в этот особняк, чтобы не навредить никому. Но не думал, что Лайла пойдёт меня искать.       — Я была напугана, когда увидела Найджела уже в другом обличии, — продолжила за него невеста. — И на меня накинулись другие кровососы. Я думала, что умру, пока Найджел не уговорил оставить меня в живых. Они согласились, но при условии, что я буду здесь.       — Если ты была в безопасности, то почему тебя посадили здесь? — забеспокоилась Пайпер.       — Не все вампиры знают о ней, — говорил жених. — Но я договорился, что её превратят в наше подобие лишь при согласии главного вампира.       — Погоди, что?! — не могла поверить в эти слова владелец гостиницы. — Ты хочешь стать одной из них?!       — Я хочу быть со своим любимым всю жизнь, — говорила её сестра. — Пусть и бессмертную.       — Но как же…       — Вампирам нельзя будет увидеть солнце, — сказал Найджел. — Но так будет лучше.       — Я не хочу этого! А как же мама? Как же я, Лайла?       — Что за шум?!       Этот голос прогремел, как гром среди ясного неба.       — Это Граф!       — Кто? — переспросил Фэнг, который всё это время молчал.       — Граф Дракула — самый главный в нашем округе.       Ребята не нашли себе место. Они знали, что с каждой секундой их жизнь могла оказаться в смертельной опасности. Найджел решает отвлечь графа любым способом, дабы он не дошёл сюда, пока нежеланные гости не покинут подземелье.       — Лайла, идём! — просила Пайпер у своей сестры, которая не желала с ними идти. Но другого выбора у неё нет, и они вчетверо сбегают из подземелья на поверхность.