Пламя идёт выше

      Они встретились на парапете. Ровно тогда Ксейден и почувствовал это. Джек был сыном своей родины. Наварра всегда славилась эгоизмом и жестокостью, это уже давно стало частью данной страны, и что-то подобное Риорсон чувствовал в Джеке.       Но тогда он отвлëкся от своих рассуждений, ведь главным приоритетом была защита младшей Сорренгейл, это тощее, явно больное создание заставляло его глаз предательски дëргаться. Как чёрт возьми, он должен спасти ей жизнь и не умереть при этом сам? Был лишь один шанс сойти с этой тропы в бездну, только если Сорренгейл не повезёт. Вайолет медленно взошла на парапет, один из её сапогов, явно ей не принадлежащий, приближал гибель этой тени человека. Практически следом за ней на парапет запрыгнул Барлоу и даже не пытаясь выставить руки для равновесия, двинулся вперёд. Стоящий рядом писец присвистнул, да, это совсем не плохо. Тем временем Сорренгейл была уже практически на середине пути, как вдруг… Раскат грома, вспышка молнии и вот девушка уже свисает с самого края. Ксейден напрягся, Джек стремительно приближался к Вайолет, пока та отчаянно пыталась выкарабкаться, но руки предательски соскальзывали. Джек подошёл совсем близко, глянул под ноги… и шагнул дальше. В тот же момент Сорренгейл сорвалась вниз. Ксейден выдохнул, теперь одной проблемой было меньше.

***

      За эти несколько месяцев Джек сумел его заинтересовать. Просто потому-что Ксейден знал, как ведут себя первогодки. От того ему было куда интереснее наблюдать, как Джек всегда не дожимал, словно боялся, что в Басгиате его осудят за убийство. А ведь он был достаточно силён для этого. Так или иначе, большинство боёв оставалось за ним, нож Лиама перешёл к нему после одного из вызовов, в конце концов, нож Ксейдена оказался в его руках. Все вокруг застыли, Риорсон в том числе. Джек всё ещё не дожимал, но был явно на грани, бой его распалил, сделал частью себя, тогда это почему-то показалось красивым.

***

             Полоса препятствий не оказалась для Барлоу чем-то сложным. Безусловно он несколько раз падал, во время тренировок, но никогда не умирал. Будто сама смерть отказывалась забирать такой боевой талант. Демонстрация же стала началом конца. Огонь, горящий в глазах Джека прямо говорил, зачем он пришёл в эту чёртову камеру смертников добровольно. Это походило не на желание, скорее на одержимость. И Ксейдена она завораживала, куда сильнее чем было нужно.       — Ты безнадёжен. — Фыркнула Сгаэль.       «Знаю». — Отрицать было глупо.

***

      В конце концов этот день наступил. Молотьба. Ксейден и прочие третьекурсники присутствовали на ней в качестве надсмотрщиков, тени во многом помогали Риорсону в этом. Тем не менее он искал среди толпы кое кого ещё, кроме детей отступников. Золотая макушка мелькнула где-то в далеке, намного дальше основного скопища драконов. Ксейден последовал за ним.

***

      — Ой! — Джек подпрыгнул, стоило голове мелкого дракона подняться. — Я думал, что ты улетела.       Дракон склонил голову на бок и Джек повторил за ней.       — Слушай, если серьёзно, то тебе действительно нужно улететь. Я не знаю, кто разрешил тебе тут быть, но всё-таки не стоит.       Но дракон едва ли его понимал, а если и понимал, то игнорировал. Джек тяжело вздохнул, он уже сомневался, что сможет найти своего дракона, хотя ещё не вечер. Он прошёл несколько шагов по небольшой полянке на которой расположился ещё детëныш, на которого несколько кадетов обратили внимание ещё на Демонстрации. Джек, не понимал, как существа вроде драконов могут так спокойно оставлять своих детей без присмотра? Дракон тихо рыкнул и пошёл вслед за Барлоу.       — Знаешь, мне всегда было интересно, какого вам убивать? Сжигать заживо, намеренно. Я имею в виду, драконы скорее всего приучены к этому с детства. — Золотой дракон склонил голову. — Просто, знаешь…       Джек тяжело вздохнул. Впервые за несколько месяцев он мог наконец-то поговорить с кем-то, проявить хоть чу-чуть слабости, хотя бы перед этим малышом.       — Это сложно. — Выпалил он наконец. — Чертовски сложно. Я всю жизнь тренировался, чтобы стать всадником, я ходил по узкой дощечке под дождём, метал ножи, учил виды драконов, приёмы, но… — Он зажмурился. — Я даже кота не способен пнуть, что уж говорить про убийство. Намеренное убийство.       Джек опустил плечи, всего в один момент его одолело собственное бессилие. Ему не продержаться до конца Молотьбы, это точно. Золотой дракон что-то прорычал и ткнулся в щёку Барлоу своей мордой.       — Спасибо за поддержку. — Он улыбнулся, погладив малышку по голове. — Была бы ты старше, может, смогли бы с тобой связаться.       В этот момент в кустах послышался шорох.

***

      Ксейден наблюдал издалека. Откровение Барлоу показалось ему вполне логичным. Убивать трудно, те, кто способен забрать чужую жизнь без сожалений, не имеет души. И всё-таки Барлоу начинал ему нравится.       — Что, только начинал?       Но внимание Ксейдена привлекло нечто другое, нежели голос Сгаэль. Двое. Они вышли прямо из-за кустов и двинулись навстречу Барлоу и золотого дракона.       — Что вы здесь делаете? — Джек нахмурился, он был уверен, что находится на поляне один с драконом.       — Да так, Джек, мы… Ммм, просто ходим. Слушай, может тебе стоит пойти поискать своего дракона? — Один из парней натянуто улыбнулся. Джеку это откровенно не понравилось.       — А вы, что, останетесь без них?       — Так ведь мы уже нашли! — Чересчур громко вскрикнул второй.       — И вы здесь, потому-что?..       — Да в жопу! Хватай его!       В этот момент Джека с силой отпихнули в сторону. Один из психопатов накинулся на золотого дракона с ножом, дракон попятился, но смог увернуться.       — Стойте! Сумашедшие! — Закричал Барлоу, стараясь освободиться. Один из мудаков взвалился прямо на него и приставил нож к горлу.       — Не мешай, Барлоу. — Парень тяжело дышал, в его глазах виднелось безумие. — Не мешай нам избавляться от слабого звена.       — Слабого? Это, блять, дракон! — Джек сбросил сумашедшего с себя. — Он всё равно круче вас обоих!       Нож вошёл в чужое горло, словно в масло. Тело психа свалилось на землю. Второй застыл, а после забыв про дракона, бросился на Барлоу, едва не поранив его бедро, но Джек всё-таки смог увернуться. Ксейден наблюдал за ним издалека, готовый в любой момент сорваться.       — Ждите помощь. — Пророкотала в глубине сознания Сгаэль. В этот момент всё вокруг сотряс громкий рык и прямо на поляну приземлился огромный чёрный дракон, поднимая вокруг себя столпы пыли. Оставшийся сумашедший в страхе закричал и бросился бежать, но не смог сделать и пары шагов, как струя огня сожгла его заживо. Дракон тем временем прорычал что-то ребёнку, та в последний раз посмотрела на Джека, после чего ушла, напоследок ткнув носом в его бок.       — «Какой же он прекрасный… » — Джек застыл в изумлении.       — Я не сомневаюсь, но тебе лучше поспешить, драконы не отличаются большим терпением, даже к своим всадникам.       Не было нужды повторять дважды, Джек с большой охотой вскарабкался вверх и уселся на спине огромного, мать его, чёрного дракона! Тело психа так и осталось лежать на земле, и пусть лучше Джеку забыть о его существовании, пока стены собственной комнаты не дадут ему достаточно пространства, для того, чтобы осознать, что он сотворил, и впредь будет совершать ни единожды.

***

             Ксейден осознал, что чертовски ошибался, что никакой жестокости или эгоизма в Барлоу не было никогда. Возможно большинство можно было обмануть, с помощью прямых плеч и гордо вздëрнутого подбородка, но не его, не Риорсона, что сам не раз пользовался нападением в качестве защиты и непробиваемой маской безразличия. Однако получив доступ к эмоциям Джека он понял, как много в его голове переживаний.

***

      — Напомни, почему ты за мной ходишь?       Джек нахмурившись обернулся. Ксейден стоял прямо за ним, прожигая чужую спину взглядом.       — Ты вроде как не отличаешься плохой памятью, Барлоу, так что напомню: мы связаны. И пока ты не научился манифестировать, я буду рядом с тобой так долго, и так близко, насколько это возможно.       Джек на это заявление только и смог закатить глаза, его откровенно бесил Риорсон. Особенно невыносимым он стал после покушения, когда Джека едва не зарезали во сне, но даже тогда Барлоу смог разобраться сам. Сам смог держаться в седле, сам выполнял опасные трюки, в конце концов именно безумным азартом они с Тэйрном и были похожи. Иногда к ним присоединялся золотой дракон и показывал, чему успел научиться. Джеку это нравилось, нравилось ощущать небольшие проблески силы, нравилось двигать предметы силой мысли, нравилось ощущение полёта и громкий рык его дракона. Ему не нравился только Ксейден. А вот он, казалось, им одержим. В принципе неудивительно для того, кто хочет выжить. Хотя едва ли это его оправдывало.

***

      Ксейден осознал, что попал, когда в один морозный вечер ощутил это. Желание, одно единственное, распирающее изнутри. Он сразу же бросился на улицу, выкуривая одну сигарету за другой, когда увидел знакомую светлую макушку. Нет, нет, нет! Он ведь прекрасно всё чувствовал, прекрасно, все эти бесполезные попытки отгородиться. Но даже у Ксейдена всё получилось далеко не с первого раза. Губы Джека оказались сухими, холодными, но от того не менее желанными. Риорсону пришлось приложить немало усилий, чтобы оторваться.

***

      — Джек, произошедшее…       — Было навеяно Тэйрном и Сгаэль. Я в курсе.       Джек сам не понял, почему это прозвучало так обиженно, просто ему вдруг стало не хватать чужого раздражающего присутствия.

***

      Но пускай не волнуются так сильно наши читатели, ведь у них будет ещё время на то, чтобы разобраться со своими чувствами, да и не только чувствами, с революцией в том числе. А пока, пока Джек позовёт Тэйрна для выполнения парочки трюков, а Ксейден будет вынужден работать с бумажной волокитой, но это только пока.