Гусу. Пророчество полнолуния

***

Орден Цинхэ Не. Комната младшего господина Не.

      Не Хуайсан уже которую ночь не мог толком заснуть: чертов свиток будто задался целью вывести его из равновесия.       Мало того, что пергамент был жутко старым (наверное тот, кто его выделывал, был близко знаком с создателями этого мира), так еще и написавший его обладал таким почерком…       Иногда младшему Не казалось, что его и вовсе писала курица, под диктовку: кривые каракули перемежались такими же кривыми символами.       И бросить бы это дело, но уж больно хороши были рисунки на первом листе.              Еще раз обведя пальцем контуры изображения, Хуайсан вздохнул, вновь подтянул к себе пустой свиток и взял в руку перо.       Начался очередной этап мучений с расшифровкой.

***

«Начало путешествия»

      Городок, в который только что прибыли Усянь и Ванцзи, оказался не слишком гостеприимным: улицы были практически пустые. Создавалось впечатление, что он либо почти заброшен, либо люди попрятались по своим домам и не желают выдавать свое присутствие. Лишь изредка вдалеке можно было заметить чей-то силуэт, который тут же нырял в ближайший проход и исчезал без следа.       Как бы Усянь ни пытался догнать, ничего не получалось. — Лань Чжань, — проныл темный заклинатель, — я не понимаю. Они же сами пригласили нас сюда. Буквально умоляли прибыть. Гору золота отвалили за заказ. Но как нам узнать, на кого охотиться, если даже спросить не у кого? — Мгм, — Ванцзи спокойно шел вперед. — Думаю, нам нужно туда, — он указал на довольно солидное строение, над входом которого висела вывеска: «постоялый двор». — О, как славно и вовремя, — сразу обрадовался Усянь и помчался вприпрыжку к зданию. — Вначале перекусим, а там и поспрашиваем людей.       Дверь со скрипом открылась, пропуская пару внутрь совершенно пустого помещения.       Обеденный зал был тускло освещен парой чадящих свечей и выглядел уныло и заброшенно.       Шторка, прикрывающая дверной проем, приоткрылась и в зал медленно ступил пожилой мужчина. Он подслеповато щурился на поздних гостей. — Прошу прощения, — голос трактирщика шелестел еле слышно, — но мы закрыты. В этом месте вам не стоит задерживаться. Идите куда шли, господа. — Что не так с вашим городом? — возмутился Усянь. — Вы сами позвали нас, чтобы мы решили проблему, а теперь нам даже переночевать негде? Вообще-то я голоден и с места не сдвинусь, пока не получу нормальной, горячей еды!       Усянь подошел к ближайшему столу и плюхнулся на подушечку, всем своим видом показывая, насколько его намерения серьезны. — О, — в глазах мужчины мелькнуло понимание, — так вы — заклинатели? — Мгм, — кивнул Ванцзи и приблизился к мужу, опускаясь на подушечку рядом. — Хорошо, я сейчас принесу вам какой-нибудь еды, — ответил трактирщик. — Но не рассчитывайте на что-то изысканное: у нас сейчас очень плохо с продуктами. А сообщение с другими селениями сейчас невозможно…       Мужчина ушел, а Усянь с Ванцзи переглянулись и принялись молча ждать.       Наконец им принесли пару мисок и блюдо с рисом, на самом краешке которого приютилось немного вялых овощей.       Потом хозяин притащил горячий чайник и две пиалы, в которые разлил жидкость, исходящую паром.       Усянь потянул носом воздух и сморщился: — Лань Чжань, — трагическим шепотом сказал он, — тебе тоже кажется, что нам заварили старый веник? — Вэй Ин, — вздохнул Ванцзи. — Нам следует поблагодарить хозяина за пищу. — Как всегда сдержан и благороден, — в глазах Усяня горело восхищение, направленное на супруга. — Спасибо за еду, — громко обратился он к трактирщику. — Итак, может вы пока расскажете нам, что у вас происходит? — Причины происходящего нам неизвестны, — начал мужчина, присев рядом с их столиком. — Началось все довольно давно. — Насколько давно? — спросил Усянь, едва прожевав ложку риса. — Так уже лет десять прошло с первого случая, — удивился трактирщик. — Неужели до уважаемых заклинателей только сейчас дошли сведения? — Кхм, — кашлянул Усянь. — Не берусь сказать, как давно об этом знали другие ордена, но клан Гусу Лань получил письмо от вашего управляющего где-то месяц назад. — Как интересно, — хмыкнул старик. — «Облачные глубины» находятся слишком далеко отсюда, — пожал плечами Вэй Усянь. — Да и заклинатели этого ордена живут довольно изолированно. К нам обращаются тогда, когда никто справиться не смог. — У вас самые сильные заклинатели? — в глазах мужчины загорелся интерес. — А в чем для вас измеряется сила? — рот Усяня скривился в ухмылке. — Я бы ответил на ваш вопрос, уважаемый господин заклинатель, — слегка качнул головой хозяин, — если бы знал, чем вы все друг от друга отличаетесь. — Тогда мой ответ не будет иметь для вас смысла, — широко улыбнулся Усянь. — Просто поверьте, что орден Лань — лучшие там, где у других не вышло. — Хорошо, — не стал спорить мужчина. — Итак, первый случай был около десяти лет назад. Молодой мужчина недавно похоронил любимую жену, которая умерла при родах. Младенец выжил, если это важно. Вдовец приходил на кладбище несколько дней подряд и плакал на могиле супруги. И вот один раз ему пришлось идти туда поздней ночью. — А до этого он всегда ходил днем? — задал вопрос Усянь. — Ну да, — качнул головой мужчина. — Кто же ходит по ночам на кладбище? — Эм, — неловко засмеялся Усянь. — Я просто уточнил. — В общем, в тот день вдовец задержался из-за своего ребенка, — продолжил трактирщик. — Тот плакал и никак не хотел успокаиваться. Вот и вышло, что молодому мужчине пришлось идти в темноте, подсвечивая себе с помощью бумажного фонаря. Он не желал пропустить ни дня. Сильно горевал. — Ну сходил бы вместе с ребенком, — не понял темный заклинатель. — Или у вас какие-то запреты на посещение младенцами кладбищ? — Нет запретов, — сказал мужчина. — Я не знаю. Может ему просто не пришло это в голову. Речь-то не об этом. В общем он пошел ночью. А вернулся только на рассвете, когда кормилица его сына уже собралась поднять всех соседей на ноги. — Что он рассказал? — вопрос был задан Ванцзи. — Сказал, что не помнит ничего, — хозяин слегка скривился. — Выглядел он немного бледным, но вполне себе здоровым. А спустя три дня он пропал. — И на этом все? — удивился Усянь. — Вы не пытались его искать? Может кто-то видел, как он куда-то шел? — Искали, опрашивали людей, — фыркнул трактирщик. — Никто ничего не видел. Парень будто испарился. Только в его комнате нашли огромный клок сероватой шерсти, похожей на собачью. — У него была собака? — вздрогнул Усянь и Ванцзи незаметно взял его за руку. — Нет. В нашем городе очень мало собак, — сказал хозяин. — К тому же, они все — черные. — Действительно? — распахнул глаза магистр. — И вот ни одной белой, рыжей или пятнистой? — Абсолютно черные, — подтвердил мужчина. — Интересно, — почесал кончик носа Усянь. — А где был обнаружен этот клок? В каком месте комнаты? — А вот когда вы спросили, — задумался мужчина, — то я вспомнил еще одну деталь: окно было разбито и шерсть валялась неподалеку. — А какая была погода ночью? — еще вопрос от Усяня. — Насколько помнится, ночь была ясная, — вспоминал владелец заведения. — Даже, если не ошибаюсь, это было полнолуние. — Как интересно, — поерзал темный заклинатель. — Я рассказал все, что помню, — мужчина встал. — Господа заклинатели желают переночевать здесь? — Ночь на дворе, — потянулся Вэй. — Конечно, мы желаем переночевать тут. — Тогда я поднимусь наверх, чтобы подготовить две комнаты, — трактирщик уже направился к лестнице, как его остановили. — Нам достаточно одной, — ледяным тоном произнес Ванцзи и окинул подозрительным взглядом хозяина заведения. — Лань Чжань, — широко улыбнувшись, Усянь дернул супруга за рукав верхнего халата. — Кроме нас тут никого нет. Ты можешь не бояться за мою невинность. — Вздор! — фыркнул Ванцзи, но в глазах его мелькнуло облегчение. — Трактир пустует, — уточнил очевидное хозяин. — Вам нет нужды ютиться в одной комнате. — Господин Вэй является моим супругом, — Ванцзи сказал эту фразу с абсолютно каменным лицом. — Так вы женаты? — не удивился трактирщик. — Тогда мне все понятно. Я приготовлю для вас свою лучшую комнату.       Ночь прошла спокойно. Заклинатели отлично выспались.       Утром их ждал горячий завтрак и снова тот же ужасный чай.       Усянь с такой тоской смотрел на содержимое своей пиалы, что Лань не выдержал: он достал из своего мешочка небольшой кувшинчик и сунул мужу в руку. — Лань Чжань, — серые глаза искрились восторгом и обожанием. — Ты захватил вино для меня. Ну разве есть на этом свете еще кто-то такой же заботливый?! — Вэй Ин, — уши Ванцзи покраснели.       Усянь с мягкой улыбкой посмотрел на лицо своего партнера и покачал головой.       Он в несколько глотков прикончил содержимое кувшинчика и радостно подскочил: — Идем дальше, — он поклонился трактирщику. — Возможно мы еще вернемся к вам. А сейчас нам надо заняться странностями вашего городка.       Мужчина кивнул и заверил, что не будет против вновь приютить господ.       Усянь и Ванцзи медленно шли по улочкам. Яркое солнце заливало окрестности, отражалось от грязных окон и пускало зайчиков в глаза магистра. Тот довольно жмурился и бросал взгляды на лицо супруга. — Нам придется выбрать дом наугад, — усмехнулся Усянь. — На улицах по-прежнему никого. Другого выхода нет, если мы хотим узнать больше о событиях. — Мгм, — согласился Ванцзи и постучал в дверь ближайшего дома.       Тишина.       Никто не спешил распахивать им дверь. Но краем глаза Усянь приметил, как дернулась ткань, прикрывающая окно на втором этаже. — Почему они прячутся? — недоумевал магистр. — Позвать нас и всячески препятствовать расследованию. Я не понимаю этих людей. — Мгм, — кивнул Ванцзи и постучал в дверь следующего дома.       Так они стучались и стучались, но никто не открывал. Хотя по разным признакам становилось ясно, что в каждом доме были люди.       По итогу, они обошли весь городок. Оказалось, он скрывал немало сюрпризов: те, кто строили себе дома в этом месте, явно не заботились расположить их по какой-либо схеме. Можно было дойти до угла здания, а потом обнаружить, что за ним притаилось еще несколько.       На обход ушел весь день. Даже всегда бодрый Усянь приуныл, когда начало темнеть, а результатов все еще не было.       Наконец, в самом конце улице, дверь открылась и на них уставилась женщина весьма преклонного возраста: — Что вы тут рыскаете? — шипела она. — Ходите, вынюхиваете. Шли бы вы отсюда, пока целы. — Уважаемая, — не растерялся Усянь, — а почему у вас такое отношение к тем, кто прибыл издалека, чтобы помочь вам? — Вы? Помочь? — хрипло рассмеялась старушка. — Тебе, милок, хоть восемнадцать исполнилось-то? Как матушка только отпустила тебя так далеко от своей юбки? — Супруг мой, Лань Чжань, — елейно пропел магистр. — Кажется, тебя только что обвинили в совращении малолетних? — Мгм, — золотые глаза второго нефрита переливались. — Мой муж выглядит очень молодо. — Тьфу, — плюнула женщина им под ноги. — Срамота! Ишь чего удумали. Девок вам не хватает? Али запросы излишне высоки? — Тетушка, — усмехнулся Усянь, — а вы, видимо, никогда не любили. — Это с чего еще такие выводы? — взъярилась старуха. — Супружник мой не так давно скончался, но любили мы с ним друг друга сильно. — И тоже считали любовь свою срамной? — улыбка темного заклинателя была вроде и широкой, но в глазах сверкал гнев. — Вэй Ин, — тихо позвал мужа Ванцзи. — Не надо спорить. Пойдем дальше. — Ты как всегда прав, Лань Чжань, — Усянь кивнул, но потом кинул взгляд на женщину, что застыла в проеме. — Сердце, в первую очередь, принадлежит человеку. И оно главенствует над нашими мыслями и желаниями. А обращать внимание на то, какого пола человек, познавший любовь, значит признать свое узкомыслие и примитивность. Но, если для вас это означает лишь физическое слияние тел, то тогда я соглашусь с вашим высказыванием, но в отношении вас самой. — Не понимаю я этих речей ученых, — фыркнула старушка. — Нет у меня времени беседы с вами разводить.       Дверь резко захлопнулась.       Стоя в конце улицы, заклинатели раздумывали, куда им двигаться теперь, ведь домов больше не наблюдалось.       Внезапно их еле слышно окликнули.       Повернувшись в сторону звука, Усянь приметил мужчину, что махал им рукой из узкого проулка, явно подзывая к себе. — Вы же прибыли в наш город, — шепотом сказал мужчина, — чтобы расследовать случаи пропажи людей? — Ага, — хмыкнул Усянь, приглядевшись к человеку. — А вы что-то можете нам рассказать? — Я могу только дать вам подсказку, — мужчина начал движение, знаком дав понять, чтобы заклинатели следовали за ним.       Они некоторое время шли в молчании. Городок давно остался позади, лес, сквозь который они сейчас двигались, становился все более мрачным. — Лань Чжань, — подергал за край рукава Усянь, — ты слышишь это? — Нет, — мерцали в темноте глаза Ванцзи. — Вот именно, — тихо сказал темный заклинатель. — И я не слышу. Нет звуков, которые присущи лесу. Птицы молчат, веточки не хрустят ни под чьими лапами или копытами. — Мертвый лес, — согласно кивнул второй нефрит. — Мгм, — ухмыльнулся магистр, произнося любимое слово своего супруга. — Пожалуй, — тут он полез в рукав своего верхнего халата, — я подготовлюсь.       Лунный свет отразился от черной лаковой поверхности флейты, которую Усянь крепко зажал в кулаке.       Внезапно их провожатый остановился и указал рукой вперед: — Пришли. Вам сюда, господа заклинатели. Если не испугаетесь, — внезапно мужчина исчез и только тихое хихиканье давало понять, что человек не был иллюзией. — Лань Чжань, — воскликнул Усянь и, схватив мужа за ладонь, потащил его вперед. — Смотри — кладбище! — Мгм, — второй нефрит спокойно шел за неугомонным парнем. — Наверняка то самое. — Вот сейчас и посмотрим, — радовался темный заклинатель, — что тут можно раскопать. — Вэй Ин, — Ванцзи укоризненно смотрел на любимого. — Ты собираешься раскапывать могилы? — Неа, — весело фыркнул Усянь. — И не угадал, Лань Чжань! — Не верю, — недоверчиво смотрел на него второй нефрит. — А вот и зря, — хихикал парень. — Честно, честно, — он поднял два пальца вверх, в клятве. — Я ничего не буду раскапывать. Потому, — тут он сделал паузу и поднес Чэньцин к губам, — что они выкопают себя сами. Аха-ха-ха.       По кладбищу разнесся звук громкого смеха. Темный магистр был крайне доволен своей шуткой.       Светлый заклинатель только тихо вздохнул и извлек из ножен Бичэнь, приготовившись защищать своего непутевого супруга от возможного нападения восставших мертвецов.       К удивлению Усяня, на призыв темного артефакта никто не отозвался.       На кладбище стояла тишина, нарушаемая только резкими трелями флейты. — Это странно, — отпустил руку с флейтой вниз Усянь. — Разве может такое быть, чтобы на кладбище, где похоронены обычные люди, не было ни одной неупокоенной души? — Мгм, — с сомнением протянул Ванцзи и убрал меч. — Я попробую «расспрос». — Хорошо, — кивнул Усянь, глядя, как второй молодой господин Лань призывает свой гуцинь и устраивается прямо на голой земле. — А я пока прошвырнусь по территории. Может отыщу что-то необычное. — Будь осторожен, Вэй Ин, — в голосе Ванцзи были только забота и любовь, поэтому Усянь улыбнулся и кивнул. — Конечно, мой милый Лань Чжань, — темный заклинатель быстро наклонился и оставил поцелуй на мягкой щеке мужа. — Я буду очень осторожен.       Удаляясь от величественной фигуры, светящейся в темноте белизной одежд, Усянь нежно улыбался: его супруг явно смутился от слова «милый», это ощущалось чуть ли не на физическом уровне. Будто смущение можно было потрогать кончиками пальцев.       Раздался первый низкий и басовитый аккорд: гуцинь запел, призывая души, которые готовы были откликнуться на идеальную ланьскую технику.       Усянь же не торопясь стал бродить между могилами. Очень малая часть находилась в ухоженном состоянии. Эти захоронения явно были относительно недавними.       Все же остальные выглядели мягко говоря не очень.       Запущение так и сквозило отовсюду: поросшие мхом, покосившиеся надгробия. Кое-где камни, что венчали просевшие холмики земли, были расколоты. Надписи с большинства стерлись от времени.       Магистр рассматривал внимательно, но никак не мог уловить, что же именно его во всей этой картине беспокоит.       Кладбище было залито ярким светом луны и Усянь вскинул голову вверх, глядя на ночное светило: — Красота, — хмыкнул он. — И луна такая яркая, полная. Давно я не любовался небом в полнолуние.       Он вновь перевел взгляд на могилы. — Ах, — почесал он кончик носа, — вот же оно. Прямо в глаза бросается. Как я сразу не понял.       Темный заклинатель подошел к одной из могил и присел на корточки, касаясь комьев земли и растирая их между пальцами. — На некоторых холмиках ничего не растет, — размышлял он вслух. — А некоторые усеяны сорняками или цветами. Интересно, почему так?       Он начал тыкать рукой в землю и ладонь внезапно провалилась глубже: земля оказалась довольно мягкой, будто ее что-то разрыхлило, не позволяя слежаться в каменный пласт. Подушечки пальцев что-то сильно кольнуло. — Айщ, — зашипел магистр и выдернул руку, начиная трясти ею.       Мелкие капельки крови полетели во все стороны, попадая на одежду Усяня, на холмик могилы, на потрескавшуюся плиту надгробия.       Парень вновь сунул руку в землю, но уже очень осторожно. Нащупал ту острую штуку, что его уколола, и потянул наружу.       Нечто оказалось всего лишь мелким обломком кости.       Повертев осколок, Усянь отшвырнул его в сторону, потому что интереса он не представлял никакого. — Умудрился пораниться даже тут, — фыркнул парень и небрежно обтер грязную руку о подол своего ханьфу. — Пустяковая царапина, — констатировал он, когда смог разглядеть свои пальцы. — Вэй Ин, — внезапно раздался довольно громкий зов Ванцзи, в котором ощущалась тревога. — Иду, Лань Чжань, — крикнул магистр и поднялся на ноги.       К моменту, когда он добрался до мужа, который все еще сидел, приглушив ладонью струны гуциня, Усянь уже забыл про царапину. — Удалось кого-то приманить? — с интересом посмотрел темный заклинатель на супруга. — Мгм, — Ванцзи отозвал гуцинь и плавным движением поднялся, выпрямляясь во весь рост и протягивая руку вперед.       Как только Усянь вложил свою ладонь в руку супруга, тот потянул его на себя, привлекая в объятия: — Вэй Ин, — тихо шепнул второй нефрит, — все в порядке? — Конечно, Лань Чжань, — улыбался магистр, поудобнее устраиваясь в кольце крепких рук и прижимаясь щекой к твердой груди. — Было хорошо, а теперь просто замечательно. — Бесстыдник, — ласково пожурил Ванцзи, поглаживая парня по волосам. — Ничего не нашел? — Кроме одной странности, — буркнул Усянь, — ничего. Кладбище, как кладбище. А у тебя что? — Откликнулся один дух, — светлый заклинатель покрепче прижал к себе мужа. — Вэй Ин, — мужчина слегка замялся. — Я не могу сказать, кому он принадлежал при жизни. — Что ты имеешь в виду? — удивился Усянь. — Он не выглядит целым? — Скорее он не похож на дух человека, — с сомнением ответил Ванцзи. — Так, — Усянь почесал затылок. — Значит, некий дух откликнулся на твой призыв. Пусть даже его происхождение неизвестно, но он понял язык струн? — Мгм, — кивнул Ванцзи. — Я задал ему несколько вопросов, но ответ получил только на один. — Надеюсь, что этот ответ хоть что-то прояснит, — обрадовался магистр. — Нет, — отрицательно мотнул головой второй нефрит. — Он касался струн, причем явно осознанно. Но эти звуки нельзя сложить в слова общего языка. — Значит, ты не смог расшифровать его ответ? — приуныл Усянь. — Мгм, — виновато посмотрел Ванцзи. — Но я запомнил каждый звук и последовательность. Если понадобится — воспроизведу. — Лань Чжань, — Усянь обнял мужа, — не вини себя, что не понял ответ духа. Если уж не смог понять ты, значит никому это не под силу. Ты идеально владеешь техникой «расспроса». Я не знаю никого, кто был бы в ней настолько хорош! — Вэй Ин, — смутился Лань Ванцзи. — Что? — усмехнулся магистр. — Я все равно так считаю. И, как твой супруг, — имею полное право хвалить своего великолепного Лань Чжаня. — Мгм, — второй нефрит тихо вздохнул, понимая, что ему не переспорить мужа. — А что странного нашел ты? — золотые глаза испытующе смотрели в лицо темного заклинателя. — Ай, — отмахнулся Усянь. — Всего лишь то, что некоторые могилы не покрыты растительностью. Не думаю, что это важно. Возможно какая-то реакция почвы. Может заражение какое. — Вэй Ин, — Ванцзи чуть отстранил мужа от своего тела и пронзительно посмотрел в лукавые серые глаза. — Ты же не трогал землю? — Совсем чуть-чуть, Лань Чжань, — широко улыбнулся Усянь. — Не беспокойся, все в порядке. Никто на меня не набросился и не сожрал. Иначе сейчас я бы с тобой не разговаривал. Ха-ха, — весело смеялся своей шутке парень. — Ну, или разговаривал, дергая струны твоего гуциня. Наверняка еще и фальшивил. Тренькнул бы какую-нибудь непристойность. — Вздор! — Ванцзи высокомерно смотрел на Усяня. — Лань Чжань, — парень чуть ли не мурлыкал, притираясь к мужу всем телом. — Ты же знаешь, как на меня действует такое выражение твоего лица… — Мгм, — под сиянием полной луны было отчетливо заметно, как покраснели кончики ушей второго нефрита. — Пошли быстрее отсюда.       Под дразнящий шепот магистра, Ванцзи тянул супруга за руку обратно в город.       Желание слишком сильно разгорелось в обоих, чтобы долго терпеть.       Трактирщик их встретил с выражением облегчения на лице: — Вернулись, — засуетился он, выставляя на стол миски и пиалы. — Прошу, пусть скромно, но все свежее. И я подготовил вам ту же комнату. Кстати, там есть бочка, в которую я натаскал воды — можете помыться. — О, благодарим, — активно закивал Усянь, набив полный рот каши. — Это очень кстати. Мы нашли кладбище и немножко испачкались, пока исследовали его. — Мгм, — Ванцзи сидел с идеально прямой спиной и очень аккуратно ел. — Вэй Ин, не разговаривай во время еды. — Да, да, Лань Чжань, — хмыкнул магистр и полностью погрузился в процесс поглощения пищи. — Уф, наелся. Спасибо, хозяин. Теперь смыть пыль и грязь, и можно отдохнуть. — Мгм, — второй нефрит отставил в сторону пустую пиалу из-под мерзкого чая и поднялся. — Благодарим за еду и кров. Мы пойдем. — Рад был угодить господам заклинателям, — чуть улыбнулся мужчина.       Усянь влетел в уже знакомую им комнату и сразу же начал сбрасывать с себя одежды, оставляя их валяться кучкой на полу.       Ванцзи спокойно шел сзади и подбирал каждую оброненную деталь, укладывая себе на сгиб локтя. — Надо бы постирать, — сказал он себе под нос. — Одежда Вэй Ина сильно запачкалась. — Может не будем тратить на стирку время? — захныкал Усянь. — Кинь талисманом очищения и ныряй ко мне в бочку. Я так устал, — протянул он и послышался плеск. — Мгм, — Ванцзи понял, что сегодня ему тоже не хочется заниматься бытовыми проблемами.       Он разделся, сложил в две стопки одежду супруга и свою, и активировал талисман очищения.       На кровать он положил цянькунь и сейчас извлек из него небольшую бутылочку, которую сжал в руке.       Заведя руки за голову, светлый заклинатель потянул за кончики лобной ленты, распуская узел. Белоснежный шелк скользнул в руку и Лань нежно погладил вышивку большим пальцем правой руки, прежде чем аккуратно уложить ленту рядом с подушкой.       Зайдя за ширму, Ванцзи обнаружил Усяня, который блаженствовал в воде, исходящей паром.       Волосы парня все еще были затянуты лентой и явно напрашивались, чтобы их тоже хорошенько промыли.       Второй нефрит легонько улыбнулся, подошел к бочке и развязал алую ленту, освобождая волну буйных волос своего мужа.       Усянь слегка откинул голову назад и посмотрел в глаза Ванцзи: — О, кажется меня ждет нечто приятное? — хмыкнул он. — Мгм, — Ванцзи грациозно скользнул в воду, устраиваясь напротив Усяня. — Твои волосы надо как следует отмыть. — Дашь потом и мне оказать такую же услугу для тебя? — завлекающе улыбался магистр. — Мгм, — второй молодой господин Лань кивнул и взялся за ковшик.       Некоторое время слышался только тихий плеск воды, пока заклинатели поливали друг друга водой, чтобы как следует смочить кожу и волосы.       Потом раздался легкий хлопок, когда пробка выскользнула из горлышка бутылочки. Донесшийся травяной запах явно принадлежал очищающему средству. — А неплохую же штуку я придумал, Лань Чжань? — с наслаждением нюхал аромат Усянь. — Сгустил мыльный экстракт и добавил в него измельченные травы. Теперь мы можем одновременно и помыться, и насладиться вкусным запахом. — Вэй Ин — гений, — очень серьезно кивнул Ванцзи. — Твой жидкий аналог мыльного корня удивительное изобретение. — А также это дало мне возможность иметь собственные средства для оплаты товаров, — хихикнул Усянь. — А то я каждый раз себя чувствовал нахлебником, когда запускал руку в твой кошелек… — Вэй Ин — возлюбленный супруг, — нахмурился Ванцзи. — Всё, что имею я — принадлежит тебе. — Я понимаю, Лань Чжань, что тебе хочется и нравится заботиться обо мне, — отвел глаза Усянь, — Но… — Вэй Ин, — золотые глаза мягко засияли, а рука второго нефрита потянулась к порозовевшей щеке мужа. — Я знаю, тебе хочется независимости, но я счастлив, когда имею возможность полностью выполнять свои функции старшего мужа, — ушки Ванцзи очаровательно покраснели. — Это означает баловать меня? — серые глаза полнились любовью. — Но ведь и я тоже хочу тебя баловать! А разве это можно делать правильно, если я стану использовать для этого твои же деньги? — У меня есть Вэй Ин, — прошептал Ванцзи. — И это всё, что мне нужно, чтобы быть счастливым. Только ты. Живой и здоровый. Счастливый, смеющийся, нарушающий правила. — И рядом с тобой? — хитро прищурился Усянь. — Да? — Мгм, — смутился второй нефрит. — Люблю Вэй Ина. — Лань Чжань, — Усянь потянулся губами к лицу мужа. — Я обещаю быть рядом. Всегда. Я очень сильно люблю тебя.       Звуки влажных поцелуев наполнили комнату.       Вэй Усянь забрался на колени к своему мужу и требовал внимания и ласки.       Ванцзи некоторое время разрешал ему своевольничать, но потом с тяжелым вздохом чуть отстранил супруга от себя: — Вначале помоемся, — он намекающе качнул бутылочкой и Усянь с радостью выхватил ее.       Обильно покрыв весь торс второго нефрита ароматной пеной, темный магистр с наслаждением массировал гладкую кожу пальцами. Тщательно очищал, начав с шеи и постепенно переходя все ниже и ниже.       В конце концов шаловливые руки Усяня коснулись затвердевшего члена Ванцзи и ласково прошлись по всей длине. — Вэй Ин, — тихий стон вырывался из груди светлого заклинателя, а его чудесные глаза потемнели от желания. — Не дразнись. — Еще немного, — пропел Усянь, продолжая дерзкие нападки на выдержку супруга. — А потом ты поможешь помыться мне. — Мгм, — резко выдохнул Ванцзи, когда пальцы Вэя сжались на его гладком стволе. — Какой нетерпеливый у меня муж, — хныкал Усянь, начиная смывать пену с тела Лань Чжаня. — Однако, я тоже сильно хочу тебя. Ты же удовлетворишь мое желание, Лань Чжань? Потушишь пожар, что разжег во мне? Овладеешь моим телом? — дразнился магистр, нашептывая эти слова прямо в ухо Ванцзи. — Мгм, — тело светлого заклинателя дрожало.       Всё, чего сейчас хотелось Ванцзи, — это схватить в охапку свое сокровище и уволочь в постель.       А уж там он найдет массу способов, как показать насколько желанен для него возлюбленный. Насколько любим.       Ночь предстояла долга и насыщенная.       Утром Усянь подскочил с кровати на удивление бодро.       Ванцзи в комнате не наблюдалось, как и его вещей, поэтому темный заклинатель решил, что муж уже спустился вниз и ждет его в трапезной.       Обнаружив свою чистую одежду, сложенную стопочкой неподалеку, Усянь быстро оделся, подхватил свои вещи и вприпрыжку поскакал по лестнице вниз. — Лань Чжань! — счастливо улыбаясь, Усянь подскочил к сидящему за столом заклинателю и звонко чмокнул того в щеку. — Доброе утро! — Вэй Ин, — золотистые глаза с нежностью смотрели на мужа. — Выспался? Голодный? — Да, на оба вопроса, — плюхнулся рядом Усянь и схватил миску, которая предназначалась ему. — Приятного аппетита, Лань Чжань! — И тебе, — уголок губ Ванцзи чуть приподнялся вверх.       Когда они уже составили пустую посуду на край стола, появился хозяин: — Какие у вас сегодня планы, господа заклинатели? — Думаю, — ответил Усянь, — что здесь мы ничего нового не узнаем. Нам следует вернуться в Облачные глубины и покопаться в библиотеке. Как только сможем найти хоть что-то, похожее на ваши случаи, так сразу вернемся обратно. — Мгм, — Ванцзи кивнул. — Согласен с Вэй Ином. — Что же, — тень грусти набежала на лицо трактирщика. — Надеюсь, вам удастся решить нашу проблему как можно скорее. Буду ждать вас в своем трактире в любое время дня или ночи. — Благодарим за гостеприимство, — заклинатели слаженно встали на ноги и склонились в традиционном поклоне перед мужчиной.       Мужчина проводил их до порога и даже помахал рукой на прощание, наблюдая, как две фигуры постепенно удаляются, становясь все меньше, пока окончательно не растаяли, будто мираж в пустыне.       Тем временем заклинатели, отдалившись на приличное расстояние от города, взлетели в воздух на мече Ванцзи.       Второй нефрит крепко прижал к себе стройное тело мужа, обхватив талию, и ветер засвистел в их ушах от скорости, с которой Бичэнь понес их домой.       Обратный путь занял несколько дней. Они бы прибыли и быстрее, но даже такому сильному заклинателю, как Лань Ванцзи, требовался отдых.       Хотя, он и не пытался себя обмануть: вполне по силам было лететь без остановок. Но его супруг, не имеющий золотого ядра, утомлялся быстро.       Ванцзи отлично знал, как ненавистен Усяню любой намек на его слабость в сравнении с заклинателями светлого пути.       Поэтому он изображал усталость и требовал остановиться для передышки.       Магистр дураком не был. По крайней мере в таких вещах. Он знал, что муж беспокоится за него, но позволял ему проявлять эту слабость, делая вид, что верит в теряющего силы второго нефрита.       Во время остановок Усянь вился вокруг супруга, ухаживал за ним. Разводил костер, помогал готовить еду. Разливал травяной чай по походным пиалам. Забалтывал Ванцзи, рассказывая ему забавные случаи, которые с ним происходили и которые второй нефрит еще не слышал.       Но больше всего Усянь радовался ночам.       Хоть благородный светлый заклинатель и оставлял мужа совершенно без сил, овладевая телом темного заклинателя по нескольку раз за ночь, все же это доставляло Усяню неимоверное наслаждение и радость.       Особенно, если он задумывался, насколько тихим и сдержанным ему скоро придется быть. Ведь в Облачных глубинах уже не позволишь себе так открыто и громко кричать от удовольствия, которое буквально растекалось по всему его телу от ласк супруга.       Ночами, под мерцающим светом звезд, Усянь с трепетом наблюдал, как срывается с головы лобная лента.       Задержав дыхание, магистр замирал от предвкушения того, с какой безумной страстью на него сейчас набросится супруг.       Выгибаясь дугой под вбивающимся в него Ванцзи, Усянь громко кричал от наслаждения, позволяя второму нефриту творить с его податливым телом всё, что только могло прийти в голову.       И поэтому, когда показались очертания Облачных глубин, Усянь надулся: — Лань Чжань, — заныл он, вжимаясь сильнее спиной в грудь супруга. — Может мы быстренько спустимся вниз? — Мгм? — вопросительно промычал второй нефрит. — Вэй Ин устал? — Нет, — щеки Усяня залил румянец. — Просто мы уже близко к дому… А я вижу очень привлекательные кусты… Давай разочек, а? — Бесстыдник, — рыкнул Ванцзи и Бичэнь резко понесся к земле.       Совсем скоро в кустах раздались звуки, весьма неоднозначно говорящие о происходящем под их прикрытием.       Через некоторое время довольный Усянь приводил свою одежду в порядок, бросая обиженные взгляды на мужа: — Ну вот почему после нашего секса я выгляжу как пугало? — возмущался магистр. — А ты — идеально? — Вздор! — Ванцзи затапливало нежностью к супругу.       Он плавно приблизился и вытащил пару веточек и листиков, застрявших в волосах Усяня. Прошелся ладонями по всему телу мужа, разглаживая складки на ткани. Поправил ленту в волосах.       А потом оставил легкий поцелуй на припухших губах Вэй Ина, который весь аж засиял от счастья.       Облачные глубины встретили их привычной тишиной.       Первым делом они решили заглянуть к главе клана — Сичэню.       Нашли они его в помещении библиотеки. Старший брат Ванцзи сидел за столиком и пристально смотрел на стопку прошений. — Сичэнь-гэ, — звонкий голос Усяня ворвался в уши первого нефрита. — Ты пытаешься поджечь бумаги своим взглядом? — Вы вернулись, — тепло улыбнулся глава. — Я рад. Присаживайтесь. — Мгм, — Ванцзи с достоинством принял подобающую позу и посмотрел в лицо брата, отмечая, что тот выглядит утомленным. — Нужна помощь? — Не отказался бы, — выдохнул Сичэнь. — Вы долго отсутствовали и мне никто не помогал с делами клана. — А что же ста… ой, — осекся Усянь. — Учитель Лань не взял на себя часть обязанностей разве? — Ему пришлось отбыть в башню Кои, — насупился Лань Хуань. — Внеочередное собрание. — Почему полетел дядя? — задал вопрос второй нефрит. — Присутствие меня, как главы клана Гусу, не требуется, — пояснил Сичэнь. — Клан Цзинь хочет организовать состязания и они обратились к нашему дяде за помощью. — Можно я не буду участвовать? — Усянь закрыл лицо обеими ладонями. — Если ваш дядя решит за что-то взяться, то массы правил не избежать… Я не хочу слышать о том, в каком виде надлежит явиться на соревнование. Как именно надо держать оружие. Какая именно стойка считается единственно правильной при стрельбе из лука. С каким достоинством надо сражаться на мечах. Под каким углом поклон будет считаться правильно исполненным. Почему мерзкий на вкус травяной суп Ланей является основным блюдом на пиру… — Кх, кхм, — давился смешком Сичэнь, слушая крик души мужа своего брата. — Думаешь, все будет настолько ужасно? — Уверен, что еще ужаснее, чем я описал, — гордо выпятил грудь темный магистр. — Ваш дядя может поразить любого своей неиссякаемой фантазией, когда дело касается его излюбленных правил. — Вэй Ин, — Ванцзи не удержался от улыбки. — Позволь ему эту слабость. — Да пожалуйста, — фыркнул Усянь. — Пока он не трогает меня — пусть развлекается. — Ванцзи, Усянь, — Сичэнь решил перевести тему беседы, — как ваше расследование? Нашли причину? — Нет, — качнул головой второй нефрит. — Нам нужно в запретную секцию, сюнчжан. — Интересное дело? — глаза Лань Хуаня расширились от любопытства. — Или запутанное? — И то, и другое, — улыбнулся магистр, отвечая вместо мужа. — Странный городок и жители тоже — странные. Нелюдимые. Прячутся. Мы смогли поговорить буквально с парой человек. Другие прятались по своим домам. Такое ощущение, будто они боятся выходить на улицу… — Хм, — задумался глава Лань. — Любопытно. — Еще как, — закивал Усянь. — И кладбище, куда ведут все ниточки, тоже любопытное. Лань Чжань смог призвать одну-единственную душу для расспроса. Разве бывает такое, чтобы на месте захоронения обычных людей, не осталось неупокоенных душ? — Я о таком не слышал, — согласился Сичэнь. — Обычно в таких местах довольно много призраков. Над людьми не проводят обрядов и они одержимы разного рода страстями и желаниями, которые остаются не реализованы при жизни. — Вот! — поднял палец вверх Усянь. — А тут — всего одна душа и та выдала некий набор звуков, которые Лань Чжань даже не смог перевести на общий язык. — Ванцзи? — глаза Сичэня переместились к брату.       Второй нефрит объяснил что то, что услышал от души, не было похоже ни на один язык, о которых где-либо упоминалось. Как и сама душа при жизни вряд ли находилась в теле человека. В комнате наступила тишина. Заклинатели обдумывали услышанное. — Действительно, звучит подозрительно, — первым сказал глава Лань. — И вы хотите поискать упоминание о схожих случаях в запретном отделе? — Мгм, — Ванцзи кивнул. — А еще что-то нашли? — Сичэнь переводил взгляд с брата на его мужа. — Я не знаю, имеет ли это какое-то значение, — ответил Усянь. — Но малая часть могил была не покрыта растительностью. Просто голая земля. — Сложно судить, — пожал плечами первый нефрит. — Отравленная почва может являться причиной. А может и какое-то проклятие. — И я так решил, — темный магистр непроизвольно извлек свою флейту и сейчас крутил ее между пальцев.       Сичэнь на некоторое время застыл, наблюдая за ярко-красной кисточкой, прикрепленной к концу Чэньцин. — Может стоит связаться с Не Хуайсаном? — задал он вопрос Усяню. — Отличная идея, Сичэнь-гэ, — обрадовался парень. — Хитрый лис — гений во всем, что касается добычи информации. — Тогда, займитесь вплотную этим делом, — глава Лань бросил яростный взгляд на стопку прошений. — А я продолжу разгребать свитки. — Я могу помочь, — Ванцзи считал необходимым предложить брату свои услуги. — Эта работа не такая срочная, — отмахнулся Хуань. — А у вас серьезное дело, касающееся простых людей. Нужно поскорее решить его и помочь им. — Хорошо, — Ванцзи посчитал слова брата за приказ. — Тогда мы немедленно займемся этим делом. — Ванцзи, — удивился глава Лань, — вы только с дороги. Вначале отдохните, а потом уже приступайте к исследованиям. — Благодарю, — Ванцзи поднялся и поклонился старшему брату. — Вэй Ин, идем, — он помог Усяню встать на ноги.       Вскоре дверь цзинши захлопнулась за ними, позволяя ненадолго раствориться в приятном ощущении: — Мы дома, Лань Чжань, — блаженно растянулся на кровати Усянь. — Как же тут хорошо. — Мгм, — тихий голос Ванцзи был наполнен умиротворением. Он тоже был счастлив оказаться среди родных стен. Супруги недолго позволили себе полежать на кровати, прижавшись друг к другу, а потом Ванцзи встал и пошел наполнять бочку водой: — Помоемся, — говорил он, — переоденемся и пойдем в библиотеку. — Ах, хорошо, Лань Чжань, — лениво тянул Усянь, следя взглядом за движениями супруга. — Вэй Ин, — второй нефрит подошел к кровати и с беспокойством посмотрел на темного заклинателя, — ты устал? Тебе нужно больше времени на отдых? — Нет, нет, Лань Чжань, — запротестовал Усянь. — Просто… я действительно радуюсь этому месту. Теперь я могу честно признаться, что уже давно считаю Облачные глубины своим домом. — Рад слышать, что тебе здесь комфортно, — второй нефрит наклонился и подхватил мужа, устраивая его на своих руках. — А знаешь почему? — хитро улыбался Усянь. — Мгм? — светлый заклинатель нес любимого к бочке, в которой вода уже нагрелась от талисмана. — Потому что любое место, — еле слышно ответил магистр, — где живешь ты — станет для меня домом. Даже живи ты в лесу, в берлоге, я был бы счастлив. Лишь бы с тобой рядом. — Вэй Ин, — голос Ванцзи сорвался.       Усянь даже не успел понять, как оказался в бочке, полностью обнаженный, настолько быстро все произошло.       Вот он на руках мужа, а вот уже они соприкасаются голой кожей и его губы сладко терзают в глубоком поцелуе.       Тяжело дыша, Ванцзи разворачивает Усяня к себе спиной и осторожно опускает на свой напряженный ствол, входя сразу внутрь на всю длину.       Внутри темного заклинателя все еще влажно и огромный член второго нефрита легко скользит, четко проезжаясь головкой по сладкому пучку нервов в теле Усяня.       Вэй Ин со стонами подается вверх бедрами, а потом резко опускается вниз. Ванцзи с тихим рыком пытается удержать мужа от резких движений, но в конце концов сам срывается на безумно мощные и быстрые толчки.       Бочка выдерживает ровно до того момента, как второй нефрит, с силой прикусив плечо Усяня, обильно кончает внутрь.       А когда заклинатели приходят в себя после бурного оргазма, Усянь начинает истерически хохотать, сидя на бедрах супруга и разглядывая обломки, что валялись вокруг них.       По полу растекалась лужа. — Я успел забыть, — смеялся магистр, — насколько мой муж может быть страстным. Какая это по счету бочка? — Десятая, — фыркает Ванцзи, глядя на уничтоженное имущество ордена Гусу Лань.       А если при этом он не испытывает ни малейших угрызений совести, то свидетелей этому нет.       Сытые и довольные, супруги сидят в запретной секции и просматривают свитки, в которых есть хоть какое-то упоминание о проклятиях и кладбищах.       Незадолго до того, как устроиться за столиком с первым листом, Усянь отправил послание своему давнему другу — Хуайсану.       Он скрупулезно описал все, с чем им довелось столкнуться в мрачном городке, и попросил о помощи.       В ожидании ответа у них все равно не было других вариантов, кроме как методично перебирать все источники, к которым им любезно предоставили доступ.

Проходит 7 дней.

      Дело с мертвой точки так и не сдвинулось.       Но Хуайсан, наконец-то, дает ответ на запрос друга:       «Вэй-сюн, — иероглифы слегка смазаны, будто рука пишущего сильно устала, — если честно, ваша загадка поставила меня в тупик. Я никогда не слышал о вещах, подобных тем, что ты описал мне. Кладбище сильно интригует. Почему-то мне кажется, что все дело именно в нем. Я покопаюсь еще в древних книгах и свитках, которые только смогу отыскать. Со своей стороны — вы тоже приложите максимум усилий в поисках ответов. Если что-то покажется интересным или необычным — сразу пишем в сообщении друг другу.

Твой преданный друг — Не Хуайсан».

      Из Ланьлина возвращается Лань Цижэнь.       Ему рассказывают всю историю и то, что пока решение не найдено.       Мужчина поглаживает бородку и задумчиво смотрит в даль. — Нет, — наконец сдается он. — Никогда не слышал подобных историй. Говорите, глава Не тоже подключился к поискам? — Мгм, — кивает Ванцзи. — Мы с Вэй Ином тоже погружены в исследование. — Да мы уже пересмотрели всё, — стонет Усянь, — что только находится в запретной секции. — А какие разделы вы захватили? — уточнил старейшина. — Проклятия, — сказал темный магистр, — все упоминания случаев, связанных с кладбищами. Информацию, в которой упоминается, почему на месте захоронений может не остаться остаточных эманаций или не ушедших душ. — А раздел артефактов? — Цижэнь хмурил лоб. — Вы не допускаете, что это может быть влиянием предмета, наполненного темной энергией? — Дядюшка, — подскочил Усянь и чуть не бросился к почтенному учителю. — У вас, оказывается, острый ум. Лань Чжань, — он схватил мужа за руку и с силой начал тянуть на выход. — Идем скорее. И почему мы сами не подумали проверить артефакты? Это ведь лежало на поверхности. Лань Цижэнь, с тяжелым вздохом посмотрел вслед уходящему племяннику, которого буквально волокли на буксире. — Усянь! — фыркнул мужчина. — Невыносимый и дерзкий мальчишка! Надо же. Заявить, глядя прямо мне в глаза, что сомневался в наличии у меня ума! Его ничто не исправит…       Еще раз презрительно фыркнув, старейшина налил себе уже остывшего чаю и не спеша стал пить, пытаясь успокоиться и подумать о состязании, которое планировалось начать через три дня.       Усянь зарылся в гору свитков, касающихся артефактов и их действия, и перестал реагировать на внешние раздражители.       Ванцзи не оставалось ничего другого, как тоже подключиться, в попытке поскорее добраться до сути.       Вечером он еле оторвал мужа от очередного рассказа про артефакт, созданный кланом Вэнь.       Усянь заливался хохотом и колотил себя кулаком по бедру: — Лань Чжань, — яркие серые глаза искрились весельем, — Вэни умели шутить. Создать штуку, которую можно было использовать в качестве ночного горшка, но при этом встроить заклинание, которое заглушало звук струи веселой песенкой. Аха-ха-ха. — Кхм, — Ванцзи постарался скрыть смущение, отвернув лицо в сторону. — Отложи это. Нам пора ужинать и ложиться. — А вэньскую ночную вазу с собой прихватим? — никак не мог остановиться Усянь. — Представляешь, как можно развлечься с этим предметом. — Вэй Ин, — укоризненно сверкнул глазами второй нефрит. — Недопустимо. — Лань Чжань, — улыбка магистра растянулась от уха до уха, — ты еще скажи, что этот артефакт — убожество. — Мгм, — серьезно ответил светлый заклинатель. — Крайнее убожество. — Пха-ха-х, — захлебывается темный заклинатель и, еле переставляя ноги, ослабевшие от смеха, идет за супругом в их дом.       Где-то неподалеку Лань Цижэнь, собирающийся отходить ко сну, вздрагивает от звуков слишком узнаваемого смеха, разносящегося по всей территории Облачных глубин. — Шумный, несносный! — бурчит мужчина себе под нос, всерьез поглядывая на внушительную стопку талисманов тишины, что теперь всегда в запасе лежали на его рабочем столе.       Через 3 дня Усяню приходится на время отложить поиски: вместе с Ванцзи они являются официально заявленными участниками соревнований, которые решили провести в Ланьлин Цзинь.

Башня Кои. Орден Ланьлин Цзин

      Стройные и величественные фигуры заклинателей в белоснежных ханьфу подобны величественному клину благородных журавлей. Те, кто смотрит на их прибытие, стоя у подножия лестницы, ведущей в Башню Кои, выкрикивают приветствие, полное восхищения.       И только наличие вопящего темного пятна, которое возглавляет идеальный строй, напоминает всем, что и среди прекрасных журавлей может затесаться крикливый черный ворон.       Сходя на землю с лезвий своих мечей, адепты клана Лань четко выстраиваются, занимая отведенные им в строю места.       Усянь ухмыляется, окидывая гордым взглядом это зрелище: — Молодцы! — громко хвалит он. — Вэй-сюн, — навстречу магистру спешит фигурка в темно-зеленом ханьфу. — Ты их так хвалишь, будто твоя личная заслуга в том, как они дисциплинированы. — А почему бы и нет? — усмехается Усянь и хлопает друга по плечу. — У них же такой превосходный пример перед глазами. — И это точно не ты, — раздается грубоватый мужской голос, сочащийся ядом. — Цзян Чэн, — ехидно улыбается магистр, делая шаг в сторону того, кто долгое время являлся ему братом. — И я рад тебя видеть. — Пфф, — фыркает глава Цзян и не удостаивает назойливого парня больше ни словом.       Неделя, выделенная на состязания, проходит для Вэй Усяня слишком быстро.       Он активно участвует везде, где только может.       Особенно в том виде «соревнований», где точно уверен, что может перепить любого.       Лань Ванцзи только и успевает провожать глазами очередной опустевший сосуд из-под вина, который его супруг отставляет в сторону.       Как после такого количества алкоголя темный заклинатель еще и способен выступать на арене, остается тайной.       Сичэнь, бросая взгляды на явно шокированное лицо младшего брата, тихо посмеивается в рукав верхнего халата: — Ванцзи, — шепчет он, — дай уже мужу как следует повеселиться. Ты же знаешь, как сильно его жизнь ограничена в нашем ордене. — Мгм, — соглашается второй нефрит и в глубине его глаз глава Лань замечает вину и сожаления. — Лань Чжань, — ночью тихий голос Усяня звучит абсолютно трезво, — я огорчаю тебя? — Вэй Ин, — мужчина резко поворачивается к мужу и в неярком свете, проникающем через окно, смотрит в любимые серые глаза. — Почему ты так решил? — Я, — запинается магистр, — я заметил, как ты смотришь на меня, пока я пью вино… Тебе неприятно? — Нет, Вэй Ин, — теперь уже запинается Ванцзи. — Дело не в этом. — А в чем, Лань Чжань? — мягко задает вопрос темный заклинатель. — Это пробуждает в тебе плохие воспоминания? Если да — скажи мне, пожалуйста. Мне невыносимо видеть боль в твоих прекрасных глазах. — Это не совсем, — думает, как объяснить свои чувства Ванцзи. — Скорее я сожалею, что из-за меня ты вынужден жить под гнетом ненавистных тебе правил моего клана… Прос… — Тшшш, — горячие пальцы Усяня прижимаются к губам мужа, которые собирались произнести запрещенное между ними слово. — Ты же знаешь, что между нами… — Мгм, — кивает второй нефрит и целует подушечки пальцев своего возлюбленного. — Я помню. И я люблю тебя. Люблю так сильно, что становится трудно дышать. — Дыши мной, Лань Чжань, — соблазнитель приоткрывает губы и Ванцзи срывается. Утром Усянь сползает с кровати с кряхтением и держится за поясницу: — Ну ты и зверь, Лань Ванцзи, — шипит он. — Мгм, — второй нефрит помогает мужу доковылять до бочки и залезть внутрь. — Что еще за мгм? — бухтит Усянь, а на лице его начинает расползаться улыбка. — Я отчетливо слышу ноты гордости в твоем любимом слове. — Зверь, — ладони светлого заклинателя начинают скользить по коже любимого. — Но у меня есть оправдание. — И какое же? — притворно удивляется Усянь. — Моя жертва очень соблазнительна и вынослива, — уши Ванцзи полыхают багровым.       По всей комнате разносится громкий хохот. — Если я еще раз услышу, как кто-то называет тебя скучным, — тело Усяня трясется от смеха, — то у меня теперь будет чем им ответить. У тебя отличное чувство юмора.       Когда состязания подходят к концу, Вэй Усяню даже немного грустно: — Я не очень хотел участвовать, — говорит он мужу, когда они уже летят на Бичэне домой. — Но оказалось, это было довольно весело. Мне понравилось. А тебе, Лань Чжань? — Мгм, — не колеблясь ответил Ванцзи. — Когда счастлив ты — счастлив и я. — Лань Чжань, — простонал заклинатель темного пути. — Ну как ты можешь спокойно говорить мне такие вещи… Мое сердце не выдержит. — Выдержит, — уверенно отчеканил второй нефрит. — Я позабочусь.       Ну что же, светлый заклинатель даже не подозревал, что Усянь тоже может издеваться над любимым мужем.

«Облачные глубины»

      Не смотря на то, что они вновь оказались погружены в поиски ответа на тайну, которую скрывал городок, Усянь каждый вечер и большую часть ночи нашептывал своему супругу всяческие нежности.       И чем грубее и активнее Ванцзи насаживал темного заклинателя на свой каменный член, тем более ласковыми словами называл его Усянь. — Вэй Ин — страшный человек, — не выдержал наконец второй нефрит.       Сейчас магистр лежал под ним и выглядел так, будто его трахали без перерыва целый месяц.       Запястья Усяня были аккуратно стянуты лобной лентой Ванцзи и дополнительно привязаны к изголовью кровати.       Его стройное тело было все покрыто испариной и алеющими следами от укусов и засосов.       На розовых щеках подсыхали соленые дорожки слез.       Пушистые ресницы прикрывали глаза, которые темному магистру было сложно держать открытыми.       Искусанные губы стали темно-вишневого цвета и Усянь без конца облизывал их кончиком розового языка.       Узкая грудь парня бурно вздымалась, приковывая взгляд второго нефрита к торчащим твердым горошинам сосков.       Плоский живот поджимался и мышцы на нем красиво сокращались, заставляя лужицу спермы переливаться перламутром в свете свечей. — Страшный? — сыто ухмылялся Усянь. — Страшно желанный, — Ванцзи наклонил голову и куснул сосок мужа, вырывая из того низкий стон. — Страшно прекрасный. — Страшно любимый? — хрюкнул магистр, когда уловил заминку супруга. — Безумно любимый, — решил Ванцзи. — Ты от меня без ума? — улыбался Усянь и тянулся с поцелуем к губам второго нефрита. — Мгм, — язык Ванцзи погрузился в горячую глубину рта возлюбленного и пощекотал нёбо. — Ай, — тоненько хныкнул Усянь. — Щекотно.       Но молодой господин Лань и не подумал прекратить.       Он углублял поцелуй до той поры, пока желание вновь не охватило их тела.       Так и текли дни. И все было отлично, за исключением того, что к разгадке они не приблизились и на шаг.       Не Хуайсан тоже был в тупике.       Они регулярно обменивались сообщениями, но порадовать было нечем.       Прошел месяц с того момента, как Усянь и Ванцзи побывали на кладбище и услышали предсказание.       Последние пару дней темный заклинатель ощущал себя неуютно: ему казалось, будто его собственное тело становится маловато, хотелось выскочить из кожи и встряхнуться.       Все чаще Усянь просыпался ночью. Внезапно.       Он тихо вставал с кровати и шлепал босыми ногами по деревянному полу, влекомый желанием.       Выходил на крыльцо и дышал, наслаждаясь свежим воздухом и ароматами, приносимыми легким ветерком.       Голова магистра запрокидывалась вверх и он смотрел на звезды, усеивающие бархатный темно-синий небосвод.       Огромная луна лила свой серебряный свет и Усянь тянулся к ней всем своим существом. — Вэй Ин, — талию заклинателя темного пути обхватили две руки. — Почему не спишь? — Не знаю, — пожал плечами Усянь. — Ты заметил, какая громадная сейчас луна? Она будто заполняет собой все пространство на небе? И ее свет такой яркий… Может, я из-за него спать не могу? — Хм, — губы Ванцзи мягко втянули мочку уха Усяня. — Не заметил особой разницы. Обычная луна. Ну, разве что — завтра полнолуние. — А мне кажется — огромной, — задумчиво мурчал парень, наслаждаясь ласками мужа. — Как думаешь, почему волки воют на ее диск? Что они видят в ней? — Волки — хищники, — лекторским тоном начал Ванцзи. — Охотятся они преимущественно по ночам. Вой — средство общения между членами стаи. Поднятая к небу голова позволяет звукам хорошо распространяться на большие расстояния. — Лань Чжань, — возмутился Усянь. — Ты сбил весь романтический настрой! Мог бы придумать красивую сказку. — Например? — улыбнулся второй нефрит, уткнувшись в шею мужа и начиная легонько покусывать теплую кожу. — История о том, — вздрогнул магистр, — как земной волк влюбился в красавицу-луну. Но он был животным, а она — небесным светилом. Небожители не желали их любви. Бедному хищнику только и оставалось, как ясными ночами воспевать прекрасный лик своей возлюбленной. — А почему ночью? — поинтересовался Ванцзи. — Во-первых, — Усянь развернулся в кольце рук супруга и щелкнул его по кончику носа, — луна днем или не видна совсем, или очень плохо. Зато ночью — отлично заметна. Во-вторых, ночью небожители спят и не могут помешать влюбленным общаться. — Что же, — серьезно согласился заклинатель, — такая идея вполне жизнеспособна. — Ну уж получше твоего сухого рассказа, — фыркнул магистр. — Красивая легенда всегда больше привлечет внимания, чем просто факты.       Внезапно Усянь широко зевнул и смущенно прикрыл рот ладонью. — Идем в постель, — Ванцзи мягко потянул мужа внутрь, укладывая его на кровать, ложась рядом и обнимая рукой.       Остаток ночи прошел спокойно.       Утром Усянь проснулся от аппетитного мясного запаха и резко вскочил с кровати. — Лань Чжань, — звук, похожий на звериный рык, вырвался у него изо рта, — Ой, — смутился магистр. — Прости, наверное я сильно голодный. — Вэй Ин, — кивнул на миски мужчина, — присаживайся. — Спасибо, — воскликнул Усянь и набросился на еду.       Ванцзи с удивлением смотрел, как супруг смел всю свою порцию буквально за одно мгновение. — Положить еще? — он вопросительно посмотрел в серые глаза, отмечая, что у них явно голодное выражение. — Совсем немножко, — смутился своего аппетита магистр. — Не знаю, что на меня нашло. — Я рад, что у Вэй Ина хороший аппетит, — удовлетворенно улыбнулся второй нефрит и вновь наполнил миску мужа, выбрав кусочки мяса посочнее.       На этот раз Усянь явно сдерживался, стараясь есть медленно. — Ну вот, — магистр облизнулся и посмотрел на мужа. — Я сыт. Библиотека? — Мгм, — кивнул второй нефрит.       Они вдвоем быстро собрали грязную посуду и сложили ее в деревянный короб, который потом выставили на крыльцо.       Неторопливым шагом они шли по тропинке в сторону здания, в котором клан Лань много веков хранил добытые драгоценные свитки и книги со всего мира.       Еще один день прошел впустую: ни один артефакт, описание которого они нашли, не имел никакого отношения к происходящему в далеком городке.       Тем временем подступала ночь.       Усянь чувствовал некое томление в теле, но списывал его на желание поскорее очутиться в объятиях мужа.       В цзинши он практически бежал, преследуемый по пятам нахмурившимся супругом. — Вэй Ин, — Ванцзи помогал Усяню раздеться. — Что-то случилось? Мне кажется или ты нервничаешь? — Лань Чжань, — хныкал магистр. — Мое тело будто горит. Я не понимаю отчего. Мне одновременно хочется кричать, плясать и прогибаться под твоей тяжестью, пока ты вгоняешь в меня свой огромный член. — Кхм, — подавился воздухом второй нефрит. — Какой у Вэй Ина грязный рот. — Ну так заткни его, Лань Чжань! — рыкнул Усянь. — У тебя есть чем! И ты знаешь, что я не против, а очень даже за. Я люблю сосать твой член. — Бесстыдство, — возмутился Ванцзи. — Почему? — оскалился в ответ темный заклинатель. — Мы в цзинши. Вокруг никого. Талисманы тишины активированы. Твоя налобная лента лежит на столе! — Усянь уже почти кричал. — Так почему я не могу сказать своему собственному родному мужу, что желаю его член в своей глотке?!       Золотые глаза расширились и далеко не от возбуждения.       Лань Ванцзи внезапно охватила тревога. — Вэй Ин, — он обнял ладонями лицо супруга и приподнял за подбородок, вынуждая смотреть себе в глаза. — Что с тобой происходит? Как я могу тебе помочь? — Я… — бормотал Усянь. — Я не знаю, — в глазах парня блеснули слезы и Ванцзи испугался. — Я сам не понимаю, что со мной, Лань Чжань. — Любимый, — второй нефрит очень нежно привлек дрожащее тело к себе. — Все хорошо. Я рядом. Я дам тебе всё, что ты пожелаешь. Только прошу — не плачь. — Но я не плачу, — хмыкнул основатель темного пути. — Мгм, — Ванцзи ласково коснулся щек Усяня и показал ему влагу на кончиках своих пальцев. — Лань Чжань, — парень смотрел на своего мужа и таял от любви к этому чудесному заклинателю. — Чем я заслужил тебя? — Чем я заслужил Вэй Ина? — получил в ответ. — Ой, ну все, — робко улыбнулся магистр. — Давай помоемся и ляжем в кровать? — Мгм, — Ванцзи быстро разделся, стащил с мужа нижние штаны, которые еще оставались на нем. — Залезай в воду, я схожу за мыльным экстрактом. — Возьми тот, который в черной бутылочке, — попросил Усянь.       Молодой господин Лань отыскал черную бутылочку и понес ее мужу.       Всю цзинши наполнил сладкий запах лесных ягод. — Правда приятный аромат? — гордо спросил Усянь. — Очень, — кивнул Ванцзи и налил немного мыла себе в ладонь.       Вскоре второй нефрит тщательно распределял мыльную субстанцию по шелковистой коже своего возлюбленного. Мягкими движениями ладоней он массировал, очищая от пыли и пота, потом смывал чистой водой из ковшика.       Аккуратно и нежно промыл длинные и густые волосы Усяня, получая особое наслаждения от ухода за этим великолепием.       Затем уже Ванцзи пришлось сдерживать стоны, потому что коварный магистр всерьез принялся за мытье его тела.       О нежности и речи не шло. Это была провокация. Чистейшая.       Умелые и ловкие руки Усяня побывали везде, оставляя за собой ощущение сильнейшей нужды.       Знаменитая выдержка второго господина Лань трещала по швам.       А вот когда трещать начали стенки бочки, только тогда Вэй Усянь вскинул свои обманчиво невинные глаза и обольстительно улыбнулся: — Мой муж хочет меня? — мурлыкнул он. — Мой муж провоцирует меня? — парировал тяжело дышащий Ванцзи. — А если да? — дразнящий шепот.       Следующее, что осознал Усянь — он лежит в кровати, а над ним возвышается безумно заведенный Лань Чжань, повязывающий свою лобную ленту ему на запястье.       Золото глаз сменилось чернотой, а жажда овладеть Усянем буквально осязалась в воздухе и сладко колола кончик языка. — Это будет долгая ночь, — успел ухмыльнуться парень, а потом его резко перевернули на живот и дальше оставалось только заходиться в криках и стонах.       Но, видимо, именно из-за перевозбуждения, неутомимости второго нефрита хватило всего на два захода, а потом он просто заснул в мгновение ока.       Усянь, которого придавило немалым весом расслабленного тела Ванцзи, вытаращил глаза и тихо возмутился: — И это все? Я как-то рассчитывал на большее.       Он еще некоторое время тихо бурчал, старательно спихивая с себя неподъемную тушу светлого заклинателя.       Наконец, когда магистру удалось освободиться, он с облегчением раскинулся на кровати.              Взгляд его скользил по обстановке их комнаты и плавно переместился к окну.       Внезапно сердце Усяня остановилось.       Задыхаясь, не имея возможности сделать даже малюсенького глотка воздуха, темный заклинатель, тем не менее, смог встать на ноги и шатаясь выйти на крыльцо.       Дверь за ним мягко захлопнулась.       Основатель темного пути перестал контролировать свои тело и разум.              Очнулся он в водах холодного источника.       Все тело пылало от жара и ледяная вода не помогала. Ему казалось, что сейчас источник просто закипит.       А потом его зрачки резко расширились, а из горла вырвался полный боли звериный скулеж.       В воспоминаниях тут же всплыли ощущения, когда в теле сломаны все кости. Именно это, уже давно забытое чувство, он сейчас испытывал.       Устоять на ногах не получалось. От жуткой боли Усянь рухнул в воды, которые сомкнулись над ним, а течение внизу подхватило его безвольное тело и повлекло за собой.       Когда он пришел в себя, то сразу признал место — Ледяная пещера.       Когда-то они попали сюда вместе с Ванцзи.       Повстречались с Лань И. Услышали про осколок темного железа.       А еще в тот день Ванцзи сам, лично, связал их запястья своей лобной лентой. Это остановило атаку белоснежного гуциня, от волн которой Усянь мог пострадать или даже погибнуть.       И вот он вновь в этом месте.       Но ему помнилось, что цвета были иными. Более яркими? Менее контрастными?       Усянь поморгал глазами — не помогло.Тогда он решил потереть руками, а вдруг зрение прояснится.       Но почему-то команда, отданная верхним конечностям, не работала.       Усянь хотел издать разочарованный вздох, но вместо этого услышал чье-то сердитое рычание.       Отпрыгнув в сторону, магистр стал вертеть головой в поисках источника звука. — С-с-собака? — панически билось у него в мозгу.       В пещере никого не было. Даже крошечных кроликов, которые тогда прыгали по постаменту с гуцинем Лань И. — А кто же тогда рычал? — попытался вслух спросить магистр и снова услышал рык.       Тело Усяня задрожало, а глаза заметались по стенам.       В конце концов, он собрал волю в кулак и опустил глаза чуть ниже, первым делом натыкаясь на странный длинный выступ, на месте его носа.       Потом он склонил голову?       Морду?       Вниз, глядя на свои… ноги…       Лапы?       Темный заклинатель зажмурил глаза, открыл — лапы никуда не делись.       Цвет их был светлым. Но при таком освещении разобрать более точно не получалось. То ли серый, то ли белый.       Усянь наклонил голову-морду еще ниже, почти просовывая ее между, — ага, — передними лапами.       Наличие еще и задних — уже не так сильно удивило.       «Значит я стою на четырех лапах, — начал размышлять магистр, — явно принадлежащих какому-то зверю»       Потом он решил повернуть голову вбок, чтобы понять, как выглядит его тело.       Всё, что он смог разглядеть — это шерсть. Сейчас она была весьма мокрая и свалявшаяся, оттого было совершенно не понятно, кому бы могло принадлежать это туловище.       Но потом его глаз захватил движение позади своего тела.       «Хм, — уставился Усянь на новую часть организма. — Хвост. Отлично. То, что нужно. Мокрый и выглядит облезлым. Я жалок, — под своды пещеры взвился жалобный скулеж. — А что если я… если я — собака?!»       Звериное тело заметалось по пещере. Усянь подвывал от страха и сам себя пугал собственным воем еще сильнее.       Он бежал сломя лапы, натыкался на стену, снова бежал, снова бился в стену.       Так продолжалось, пока он не выбился из сил. Большой и розовый язык вывалился из его пасти…       Пасти!!! — Уооууу, — снова взвыл Усянь и плюхнулся на зад, неуклюже расставив лапы.       Хвост сзади, выдавая его состояние, бешено подметал пол пещеры. Бока ходили ходуном. Глаза стали огромными от ужаса, что никак не отпускал сознание человека, внутри тела животного.       Так он и сидел, сотрясаясь всем телом.       Пока, наконец, не тряхнул головой и не принял решение спокойно обдумать свое положение.       «Я имею, — Усянь начал перечислять факты, которые в данный момент были очевидны, — тело некоего животного. Светлая шерсть. Вытянутая морда. Лапы, очень похожие на… — он снова вздрогнул. — Так, забудем. В общем — четыре лапы. Хвост. Я мыслю, как Вэй Усянь. Как человек. Как темный заклинатель. Но из моей пасти… — О боги, пасти! — Звуки человеческой речи не извлечь… Только рычание и вой. И как мне теперь показаться на глаза Лань Чжаню?!»       Еще некоторое время Усянь скулил, тонко и жалобно.       Ему стало так грустно, что хоть сейчас иди и топись в водах холодного источника. «Так, отставить эти мысли, — рыкнул он сам на себя. — Может это временное явление? Мне просто надо выждать пока я снова стану человеком. Я останусь в этой пещере, — кивал Усянь головой. — Пусть и без еды, но вода тут имеется в достатке. Гуцинь вон лежит себе, спокойненько, на подставке, — магистр скосил глаза на инструмент. — Не нападает. А кстати, почему?»       Поднявшись на лапы, зверь начал подкрадываться к возвышению, каждое мгновение ожидая, что сейчас в него полетит волна светлого заклинания.       Но струны молчали.       Тогда темный заклинатель вспомнил про ленту, что была на его руке, перед тем, как это все с ним произошло.       Он стал крутиться на месте, задирая все свои лапы и пытаясь разглядеть шелковую ткань, но так и не обнаружил ее местонахождение. «Ладно, — отмахнулся он. — Видимо, теперь меня воспринимают, как элемент Облачных глубин».       Усянь снова уселся на задницу, аккуратно поставил передние лапки и обернул их хвостом.       Полюбовался.       Хмыкнул. Фыркнул. А потом разразился серией тявкающих звуков.       Смех.       Теперь так звучит его смех…. «Боги, — стонал он мысленно, — дайте мне терпения».       Внезапно его живот издал утробный звук. «Как же хочется есть, — коротко взвыл Усянь. — Все бы сейчас отдал за хороший кусок мяска…»       Пришлось пить воду, пытаясь хоть чем-то наполнить желудок.       Длинный язык лакал воду, будто Усянь с рождения имел эту форму.       Владеть этим телом с каждым движением получалось все лучше.       Вскоре магистр от безделья вовсю развлекался: он поджимал одну лапу, на выбор, и скакал по полу на оставшихся трех. Пытался оторвать обе задние лапы от земли и устоять только на передних.       Но этот трюк закончился лишь падением мордой об землю.       Зверь ударился носиком и вокруг глаз, казалось, аж звезды заплясали, так больно было.       Жалобно и одновременно злобно тявкнув, Усянь решил, что стоит лечь и подремать. Хватит с него на сегодня.       Подобравшись поближе к гуциню, магистр свернулся клубком, уложил морду на лапы, а сверху накрылся хвостом.       Глаза закрылись сами собой и зверь погрузился в глубокий сон.

***

      А в это время в Облачных глубинах нарастала паника: супруг второго молодого господина Лань бесследно исчез.       Никто ничего подозрительного не заметил.       Опрошенные патрульные сказали, что не видели господина Вэя ни ночью, ни утром.       Нефритовый жетон Усяня спокойно лежал в цзинши, значит уйти в Цайи парень не мог.       Библиотека пустовала. Кухня, кладовка, конюшня — тоже. На тренировочных полях Усяня не нашли.       На кроличьей полянке магистра также не наблюдалось.       Ванцзи и Сичэнь обыскали все потайные места, в которых можно было бы найти основателя темного пути.       Ничего. Пусто. — Ванцзи, — с сочувствием смотрел на младшего брата Сичэнь, — остался только холодный источник. — Мгм, — кивнул второй нефрит. — Я проверю. — Сопроводить тебя? — спросил старший брат. — Нет, — качнул головой Ванцзи. — Лучше сообщи Не Хуайсану о пропаже Вэй Ина. — Хорошо, — согласился глава. — Я сейчас же составлю послание для него.       Братья разошлись.       Ванцзи шел к источникам, воды которого так сильно не любил его супруг.       Ветерок слегка обдувал лицо второго нефрита и мягко покачивал тонкие стебли бамбука, который рос на берегу источника.       Поверхность воды была спокойна, только легкий туман вился над гладью. Место выглядело умиротворенно, как и всегда.       Но сейчас это раздражало светлого заклинателя: ведь это последнее, известное ему место, где мог находиться его пропавший супруг.       Ванцзи не стал раздеваться, а просто вошел в воду, начиная медленно двигаться вглубь.       Его глаза внимательно всматривались в глубины, в попытке найти хоть какой-то знак, что Вэй Ин был тут ночью или утром.       Когда ноги второго нефрита ощутили подводное течение, он замер на месте.       Лань Ванцзи хорошо помнил, как их затащило этим течением и проволокло по дну в скрытую пещеру.       Сейчас он колебался: у него не было уверенности, что муж может быть внизу. А лезть туда без защиты лобной ленты клана было опасно.       Но он бы без сомнений нырнул, если бы знал точно, что найдет внутри любимого.       Внезапно его левой руки коснулось что-то мягкое и Ванцзи опустил глаза, чтобы посмотреть.       Большой клок светлой шерсти зацепился за его палец. Заклинатель подхватил этот мокрый комок и поднес повыше к лицу, внимательно разглядывая структуру шерстинок и принюхиваясь. «Не кроличья, — сразу понял Ванцзи. — Больше походит на собачью, но запах гораздо приятнее. Волчья? Откуда в Облачных глубинах взяться волку?»       Неосознанно молодой мужчина мял клочок, растирая его между пальцами. Шерсть слегка нагрелась и стала источать дополнительный аромат. «Лесные ягоды? — удивился Ванцзи. — Странно. Но это очень напоминает запах того мыльного экстракта в черной бутылочке, который просил принести Вэй Ин»       Решившись, Лань Ванцзи шагает вперед и позволяет течению увлечь себя под воду и дальше. В пещеру.       Когда он выныривает на поверхность, то ему в глаза сразу бросается какое-то крупное животное, свернувшееся в калачик возле возвышения с гуцинем.       Все, что Ванцзи имеет в своем распоряжении — это личный духовный инструмент — гуцинь «Ванцзи». Отправляясь на поиски Усяня, заклинатель оставил Бичэнь в цзинши. И никаких талисманов с собой он тоже не брал.       Призвав гуцинь, второй нефрит начал осторожно приближаться к спящему зверю.       Внезапно ожили струны древнего инструмента, принадлежащего Лань И.       Предупреждающая ударная волна понеслась в Ванцзи. Он попытался отразить ее с помощью своего гуциня.       От звуков, разлившихся под сводами пещеры, проснулось животное.       Лань Ванцзи, замерев на месте, смотрел, как громадный белоснежный волк поднимается на лапы и встряхивается.       Вибрация струн разбавляется глухим ворчанием, когда огромная морда поворачивается в сторону вторженца.       Второй нефрит никогда не думал, что испытает подобное потрясение: лобастую голову зверя оплетала его собственная лобная лента.       От шока у заклинателя на время пропал дар речи.       Музыкальный инструмент Лань И не различал, кто перед ним: человек или животное.       Лобная лента присутствует? — Свой.       Нет? — Атаковать.       Летящую в сторону Ванцзи волну останавливает мощное тело зверя: волк метнулся и прикрыл собой мужчину.       Через мгновение животное разворачивается и, радостно повизгивая, принимается вылизывать лицо второго нефрита.       Пушистый хвост машет с такой силой, выдавая радость от встречи, что у Ванцзи больше нет сомнений — перед ним его супруг.       Его Вэй Ин.       Просто в этом облике. Просто белый волк.       Но повадки зверя настолько вэйусяневские, что ни у кого бы не возникло сомнений, что это именно Усянь. — Вэй Ин, — ласково зовет Ванцзи, просто, чтобы удостовериться.       Волк тут же растягивает пасть в широкой улыбке и начинает подпрыгивать от невыразимой радости.       От избытка чувств он тявкает, скулит, подвывает.       Он счастлив: Лань Чжань нашел его.       Узнал!       Не зная, как еще дать знак, волк падает на спину и демонстрирует заклинателю живот. Жест полного доверия и подчинения.       Ванцзи улыбается, опускается на колени и погружает пальцы в мягкую шерстку, начиная бережно гладить уязвимую часть великолепного зверя. — Ты прекрасен, Вэй Ин, — тихо говорит второй нефрит. — В любом виде. И даже волк из тебя вышел удивительно красивый. «Так вот кто я! — темный заклинатель доволен, что наконец-то знает, в какое животное он превратился»       Глазки Усяня жмурятся от удовольствия, лапы дрыгаются в воздухе, а сам он так и ластится под нежные прикосновения своего возлюбленного. — Пойдем домой? — спрашивает Ванцзи.       Волк тут же вскакивает и хочет уже было рвануть в сторону выхода из пещеры, как вдруг вспоминает об угрозе и становится так, чтобы его тело прикрывало собой движущегося заклинателя.       Так они и идут к скрытому под иллюзией проходу.       А снаружи их уже встречают встревоженные глава клана и Лань Цижэнь.       После того случая, когда наличие пещеры чуть было не раскрыли Вэни, Лань Сичэнь лично установил сигнальный контур на тайном проходе.       И вот теперь, после стольких лет, кто-то задел заклинание.       Естественно Сичэнь и старейшина очень быстро оказались на месте предполагаемого преступления.       Глава Лань еле успел удержать дядю за руку: тот уже собрался сделать выпад своим мечом. — Дядя. У него на голове лобная лента Ванцзи, — к своей чести, Сичэнь даже смог это сказать, а не прокричать от неожиданности. — Откуда в нашей пещере волк? — Цижэнь сурово сдвинул брови и грозно смотрел на следующего за зверем племянника. — Дядя, сюнчжан, — поклонился Ванцзи, вставая сбоку от волка и кладя руку ему на бок. — Это Вэй Ин. — Я не удивлен, — фыркнул Цижэнь. — Кто еще мог устроить подобное в Гусу? — Ванцзи, — глаза старшего брата сверкали любопытством. — А ты уверен в том, что это — господин Вэй?       Тут волк огромным прыжком скакнул вперед и еле успел затормозить лапами перед тем, как врезаться в тело Сичэня.       Пасть зверя растянулась в отлично узнаваемой ухмылке, а донесшийся взвизг, выражающий явно веселье, просто не мог издать простой волк. — Хорошо, — улыбнулся Лань Сичэнь. — Я тебя понял, господин Вэй. Конечно, это ты. Да и кому еще, кроме тебя, пришла бы в голову идея завязать лобную ленту Ванцзи на своей голове. — Сюнчжан, — подал голос второй нефрит. — Я не знаю, как моя лента оказалась на голове Вэй Ина. Перед сном я завязал ее на его запястье. — Обсуждайте ваше бесстыдство, — грозным тоном протянул Цижэнь, — без моего присутствия. — Прошу прощения, дядя, — церемонно поклонился Ванцзи. — Брат, Усянь, — позвал Сичэнь. — Вы направлялись в цзинши? — Мгм, — кивнул второй нефрит. — Вэй Ин наверняка очень голодный.       Его словам вторил громко бурчащий живот волка.       Усянь даже уши прижал к голове, явно испытывая смущение за неподобающие звуки.       Сичэнь на это лишь улыбнулся: — Несомненно. Но чем ты планировал его кормить? И как вы теперь поместитесь в вашей комнате? — Сдвину мебель к стенам, — пожал плечами Ванцзи. — Насчет еды, — он глянул на волка и тот заинтересованно дернул хвостом. — Придется проверить, что он в этом виде сможет есть. — А что еще может хотеть этот прохвост? — послышалось ехидное от старейшины, который до сих пор стоял неподалеку. — Наверняка мясо. Советую внимательно пересчитать твоих кроликов, Ванцзи, — мстительно ухмыльнулся Цижэнь.       Усянь низко зарычал и его глаза вспыхнули. — Вэй Ин, — заволновался Ванцзи. — Дядя шутит. Я знаю, что ты ни за что не тронешь кроликов. Ведь это потомки тех, что когда-то ты мне подарил…       Усянь тут же успокоился и чинно уселся в красивую позу. Всем своим видом демонстрируя, какой он идеальный, воспитанный и деликатный волк.       Со стороны главы Лань раздалось подозрительное хрюканье и зверь тут же навострил уши в сторону брата мужа. — Усянь, — не удержался все-таки Сичэнь и хихикнул. — В облике волка, с лентой Ванцзи на голове, ты выглядишь истинным адептом Гусу Лань. И цвет шерсти подходящий. — Я думал, — послышалось шипение Цижэня, — что только Ванцзи оказался потерян в качестве одного из тех, кем мог бы гордиться наш клан. Но, оказывается, этот негодник и старшего племянника сбил с истинного пути! — Дядя, — теперь уже Сичэнь укоризненно качал головой. — Не надо так. Господин Вэй ведет себя так не со зла. У него просто веселый характер и он любит свободу. Ему и без того тяжело жить в Облачных глубинах. Вы должны его уважать хотя бы за безмерную любовь к Ванцзи. Потому что ничто иное не заставило бы его терпеть наши правила. — Пфф, — фыркнул старейшина. — Именно по этой причине я его до сих пор и не выставил с позором.       Ушки Усяня, до этого стоящие торчком, слегка повисли и сердце Ванцзи сжалось от щемящего чувства благодарности и любви к его самоотверженному мужу. — Вэй Ин, — ласково произнес он имя любимого. — Я знаю и очень ценю всё, чем ты жертвуешь ради любви ко мне.       Усянь протестующе заскулил: он совершенно не считал, что чем-то поступается ради супруга.       Зато груз вины за всю боль, что пришлось перенести Ванцзи по вине Вэй Усяня, — вот это действительно было тем, что подталкивало темного заклинателя становиться лучшей версией себя. Заставляло его сдерживать буйство своего характера. Идти на уступки.       Вэй Ин точно знал, что именно Лань Чжань был тем, кто жертвовал всем собой ради основателя темного пути.       Ванцзи замер, когда внезапно Усянь плюхнулся на живот и стал ползти к нему, слегка поскуливая.       Морда волка легла поверх ступней светлого заклинателя, обутых в сапоги, и зверь застыл в такой позе, зажмурив глаза и задержав дыхание. — Вэй Ин, — дрожащим голосом позвал Ванцзи. — Что с тобой? Тебе плохо? Больно? Ты ранен?       Волк сорвался в громкий вой, от которого вздрогнули все адепты, до которых донес этот звук ветер.       Усянь плакал.       Даже сейчас его добрый, чистый и нежный Лань Чжань думал только о своем муже. Беспокоился, что тому плохо.       Услышав этот пронзительный вой, полный страдания и заметив крупные слезы, что текли по волчьей морде, застыл даже непробиваемый Лань Цижэнь. — Ванцзи, — слегка охрипшим голосом позвал учитель Лань. — Что с ним? Почему он так воет? — Думаю, — ответил вместо второго нефрита его старший брат, — что Усянь пытается дать понять, что первенство за жертвы во имя любви принадлежат Ванцзи, а не ему.       Волк тут же закивал головой, соглашаясь. При этом он не переставал плакать.       Ванцзи не мог выдержать подобное зрелище: он опустился на колени и обхватил голову своего мужа, который сейчас находился в теле волка. — Вэй Ин, — твердо говорил второй нефрит, — ты разбиваешь мне сердце своими слезами. Прошу, не плачь.       Усянь от испуга даже подавился, тут же прекращая лить слезы.       Он приподнялся и стал нежно вылизывать лицо супруга своим шершавым языком.       Ванцзи позволял ему это и даже не морщился: это же был его Вэй Ин. А своему Вэй Ину он разрешит даже лизать лицо. — Кхм, — раздался предупреждающий звук со стороны Цижэня. — Ванцзи, отведи Усяня в цзинши. Не стоит его демонстрировать адептам ордена. — Мгм, — второй нефрит поднялся на ноги и посмотрел на волка. — Вэй Ин, пойдем. — Ванцзи, — окликнул Сичэнь, — ты пока займись мужем, а я отправлю кого-нибудь в Цайи купить мясо на всякий случай. Вдруг Усянь в животной форме не сможет есть обычную еду. Так мы сэкономим время. — Благодарю, — чуть поклонился второй нефрит и довольно быстро пошел по тропинке.       Огромный белоснежный волк весело поскакал за мужчиной, размахивая пушистым хвостом.       Им повезло никого не встретить по пути.       Дверь домика тихо открылась и белая молния скользнула внутрь с радостным тявканьем запрыгивая на кровать.       Ванцзи замер и наблюдал за тем, как зверь катается по кровати.       Заклинатель прекрасно понял, зачем Усянь это делает.       Запах. Их общий запах.       Аромат сандала, который всегда был сигналом для Вэй Ина, что супруг неподалеку. А еще остаточный запах после их совместной ночи.       Наконец волк успокоился. Он лег на живот, а голову уложил на подушку Ванцзи.       Глаза его прикрылись и только хвост лениво двигался вправо-влево.       Мужчина подошел к кровати и присел на край.       Уши волка тут же навострились, а один глаз чуть приоткрылся, чтобы подглядывать за тем, что будет делать супруг.       Ванцзи позволил себе погладить зверя по белой шубке. Его ладонь осторожно прошлась по спине, а потом по голове. Пальцы слегка почесали у основания ушей и волк издал звук, очень похожий на хныканье.       Шерсть зверя, к удивлению заклинателя, была очень мягкой и пушистой. А ведь у настоящих волков, с которыми они иногда сталкивались в лесах, шерсть всегда была довольно грубой и жесткой. — Такой мягкий мех, — тихо сказал Ванцзи. — Как у кроликов.       В ответ раздалось фырканье, будто волку само сравнение с кроликами показалось забавным. — Вэй Ин, — второй нефрит встал. — Я посмотрю на кухне, что там есть из еды и принесу тебе. Жди здесь.       Хвост активно замел по кровати, а волчья морда плотнее вжалась в подушку Ванцзи, показывая, что зверь не сдвинется отсюда ни за какие блага.       Ну, может, если только ради мяса.       Усянь уже успел задремать, когда его, чуткий теперь, слух уловил шаги супруга.       Ванцзи вошел внутрь с довольно большим деревянным коробом, держа его за ручку.       Он поставил его возле столика, открыл крышку и стал доставать оттуда различные блюда, располагая мисочки в ряд.       Волк мягко спрыгнул на пол и заинтересованно подошел к мужу, не упустив возможности боднуть головой в плечо Ванцзи. — Вэй Ин, — ласково потрепал мягкие уши второй нефрит. — Выбирай, что нравится.       Черный нос сунулся в каждую миску и тщательно обнюхал предложенное ему. Некоторые блюда он отталкивал лапой сразу, а в парочку мисок запустил язык, подхватывая им небольшие порции пищи и тщательно жуя.       Ванцзи внимательно наблюдал, как на звериной морде проявляются человеческие эмоции.       Это было забавно.       К примеру: Усянь-волк одобрил пресный рис, который употребляли все адепты ордена Гусу Лань, но терпеть не мог Усянь-человек.       Второй нефрит смотрел, как волк прихватывает первый комок слипшегося риса и вначале морщит нос, а потом его глаза становятся огромными от удивления и он начинает жадно поедать содержимое миски.       Да темный заклинатель, будучи человеком, без огромной порции перца к этой мерзости даже не притронулся бы.       А тут жует и слегка чавкает. Даже обиженно ворчит, когда на дне не остается ни рисинки.       Следующая миска, получившая, пусть и сомнительное, но все же одобрение, была наполнена традиционным травяным супом.       Волк вылакал содержимое почти досуха, облизнулся, а потом оглушительно чихнул.       Уши его при этом забавно сложились, а глаза скосились к переносице.       В этот момент в дверь цзинши постучали. — Ванцзи, — раздался голос Сичэня. — Я могу войти? — Да, — пригласил второй нефрит. — Как ваши испытания? — Хуань с интересом покосился на волка.       Зверь чихнул еще раз, чуть подпрыгнув. — Вэй Ин с удовольствием съел пресный рис, — отчитался Ванцзи. — А потом он выпил наш травяной суп. Теперь чихает.       Тут же волк чихнул третий раз. Его это уже стало раздражать и он наморщил нос тихо зарычав. — Вот как, — улыбнулся глава Лань. — Не говори об этом дяде, иначе он будет молиться, чтобы Усянь так и остался волком. — Сюнчжан, — Ванцзи шутку явно не оценил.       А вот Усянь очень даже: зверь начал лающе повизгивать, явно веселясь. — Я все же принес мясо, — Сичэнь смотрел на волка и удивлялся, насколько животная форма напоминала своим поведением человека. — Подумав, я попросил младшего адепта приобрести половину туши кабана.       Волк, услышав про мясо, тут же вытянулся в струнку всем телом и сверкнул глазами. — Усянь, — глава Лань никогда еще так не веселился, — ты же не думаешь, что я приволок тебе половину кабана сюда? — Агррррр, — верхняя губа зверя приподнялась, показывая мощные клыки. — Вэй Ин, — строго произнес Ванцзи, осаживая Усяня. — Ты разговариваешь с главой клана. — Он шутит, Ванцзи, — улыбался Сичэнь, глядя на то, как пристыженно волк поджал под себя хвост. — Ну, или он просто очень голодный. — Сохраняй достоинство, — процитировал второй молодой господин Лань и укоризненно посмотрел на мужа. «Как же, — думал про себя Усянь, — сохранишь тут достоинство, когда проснулся настоящий волчий аппетит» — Вот, попробуй, — Сичэнь не стал вступать в спор по поводу правил клана Лань.       Он взял с пола большую корзинку, накрытую тканью, которую вначале оставил возле двери в цзинши. Пододвинув ее ближе к волку, мужчина сдернул ткань и в нос зверя тут же вбился манящий аромат свежего мяса.       Мощные челюсти тут же сомкнулись на большом куске и зверь стал рвать мясо, с жадностью заглатывая.       Ванцзи предпочел отвернуться и не смотреть.       Конечно, он понимал, что хищники питаются другими животными. Принимал их природу и не собирался препятствовать своему мужу в этом обличии питаться тем, что ему необходимо.       Но какая-то его часть хотела избежать участия в процессе питания.       Волк доел, очень тщательно вылизался.       Потом он посмотрел на старшего брата своего супруга и хрипло тявкнул, тыкая носом в пустую миску. — Хочешь пить? — догадался Сичэнь.       Зверь кивнул и глава налил ему воды.       Ванцзи испытал чувство стыда: его брат не проявил брезгливости, наблюдая, как животное ест то, что и должно в естественной среде обитания.       А вот он, являясь супругом Усяня, обещавший разделить с ним любое жизненное испытание, — отвернулся, лишь бы не видеть, как волк ест мясо… — Мне стыдно, — Ванцзи подошел к мужу, взял со стола чистую тряпочку и промокнул капельки воды на морде животного. — Я не должен был отворачиваться от тебя, Вэй Ин.       Волк подошел вплотную к супругу, встал на задние лапы, а передние забросил Ванцзи на плечи. Морду он чуть отвернул в сторону, чтобы не дышать в лицо заклинателя после того, как ел свежее мясо.       Усянь стоял спокойно и помахивал хвостом, но больше ничего не предпринимал, позволяя любимому самому принять решение.       Конечно Ванцзи тут же обнял зверя и слегка прижал к себе. — Мх, — невнятно прошептал Сичэнь. — Пожалуй, я оставлю вас, Ванцзи. Думаю, теперь Усянь не останется голодным. Но если что-то понадобится, — ты знаешь, где меня найти. — Благодарю за помощь, — наклонил голову Ванцзи.       Волк тихо тявкнул и опустился на все четыре конечности, двигаясь в сторону кровати.       Когда Сичэнь закрывал дверь, то еще успел увидеть, как зверь запрыгнул на кровать и вытянулся на ней, а Ванцзи кивнул ему и скрылся за ширмой, где у супругов стояла бочка для омовений.       Второй нефрит подошел к шкафу, где хранились чистые комплекты одежды, и достал один.       Хотя ткань давно высохла, но все же он сегодня погружался под воду, поэтому ханьфу, что сейчас было на нем, следовало постирать, а чистый комплект подготовить на завтра.       Быстро переодевшись в одежду, которую он предпочитал носить у себя дома, и приведя волосы в порядок, Ванцзи вышел из-за ширмы.       Усянь смотрел на него в упор и мерно стучал хвостом по постели. — Вэй Ин, — Ванцзи подошел и присел рядом. — Я уже понял, что ты понимаешь, что я говорю, но ответить не можешь.       Усянь согласно кивнул. — Но это означает, — в глазах второго нефрита плескалась грусть, — что я не могу услышать твой рассказ о том, как ты стал волком.       Усянь поставил уши торчком, а потом тихо проскулил.       Он переместил свою голову на колени Ванцзи и тяжело вздохнул.       Заклинатель медленно водил ладонью по голове волка, поглаживая его и пытаясь размышлять вслух: — Очевидно, что с тобой произошло нечто, похожее на те случаи в городке. Но у кого теперь узнать, с чем мы имеем дело?       Голос Ванцзи звучал отчаянно.       Они с мужем так и не выяснили, было ли это проклятием или действием артефакта, но мужчина хорошо помнил, что люди пропадали и найти их не смог никто.       Сердце сжималось от страха: вдруг он проснется завтра, а Вэй Ин — исчез… — Нужно больше информации, — проговорил заклинатель. — Не Хуайсан… — внезапно Ванцзи встрепенулся. — Вэй Ин, мы ведь не сообщили ему, что ты превратился в волка.       Зверь согласно тявкнул. — Мне следует отправить ему послание, — второй нефрит осторожно приподнял голову волка и переложил на подушку. — Отдыхай, Вэй Ин.       Заклинатель подошел к столику и начал составлять письмо.       Усянь спрыгнул с кровати и приблизился к мужу, усаживаясь возле него и наблюдая за тем, что тот пишет их общему другу.       Когда Ванцзи закончил писать, Усянь одобрительно боднул его в плечо: молодой господин Лань, как всегда, кратко и по существу описал, что произошло с темным заклинателем.       Бабочка отправилась в путь, а второй нефрит задумчиво окинул взглядом волка: — Вэй Ин, наверное ты хотел бы побегать?       Зверь на эти слова среагировал совершенно по-собачьи: чуть наклонил голову вбок и повесил одно ухо, оставляя второе стоять торчком. — Спрашиваешь: «зачем тебе бегать»? — понял Ванцзи.       Волк кивнул. — А разве твое тело не требует движения? — заклинатель предполагал, что сейчас у Усяня должны преобладать животные инстинкты.       Зверь вытянул передние лапы вперед, а зад наоборот приподнял. Он потянулся всем телом и зевнул. А потом очень красноречиво глянул на мужа. — Хочешь спать? — удивился мужчина.       Отрицательное мотание головой и хитрый прищур.       Волк встал и подошел к двери. Поскреб ее когтями и с намеком толкнул носом. — Хочешь на улицу? — спросил Ванцзи.       Кивок. — Кхм, — сомневался заклинатель. — Но сейчас снаружи много адептов.       Зверь фыркнул и снова провел когтями по двери, но на сей раз с такой силой, что на дереве появились глубокие борозды. — Вэй Ин? — удивился Ванцзи.       А Усянь вдруг низко зарычал на дверь.       Светлый заклинатель подошел к мужу и открыл ему дверь. Порыв ветра взметнул полы ханьфу Ванцзи, когда волк рванулся вперед.       Мужчина только и успел заметить кончик белого хвоста, мелькнувший между деревьями. Усянь куда-то убежал.       Второй нефрит хотел уже было последовать за зверем, но перед его лицом появилась бабочка-посланница. Пришлось остаться на месте и позволить посланию принять вид свитка. «Ждите в гости в скором времени, — писал Хуайсан. — Я уже почти собрал всё, что нам нужно. Желательно подыскать свободное помещение, которое находится в отдалении от жилья ваших адептов: скорее всего придется проводить опыты».       Отправив ответ, Ванцзи задумался, стоит ли поискать супруга или предоставить ему возможность заняться своими, волчьими, делами.       За него решил старший брат, который в этот момент подошел к застывшему мужчине: — Ванцзи, а где Усянь? — спросил Сичэнь. — Куда-то убежал, — ответил второй нефрит. — У тебя сейчас есть возможность помочь мне с делами клана? — поинтересовался Лань Хуань. — Мгм, — решительно кивнул Ванцзи. — Вэй Ин пусть побегает. — Ах, — понимающе кивнул глава, — да, волки любят движение. Наверняка ему хочется испытать возможности своего звериного тела, размять лапы. — Мгм, — согласился Ванцзи, хотя и не был уверен в том, что Усянь занят именно этим.       Братья, не сговариваясь, направились в сторону библиотеки, чтобы в тишине ее залов погрузиться в рутину клановых дел.       Сичэнь решил на всякий случай наложить на здание полог тишины, чтобы их точно ничто не отвлекло извне. Ванцзи не возражал.       Пока заклинатели были заняты, завалив столы свитками, волк добежал до самой границы Облачных глубин и уперся носом в барьер.       Он специально выбрал эту сторону, где патруль почти не бывал.       Ему было любопытно проверить, сможет ли он в волчьей форме пересечь барьер без нефритового пропуска.       Он помнил, что защита пропускала мелких зверьков, а крупные и сами не заходили на территорию клана Гусу Лань.       А вот сможет ли выйти волк, который на самом деле волком не является?       Поймет ли охранное заклинание, что его обманывают?       Усяня одолел исследовательский зуд. Ведь если защиту можно обмануть, значит — она не совершенна и ее следует доработать.       Волк очень осторожно подошел к границе и сделал шаг вперед.       По всей территории Облачных глубин внезапно пронесся высокий звон, заставив адептов замереть и насторожиться.       Защитный купол проявился над Гусу и стало понятно, что кто-то пытается проникнуть внутрь. К возможному месту прорыва тут же направились старшие адепты.       Звон не стихал, заставляя многих морщиться.       Когда старшие добрались до нужной точки — там никого уже не было.       Усянь отошел на достаточное расстояние и сейчас следил за заклинателями, выглядывая из-за густых зарослей ягодных кустов.       Адепты топтались, оглядывались, посылали поисковые заклинания, но так ничего и никого не обнаружили.       Восстановив барьер и дезактивировав заклинание, которое до сих пор подавало звуковой сигнал, адепты спокойно направились в обратную сторону. По дороге они рассуждали о том, что это просто был случайный сбой в куполе.       Волк скептически хмыкнул, махнул хвостом и помчался в другое место.       Теперь он хотел проверить другую теорию.       Управлять звериным телом было легко и даже приятно.       Лапы мягко, но мощно отталкивались от твердой земли и тело будто летело стрелой. Ушки трепало ветром, а хвост красиво развевался позади.       Усяню внезапно понравилось такое чувство. Так он чуть было не увлекся, забыв о своей цели.       Однако вовремя вспомнил и притормозил в нужном месте.       Перед тем, как вновь ткнуться в барьер, Усянь опустил голову пониже к земле, а лапой очень осторожно стянул лобную ленту Ванцзи.       Когда ему это удалось, волк прихватил ее зубами и аккуратно разместил на ветке ближайшего куста.              Вот теперь — попытка номер два.       Усянь знал, что талисман тревоги вновь активируется через несколько мгновений после отключения. Процесс был автоматический, внесенный в саму структуру заклинания.       Волк шагнул через границу.       Облачные глубины в этот раз просто оглушило. Купол вспыхивал очень ярко, будто его прорвали полчища лютых мертвецов, а не один несчастный маленький волчонок.       Испугавшись такого громкого и резкого звука, Усянь драпанул с такой скоростью, что когти на задних лапах пропахали в земле глубокие борозды.       Лобная лента второго нефрита Гусу Лань сиротливо осталась висеть на веточке.       На этот раз к месту происшествия прибыли не только старшие адепты, но и учитель Лань.       Вот он-то и заметил первым шелковую ленту. Прошипев проклятие «чертовому нарушителю правил», Цижэнь быстро сдернул главный атрибут клана и незаметно запихал в свой рукав.       Теперь ему стало ясно, кто является злостным нарушителем границ.       Он сказал адептам возвращаться к своим занятиям, а сам направился в библиотеку, где, как он знал, находились сейчас оба племянника. — Ванцзи, — мужчина был крайне недоволен. — Я нашел её, — он протянул ленту младшему, — висящей на кусте! Недопустимо небрежное отношение к лобным лентам! Твоей обязанностью будет проследить, чтобы Усянь получил должное наказание за этот проступок. — Моя лента? — недоуменно моргнул второй нефрит, принимая ее от дяди. — Она была повязана на голове Вэй Ина. Дядя, — Ванцзи поднялся, испытывая тревогу, — а где мой муж? — Если бы вы не растянули полог тишины, — с сарказмом протянул Цижэнь, — то услышали бы, как звенел охранный периметр защитного купола! — Вэй Ин… — сердце Ванцзи сбилось с ритма. — Он ушел из Облачных глубин? — Не думаю, — фыркнул учитель Лань. — Прорывов не обнаружено. Думаю, этот негодник проверял свои теории. — Ванцзи, — Сичэнь тоже встал и обратился к брату. — Не переживай. Я уверен, что с Усянем все в порядке. Наверняка он скоро объявится. — А если… — Лань Ванцзи даже предположить не мог, что сподвигло супруга снять лобную ленту, которой он очень дорожил и при каждом удобном случае отбирал у второго нефрита. «Ты вверил ее мне, Лань Чжань, — любил повторять Вэй Усянь. — И она теперь принадлежит мне. Я бы забрал ее себе навсегда, но знаю, что тебе будет некомфортно без нее. Да и, — тут он подмигнул игриво, — мне так нравится срывать этот символ сдержанности. Ведь без него мой супруг становится таким горячим, таким страстным. А наши ночи полнятся удовольствием». — Наверняка это была случайность, — успокаивающим тоном произнес Сичэнь, заметив, как младший брат заволновался. — Спросишь потом у Усяня. — Мгм, — мрачно кивнул Ванцзи. — Только ответа я не услышу. — Кхм, да, — смутился глава Лань. — Я и забыл. Однако, надо надеяться, что он не останется навсегда волком. — К нам скоро прибудет Не Хуайсан, — вспомнил второй нефрит. — Я связывался с ним, когда Вэй Ин превратился в зверя. — Отлично! — воскликнул Сичэнь. — Наверняка с его помощью вы решите эту проблему. А заодно, возможно, разгадаете причину исчезновений людей в том городке. — Мгм, — Ванцзи направился к выходу. — Сюнчжан, я еще нужен тебе? — Ох, Ванцзи, — понятливо закивал старший брат. — Конечно, иди. Поищи супруга. Думаю, он уже бегает всюду в поисках тебя.       Высокая фигура, в развевающихся белых одеждах, неподвижно стояла на краю кроличьей полянки.       Налобная лента находилась на законном месте и ее длинные концы трепал ветерок.       Мужчина с легкой улыбкой на губах наблюдал за огромным белоснежным волком, что сейчас мирно дремал, окруженный десятками кроликов. Пушистые зверьки, на удивление, совершенно не испугались хищника. Часть из них пристроилась под боком у зверя, часть мирно грызли травку.       Сердце Лань Ванцзи полнилось нежностью, любовью и счастьем.       Вот он — его возлюбленный муж. Его Вэй Ин.       Сладко спит и никого не опасается.       Такое доверие очень много значило для второго нефрита клана Гусу Лань. Ведь это означало, что Облачные глубины стали для Усяня домом. Местом, где он чувствовал себя под защитой.       Ванцзи бесшумно приблизился к зверю и присел рядом, опираясь спиной о бок волка. Глаза хищника еще даже не открылись, а хвост уже радостно забил по земле.       Заклинатель призвал гуцинь и коснулся струн, начиная играть спокойную мелодию.       Усянь с огромным удовольствием слушал игру своего супруга, наслаждаясь.       Когда струны затихли, волк тихо тявкнул и Ванцзи поднялся. — Домой? — спросил он Усяня, пряча гуцинь.       Зверь тут же подскочил и пошел за супругом, держась позади.       Уже в цзинши, после того, как второй нефрит принес волку еды, Ванцзи решил рассказать мужу, что Хуайсан собирается к ним в гости. По глазам зверя было ясно, что он очень рад этой новости. — Я попросил брата разрешить использовать дом, который уже давно пустует, — говорил заклинатель, отпивая из пиалы чай. — Хуайсан писал, что так мы никого не побеспокоим своими исследованиями.       Волк кивал головой, соглашаясь.       Когда Ванцзи допил чай и убрал грязную посуду, волк устроился на полу, уложив морду на передние лапы и стал наблюдать за тем, как супруг устраивается за столиком, чтобы почитать перед сном.       Тихо потрескивали свечи, второй нефрит внимательно читал свиток, а Усянь валялся и наслаждался атмосферой домашнего уюта и тепла.       А когда подошло время отхода ко сну, зверь первым забрался в кровать и требовательно уставился своими глазищами на мужа.       Ванцзи переоделся, задул свечи и лег в кровать, устраиваясь на спине, как привык.       В темноте глаза волка ярко светились от отраженного лунного света, что проникал через окно и второй нефрит залюбовался этим зрелищем. — Вэй Ин, — чуть хриплым голосом сказал Ванцзи. — Ты — чудо, вошедшее в мою жизнь когда-то. Каждый день с тобой делает меня счастливым. Люблю тебя.       Тихое поскуливание в ответ и заклинатель чувствует, как по его щеке проходится горячий и влажный язык, вылизывая.       В голове благочестивого Лань Чжаня возникают крайне непристойные желания, сопровождаемые весьма яркими и извращенными картинами, рисуемыми подсознанием.       К своему стыду, мужчина начинает представлять, как бы ощущался волчий язык, вылизывающий все его тело. Спускающийся до самого сокровенного места на теле Ванцзи….       Как хорошо, что в темноте незаметно, насколько сильно покраснели уши заклинателя.       Второй нефрит прекрасно понимает, что все дело в том, что они с мужем некоторое время не смогут следовать своему правилу «каждого дня».       А с учетом, насколько поздно проснулась чувственность холодного и сдержанного второго господина Лань…       В общем, теперь Ванцзи напоминал затаившийся вулкан, в жерле которого яростно бурлят процессы. И никому не ведомо, когда кипение лавы дойдет до своего предела и произойдет всплеск извержения.       Вот он, — Вэй Ин, — возлюбленный муж. Лежит рядом, буквально на расстоянии волоска…       И Ванцзи безумно его желает. А взять не может…       Пусть бы даже его мысли и уводили в самое что ни на есть бесстыдство, но второй нефрит ни за что не опустился бы до секса с Усянем, пока тот в волчьем теле. Но грызла неясная тревога: а вдруг Вэй Ин так и останется животным? Вдруг им не удастся разобраться в причинах произошедшего с темным заклинателем и людьми, пропавшими в далеком и мрачном городке?       Волк, будто ощутив тревогу и нарастающую панику своего мужа, подобрался поближе и прижался теплым боком к Ванцзи.       Он взмахнул пушистым хвостом и уложил его поверх ног второго нефрита, будто накрывая меховым одеялом. — Вэй Ин, — очень тихо прошептал светлый заклинатель. — Мы справимся. Мы выясним, как вернуть тебе человеческий облик…       Волк тихо тявкнул, выражая согласие.       Через некоторое время зверь уже спал, а Ванцзи, убаюканный его мирным сопением, тоже провалился в сон.       То, что снилось благородному второму нефриту этой ночью, он точно сохранит в тайне….       Утро началось вполне обыденно: Ванцзи проснулся в положенное время, а Усянь бессовестно дрых, развалившись пузом кверху и раскидав лапы в стороны.       Второй нефрит немного полюбовался на открытый живот волка, мягкая шерстка на котором за ночь слегка завилась колечками. Протянул было руку, чтобы погладить, но удержался: не хотел будить.       Тихо встав с постели, заклинатель прошел за ширму и переоделся. Коснувшись шелковой ткани своей лобной ленты, второй господин Лань задумался на мгновение.       Потом он решительно направился, сжав ленту в руке, к постели, где продолжал спать волк.       Очень аккуратно Ванцзи завязал ленту на передней лапе Усяня и сделал красивый бантик поверх узелка.       Удовлетворенно вздохнув, мужчина направился в столовую: следовало позавтракать, а потом позаботиться о еде для мужа.       Когда мужчина открыл дверь цзинши, заходя внутрь с едой для мужа, его встретили глаза, полные обиды.       Волк сидел под самой дверью и явно ждал супруга. — Вэй Ин, — удивился второй нефрит. — Почему ты не спишь?       Зверь приблизился к Ванцзи и ткнулся влажным носом в тыльную сторону ладони мужа, тихо повизгивая. — Ты проснулся в одиночестве и испугался? — заклинатель присел на одно колено и волк тут же уложил свою голову ему на плечо, прижимаясь как можно ближе.       Лань Ванцзи поставил короб с едой на пол и обнял зверя обеими руками, наслаждаясь теплом еще сонного Усяня.       Пушистый хвост несмело мотнулся из стороны в сторону и волк вздохнул совершенно по-человечески. — Вэй Ин, — заклинатель гладил мягкую шерстку. — Я принес тебе завтрак. Ты голодный?       Прежде чем отстраниться от мужа, Усянь широко лизнул того в ухо, а потом подошел к коробу и выжидающе посмотрел на Ванцзи.       Мужчина тут же поднялся и начал извлекать блюда, выставляя на столик.       Пока зверь ел, второй нефрит спокойно пил чай, сидя с другой стороны стола. — Вэй Ин, — обратился к мужу Ванцзи, когда волк доел и начал активно вылизывать морду. — Хочешь побыть дома или прогуляться?       Усянь наклонил голову набок, задумавшись, а потом подошел к двери, намекая на прогулку. — Хорошо, — заклинатель прибрал со стола, сложил все аккуратно и открыл перед зверем дверь, пропуская того вперед.       Выйдя на крыльцо, мужчина поставил короб с грязной посудой на ступени, на минутку задержался, оглядывая окрестности: двое адептов мелькнули в отдалении и вскоре скрылись из виду. — Пойдем, — Ванцзи спустился с крыльца и направился в сторону того домика, который Сичэнь разрешил им занять на время.       Пройти в ту часть Облачных глубин можно было только при наличии специального пропуска: на домик была наложена иллюзия и без разрешения к нему нельзя было ни приблизиться, ни увидеть.       Миновав барьер, супруги попали на территорию, закрытую от остальных.       Дом был довольно просторным, что и требовалось. Ведь в планах было некоторое время жить там втроем. Не Хуайсану нужна была отдельная комната, супружеской паре — своя спальня, а еще общая комната, в которой они будут работать над проблемой Вэй Усяня.       Волк радостно носился, суя любопытный нос в каждую комнату, особенно тщательно он обследовал ту, которая предназначалась им с Ванцзи.       Он вскочил на постель и попрыгал по ней. Покатался по одеялу, обтираясь мордой об подушки. Игриво глянул на супруга, а потом подскочил к нему, вцепился зубами в край верхнего халата и потянул наружу.       Домик окружал довольно ухоженный сад, придавая всей территории очень домашний вид.       Часть земли была выделена под цветы. Конечно, там были и так любимые Лань Чжанем горечавки.       Усянь именно к ним и побежал в первую очередь.       Сунул нос в ближайший цветок и чихнул.       Ванцзи улыбнулся. — Вэй Ин, — окликнул он волка. — Тебе тут нравится?       Усянь кивнул и растянул пасть в широкой улыбке.       А потом он сорвался с места и стал носиться вокруг мужа. Он крутился волчком, повизгивал. Ушки его забавно прыгали, а хвост ни на мгновение не переставал вилять.              Такими их и застали Сичэнь и Не Хуайсан. — Ух, — довольно громко восхитился младший Не, увидев наконец волка. — А он куда больше, чем я ожидал. — Сюнчжан, Хуайсан, — повернулся Ванцзи и поклонился в знак приветствия. — Брат, — кивнул глава Лань. — Господин Не только прибыл и сразу попросил отвести его к вам. Я дал ему копию пропускного жетона. — Мгм, — благодарно кивнул второй нефрит. — Ой, — внезапно раздалось полузадушенное со стороны Хуайсана и братья Лань повернулись на звук.       Господин Не валялся на земле, опрокинутый белоснежным зверем, который весело нависал над товарищем и делал попытки лизнуть того в нос. — Вэй Ин, — голос Ванцзи звучал так, что любому стало бы ясно, что заклинатель только что глотнул хорошую порцию уксуса.       Усянь тут же отбежал от Хуайсана и с разбегу врезался в супруга, яростно размахивая хвостом.       Со стороны Сичэня послышалось сдавленное хихиканье и Ванцзи недовольно зыркнул глазами на довольное лицо старшего брата. — Кхм, — еле успокоился глава Лань. — Пожалуй, я оставлю вас пока что. Приду чуть позже — принесу вам еду. Нам не стоит вовлекать в это дело адептов. — Мгм, — согласился Ванцзи.       Когда Лань Сичэнь ушел, Усянь помчался в сторону домика, а заклинатели последовали за ним.       Как только дверь закрылась, отрезая их от внешнего мира, Хуайсан тут же стал крайне серьезным: — Итак, — присел он перед столиком и хлопнув по нему ладонью. — Я даже не ожидал, что увижу такое. Тем не менее, я рад. — Мгм? — с вопросом в глазах смотрел на него Ванцзи. — Это удивительное совпадение, — ответил младший Не, копаясь в своем цянькунь и извлекая оттуда стопку мятых листов, а также деревянный футляр. — Пожалуй, начну с этого, — он открыл футляр.       На стол лег древний и очень ветхий свиток. Ванцзи и Усянь внимательно наблюдали, как Хуайсан крайне бережно разглаживает его на столе, позволяя разглядеть рисунки, а также символы незнакомого языка. — Вот, — любовно провел кончиками пальцев по изображению парень. — Никого не напоминает? — Мгм, — кивнул Ванцзи и перевел взгляд на волка. — Похож на Вэй Ина. — Да, только поменьше размером, — кивнул Не. — Как только я услышал твой рассказ о внезапном превращении Вэй-сюна, а потом вспомнил про ваше путешествие и приключения на кладбище… — парень чуть помолчал, а потом продолжил. — В общем, это сразу напомнило мне о моем последнем увлечении.       Не Хуайсан рассказал Ванцзи и Усяню о том, как ему в руки попал древний свиток, написанный на неизвестном языке. Что поначалу парень хотел положить его на полку в сокровищнице клана и забыть, но в глаза бросились отлично выполненные рисунки. Это сильно увлекло любящего искусство Хуайсана и он взялся за расшифровку символов, в желании узнать, что за тайну хранит свиток.       Пришлось много повозиться с поисками людей, которые могли хоть в чем-то помочь. Ему удалось отыскать заклинателя, который уже несколько сотен лет жил в глуши, удалившись от дел. Тот дал подсказки и дело пошло.       Молодому Не удалось сделать табличку символов с переводом на общий язык, которым пользовались сейчас. «Я видел их, — говорилось в свитке. — Мне стало интересно… Я долго следил, — некоторые слова стерлись со временем, поэтому какие-то фразы прерывались, но общий смысл был понятен. — Они представляют собой нечто отличное от людей. Возможно — более близкое к животным, но разумным. Красивые создания. Мне удалось быть свидетелем перевоплощения. Полная луна… — обрыв в тексте, — кости… и… волки со светлой шерстью. Спустя… дней они вновь люди… Обычная внешность, никаких отличий. Заподозрить нельзя… Это цикл, я понял это, наблюдая за ними. Я слышал, как они с тоской упоминали утерянного предводителя? — пометка, что человек не уверен в правильности произношения титула. — Им необходим вожак? — вновь сомнения в правильности перевода. — Их раса исчезает и только… кровь… в будущем… он вернется» — И текст обрывается, — показал Хуайсан неровную линию в конце свитка, которая намекала, что кто-то оторвал кусок от листа. — Я не могу утверждать, что это как-то связано с Вэй-сюном, — парень указал на волка, — но, согласитесь, изображение очень напоминает его. — Мгм, — согласился Ванцзи. — И что нам делать? — Ты писал, — глянул на второго нефрита Хуайсан, — что призвал какого-то духа и тот ответил тебе на незнакомом языке. — Мгм, — второй господин Лань призвал гуцинь. — Я запомнил и могу сыграть. — В этом сейчас нет смысла, — хмыкнул Хуайсан. — Я не знаком с вашей техникой и ничего не пойму. Но, вот моя таблица, — он подтолкнул к Ванцзи лист. — Я описал, как звучат символы чужого языка и то, как этот иероглиф слышим мы. Сможешь расшифровать? — Дайте мне время, — второй нефрит взял лист и сосредоточился.       Пока Лань Ванцзи вчитывался в очередной символ, а потом пытался воспроизвести его звучание на гуцине, Хуайсан восхищенно разглядывал белоснежного волка- Усяня. — Вэй-сюн, — шепотом позвал молодой Не. — Может выйдем пока в сад? Пусть твой муж спокойно поработает над записями?       Волк бросил взгляд на погрузившегося в задание Ванцзи и слегка кивнул, начиная медленно двигаться к выходу.       Зверь крался и думал, что никто не слышит его движений. Думал, что он бесшумный, как сова, пикирующая в ночи на ничего не подозревающую мышь.       Но закрывающий за ними дверь Хуайсан, отлично заметил взгляд Лань Ванцзи, который он бросил им вслед. И в том взгляде даже он, совершенно не умеющий «читать» лицо второго нефрита клана Лань, видел снисходительное веселье. — Вэй-сюн, — улыбаясь сказал Хуайсан, когда они с волком отошли от дома подальше. — Ты сильно стучал когтями по полу. Ванцзи заметил, как ты уходишь со мной.       Заметив, с каким выражением на морде смотрит на него Усянь, услышавший эти слова, младший Не пожалел, что Лань Ванцзи сейчас не может видеть это зрелище.       Разбитые надежды и разочарование — Усянь, даже в волчьей форме сумел доказать, что его актерское мастерство находится на высшем уровне. Хоть сию минуту на сцену выступать перед суровым ликом Лань Цижэня.       Посмеиваясь, младший Не присел под ближайшим деревом и прикрыл глаза: — Интересно, — лениво произнес он, — удастся ли твоему Ланю перевести то, что сказал тот дух?       Усянь тявкнул, явно утвердительно: уж он не сомневался в своем замечательном супруге, блистающем всеми возможными добродетелями.       Волк подошел к другу и присел рядом, но выдержав достаточную дистанцию, чтобы Лань Чжань не испытал приступ ревности, увидев супруга в чужой компании. Пусть бы даже это и был Хуайсан, про которого Ванцзи точно знал, что они с Усянем очень хорошие товарищи, но никак не нечто большее.       Всегда лучше перестраховаться.       Хуайсан продолжал наслаждаться хорошей погодой и молчаливой компанией Вэй Усяня.       Они уже успели проголодаться, когда Лань Ванцзи открыл дверь и позвал их в дом. — Я закончил, — указал он на свиток, заполненный идеально выписанными иероглифами. — Может вначале поедим? — жалобно хлопнул глазами Хуайсан.       Усяню даже голос можно было не подавать: за него ответило громкое бурчание в животе. — Мгм, — кивнул второй нефрит с нежностью глядя на своего мужа.       Заклинатели устроились за столом, расставив блюда для себя, а Усянь приступил к своему блюду, расположившись чуть поодаль, чтобы не смущать Хуайсана видом жующего волка. — Так непривычно не слышать во время еды болтовни Вэй-сюна, — заметил младший Не, когда еда закончилась, а они с Ванцзи приступили к распитию чая. — Мгм, — с некоторым огорчением ответил младший Лань.       Усянь хрюкнул, услышав ноты сожаления в голосе своего супруга. — Вэй Ин прекрасный волк, — спокойно сказал Ванцзи. — Но, все же, я соскучился по своему мужу…       Хуайсану пришлось зажмуриться, чтобы не подглядывать за тем, как Усянь проявляет бурную нежность по отношению к своему возлюбленному.       Когда растрогавшийся волк успокоился, младший Не решил, что пора посмотреть, что же вышло у второго нефрита клана Лань. — Итак, — взял Хуайсан лист в руки и начал зачитывать вслух. — «Под светом луны, идеально округлой, вернется к нам правитель, кровь свою пролив на землю. Возродится древняя раса ночная. И вой белоснежной стаи вновь раздастся под сенью густого леса»       Ванцзи и младший Не одновременно посмотрели на Усяня, который сидел, обернув хвост вокруг передних лап и внимательно слушал слова, переведенные его супругом. — Итак, — нервная судорога пробежала по щеке Хуайсана. — Вэй-сюн, ты вожак стаи?       Усянь вытаращил свои, и без того огромные, глаза и замотал головой. — Ты не можешь быть уверен, что это не так, Вэй Ин, — Ванцзи чувствовал, что они нашли необходимый им ответ. — Совпадает почти все, — воскликнул Хуайсан и ткнул в одну строчку, — кроме вот этого. — «Кровь свою пролив на землю», — задумчиво прочитал строку Ванцзи. — Вэй Ин, — он строго посмотрел на мужа. — Ты поранился на кладбище и не сказал мне?       Раздался жалобный вой. Усянь виновато поджал хвост и отвел взгляд от Лань Ванцзи. — Я не виню тебя, — тяжело вздохнул второй нефрит. — Я знаю, насколько ты бываешь небрежен к собственным травмам….       Волк заскулил совсем жалобно и пополз на брюхе к мужу, утыкаясь носом в руку заклинателя. — Покажи мне, какое место ты поранил? — мягко попросил заклинатель, начиная гладить зверя по голове.       Усянь поднял переднюю лапу, но он не знал, как объяснить, что оцарапал пальцы осколком кости.       Впрочем, за него догадался Хуайсан: — Он поранил руку, — уверенно сказал парень. — Скорее всего пальцы. Наверняка сунул куда-то, не задумываясь.       Волк виновато кивнул головой и его ушки повисли, показывая, как сильно он раскаивается. — Вэй Ин, — нахмурился Ванцзи. — Я же знаю, что тебе стыдно не за то, что поступил безрассудно, а лишь за то, что забыл упомянуть мне о том, что порезался…       Усянь плюхнулся на пол, уложил морду на одну лапу, а второй прикрыл себе глаза, активно демонстрируя насколько ему стыдно. — Ну разве можно на него сердиться? — хихикнул в рукав Хуайсан. — Он же пользуется тем, что в виде волка выглядит очень милым. — Мгм, — голос Ванцзи звучал сурово, но в глазах мелькали искорки смеха. — Однако, — младший Не выпрямился, — это пока только наши предположения. Возможно, что текст расшифрован неверно или что сказанное в нем, не относится к нашему случаю. — Будем ждать? — спросил второй нефрит. — В твоем свитке шла речь о временных превращениях. — Пока нет других фактов, — покивал Хуайсан, — придется ждать. Вот только нам неизвестен период, через который те существа меняли свой облик. — Ты останешься тут? — решил спросить Ванцзи. — Конечно, — хмыкнул парень. — Я ни за что не пропущу такое событие. В Цинхэ прекрасно справятся и без меня. Когда еще удастся увидеть своими глазами исполнение древнего пророчества. Да и еще о какой-то таинственной расе. — Мгм, — второй нефрит испытал явное облегчение, что не останется с этой проблемой наедине. — Брат обещал обеспечить нас всем необходимым на любой срок. — Отлично, — похлопал в ладоши Хуайсан. — Жаль только, что мы с Вэй-сюном не сможем поболтать и повеселиться, как в прежние времена.       Заклинатели еще некоторое время обсуждали совместное проживание, а волк тихо дремал под их голоса.       Проснулся он только тогда, когда глава Лань пришел их навестить в уединении. — Ванцзи, Усянь, Хуайсан, — он поклонился сразу всем присутствующим, входя в дом. — Я принес вам провизию и напитки. Вы уже что-то выяснили? — Мгм, — Ванцзи забрал у брата два тяжеленных короба с едой и отнес их в угол комнаты. — Мы предполагаем, — хвастался Хуайсан, — что расшифровали древнее пророчество, в котором говорится, что Усянь — вожак стаи. — Кх-кх, — подавился Сичэнь. — Вожак стаи? Стаи волков? Он так и останется зверем? — Нет, — кратко ответил второй нефрит. — В свитке сказано, что через время он должен вновь стать человеком. — Но мы не знаем, когда именно, — встрял Хуайсан. — Поэтому, прошу главу клана Гусу Лань позаботиться о нашей компании и не дать помереть от голода. — Вижу влияние господина Вэя, — улыбнулся Сичэнь. — Иногда вы говорите такими же словами. — Мгм, — согласился Ванцзи и поставил перед Усянем миску с пресным рисом. — Вэй Ин, — он погладил волка, — ешь аккуратно.       Зверь с аппетитом стал поглощать кашу, а Хуайсан недоверчиво смотрел на содержимое миски и на то, с каким удовольствием Усянь ест ненавистное прежде блюдо. — Это, — мямлил он, показывая на волка. — Это выглядит так, будто моего друга попутно проклял учитель Лань.       Сичэнь тихо засмеялся и даже Ванцзи не удержался от легкой улыбки. — Это вы еще не видели, — весело произнес первый нефрит, — как Усянь ест наш традиционный травяной суп. — Не уверен, что выдержу это зрелище, — Хуайсан тут же вспомнил каково отвратительное варево на вкус и все лицо младшего Не перекосило.       Волк тихо заворчал и быстро прикончил остатки своего риса.       Весьма красноречиво глянув на своего супруга, Усянь вальяжной походкой направился в предназначенную для них комнату, явно собираясь завалиться спать.       Сичэнь, глядя на эту картину, думал про себя, что никогда еще ему не было так весело. — Ванцзи, — когда зверь скрылся в спальне, он, наконец, смог вспомнить о том, зачем он тут. — Я буду приходить к вам перед отбоем и приносить провизию на сутки. — Мгм, — кивнул второй нефрит. — Завтра вам что-то принести, помимо еды? — уточнил глава Лань. — Сюнчжан, — Ванцзи решился попросить. — В нашей цзинши есть шкаф, где хранятся маленькие бутылочки с мыльным экстрактом. Не мог бы ты принести несколько? — Конечно, — Сичэнь с интересом смотрел на брата. — А что это за экстракт? — Вэй Ин создал, — с явной гордостью ответил мужчина. — Он жидкий, хорошо пахнет и пенится. — Как интересно, — глаза главы клана загорелись. — А я могу потом попросить твоего мужа сделать и мне такой экстракт? — Мгм, — кивнул Ванцзи. — Сюнчжан может выбрать себе пару пузырьков. Вэй Ин будет только рад. — Отлично, — обрадовался Сичэнь. — Я потом поделюсь своим мнением. — Я бы тоже не отказался попробовать, — буркнул Хуайсан. — Мгм, — Ванцзи посмотрел на младшего Не. — Я поделюсь. — Раз мы все обговорили, — Сичэнь собрался, — я ухожу. Ждите меня к завтрашнему вечеру.       Ванцзи проводил старшего брата до границы барьера, а потом вернулся в дом.       Хуайсан дождался его возвращения только чтобы пожелать спокойной ночи и удалиться в свою комнату.       А Лань Ванцзи тихо проскользнул в спальню и обнаружил там Усяня, сладко спящего на своей половине. Только мордочка чуть наползала на подушку, которая принадлежала второму нефриту.       Заклинатель быстро переоделся в одежду для сна и аккуратно пристроился рядом с мужем.       В мыслях мелькнуло, что раньше, когда Усянь был человеком, они бы уже вовсю целовались. А потом темный заклинатель распалил бы супруга настолько, что Ванцзи уже не смог удержаться и не подмять под себя стройное тело, которое с такой страстью отвечает на ласки и буквально напрашивается, чтобы им поскорее овладели.       Сглотнув набежавшую слюну, благородный второй нефрит клана Лань, закрывает глаза и старается успокоить бешено бьющееся сердце. Вэй Ин спит и даже не подозревает, что его сдержанный муж уже буквально на грани срыва.       И потекли дни.       Два заклинателя и волк вынужденно сосуществовали в замкнутом пространстве.       Ожидание преображения заняло больше времени, чем они предполагали.       Сичэнь навещал их каждый вечер. Приносил еду и питье. Рассказывал новости. Спрашивал, как прошел день у парней.       А им и рассказать-то было нечего: парни большую часть времени читали, все еще надеясь найти дополнительную информацию насчет неизвестной расы людей-волков.       Хуайсан иногда пытался чертить талисманы, вспоминая, как это делал Усянь.       Но, хотя из-под его пера выходили очень красивые символы, они не несли в себе ни малейшей частицы духовных сил и не являлись ничем иным, как просто художественным изображением. — Тут необходим талант Вэй-сюна, — признал очевидное Хуайсан. — Вот у кого даже невнятные закорючки — работают. Иногда даже не разберешь, что он там начертил, а получается гениальное изобретение. — Мгм, — кивал Ванцзи и его лицо мрачнело.       Чем больше проходило времени с момента, как Вэй Ин стал волком, тем сильнее тревога охватывала все существо Лань Ванцзи.       Ночами он стал просыпаться от кошмаров, в которых его любимый муж навсегда остался в волчьем теле. А потом он утрачивал человеческое сознание и сбегал в лес, живя как простое животное.       Второй нефрит даже не знал, чего он боится больше: то, что Вэй Ин действительно останется волком, или то, что он может потерять разумность.       Усянь видел, что происходит с Лань Чжанем. Понимал, какие мысли и страхи терзают его возлюбленного.       Он тоже сильно переживал. Ему было больно видеть, как свет постепенно меркнет в прекрасных глазах цвета золота. Как все сильнее Ванцзи погружается в отчаяние.       Вэй Усянь старательно скрывал свои переживания от супруга. Он старался поддерживать Лань Чжаня, отвлекать его. Он почти не оставлял заклинателя в одиночестве. Крутился вокруг него, ластился, подставлял живот или спину под нежные руки.       Ванцзи тоже понимал, что именно делает Вэй Ин и ему становилось горько.       Но как отказать любимому мужу? Он старался скрыть тревогу внутри себя и с удовольствием обнимал и гладил белоснежного зверя.       А ночью вновь просыпался от кошмара и ощущал, что его щеки влажные от слез.       В начале цикла растущей луны, Усянь внезапно стал беспокойным.       Он не мог найти себе место. Пытался пристроиться на коленях Ванцзи, но крутился и в итоге вставал, начиная метаться из угла в угол по общей комнате.       Хуайсан с интересом наблюдал за хаотичными движениями волка.       Лань Ванцзи в это время хотелось вскочить, сграбастать мужа в охапку и сбежать с ним как можно дальше.       А потом Усянь пронзительно завыл.       Заклинатели вздрогнули и обменялись взглядами.       Волк подошел к двери и требовательно рыкнул, явно намекая, чтобы его немедленно выпустили.       Ванцзи не мешкая подошел и распахнул дверь и Усянь сделал один шаг за порог. Потом волк оглянулся на мужа, явно ожидая, что тот последует за ним. Второй нефрит кивнул и тоже вышел.       А вот когда Хуайсан попытался последовать за супругами, его остановило низкое рычание и вид недвусмысленно оскаленной волчьей морды. — Вэй-сюн, — проблеял Хуайсан, не узнавая свой тонкий от испуга голос. — Я останусь. Я не пойду за вами. — Мгм, — Ванцзи повернул голову к младшему Не. — Тебе лучше не выходить из дома сегодня ночью. — Я уже понял, что лучше не злить этого монстра, — закивал Хуайсан и даже сделал демонстративный шажок назад, подальше от двери.       Под удовлетворенное ворчание Усяня, который не спеша пошел вперед, Ванцзи закрыл дверь и Хуайсан остался в тишине домика.       Через некоторое время ушей младшего Не достиг торжествующий вой волка. А потом все стихло.       Парень держался из последних сил, надеясь дождаться возвращения друзей, но глаза будто налились свинцом и держать их открытыми становилось все тяжелее.       Хуайсан даже не осознал тот момент, когда его тело мягко свалилось на пол, механически схватив рукой подушечку и подложив себе под голову.       Сон его был на удивление крепким этой ночью.       А утром его разбудил веселый голос: — Не-сюн, сколько можно спать! Поднимайся.       Еле разлепив глаза, Хуайсан попытался отыскать источник шума, а когда нашел, то вся сонливость с него слетела в мгновение ока. — Вэй-сюн! — закричал он и бросился к другу, попадая в крепкие объятия. — Ты вновь человек! — И ты даже не представляешь, — хохотал Усянь, — как я этому рад. — Кхм, — многозначительное покашливание Ванцзи явно имело уксусный оттенок. — Лань Чжань, — тут же переключился темный заклинатель на мужа. — Не дуйся. Я просто очень рад, что могу разговаривать и выгляжу нормально. — Вэй Ин был прекрасным волком, — тихо сказал Ванцзи и его уши слегка покраснели. — Но с волком ты не мог бы… — магистр не успел продолжить свое, бесспорно бесстыдное заигрывание, потому что его рот моментально склеило заклятие закрытого рта. — Мммм, — возмущенно мычал Усянь и бешено вращал глазами. — И я впервые не осуждаю второго молодого господина Лань, — едко ухмыльнулся Хуайсан. — Предпочту остаться в неведении о том, что ты хотел сказать своему мужу.       Усянь надулся, глаза его наполнились обидой.       Он демонстративно плюхнулся на пол, при этом отвернувшись от мужчин, что стояли сзади. — Вэй Ин, — ласково позвал его Ванцзи, снимая заклятие. — Не обижайся на меня. — Пфф — фыркнул юноша, дергая плечом и не желая отзываться. — Я оставлю вас тут, — Хуайсан окликнул пару, уже стоя на пороге домика. — Поговорите без свидетелей. А я пока найду главу Лань и расскажу ему, что Усянь вернулся. — Мгм, — подтвердил Ванцзи. — Скажи брату, что нас не стоит встречать. Мы сами придем к нему, когда поговорим. — О, — округлил глаза младший Не. — Я понял. Попрошу держаться от домика как можно дальше.       Оставшиеся внутри Ванцзи и Усянь услышали его громкий хохот, который постепенно стихал по мере того, как Хуайсан удалялся от скрытого под иллюзией здания. — Лань Чжань, — слегка хрипло протянул темный заклинатель, не отрываясь от глаз своего супруга, в которых уже явно загоралась безудержная страсть. — Вэй Ин, — голос Ванцзи стал низким и слегка вибрировал.       А потом Усянь сделал шаг назад, двигаясь спиной, а Ванцзи — шаг вперед, к супругу. Они будто танцевали диковинный танец, в котором одна фигура угрожала поглотить вторую, если та не отыщет выход из ловушки, в которую ее загнали.       У основателя темного пути мелькнула мысль, что хотя волком является он, но ощущение, что напротив стоит хищник куда более опасный.       Соблазнительная улыбка изогнула губы Усяня и Ванцзи шумно выдохнул, делая молниеносный рывок.       Следующее, что помнит магистр, — это как он лежит на спине, придавленный тяжелым телом мужа, который яростно срывает с него одежду, не заботясь о ее целостности и просто чудом не порвав. — Лань Чжань, — задыхался Усянь, у которого от предвкушения сбивалось дыхание. — Что ты собрался делать со своим беззащитным супругом?       Парень, деланно сопротивляясь, вытянул руку и уперся ладонью в мощную грудь Ванцзи.       Заклинатель, глаза которого буквально полыхали, пожирая взглядом желанное тело, глянул на препятствие, что не давало ему наклониться и завладеть губами мужа.       Его внимание привлекла белая полоска ткани, повязанная вокруг хрупкого запястья темного заклинателя: лобная лента Ванцзи, которую он лично завязал на лапе волка, сейчас была на руке возлюбленного супруга.       Сердце светлого заклинателя переполнилось любовью и восторгом: — Вэй Ин, — простонал второй нефрит.       Усянь тут же убрал ладонь и сам приподнялся, чтобы как можно скорее их губы смогли слиться в поцелуе, так необходимом им обоим.       Вырвала Ванцзи из марева блаженства резкая боль в нижней губе.       Он распахнул глаза, которые были прикрыты пока длился глубокий поцелуй, и поразился тому, как изменился его супруг. — Вэй Ин? — голос Ванцзи удивительно соединил в себе колоссальное удивление, недоумение и безумный восторг. — Ммм? — промурлыкал парень, очевидно не осознавая изменений, которые с ним произошли. Он улыбался и Лань Чжань мог разглядеть, что некоторые из зубов Усяня стали гораздо острее и гораздо больше походили на волчьи, чем на человеческие.       Второй нефрит чуть отстранился, чтобы иметь возможность как следует рассмотреть мужа.       Под ним лежал его супруг, его вторая половинка. Его родственная душа.       В этом сомнений не было.       Но теперь второй молодой господин Лань отчетливо видел, что его обожаемый Вэй Ин стал кем-то большим, чем просто «основатель темного пути».       Пусть даже и это не являлось в их мире обыденностью.       Вэй Усянь был уникален.       А теперь он еще и стал чем-то внеземным. Удивительным. Чудом.       Трансформация завершилась.       Лицо Вэй Ина осталось таким же, каким его и помнил Ванцзи, каким он видел его уже на протяжении многих лет, как они вновь встретились после возрождения Старейшины Илин.       Но все остальное выглядело чуть иначе.       Фигура определенно стала выглядеть более мужественной, рельефной. Мышечная масса наросла и теперь никто не назвал бы темного магистра хлипеньким.       Плечи стали шире. Талия еще тоньше, хотя и так казалось, что ее можно обхватить двумя руками.       Пресс отчетливо проступал, так и маня Ванцзи склониться и вылизать каждый кубик, обводя языком их контур.       Второй нефрит вел взглядом ниже, скользя от узких бедер к безупречным и длинным ногам, которые сейчас приглашающе были раздвинуты для него.       Судорожно делая вдох, светлый заклинатель осознал, что задержал дыхание, разглядывая великолепное тело, раскинувшееся под ним в откровенной позе.       Краем глаза Ванцзи уловил какое-то движение в районе головы Усяня и поднял туда взгляд.       Ему, славящемуся своей выдержкой и праведностью, слывущему чуть ли не святым монахом, пришлось прикрыть рот рукой, иначе была реальная угроза затопить супруга слюной, которая мгновенно наполнила рот второго нефрита клана Лань.       Волосы Усяня теперь напоминали цветом лепестки жасмина, омываемые лучами луны. Белоснежные локоны будто мерцали и были идеально гладкими, в отличие от родной копны волос Вэй Ина, темные пряди которого были непослушными и чуть вились.       Еще в глаза заклинателя бросилось то, что длина этого великолепного шёлкового полотна была значительно короче: достигая где-то области лопаток.       А на макушке Усяня обнаружились большие волчьи ушки, покрытые мягким пушком.       Они выглядели так правильно, так трогательно, что Ванцзи поймал себя на желании затискать это чудо, издавая при этом восторженный писк.       Какой-то, вовремя задушенный, звук все же вырвался из груди заклинателя и милые ушки тут же дернулись.       Ванцзи прикрыл глаза, пережидая отчаянный приступ желания.       Но он еще не всё разглядел.       Сильные руки резко перевернули Усяня, укладывая парня на живот и позволяя разглядеть последнюю деталь, поразившую заклинателя в самую душу и отозвавшуюся болью в мгновенно закаменевшем члене.       Хвост! Белоснежный, длинный, пушистый волчий хвост…       В глазах второго господина Лань потемнело, кровь шумела в ушах, заглушая все звуки. Рука потянулась и пальцы сжались, сминая мягкую шерсть.       Усянь удивленно пискнул и заерзал, при этом виляя бедрами.       Ванцзи второй рукой коснулся того места, откуда рос этот чудеснейший хвостик.       Если не знать, что Вэй Усянь — человек, то можно было подумать, что его тело всегда было таким.       Обычный человеческий позвоночник теперь имел видимое утолщение в той части, где спина плавно переходила в ягодицы. Казалось, что хвост — продолжение позвоночника, но косточки там были совсем другими на ощупь. Да, Ванцзи как следует помял хвост мужа по всей его длине.       Хвостовые позвонки были тоненькими, более длинными и очень подвижными. Мужчина даже испугался, представив, как может, забывшись в порыве страсти, сломать эти хрупкие косточки.       Отдернувшиеся было руки, вновь притянуло к этой привлекательной части нового тела Усяня.       Лань Чжань осторожно приподнял хвост кверху, отклоняя его в сторону спины мужа. Этим действием он открыл себе отличный вид на сжатое сейчас кольцо мышц.       Учитывая то, насколько долгий у пары был перерыв, когда они не имели возможности отдаться желаниям своего тела, а также то, что теперь вид на «задние врата» супруга стал выглядеть куда более привлекательным и развратным из-за наличия хвоста…       В общем, Усянь не удивился, когда за его спиной раздался рык, и вся сдержанность Лань Ванцзи испарилась, будто ее никогда и не существовало. — Лань Чжань, — игриво подначивал Усянь. — Твоя лента на моем запястье, а значит — сейчас правил не существует. Не в этой комнате. — И не с тобой, Вэй Ин! — бархатный голос обволакивал, заставлял магистра плавится.       Как же сейчас второй нефрит радовался, что привык всегда носить с собой небольшой пузырек с маслом.       Положив бутылочку на кровать возле бедра Усяня, Ванцзи моментально скинул с себя одежду, позволяя ей небрежной кучкой упасть на пол.       Заклинателя буквально корежило и ломало. Ему казалось, что по его венам хлынул огонь вместо крови.       Пальцы мелко тряслись и он чуть не вывернул содержимое пузырька на постель.       С огромным трудом сосредоточившись, Ванцзи смог увлажнить свои пальцы и начал довольно активно готовить мужа к проникновению.       Усянь зашипел от резких движений, когда супруг, не сдержавшись, вогнал сразу два пальца, но небольшое жжение в заднице не погасило его желания отдаться Лань Чжаню как можно скорее.       Темный заклинатель тоже соскучился по этим ощущениям. Он привык к их «каждому дню». Его тело буквально молило о ласке и любви. Просило, чтобы в него вошли и наполнили до отказа. — Лань Чжань, — вырвался стон и Усянь сильнее прогнул спину, задирая хвост высоко и подставляя зад под пальцы мужа. — Войди уже… Я не могу больше терпеть.       В следующую секунду из него вырвался почти звериный вой: крупная головка толкнулась сквозь кольцо мышц и Усянь вспомнил их первый раз.       Отвыкшие мышцы с трудом пропускали член Ванцзи, сильно сжимая стеночками. Заклинатель старался двигаться плавно и медленно, хотя желание вогнать болезненно напрягшийся орган одним движением бедер, было неимоверно сильным.       По виску второго нефрита проскользила капелька пота, дыхание с хрипом вырывалось из груди.       Он смотрел на покорного, открытого перед ним Усяня, и хотел его до звездочек в глазах, до помутнения рассудка.       А судя по тем звукам, что доносились до ушей Ванцзи, супруг хотел его не меньше.       Мелкие толчки, больше напоминающие раскачивание, наконец сделали свое дело: внутренние мышцы Вэй Ина расслабились и теперь Лань Чжань мог двигаться свободнее.       Рука второго нефрита властно легла на бедро мужа, крепко, до синяков, сжимая, а вторая ухватилась за хвост у самого его основания.       Сладкий стон, что не смог сдержать Усянь, дал понять Ванцзи, что муж одобряет его действия.       И мощное, натренированное тело светлого заклинателя пришло в движение, начиная с силой вбиваться в тело возлюбленного, сразу находя идеальный угол проникновения. Темный заклинатель подвывал от удовольствия, иногда переходя на крик: так остро всё чувствовалось после перерыва.       Тело Лань Ванцзи все блестело от пота, мышцы перекатывались под кожей, а голова слегка запрокинулась назад.       Усянь, которого практически втрахивали в кровать, сквозь волны наслаждения вдруг подумал, что Не Хуайсан точно захотел бы нарисовать эту сцену.       И как только Вэй Ин представил себе картину, как его друг, прячась за ширмой смотрит на двух мужчин, сплетающихся телами в вечном танце любви, его тут же затрясло в сильнейшем оргазме.       Ванцзи достиг своего пика удовольствия через мгновение, входя максимально глубоко и замирая так, пока его член извергал густое и горячее семя, заливая им нутро супруга.       Пальцы второго нефрита с трудом разжались, отпуская на свободу хвост Усяня, но за бедро он еще некоторое время держался, пока восстанавливал дыхание.       Придя в себя достаточно для того, чтобы начать осознавать себя в пространстве, светлый заклинатель осторожно вышел из тела мужа и помог ему перевернуться на спину.       Устроившись рядом, Ванцзи потянулся с поцелуем к губам Усяня, нежно лаская и безмолвно благодаря за доставленное наслаждение. — Как же хорошо, Лань Чжань, — еле ворочал языком вымотанный магистр. — Но мои кости превратились в желе. Аха-ха, — тихо смеялся он. — Отдыхай, Вэй Ин, — ласково сказал Ванцзи и прижал к себе разнеженное тело супруга.       Они даже не заметили, как уснули в объятиях друг друга.       Проснулись, когда снаружи уже начало темнеть. — Лань Чжань! — веселился отдохнувший Усянь. — Видишь, до чего доводит длительное воздержание? Ты проспал почти весь день! Ах, — всплеснул он руками, — что же скажет на это уважаемый учитель Лань? — Мне всё равно, — Ванцзи перехватил одну руку темного заклинателя и поднес к своим губам, оставляя по поцелую на каждом пальчике. — Я счастлив. Вэй Ин снова в моих объятиях. — Лань Чжань, — смущенный румянец на щечках Усяня делал парня еще прекраснее. — Предупреждай, если собираешься говорить это с таким серьезным выражением лица. — Предупреждаю, — легкий поцелуй в центре ладони Усяня, слегка щекотал кожу. — Люблю Вэй Ина. Каждый день буду говорить слова любви. — Аааа, — пищал Усянь, пряча пылающее лицо на груди мужа и слушая, как сильно и быстро бьется сердце Ванцзи. — Я тоже люблю тебя, — еле слышно шепнул он.       Через некоторое время они нашли в себе силы оторваться друг от друга и встать.       Неловко сталкиваясь, в четыре руки подобрали свою одежду с пола.       Ванцзи оделся быстро и теперь терпеливо ждал, пока его муж сделает то же самое.       А Усянь держал в руках одежду и не знал, что ему делать.       Он поднял на мужа глаза, в которых мелькнула растерянность: — Лань Чжань, — парень махнул хвостом и шевельнул ушками. — А как… Как мне теперь одеть это, если сзади хвост? — Мгм, — кончики ушей заклинателя покраснели. — Придется сделать в ткани дыру и просунуть в нее твой хвост. — Твой дядя будет просто в восторге, — с сарказмом протянул магистр. — Меня с позором изгонят из Облачных глубин. И хорошо еще, если не назовут темной тварью «хули-цзин». — Хули-цзин — лиса и демоническое создание, — возразил Ванцзи, скрывая тень улыбки. — А Вэй Ин — благородный волк. Дяде не в чем тебя обвинить. — Ай, — махнул рукой магистр. — Просто на стену добавят еще одно правило, где будет сказано, что: «В Облачных глубинах запрещен Вэй Усянь в волчьем обличьи»… — последние слова Усянь произнес, подражая голосу Лань Цижэня. — Вэй Ин, — все-таки улыбку сдержать не удалось. — Всё будет хорошо. Я рядом. Прогонят тебя — уйду и я. — Лань Чжань, — Усянь растрогался и его глаза влажно блеснули.       Некоторое время он тихо сопел, вытирая соленые дорожки своей нижней рубашкой, которую продолжал держать в руках. — Вэй Ин, — окликнул его голос Ванцзи. — Можешь спокойно одеваться: уши и хвост исчезли. Ты снова выглядишь самим собой. — В смысле так же, как было до этого случая? — не поверил магистр и стал вертеть головой в попытке разглядеть свой хвост за спиной. — И правда, — обрадовался он. — И уши исчезли, — он запустил пальцы в волосы и понял, что на макушке нет лишних частей тела, а волосы вновь темные и вьются.       Быстро одевшись, Усянь нетерпеливо потянул Ванцзи за собой, явно собираясь покинуть уединенное место, где им пришлось жить некоторое время.       Второй нефрит шел за мужем, но снаружи остановился, повернулся лицом к домику и тихо произнес: — Я буду скучать по дням, проведенным тут. И по твоим ушкам и хвосту… — Лань Чжань, — подмигнул Усянь мужу. — Тебе так сильно понравился мой хвост? — Мгм, — в золотых глазах светилась надежда. — Может, теперь ты иногда будешь становиться таким?       И без уточнения было ясно, что Лань Ванцзи имел в виду. — Вполне возможно, — беззаботно пожал плечами Усянь. — Мы же до сих пор точно не знаем, что со мной и к чему все эти превращения приведут в будущем. — Мгм, — кивнул второй нефрит. — Возвращаемся домой, Вэй Ин.       Теперь уже супруги не задерживались по дороге.       Они довольно быстро дошли до знакомых зданий и решили заглянуть в библиотеку, в надежде застать там главу Лань.       На удивление — внутри был не только Сичэнь, но и учитель Лань, а также младший Не. Все трое вели тихую беседу, которую прервал звонкий голос Усяня: — А вот и мы! — Ванцзи, Усянь, — тепло улыбнулся Сичэнь и привстал, чтобы поприветствовать супругов. — Вижу, у вас всё получилось. — Вэй Ин вернул облик человека, — кивнул второй нефрит. — Но перед этим он еще раз менял свою внешность. — Вэй-сюн, — загорелись глаза Хуайсана. — О чем говорит твой муж? — Не-сюн, — начал пятиться магистр. — Алчный блеск в твоих глазах меня пугает до дрожи в коленках. Я чувствую себя кроликом, которого планируют пустить на опыты… — Если бы я раньше знал, — довольно громко буркнул Цижэнь, — что ужасного Старейшину Илин можно напугать с помощью младшего господина Не — я бы уже давно пригласил его погостить в Облачных глубинах…       Тишина, наступившая после этих слов, буквально оглушила, а потом Вэй Усянь взорвался громким хохотом, складываясь пополам и не в силах разогнуться. — Лань Чжань, — пытался выговорить сквозь смех темный заклинатель. — Твой… твой дядя… аха-аха, ой не могу, — от испытываемых эмоций и облегчения, Усянь расслабился и не заметил, как преобразился. — У твоего дяди отличное чувство юмора. Аха-ха. — Вэй-сюн…       Восхищение в голосе Хуайсана, а также явное облегчение, которое читалось в лице Ванцзи, остановило смех Усяня и тот вопросительно глянул на мужа. — Твои ушки — Ванцзи объяснил мужу, почему у Хуайсана такая реакция. — Они снова появились. И твои волосы тоже поменяли цвет. — Ой, — Усянь поднял руки к голове и нащупал волчьи уши. — А хвост? — одну руку парень завел за спину и понял, что ханьфу сильно оттопырено хвостом, который теперь был неудобно прижат слоями одежды. — Какая необычная внешность, — задумчиво произнес Сичэнь, в упор глядя на Усяня. — Сюнчжан, — в голосе Ванцзи явственно скользило сильнейшее недовольство. — Лань Чжань, — усмехнулся полуволк. — Ты снова глотаешь уксус? Ну нельзя же так реагировать. Твой брат всего лишь смотрит. — Запрещено смотреть на Вэй Ина, — непреклонно отрезал второй нефрит и, схватив мужа за руку, потянул его, спрятав за своей спиной. — Оказывается, ничего не поменялось, — раздался сухой голос учителя Лань, который все это время молча разглядывал поочередно всех действующих лиц. — Пожалуй, я не хочу знать, к чему еще может привести проявившееся у Ванцзи чувство собственничества.       Братья Лань смущенно переглянулись, Хуайсан прикрыл улыбку рукавом халата, а Усянь громко хмыкнул.       Цижэнь ушел и атмосфера сразу стала спокойнее. — Уф, — тихо выдохнул Вэй Ин и изобразил, что вытирает несуществующий пот со лба. — Вэй Ин? — Ванцзи забеспокоился. — Тебе нехорошо? — Все в порядке, — улыбнулся Усянь. — Просто не по себе было в тот момент, когда твой дядя увидел меня в таком виде, — он махнул рукой вверх, намекая на проявившиеся уши. — Его реакция была на удивление спокойная, — мягко улыбаясь заметил глава Лань. — Я даже не ожидал. — Мгм, — согласно кивнул второй нефрит. — Итак, — потер руки Хуайсан, — значит, Вэй-сюн может выглядеть как человек, как волк и как некая комбинация, имеющая признаки обоих существ? — Пока что мы с Лань Чжанем знаем только три моих облика, — закивал Усянь. — Надеюсь, что на этом сюрпризы с моими преображениями закончатся. — Интересно, — задумался младший Не, — можно ли теперь сказать, что пророчество сбывается? — О каком пророчестве речь? — удивился Сичэнь.       Не Хуайсан предложил всем присесть и быстро ввел главу Лань в курс дела. Он показал ему древний свиток, листы со своим переводом. Дал почитать таблицу, по которой Ванцзи расшифровывал послание духа.       И само послание, конечно. — И вот, — подвел итоги Хуайсан, — как мы все видим, — он ткнул пальцем в изображение людей на древнем свитке, — у них нет ушей и хвостов после преображения. А у Вэй-сюна — есть. — Поэтому вы сделали вывод, — понял Сичэнь, — что Усянь и есть тот самый предводитель? — Это напрашивается, — Хуайсан развел руками. — Другой версии пока нет. Но он действительно отличается от изображенных художником. — Я думаю, — начал Усянь, — что мне с Лань Чжанем стоит вернуться в тот городок. Скорее всего, ответы мы найдем только там. — Мгм, — Ванцзи тоже пришел к такому выводу. — Что же, — Сичэнь посмотрел на брата, — когда бы вы хотели отправиться туда? — Может дня через три, Лань Чжань? — спросил супруга Усянь. — За это время придумаем, что можно сделать с моей одеждой, — сейчас магистр уже принял свой обычный вид и хвост сзади не мешался. — А то если я неконтролируемо буду постоянно прыгать между обликами… — Вэй-сюн, — хмыкнул Хуайсан, — думаю, ты сейчас правильно сказал: наверняка дело именно в контроле. Ты смеялся и расслабился, перестал думать о реакциях своего тела. Наверное поэтому появились уши и хвост. — Предлагаешь заняться медитацией? — уныло спросил Усянь. — Надолго меня не хватит, я точно знаю. — Мгм, — Ванцзи тоже понимал, что его муж слишком неусидчив для такого. — Талисманы? Иллюзия? — высказал он предложение. — Да, — обрадовался Усянь. — Вот это может сработать. Лань Чжань, ты гений! — он быстро чмокнул мужа в щеку. — Хочу ли я узнать, — бормотал себе под нос Сичэнь, — как именно будет работать иллюзия? — О, — оживился магистр, отлично разобравший, что шепчет старший брат его мужа. — Я думаю сделать так: нижние штаны придется убрать из комплекта моей одежды. — Вэй Ин, — предостерегающе произнес Ванцзи. — Да, ладно тебе, Лань Чжань, — отмахнулся темный заклинатель. — Я же не описываю, как я буду выглядеть без нижних штанов.       Послышался треск и все посмотрели на руки второго нефрита, которыми он сжал край стола с такой силой, что дерево пошло трещиной.       Глаза Ванцзи яростно сверкали. — Ой-ё-ёй, — пропел Усянь, вскакивая на ноги. — Кажется, я очень сильно разозлил Лань Чжаня. — Беги, Вэй-сюн, — меланхолично посоветовал Хуайсан и постарался не делать лишних движений, чтобы внимание разъяренного второго господина Лань не переключилось на него. — Дельный совет, — Сичэнь тоже замер на своем месте.       И Усянь помчался, не обращая внимания на правила, действующие в Облачных глубинах и гласящие о том, что «бегать запрещено», а также, — тут магистр уже плохо помнил формулировку, — но что-то о «сохранении достоинства в любых обстоятельствах». «Это они, — хохотал темный заклинатель, бегом направляясь в цзинши, — еще не сталкивались с таким «обстоятельством», как взбешенный Лань Чжань, перебравший уксуса».       Как только Лань Ванцзи, неторопливо и сохраняя достоинство, как и положено образцовому представителю клана Лань, покинул библиотеку, направляясь за своим супругом, двое оставшихся перевели дух. — Вэй-сюн вряд ли рассчитывал на такую реакцию, — хихикнул Хуайсан, представляя, как именно второй нефрит накажет своего супруга за бесстыдство. — Не уверен, — Сичэнь полагал, что как раз таки муж его младшего брата именно на такую реакцию и рассчитывал. — Так или иначе, — Хуайсан уже открыто засмеялся, — ближайшее время нам точно не стоит приближаться к цзинши. — Мгм, — совершенно серьезно кивнул глава Лань, используя любимое слово брата. — Начну-ка я составлять список, что следует приготовить к их путешествию. — Точно потребуется большой запас бумаги для талисманов, — Хуайсан решил помочь со списком вещей. — И запасные комплекты одежды, — закивал Сичэнь. — Вэй Усяню нижние штаны можно не класть.       Заклинатели переглянулись и прыснули от смеха.

      Спустя оговоренные три дня Лань Ванцзи и его супруг — Вэй Усянь, прощались с главой Лань и Не Хуайсаном. — Держите связь, — напутствовал Сичэнь. — Если нужна будет помощь — сразу сообщайте. — Понадоблюсь — зовите, — усмехнулся Хуайсан и вручил Усяню мешочек, в котором лежали копии его трудов по переводу древнего свитка. И копия самого оригинала. Рисунки, любовно скопированные младшим Не, поражали своей точностью и детализацией. — Спасибо, дружище, — Усянь принял мешочек и надежно спрятал его. — Ты проделал отличную работу! Я впечатлен и в восторге. — Мгм, — слегка поклонился Ванцзи и призвал Бичэнь. — Вэй Ин, — он помог мужу встать на лезвие меча и крепко обхватил его за талию. — До встречи! — весело кричал Усянь, когда они с супругом взлетели. — Не скучайте тут без нас!       Лань Сичэнь и Не Хуайсан провожали их взглядами до тех пор, пока супруги не превратились в еле видимую точку в небе.

***

Где-то на территории старого кладбища

«Мы чувствуем его, — тихий шепот был слышен в ночи. — Наш предводитель приближается. Склонитесь же перед ним. Сбудется предсказанное и стая вновь будет петь под ярким светом полной луны»       Землю на нескольких могилах будто взорвало изнутри.       Нечто рвалось наружу, прорывая себе путь мощными когтями.       Вскоре до затаившихся жителей городка ветер донес торжествующий волчий вой.