Young Lovers

— Ну чего ты там копаешься? — Крикнула Лена, усаживаясь на край крыши девятиэтажного дома и свешивая ноги. — Давай быстрее, время ограничено на этот раз! — Иду, подожди ты! — Буркнула Юля, подтягиваясь на руках. Оказавшись на крыше, она подбежала к рыжей и точно также села рядом с ней, свешивая ноги. Прижавшись к Лене, она устремила свой взгляд на район, который было видно как на ладони. — Красиво, да? — Спросила она после довольно долгой паузы. — Мы ходим сюда почти каждый день, а ты только сейчас заметила вид на город? — Усмехнулась рыжеволосая, сильнее прижимая брюнетку к себе. — Можешь поверить, что сегодня последний день?.. — Нет, — решительно ответила Юля. — Как будто только вчера из больницы выписали… — Она подняла руку и покрутила перед собой браслетом, который подарила ей Лена на выписку. Воцарилось молчание, давившее на обеих девочек с такой силой, что через несколько минут Юля не выдержала. — А помнишь, как мы с тобой под автобус чуть не попали? — Чуть улыбнувшись, спросила она. — Это твоё самое приятное воспоминание? — Снова улыбнулась рыжеволосая, переводя взгляд на собеседницу. — Тебе, небось, хочется ещё на две недели в больничку слечь… школу пропустишь… — Да ну! — Юля пихнула рыжую в плечо. — Не хочу туда, там уколы больные делают! — Снова прижавшись к Лене, она ещё минуту просто смотрела на оживлённую улицу внизу. — Вот если бы можно было остаться навсегда на этой крыше… с тобой… — Спорим, долго не протянешь? — Лена игриво пощекотала брюнетку по щеке. — Вечером похолодает, и ты сразу домой попросишься. — Тогда я хочу, чтобы лето длилось вечно! — Упрямо нахмурилась темноволосая, переводя взгляд на свои колени. Рассмеявшись, Лена принялась гладить её по ногам. — Я тоже этого хочу… — уже не так весело, еле слышно проговорила рыжая. — Этим летом столько всего произошло! У меня никогда не было каникул насыщеннее… — Юля закрыла глаза, полностью согласная с её словами. — Ещё в мае я даже подумать не могла о том, что я, оказывается, люблю девочек… — Лена оставила на щеке Юли лёгкий поцелуй, подтверждающий её слова. — Знаешь, ты — самое лучшее, что случалось со мной за это лето! — Совершенно серьёзно сказала рыжеволосая, глядя брюнетке в глаза. — Ты тоже! — Юля всё же не смогла сдержать улыбки: эта фраза звучала глупо. — Помнишь, как мы на озеро ездили купаться?.. — Конечно, помню. Как же такое забудешь? — Улыбнулась Лена, запуская руку в тёмные волосы девушки. На озере, которое находилось в небольшом посёлке близко от Москвы, случился их первый поцелуй. В тот день, двадцать четвёртого июня, в городе установилась ужасная жара, такая, что на улице находиться было просто невозможно, а сидеть дома было ещё тяжелее. Юлин гипс уже сняли, поэтому девочки решительно побросали в сумки купальники, коврики и крема от загара, после чего сели на пригородную электричку и отправились на озеро. Там они пробыли весь остаток дня, загорая на пляже, брызгаясь друг в друга водой и смеясь до боли в животе. К вечеру все отдыхающие пляжа уехали, оставив за собой лишь немного мусора, который тёплый летний ветерок нёс по песку, но Юля и Лена не сдвинулись со своего места даже тогда, когда ощутили, что в мокрых купальниках сидеть стало холодновато. Они сидели на одном коврике и обе старательно делали вид, что любуются природой пляжа, но на самом деле как только одна поворачивала голову в сторону озера, вторая тут же принималась её разглядывать. Девочки были знакомы уже месяц, и за всё это время провели друг с другом немало счастливых часов, минут и мгновений, видясь и гуляя до самого вечера каждый день, но ни одна из них не могла перестать любоваться другой. Юле по-прежнему казалось, что рыжая является самым настоящим ангелом с неба, хоть та и рассказала ей про все свои проделки в школе, а Лена не могла понять, в чём секрет Юлиной природной красоты. Девочки не взяли с собой часы, поэтому сидели на песке до того времени, как небо окончательно почернело, а на них самих стали садиться комары. Обе поняли, что пора ехать домой, но никак не хотели заканчивать этот счастливый день, поэтому сошлись на решении последний раз искупаться перед уходом. Зайдя в воду, Лена тут же инстинктивно прижалась к подруге — был уже очень поздний вечер, и вода не была такой же тёплой, как днём. Им потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к температуре воды, и они всё же отлипли друг от друга. И именно в этот самый момент обе девочки ощутили невыносимый холод. Вода, к которой их тела успели приспособиться, стала казаться настолько холодной, будто они залезли в прорубь зимой; воздух, окружающий их, принял минусовую температуру, а морозный зимний ветер дул прямо на их голые руки, оставляя осязаемые мурашки на коже. Немного пошевелив рукой, Юля осознала, что на самом деле было далеко не так холодно: совсем недавно они сидели на берегу, даже не думая накинуть что-нибудь сверху купальников. Лена стояла в недоумении, не понимая, как это за несколько минут успело настолько похолодать. Ответ на все вопросы пришёл обеим в голову одновременно: они ощущали этот холод друг без друга. Девочкам в голову ударила неловкость, которая не позволяла им тут же прижаться друг к другу снова безо всякого на это повода, сдвигая с места магнит между ними, чтобы отбросить его глубоко в воду раз и навсегда. В это время и Лена, и Юля боролись с моральными принципами, которые мешали им просто наслаждаться друг другом всё это время. Несмотря на всю свою натуру, Катина не могла даже подумать, что когда-нибудь на полном серьёзе испытает такие чувства, на Волкову же и вовсе давило влияние общества, навязывая ей слова взрослых о том, что эти чувства не имеют права быть реальными. Никто из девочек не имел понятия о том, сколько они так простояли, безмолвно глядя друг на друга, но в один миг они вдруг отбросили все сомнения на второй план и одновременно шагнули навстречу друг другу, сливаясь в нежном поцелуе. Несмотря на то, что обе девочки чувствовали тепло, исходящее прямо из их сердец, воздух снаружи начинал становиться холодным, где-то в траве слышалось трещание кузнечиков и других насекомых, а в воду где-то неподалёку что-то упало, образовывая круги на воде и её колебание вокруг двух пар ног, но Лена и Юля не обращали внимания ни на что и первый раз по-настоящему наслаждались друг другом. Им было всё равно, что кто-то может придти сюда прямо сейчас и увидеть двух девочек, целующихся в воде; плевать, что их съедят комары, и они даже думать не хотели, что устроят им родители, когда они вернутся домой в ночь. Завершив долгий поцелуй, девочки прижались друг к другу, согревая себя, и простояли в объятиях ещё несколько — может и десятков — минут. Сейчас Лена смотрела на возлюбленную, и понимала, что нисколько не жалеет ни о чём, что произошло этим летом, особенно, о связанном с Юлей.  — Это точно, — брюнетка подняла ноги и прижала их к себе, обхватив руками и положив голову девушке на плечо. — Жду не дождусь, пока Алинка со Светкой приедут, чтобы им всё рассказать… небось ещё и не поверят…  — Хочешь, пойду с тобой их встречать и поцелую тебя на глазах у всех? — Предложила Лена, делая серьёзное выражение лица. — Да ладно! — Улыбнувшись, отмахнулась Юля. — Не поверят — их проблемы… — А помнишь, как тебя с больницы выписывали? — Спросила рыжая, выдержав ещё одну небольшую паузу.  — С тобой что-то забудешь! — Рассмеялась Волкова, поправляя рыжие кудряшки, упавшие на лицо любимой. — Ты тогда припёрлась ко мне с букетом цветов и этим браслетом, сидела у моей кровати и рассказывала, что как только я выйду из больницы, мы убежим так далеко, что нас потом никто не найдёт, и придётся возвращаться домой на вертолёте… — Юля снова рассмеялась, полностью отдаваясь воспоминаниям. — Я до сих пор вспоминаю твой удивлённый взгляд, когда ты узнала, что мне ещё долго с гипсом надо будет ходить… — брюнетка обвела пальцем какую-то неизвестную линию у Лены на лице, близко к глазам, будто вспоминая, под каким углом они широко открылись в тот момент. Тогда рыжеволосая растерялась на минуту, но после она продолжила свой рассказ, перечисляя то, что они будут делать, пока Юля будет безвылазно валяться дома. «Буду приходить к тебе каждый день!» - улыбалась она во весь рот, пока темноволосая разглядывала подаренный ей браслет. «Будем весь день валяться и что-нибудь смотреть!» - после этого Лена начала перечислять свои любимые фильмы, которые впоследствии они пересмотрели по несколько раз, лёжа на большой кровати у Юли дома. Рыжая звонила в дверь каждый день, как только родители брюнетки уходили на работу, а уходила всегда только тогда, когда времени до их прихода оставалось впритык. Учитывая репутацию Лены в школе, которая плавно перетекала в репутацию во дворе, Волкова не хотела, чтобы мама и папа знали, что она дружит с «такой» девочкой. Она совсем не думала, что подруга была плохой — жестокой, беспощадной, эгоистичной, и как там ещё её называли, когда ругали за очередную проделку, — она, наоборот, видела в Лене множество хороших качеств, которые та охотно ей показывала, проводя время вместе с брюнеткой, всё больше начинавшей убеждаться в их наличии. — Ну, если бы тебе сразу его сняли, у нас бы не было времени смотреть фильмы, — улыбнулась рыжеволосая, вспоминая, как ровно до того дня думала, что гипс у Юли снимут уже через две недели прибывания в больнице, после чего отправят её домой со здоровой ногой. — Я тогда всё свободное время готовилась к твоей выписке, вспоминала все места в Москве, которые хотела тебе показать… — Лена согнула одну ногу, поставив кроссовок на твёрдую поверхность, в то время как вторая продолжала болтаться в воздухе. — Помнишь, как я тебе заклинания всякие шептала, чтобы у тебя нога поскорее выздоровела? — Обе девочки улыбнулись, вспоминая попытки рыжей использовать магию вне Хогвартса. — А помнишь, как я тебе гипсовый обряд на улице устраивала, а нас какая-то девочка испугалась? — Лена повернулась к брюнетке, когда её глаза зажглись. Этот эпизод они быстро забыли, но сейчас обе убедились, что он этого не заслуживал. Когда рыжая вспомнила одно красивое место, куда хотела сводить подругу, она начала умолять её выздоравливать быстрее, прибегая и к магии, и к прочим методам. В один день она просто вытащила Юлю на улицу и принялась проводить с ней древний обряд, который, по словам её друзей в детстве, навсегда избавлял конечности от переломов. Всё это происходило на детской площадке во дворе дома темноволосой, и процесс увидела маленькая девочка на вид лет пяти с двумя короткими хвостиками. Пронаблюдав за обрядом несколько секунд, она громко расплакалась и начала звать маму. Женщина тогда принялась отчитывать девочек за то, что они пугают детей, и приказала немедленно убираться с площадки, но девочки просто убежали, если это можно было считать бегом, учитывая костыли Юли.  — Я, если честно, её понимаю, — ответила темноволосая, не переставая улыбаться. — Представь, тебе пять лет, а на детской площадке девочка с костылями стоит, и другая вокруг неё какие-то устрашающие круги наворачивает… — Лена не выдержала и рассмеялась во весь голос. — Нет, серьёзно, я бы тоже испугалась! Нужно было отойти куда-то, откуда нас бы не прогнали.  — Эх, Юлька! — Рыжеволосая потрепала девушку за плечи, глядя в небо, которое сегодня было на редкость безоблачным - лишь несколько маленьких и совсем редких облачков медленно плыли над городом, настолько, что казалось что они и вовсе застыли на месте. — Жаль, что лето закончилось… если бы у нас впереди было ещё три месяца, я бы ещё столько успела тебе показать и рассказать, и мы бы ещё столько успели сделать!.. — У нас нет трёх месяцев, — напомнила ей Юля. — Я даже немного рада осени, потому что девчонки приезжают…  — Я радуюсь ей только потому, что снова мечтаю кинуть снегом в этого Вовку из седьмого «А»! — Улыбнулась Лена, кинув взгляд в сторону девушки. — Точнее, уже из восьмого. Так быстро время летит, я всё время хочу сказать, что он в пятом классе… — Я иногда забываю, сколько мне лет! — Брюнетка улыбнулась во весь рот, показывая Лене все свои зубы. Та рассмеялась, убрав её волосы за ухо. — Мы же ещё сходим на тот пустырь? — Обязательно, — серьёзно кивнула рыжая, сосредоточив взгляд на мужчине в пиджаке, идущем внизу. — Прямо сразу после уроков ко мне приходи, и пойдём. Отметим начало года… — обе девочки скорчили недовольные выражения на лицах: «отметим» и «начало года» никак не сочетались в одном предложении. — Нужно уже составлять список планов на следующее лето? — Зачем нам планы? — Юля немного отодвинулась от края крыши, маня девушку за собой, после чего они обе поднялись на ноги. — Этим летом мы никакими планами не руководствовались… мы просто делали то, что хотели… — Лена не могла не улыбнуться. В отличие от неё самой, для брюнетки такой образ жизни был в новинку, и она была уверена в том, что он девушке понравился.  — Это называется «свобода», Юль… — рыжая обняла девушку, прижимаясь своей щекой к её. — Так жаль, что у тебя её раньше не было… — Если бы ты появилась раньше и сказала мне, что «свобода» существует, она бы определённо была! — Темноволосая снова улыбнулась, заглядывая девушке в глаза. Всю жизнь она слушалась родителей, возвращалась домой в шесть часов и делала все уроки. Лишь недавно она начала осознавать, что ей, в принципе, ничего и не запрещают. Лариса — Юлина мама — поначалу удивлялась, что дочь так поздно приходит домой, но потом просто решила радоваться за неё, что у той наконец появились друзья кроме Светы и Алины, с которыми она не могла гулять летом, так как девочки уезжали в лагерь. За эти три месяца Юля много раз перешла границы, но Лариса не сердилась долго: она понимала, что дочь находилась в пубертатном периоде и скучные нравоучения ей мало чем помогут. Она сама в подростковом возрасте была такой же, и поэтому просто решила дать младшей Волковой вещь, которая называется «свобода». И для самой Юли этот подарок был самым лучшим за всю её жизнь - даже лучше огромного плюшевого медведя, который Дед Мороз подарил ей на Новый год, когда той было семь лет. — Я просто не знала о её существовании… если бы не ты, я бы утонула в повседневности… — брюнетка на несколько секунд прильнула к губам девушки, оставляя на них лёгкий поцелуй. У её губ был свой, особый вкус, похожий на какое-то растение или очень вкусное лекарство. Два месяца Юля пыталась выяснить, на что именно он похож, но так и не нашла ничего подходящего. Вне зависимости от схожести с растениями или медикаментами, этот вкус манил её, привлекал к себе каждые полчаса, не давал оторваться. И Лене, похоже, это тоже нравилось. — Спасибо, солнце… — Катина улыбнулась возлюбленной, приняв благодарность. — Кстати, — рыжая встрепенулась, когда ей в голову пришёл самый обычный вопрос и она поняла, что никогда раньше его не задавала. — Что ты подумала обо мне тогда… в самый первый раз… когда на меня посмотрела? — Лена пригладила чёрные волосы, разглядывая лицо любимой. — Ну… — Юля нервно сжала губы несколько раз подряд: она надеялась, что девушка об этом никогда её не спросит, потому что боялась, что та не разделит её сравнение с ангелом. — У меня сильно нога болела, ты же знаешь… я мало что соображала… — Ты не была без сознания, — возразила ей рыжая. — Что пришло тебе в голову, когда ты посмотрела на меня в самый первый раз? — Я подумала, что машина меня убила… — честно призналась Юля, опуская взгляд на кончики рыжих кудряшек и медленно накручивая одну из них на палец. — И я в раю… — Лена внимательно слушала её, не выпуская из объятий. — И ко мне подлетел рыжий ангел, чтобы сопроводить меня в мир, из которого нет дороги назад… — рыжеволосая слегка приулыбнулась, но всё же не смеялась, поэтому брюнетка продолжила свой рассказ. — Когда мне делали операцию, я была под наркозом, и мне показалось, что ты богиня, которая спустилась с небес специально, чтобы спасти меня от машины… я пару дней думала, что ты просто мне привиделась, потому что я никогда раньше не видела настолько красивых людей… — Юля провела пальцем по губам любимой, изучая каждый их миллиметр. Они были всё такие же ярко-розовые, как и в первый день их встречи. — Когда я всё же убедилась в твоём существовании, я дала тебе имя — Араминта. — Араминта? — Слегка нахмурившись, переспросила Лена. В её глазах не читалось ни единой ноты издёвки, поэтому брюнетка расслабилась, полностью отдаваясь рыжим объятиям. — Это с греческого означает «спасительница»… — прошептала Юля ей на ухо, запуская руки в копну непослушных рыжих волос. Лена положила голову ей на плечо, и этот жест сразу пробудил в брюнетке ощущение невероятного удовлетворения. — Я строила в голове самые разные картинки, придумывала, чем ты увлекаешься, с кем дружишь, как одеваешься… думала о причинах, почему ты решила меня спасти, ведь ты рисковала и своей жизнью… моё солнышко… — Юля взяла руку любимой в свою и крепко сжала её. — Я даже не думала, что ты ко мне придёшь… до того момента я была уверена только на девяносто процентов в том, что ты есть… — она замолчала, и на протяжении минуты никто ничего не говорил. Обе девочки смотрели вдаль на дома другого района, любуясь красотой бесконечно голубого неба. Юля гладила любимую по волосам, а Лена продолжала держать её в объятиях. — Если бы мне раньше сказали, что меня сравнили с ангелом, я бы не поверила, — наконец подала голос рыжеволосая. — Ты первая, кто это сделал, и… как ни странно, я не хочу тебя за это убить, — девочки синхронно усмехнулись. — Но ты знай, что я считаю, что у тебя крайне странные ассоциации…  — Ты выглядишь, как посланница Бога, — серьёзно прошептала темноволосая, сжимая бледную руку любимой.  — Меня раньше сравнивали с посланницей сатаны, — выдержав ровно две секунды, девочки расхохотались так, что слышно их было в радиусе пяти километров. Они смеялись долго, обнимаясь, пока им на глаза не навернулись слёзы от осознания того, что их волшебное лето сегодня подходит к концу. — Иди сюда, — позвала Лена и прижала Юлю к себе так крепко, словно опасаясь, что сейчас кто-нибудь прибежит и заберёт её. — Я буду любить тебя независимо от времени года, слышишь? — Брюнетка подняла голову с её плеча и уверенно кивнула. От Лениного внимания не укрылось, что она всё-таки не сдержала слёзы. — Мы будем видеться с тобой каждый день после школы, а на выходных гулять до самой ночи, нас даже полиция искать начнёт, — рыжая прижалась своим лбом к Юлиному, и они вместе засмеялись. Стоять в таком положении им понравилось, поэтому полминуты они просто смотрели друг на друга, вытирая слёзы и улыбаясь сквозь них. — Нам не пора? — Спросила Юля, не отрывая взгляда от любимых голубых глаз, всё ещё прижимаясь к рыжей голове лбом. — У нас есть ещё хотя бы немного времени? — Поезд, на котором приезжали её лучшие подруги, приезжал тридцать первого августа в четырнадцать часов,  поэтому Лена и Юля пришли на свою любимую крышу девятиэтажки, где они торчали днями напролёт все три месяца, заранее, чтобы успеть попрощаться с летом. Родители девочек, будучи на работе, не могли встретить их на вокзале, и брюнетка не хотела, чтобы они ехали домой одни, тем более ей скорее хотелось расспросить подруг о их лагерных приключениях. — У нас есть ещё целая вечность… — шепнула Лена, обнимая любимую девушку и прижимаясь к её губам.