Зеркало правды

Рождество пришло в Ривердейл, но кажется в городе была совсем не праздничная атмосфера. —Кевин установил лимит в 20 долларов,- сказала Бетти, подходя ближе к столу —ему стоит расслабиться, к тому же тут подарок не только для тайного санты, —указывая на вещи,—я купила маме шарфик, папе обложку на паспорт, ну раз он стал снова путешествовать,—показывая кожаное изделие,—а еще подарки для моих лучших подруг,—намекая на сестер Купер говорила Вероника,—и безделушка для Арчи,—вздохнула Лодж —вы сошлись? —я купила подарок до разрыва и к тому же, мы до сих пор друзья,—снова натянула улыбку брюнетка,—Из, что насчет тебя и Реджи? —мы окончательно расстались,—пожала плечами голубоглазая,—и нет, мы не сойдемся и подарок я ему не покупала,—тут же продолжила она,—но —но? —в ту ночь, когда было твое посвящение,—указывая на сестру,—я поцеловала Свит Пи,—зарываясь руками в свои волосы, в то время как девушки застыли от удивления, —ты что? но как?—первая вышла из ступора Элизабет,—он же змей —ты сама встречаешься с их принцем,—возмутилась Изабелла,—я не знаю как это вышло, просто он помог и был рядом,—словно искала поддержку в девочках, —ты уверена в том, что правильно поступаешь?—садясь рядом спросила Лодж,—он симпатичный, но Бетти права он змей, он не такой как Джагхед, —я знаю, Ви,—перебила ее блондинка,—вы так говорите, словно я призналась ему в любви, это был просто поцелуй, и к тому же нам уже пора в школу,—вставая со своего места, стараясь избежать этого ужасного разговора. —Иза, ты последняя,—протянул ей упаковку Келлер, и открывая она обнаружила там кулон,—вау,—вдруг сказал сын шерифа, а девушка продолжила рассматривать, и только сейчас заметила там надпись, «навсегда», и сомнения от кого это отпали —Реджи, спасибо,—подняла она свои глаза, и желание покинуть это место стало еще больше, и именно так она и поступила, попутно набирая номер, и договорившись о встречи —Из,—вдруг появился Мантла,—я покупал это до нашего разрыва, наверное не стоило дарить его,—всматриваясь в ее лицо,—извини —все в порядке, он очень красивый и мне нравится,—врать Купер умела, поэтому сомнений не слова не вызывали,—ты прости, но мне нужно бежать, —обходя своего бывшего и отправляясь на южную часть города. Она шла медленно, как будто боялась дойти. Асфальт под ногами казался зыбким, и каждое дыхание будто эхом отзывалось внутри неё. она сама позвала Свит Пи, чтобы продолжить дело, Но после того поцелуя — на детской площадке, где всё казалось невинным, пока в них не бросили камень с новой угрозой — всё изменилось. Изабелла держала себя прямо, подбородок чуть приподнят, но внутри — всё дрожало. Почему я иду? Потому что он рядом. Потому что только рядом с ним я чувствую, что не ломаюсь. Но разве я имею право? Когда за мной тянется вся эта тьма? Она вспоминала, как его рука дрожала на её щеке. Как его губы коснулись её с удивительной осторожностью, будто он боялся сломать что-то хрупкое. И всё это — на фоне крови, серых теней, страха. Что, если я впускаю его слишком близко? Что, если он пострадает из-за меня? Но шаги не останавливались. Сердце било в груди тяжело, не от тревоги, а от ожидания. Она уже видела его силуэт — у старой автобусной остановки. Куртка. Руки в карманах. Он смотрел в сторону, не заметив её сразу. И вдруг всё вокруг стало тише. Угрозы исчезли, как будто их кто-то на минуту выключил. Остался только он. И её сердце, неуверенное, уязвимое, живое. Она сделала последний шаг, глубоко вдохнула и… позволила себе улыбнуться. Тишина стояла между ними — не холодная, но настороженная, как шаг по тонкому льду. Свит Пи стоял, засунув руки в карманы, будто хотел спрятать не руки — а сердце. Изабелла подошла чуть ближе, не встречаясь взглядом. — Спасибо, что пришёл, — тихо сказала она. — Мы же партнёры. Не пропущу шанс снова копаться в пыли и подозрительных запахах,— Он попытался улыбнуться, но она увидела, как эта улыбка не дотянулась до глаз. — Про… то, что было на площадке… — начала она, а потом замялась. Он напрягся. Но остался стоять. — Это… было глупо, — закончила она, чуть торопясь. — Мы оба были на взводе. Это ничего не значит. Он кивнул слишком быстро. — Конечно. Просто… эмоции. — Просто момент, — повторила она. — Просто адреналин, — добавил он. И оба замолчали. На долю секунды. Но ни один не посмотрел в глаза другому. — Всё нормально, Блонди, — сказал он чуть позже, мягко. — Мы оба понимаем. У нас есть дело. Всё остальное… неважно. — Неважно, — повторила она. — Ты прав. Но в груди у неё что-то стянулось. Словно она только что поставила стену — и сама осталась по ту сторону. Он кивнул в сторону дороги. — Пошли. У нас есть ключ. Трейлер не откроется сам. Она кивнула и пошла рядом. И ни один не сказал того, что хотелось. Что пальцы всё ещё помнят прикосновение. Что в груди — гул, которого не было раньше. Что ничего не значит — это худшая ложь, какую они когда-либо произносили. Трейлер №112 выглядел так, будто его давно никто не касался — но Изабелла чувствовала иначе. Он ждал их. — Ты точно хочешь это сделать? — спросил Свит Пи, останавливаясь у двери. — Если не я, то кто? — Изабелла достала ключ. Серебристый, с царапиной на краю, он дрожал в её руке. Щелчок. Замок поддался почти легко. Слишком легко. Внутри пахло старой бумагой, пылью и… железом. Запах крови, даже если её не видно, узнаётся сразу. Свит Пи первым вошёл внутрь. Изабелла за ним. Трейлер был маленький, тесный, заставленный старыми ящиками, фанерной мебелью и битыми стеклами. Один из углов был превращён в нечто вроде «святилища» — на стенах висели страницы из книг, вырезки из журналов, фотографии. На всех — девушки с длинными светлыми волосами. Сказочные иллюстрации, школьные портреты, газетные фото с новостями о пропавших. В центре доски — слово, написанное углём: “ЗЛАТОВЛАСКА” — Чёрт… — выдохнул Свит Пи. — Это похоже на… логово. — Или на сценарий, — поправила его Изабелла. — Он не просто собирает образы. Он пишет историю. И я — в ней. Среди груды бумаг она заметила тетрадь с выдранной обложкой. На первой странице — каракули, будто написанные ребёнком: «Она вошла в дом медведей. Один был слишком горячий. Другой — слишком холодный. Но третий… …третий был точно такой, как она.» Изабелла сжала пальцы. — Это… будущее? — тихо произнесла она. — Он уже написал, что будет дальше? — нахмурился Свит Пи. — Как сценарий? — Как предсказание. Или угроза. На столе рядом лежал старый диктофон. Она нажала кнопку воспроизведения. Шипение. Щелчок. А потом голос. Монотонный, искажённый, низкий — будто читающий вслух. «Медведи просыпаются, Златовласка. Они хотят, чтобы ты вспомнила, как ты смеялась. Когда всё началось.» Свит Пи выключил запись. — Он знал, что мы сюда придём. — Его голос был напряжён. — Это ловушка. — Нет. Это… приглашение, — поправила Изабелла. — Он хочет, чтобы я играла по правилам. Среди мусора Свит Пи заметил открытую коробку с пустыми пакетами из-под кофе, сложенными как кукольные домики. Внутри одного — обгорелый кусочек фотографии. Изабелла развернула его. Это была она. С трёх лет. В парке. С отцом. Свит Пи посмотрел на неё. — Откуда у него это? Она не ответила. Внезапно лампа в трейлере мигнула. Один раз. Второй. Щелк. Дверь, которую они не открывали — маленькая кладовка в дальнем углу — сама приоткрылась. Скрип гвоздей по дереву. Они замерли. Свит Пи медленно поднял отвертку, найденную в ящике. — Или это ветер… — Или это следующий акт, — прошептала Изабелла. Кладовка медленно распахнулась с жалобным скрипом, будто сама не хотела открываться. Изабелла сделала шаг вперёд, прищурившись в полумраке. Свет фонарика выхватил полки, заваленные старыми коробками, книгами, и — аккуратной стопкой тетрадных листов. — Там что-то есть, — прошептала она. Свит Пи подошёл ближе, глядя поверх её плеча. — Осторожно, вдруг сработает ловушка… Изабелла протянула руку и вытащила верхний лист. Бумага была знакомая. Она замерла. На ней — её почерк. Но она не писала это здесь. Это была страница из её дневника, который она вела в четырнадцать. Вырванная, чуть подпаленная по краям. Она прочла строки: “Сегодня снова проснулась с ощущением, что кто-то смотрит. Иногда мне кажется, что я живу в чьём-то сне. Бетти всегда видит дневной свет. А я — сны, в которых двери открываются сами собой.” Изабелла сжала листы. Это был её дневник. Её мысли. Её прошлое. — Я… я писала это три года назад, — прошептала она. — Никто, кроме меня, этого не читал. — Значит, кто-то тогда уже знал, что ты станешь… нужной частью его игры, — пробормотал Свит Пи. — Он следил за тобой. Долго. Она вытащила ещё одну страницу. Почерк был уже другой. Ровный, механический, как будто писали от руки… но не своей. Ниже, под её словами, было приписано красным маркером: “Ты солгала себе, Златовласка. Дверь не открылась сама. Ты просто не захотела её закрыть.” Изабелла резко выпрямилась, сердце колотилось в горле. Она смотрела на листы — но чувствовала, что он где-то близко. В этот момент Свит Пи заметил под полкой небольшой коробчатый предмет — камеру, спрятанную среди книг. — Он нас снимает, — сказал он. — Или уже снял. Тут флешка. Он вынул её и бросил взгляд на Изабеллу: — Нужно уходить. Немедленно. Но она не двигалась. — Свит Пи… если у него были мои старые записи… может быть, он был дома. Внутри. Он посмотрел на неё серьёзно. — Тогда это уже не просто игра. Это одержимость. Изабелла сделала шаг назад, разглядывая комнату. — Он не просто пишет сказку. Он её переписывает — мою жизнь. Меняет главы, заменяет чувства. А теперь… он злитcя, потому что я не следую сценарию. В этот момент лампочка в трейлере вспыхнула и лопнула. Оба отпрянули. Тишина. Но на двери кладовки теперь что-то написано кровью: “Ты уже внутри. Ты читаешь мою книгу. А значит… …ты стала частью её конца.” Изабелла выдохнула. Потом посмотрела на Свит Пи и тихо сказала: — Время перевернуть страницу. Он кивнул. — И сжечь к чёртовой матери автора. —подожди,—вдруг остановилась блондинка, и заметила среди бумаг знакомую ярко-красную тетрадь,—это,—она была в полном непонимании —ты знаешь чье это? —да, это тетрадь Шерил Блоссом, и кажется я должна ехать к ней,—хватая тетрадь и все остальные записки и запихивая в рюкзак, выбежала из трейлера, тяжело дыша, —ты как? —словно, кто-то играет мной, а я марионетка, —смотря на парня напротив,—спасибо, что был со мной,—улыбнулась она Громкий стук в дверь. Шерил, как всегда, эффектная, открыла её в алом халате, будто знала, что будет играть драму. — Что за срочность, кузина? Или ты просто соскучилась по моим злым комментариям? Изабелла молча протянула тетрадь. Шерил взяла её… и нахмурилась. — Это… моя? — Она пролистала пару страниц. — Похоже, мой почерк. И мои фразы. Но… я не помню, чтобы писала это. — Может, тебя кто-то подставил. Или… использовал записи из твоих старых дневников? — Вряд ли. Я всё своё сожгла, после смерти Джейсона, — сухо сказала Шерил. — Но эта бумага… она не новая. Это точно не недавнее. Это кто-то играет в прошлое. Изабелла вздохнула. — я не думаю , что ты причастна. Но если эта тетрадь твоя, значит, кто-то очень близко. Он знает слишком многое. В этот момент с улицы донеслось приглушённое движение. Свет от фар промелькнул в окно. Изабелла повернулась, как будто что-то почувствовала. Подошла ближе к шторе… И отодвинула её. Салон освещён тусклым светом приборной панели. Арчи — за рулём. Бетти — на соседнем сидении. Он наклоняется. Она не отстраняется. Они целуются. Изабелла в оцепенении. — Что?.. Рыжая подходит ближе, видит то же. Шерил поднимает бровь: — Ну что ж. Вот это уже похоже на Ривердейл. Секреты накапливаются. Ничего не сказано вслух, но взгляды говорят громче слов. У каждой из них — своя ложь, своя боль, своё «ничего не значит». И кто-то там, во тьме, продолжает наблюдать. Записывать. Играть. Изабелла резко повернулась к Шерил, сердце стучало, как после побега. — Никому. Ни слова, — резко сказала она. — Ни одному человеку. Шерил прищурилась. — Ты просишь меня хранить чужую измену? —Да,—и шёпотом, почти себе,— пока, я сама не разберусь, в этом Шерил с деланной лёгкостью вскинула руки: — Как скажешь, кузина. Изабелла вошла в дом тихо, как тень. Но внутри всё в ней кричало. Бетти сидела на диване с книгой в руках. Сделала вид, что удивлена, но в глазах мелькнула тревога. — Эй! Ты поздно… Что-то случилось? Изабелла молча сняла куртку, подошла ближе и остановилась перед сестрой. Смотрела прямо. Без маски. Без привычной мягкости. —со Свит Пи. Нашли кое-что. А потом заехали к Шерил. Там… был хороший обзор на улицу. Бетти замерла. Лицо немного побледнело, но улыбка осталась — натянутая, неестественная. —хороший обзор, на машину в который были вы с Арчи,—только начала голубоглазая —это не , что ты подумала,—ее резко перебила сестра, —да? похоже было на поцелуй, знаешь ли,—скрестила руки на груди, Бетти выдохнула, подошла ближе. — Я не хотела, чтобы ты узнала так. Это… случилось само, я.. между нами ничего нет,—неуверенно говорила зеленоглазая —а как же Джаг? Ви? —голос Изы дрожал, —это все сложно, я запуталась,—садясь на диван и зарываясь руками в волосы —запуталась?—в голосе Изабеллы появилась сталь. — Ты всегда знаешь, чего хочешь. Ты просто думаешь, что имеешь право брать это, даже если задеваешь других. Даже если это рушит всё. —нет, это не так, мы с Ви —были лучшими подругами, сколько всего она сделала для тебя, для нас,—подходя ближе,—а Джаг? сколько он страдал, этого мало? скольким он жертвовал ради тебя —я не хотела — ты не хотела? — Изабелла усмехнулась. — Тебе просто наплевать. На Веронику. На Джагхеда. На меня. Главное — что ты чувствуешь. —Из, пожалуйста ,—пыталась что-то сказать Элизабет — Ты сломала всё, — прошептала Изабелла. — И даже не осознаёшь этого. — Я не хотела причинить боль, — снова прошептала Бетти, уже почти в слезах. Изабелла подошла ближе, в упор. — Ты её уже причинила. Нам всем,—глухо,— Знаешь, мне казалось, что среди этого кошмара у меня есть остров. Что ты — мой человек. А теперь…Теперь мне даже некуда прятаться. Она отвернулась и пошла к лестнице. Бетти осталась стоять посреди комнаты — растерянная, размытая в чувствах, как акварель в воде. На полпути вверх Изабелла остановилась, не оборачиваясь. — Когда всё вокруг рушится, хотелось верить хотя бы в тебя,—почти шептала девушка, — А теперь даже этого нет. Изабелла Купер, никогда не думала, что откажется в такой ситуации, и ей не пришло в голову идеи лучше, чем просто позвонить своему другу и договориться о встречи.. —поздновато для прогулок, не находишь?—в своей любимой саркастичной манере ответил, парень в шапке, —что случилось, Белс?—только он так ее называл, никому больше она не позволяла этого делать —я что не могу соскучиться по своему другу? —подходя ближе, и садясь рядом с ним на их любимом заброшенном здании, это было их место и только их,—я не говорила, но тебе идет эта куртка,—ухмылка парня,—ну знаешь прибавляет брутальности,—аккуратно толкнула его в плечо —да, но вместе с этой курткой , проблем стало больше,—она молчала, ждала пока он продолжит,—расставание с Бетти,—ее слегка передернуло на имени родной сестры,—не могу и не хочу подвергать ее этой опасности на юге, когда увидел ее в баре танцующей, понял что тяну только на дно, она этого не заслуживает,—он искал поддержки, и блондинка как в детстве стянула с него шапку и растрепала волосы, аккуратно взяла его ладонь в свои руки, просто слушала,—отец теперь еще из-за меня погряз в проблемах, я не хотел такого, он вынужден доставлять наркоту вместе со змеями из-за моей глупости,—он злился, она понимала его, —Джагги,—крепче сжимая руку, —я поверил этой Пенни, что одна доставка и мы в расчете, а она начата шантажировать меня, отец не смог стоять в стороне, но смотреть как он и змеи тонут в этом, я не могу, Белс что мне делать?—наконец он поднял на нее взгляд, —нужно помочь твоему папе, нельзя чтобы он снова оказался за решеткой, и репутацию змеев нужно спасать, иначе мер Маккой не даст вам жизни, кто такая эта Пенни? —Пенни Пибоди, как сказали заклинательница змей, она адвокат, никто не может ее выгнать, она нужна каждому из змеев,—тяжело вздохнув,—но сама подводит их к тюрьме, понимаешь? —проблему нужно решать с головы, а она голова, значит Пенни Пибоди должна перестать иметь отношение к змеям,—как то странно улыбнулась девушка —ты права, убрать ее и проблем станет меньше, —в ответ улыбнулся он,—как идет твое расследование? —мы пока в небольшом тупике, но есть пара мыслей, Джаг я хочу помочь тебе,—продолжая сверлить его взглядом, —нет, я не буду втягивать тебя в это, Белс , это опасно, тебе это не нужно,—на этом их диалог закончился, но они так и продолжили сидеть вдвоем, в полной тишине, им не нужны были слова, только присутствие друг друга. Купер младшая никогда не могла сидеть без дела, зная, что у ее близкого человека проблемы, поэтому решила действовать, набрав номер

—Тони, привет это Изабелла, мне нужно поговорить с тобой

—ого, и о чем же?

—Джаг, говорил что-то о Пенни?

—откуда ты? северная принцесса, хочет поучаствовать?

—да, скажи куда и когда приехать?

—я пришлю за тобой человека, жди,

—спасибо тебе

—Из, можно? —мне нужно собираться, я ухожу, а если хочешь поговорить, думаю наш сосед напротив будет только рад, —грубо отвечала голубоглазая,—что то еще? —Иза, выслушай меня пожалуйста, мне плохо без тебя и когда ты злишься, ты же знаешь —а меня тошнить от твоего вранья, и от того насколько ты считаешь, что тебе все должно сходить с рук, вся такая белая и пушистая Элизабет Купер, и я рядом вся в черном,—продолжала младшая,— ты же для всех словно ангел, который спустился к нам с небес, идеальная дочь, сестра, ученица, так куда пропал твой образ? или это твоя темная Бетти вырвалась? —Из, прошу —скажешь, я не права?— молчание, —видишь, тебе нечего ответить, поэтому оставь меня в покое, занимайся своими делами с Арчи Эндрюсом,—грубо толкнув сестру в плечо, вышла из своей же комнаты Изабелла, ее переполняли эмоции, она была зла на свою сестру, на друга детства, на саму себя, что не смогла рассказать Джагхеду, что избегала Веронику, боясь смотреть ей в глаза, а Бетти словно и дела нет до этого всего, продолжает строить из себя невинную, из ее мыслей вывело сообщение от знакомого номера, что он ждет ее у дома —ты?—вышла она,—я думала Тони сама приедет —блонди, времени не так много, но ты понимаешь что у нас не прогулка намечается? —на что она кивнула и села сзади, крепко обнимая парня, она понятие не имела чем это все закончится.. Джагхед Джонс, был в ярости увидев Извбеллу, но не смог выгнать ее, но прекрасно понимал, ее мнение изменится о нем сегодня, они буквально вышвырнули эту женщину из машины, —что за черт? —ты в Гриндейле, Пенни,—подходя к ней,—можешь заниматься своими грязными делами здесь, но не на нашей территории,—сидел напротив нее, блондинка напрягалась, ей явно было не по себе и Свит Пи почувствовал это, —тише,—на ухо прошептал он ей, аккуратно взяв ее за руку, стал поглаживать большим пальцем —ты не можешь ничего поделать,—смеялась женщина,—я нужна змеям, а за тобой и твоим папашей должок, —хочешь заниматься наркотиками? не со змеями,—грубо ткнул в нее, на что она закатала рукав, показываю тату —ты не можешь тронуть меня, помнишь кодекс? змеи своих не трогают,—на что на лице парня появилась ухмылка, —держите ее,—скомандовал он и двое парней крепко схватили, а он достал раскладной нож и приблизился к ней, Изабелла хотела закрыть глаза, но сдержалась, смотря на это все, понимала что так нужно и правильно, Джагхед не сделал ничего плохого, он спас их всех и своего папу. по дороге они получили звонок от Лодж, и двое друзей отправились в Попс, где сидели грязные, уставшие Арчи и Бетти —мы нашли его,—все что смог сказать Эндрюс, на что двое уставились с огромными вопросами в глазах,—черного капюшона, это был мистер Свенсон,—закончила за него Элизабет и все пятеро уселись на столик, находясь в полном шоке от событий сегодняшнего дня, —это вполне логично, он всегда был рядом, видел что мы делаем, но почему?—не понимала Вероника —из-за него убили невинного человека, может быть он верил, что так отмоет свой грех?—предположила Купер, и все согласились, —а где вы были? —переводя взгляд на сестру и бывшего парня, на что те стали переглядываться, и Джонс ясно дал понять, что нельзя говорить никому —мы были в белом змее, помогали с подарками для детей с южной части,—пояснила голубоглазая, и что-то изменилось в этот день, тайны и недоверие появились между ними пятью, что же будет дальше ?