Тень день 7/The shadow day 7

Аннора была в ступоре. Время остановилось, как только те встретились взглядами. Шелестящая листва успокоилась, а пение птиц прекратилось. Звуки испарились. Ох, как же это было зря. Она пыталась разглядеть ее чувства, уловить суть происходящего. Она и вправду сегодня не такая. Она совсем по-другому одета. Где же ее полосатая кофта, а где, накрашенные до тяжести и толщины, ресницы? Взгляд покойницы, уловившего необычный кошмар. Она не говорила о проблемах. Ее идеальности есть преграды. Ноющие от бесконечных тренировок и синяков колени, покрытые, по мимо фиолетовых пятен, ссадинами. Шершавые мазоли на ладонях, которым не помогают даже увлажняющие крема. Тонны косметики, скрывающие бесчисленное количество прыщей и впалые глаза с мешками под ними. До ожегов будто заплаканная одежда и натёртая до блеска обувь, в особенности передняя сторона. Скверный характер, жёсткие меры выдрисировки , оппозиция, возможно даже само увечье и высокомерность, на публике,  прикрывающую хрупкую девушку. Вот она–настоящая Улла. Та, к которой тянутся люди, та, за которой носилась бы вся Япония, будь она известностью, лучшей спортсменкой, президентов или хоть все сразу. Все бы в самом деле так и было, если бы... Если бы ее сейчас взгляд не был наполнен тоской, как у одинокой псины, есои бы ее руки сейчас не были опущены, а твердо сжаты на поясе. Еоси бы она закрыла глаза на все свои недостатки, которые общество не замечало и не замечает вообще. Только жто вряд ли произойдёт. Только в те моменты, когда ее душа наполнена негодованием, мне хочется обнять ее и я обниму: Аннора сделала решительный шаг в сторону подруги, та окинула ее взглядом... Прямо как тогда. Нога девушки задрожала, колени сводились вместе, склеивались, не давая повода даже двинуться. Уверенный шаг переломался, деформировался. И никак болезненый смешок погибшей ни чуть несократил расстояния. Не показывая удивления, костлявые руки вмиг сжали толстый слой жёлтой ткани, сжимая его моментом сильнее и перекручивая одновременно. Губы дрогнули. Теплый и до боли знакомый детский силуэт в воображении сжал шею обмякшей подруги, перекручивая ее в детских ладонях, от чего хруст был более слышен. "Маленькие детишки любят ломать свои игрушки". Из за переломаного позвонка, голова Уллочки слегка наклонилась в бок, кожа на глазах побледнела, но алые губы все также отчаянно продолжали наливаться краской. Тихий, утомленный, но нежный голос шепнул себе под нос: –Анн, ты в порядке? Улла спустила край лямки, дабы освободить плечо для объятий, но после вопроса последовало твердое отрицание –Н-нет, все в порядке! Я... Немного помявшись девушка решила не продолжать. На глазах трусихи с гетерохромией, рука подруги берется за запястье и мужчина быстро уводит Уллу с лестничной площадки