Tourner dans la vide

Ощущение чужой ладони на твоей больше не кажется таким отвратительным. Десятки чужих восхищенных взглядов провожают вашу пару, направляющуюся в центр огромного зала. Каждый шаг кажется тебе тяжелым. А вот Невиллет выглядит совершенно спокойно. Его поступь величественная, воздушная. Он счастлив — ты чувствуешь, как время от времени подрагивают его пальцы от сдерживаемых эмоций. Задумавшись над этим, ты чуть притормаживаешь, и дракон мгновенно это замечает.  Безмятежность на его лице вдруг сменяется беспокойством, но видишь это только ты. Мужчина чуть сужает глаза и поджимает губы, его ладонь крепче сжимает твою, и ты понимаешь — это предупреждение. Приходится взять себя в руки.  Белый мраморный пол украшает огромное изображение созвездия Левиафана-вершителя. И вы идете в самый центр, чтобы представить публике танец. Первый танец молодых.   Все эти восхищенные взгляды, чьи-то слезы счастья, роскошные наряды и пышный банкет — все это празднование твоего заточения. Теперь уже официального и вечного.  Гидро дракон останавливается в центре нарисованного созвездия. Его пальцы сжимаются на твоей ладони и подгоняют тебя по инерции описать полукруг и оказаться наконец напротив него.  Ты не подходишь слишком близко, но его рука, приобнявшая тебя за талию, сокращает расстояние между вами. Ты тихо ахаешь, когда соприкасаешься грудью с его. Кажется, что в зале тихо настолько, что шелест твоего платья — единственное, что нарушает тишину.  Тихий звон ксилофона знаменует начало представления. Невиллет ведет в вашем танце, не отрывая взгляда от твоего лица. Когда-то ты считала его глаза прекрасными — чарующими, словно океан. Но теперь для тебя они — бездна, из которой невозможно выбраться. Его лицо, словно фарфоровая маска, но только не сейчас. Сейчас на нем восхищение вкупе с безумным обожанием.  Ты стараешься держать лицо, чтобы не испортить торжество, чтобы никто из гостей не заподозрил неладное, чтобы не разозлить его. Внутри тебя что-то ломается с каждым словом запевшей Фурины. Она так старается ради вашего счастья, не зная, что все это чертова фальшь. Ты пытаешься сосредоточиться на ее голосе и музыке, но Невиллет замечает твое состояние. Ты снова пытаешься абстрагироваться от его присутствия, и юдексу это не нравится.  Медленный танец становится быстрее, и Фурина вторит вам, затягивая нежные и одновременно сильные слова песни. Невиллет ускоряет шаг и тянет тебя за собой, вырывая из твоей груди удивленный вздох. Ты скользишь по мраморному полу, словно по льду, позабыв об остальном мире, о гостях, что завороженно наблюдают за вами, о том, что теперь ты обречена провести вечность с нелюбимым, с похитителем. Тебе тошно от его образа перед глазами, и все же ты, словно загипнотизированная, не можешь отвести взгляд от его, не можешь остановиться и слепо идешь за ним в танце.  Хватка на талии становится крепче, твоя ладонь лежащая в его теперь словно в тисках.  — Ты прекрасна, жена моя… — шепчет Невиллет, нежно улыбаясь и чуть склоняя голову набок. Из его идеально уложенных волос цвета морской пены выбивается пара тонких прядей, но юдекс не обращает внимания. Отвлечься от тебя, такой прекрасной и волшебной в этом сине-белом платье — смертельный грех. Тиори постаралась на славу. Твое тело должны украшать только самые лучшие и изысканные шелка и драгоценности.  — Благодарю… — тихо отвечаешь ты. Твой голос бесстрастен, а лицо словно мертвое. Двигаешься ты чисто на автомате и благодаря своему теперь уже мужу.  Мужская ладонь незаметно для гостей скользит на твою поясницу, прижимая тебя ближе. Невиллет чуть опускает голову, касается щекой твоих волос.  Ты вздрагиваешь, но не отвлекаешься от танца. Нужно поддерживать этот спектакль. Аромат морской соли щекочет ноздри, и тебе хочется плакать. Невиллет прикрывает глаза, полностью отдаваясь музыке и моменту. Кружит тебя по сине-белому мрамору, словно по волнам. Впервые в жизни он так счастлив. Теперь, когда ты его жена официально и весь мир узрел это, он чувствует облегчение. Ты побоишься открыто выступать против него, побоишься открыто обвинить его в чем-либо. Теперь ты будешь надежно заперта в его огромном дворце, который дракон возвел за одну ночь. Потому что ты для него — королева, а значит и жить должна в подходящем месте.  Голос Фурины чуть дрожит от переполняющих эмоций, но она преданно продолжает петь, вкладывая все свои чувства и душу.  Его рука в твоей держит так аккуратно, так деликатно, словно ты хрустальная.  Когтистая ладонь сжимает твои запястья, поднятые над головой, пока мужские губы горячо осыпают поцелуями твою шею. Ты выгибаешься под юдексом, просишь остановиться, умоляешь, но твои слова так и остаются неуслышанными. Его страсть волной цунами сносит твои протесты. Нечеловеческие руки наконец отпускают твои запястья, ты тянешься было к его плечам, чтобы оттолкнуть, но внезапный предупреждающий рык, вырвавшийся из его горла, останавливает тебя на полпути. Тебя пробивает ужас.  Невиллет нависает над тобой. Светящийся изнутри белый обруч обвивает его нечеловеческий зрачок. Кончики удлинившихся клыков видны из-за губ, рот дракона приоткрыт из-за тяжелого дыхания. На щеках румянец. На руках от ладоней до самых плеч проступает темно-синяя чешуя, постепенно светлеющая и исчезающая по направлению к плечам. В остроте его когтей сомневаться не приходится. Ты чувствуешь под собой порванные простыни. По телу его пробегает темно-синяя чешуя, исчезая сразу же, словно волны накатывают на его точеный полудраконий образ.  Его взгляд сейчас темно-синий, сапфировый, такой же, как камень на твоем безымянном пальце. Невиллет раскручивает тебя в танце, его рука соскальзывает с твоей талии. Ты делаешь несколько оборотов прочь от него…  Юбки твоего платья пышно развеваются, создавая великолепный перламутрово-синий контраст.  Ты прикрываешь глаза, желая сбежать от него, хотя бы в танце, но тебя вдруг хватают за ладонь, останавливая. Дракон улыбается уголком губ, и ты, сделав еще несколько оборотов в его сторону, возвращаешься в объятия мужа.  Вы снова близко, его ладонь привычным жестом ложится на твою поясницу, поглаживает, и ты содрогаешься внутри.  — Вот так, моя дорогая… — хвалит юдекс, не сбавляя темпа.  Его член входит в твое влагалище в быстром темпе, и от ощущений у тебя кружится голова. Ты выгибаешься в спине навстречу мужчине, и он не теряет времени зря — накрывает чешуйчатой ладонью твою поясницу и прижимает твое жмущееся к нему в экстазе тело. Ему нужно ближе, сильнее, быстрее.  — Невиллет… — шепчешь ты, совсем потеряв голову от наслаждения. Его румяное от страсти лицо нависает над твоим. Второй рукой юдекс убирает с твоего лица мешающие волосы и приникает к твоим губам голодным поцелуем. Его бедра ни на секунду не замедляют темп. Как можно, когда ты так близка к оргазму? Как можно отказать в удовольствии его королеве? Вежливый и сдержанный Невиллет оказался на удивление нежным и страстным любовником. Он был внимателен, чуток, всегда ставил твое удовольствие превыше своего.  И все было бы идеально, если бы только эта близость была желанной, а не под воздействием афродизиака.  Ты такая страстная, такая податливая, такая отзывчивая… Ну же, дай еще ласки своему изголодавшемуся левиафану. Его ладонь поглаживает твою поясницу. Стенки твоего влагалища трепещут и сжимают возбужденный член, лишая мужчину рассудка.  Как же в тебе жарко, тесно и мокро… Невиллета переполняет желание как можно глубже погрузиться в твое тело, стать единым целым, как и должно быть… Его указательный палец поглаживает кольцо на твоем безымянном. Тебе хочется отдернуть ладонь, но, словно предвидев это, Невиллет сжимает твои пальцы. Дракон осторожно касается щекой твоих волос, прижимается к твоей макушке, прикрыв глаза. По залу прокатывается восхищенное «ах». Как же непривычно видеть их строго юдекса таким… Фурина взмахивает руками, призывая оркестр играть громче, и сама вторит музыке, с наслаждением вытягивая витиеватые ноты.  Поглаживания по обручальному кольцу словно напоминают, что теперь левиафан надел на тебя еще один ошейник…  — Невиллет…  — Да, дорогая, произнеси мое имя еще… Дракон тяжело дышит, приближаясь к кульминации. Его тело словно горит, горит и сжигает тебя вместе с собой. В комнате душно, воздуха не хватает. Аромат вашей близости смешивается друг с другом, шлепки совокупляющихся тел нарушают тишь ночного безмолвия, от твоих стонов дракон теряет голову и еще больше дичает.  Твою ладонь обхватывает чужая. Перед глазами у тебя все плывет, а в голове стучит кровь. Невиллет помещает твой безымянный палец в рот и прикусывает. Боль отрезвляет тебя, ты вскрикиваешь, сжимая его член еще сильнее. Мужчина стонет и вынимает твой палец изо рта.  Движения его бедер грубые, почти животные. Его фарфоровое лицо снова оказывается слишком близко, и ты с жаром отвечаешь на его звериный поцелуй, обнимая за шею одной рукой, а другой вцепляясь в белоснежные волосы. Мужская ладонь все так же на твоей пояснице, а вторая прижимается к низу живота. И в момент вашей совместной кульминации ты чувствуешь, как тебя наполняет теплое драконье семя и одновременно с этим по низу живота разливается странная прохлада, сбивающая с толку.  Когда жар страсти с вас обоих спадает и вы, обнявшись, лежите в постели, ты наконец приходишь в себя и встревоженно смотришь вниз. На твоем животе, там, где прижалась его ладонь, светится темно-синяя метка Гидро дракона. Три аккуратных круга, пронизанные прямыми линиями и оплетенные витиеватыми с внешней стороны… К горлу подкатывает ком, а к глазам — слезы. Даже говорить ничего не хочется, слов больше нет. Невиллет за подбородок разворачивает твое лицо к себе и берет твою руку в свою. — Ты очень храбро приняла мою метку, любовь моя, — мягко произносит дракон и прижимается губами к костяшкам твоих пальцев. Только сейчас ты замечаешь на своем безымянном пальце укус, кольцом обхватывающий твой палец. Твой взгляд сразу стекленеет.  Невиллет замечает это и спохватывается. — Прости, любимая, в пылу момента я себя не контролировал, — ему внезапно становится неловко, но юдекс берет себя в руки. — Обещаю, завтра ты наденешь кольцо, достойное тебя, моя королева. Поцелуй на твоем раненом пальце тяжелой печатью лег на сердце. — Задумалась, дорогая? — раздается над ухом голос левиафана.  Ты словно просыпаешься ото сна. Голос Фурины разносится мощным эхом и отражается от высокого купола, почти заглушая голос Невиллета. «Громче, громче, Фурина!..» — мысленно просишь ты, не желая слышать супруга.  Девушка затягивает высокие ноты, и вы с Невиллетом следуете за ней. Движения становятся быстрее, гонясь за музыкой. Страсть давным-давно уже вплелась в элегантность вашего танца, поглотив ее полностью. Ваша близость перешла черту, шаги слишком резкие, но длинные полы одежд скрывают это.  Оркестр и Фурина словно подстегивают вас дальше кружиться по залу, подстегивают ваши прикосновения становиться крепче. Последние несколько кругов тянутся так невыносимо долго под высокие затянутые ноты сирены-Фурины, но тебе не хочется останавливаться.  Если это последние мгновения твоей свободы, то ты насладишься ими.  Невиллет снова отпускает тебя кружиться. Ты раскидываешь руки и поднимаешь голову, вдыхая полной грудью. Эти секунды ты запомнишь навсегда, как же хочется вечно танцевать в этой пустоте, где нет этих взглядов, нет постоянного наблюдения, нет… его.  Но оркестр доигрывает последние аккорды, и твой муж хватает тебя за руку. Кружа, в танце притягивает к себе, грациозно перехватывает твою вторую руку и поднимает их обе вверх, соединяя ваши ладони и переплетая пальцы. Фурина замолкает, позволяя музыкантам закончить игру. Вы с Невиллетом замираете друг напротив друга непозволительно близко. Ваши губы в паре сантиметров друг от друга. Ты смотришь в его нечеловеческие глаза своими опустевшими. Дракон часто дышит. Кажется, его очень взволновал ваш танец.  Невиллет опускает твои руки, все так же не размыкая ваши ладони. Вокруг словно всё замерло. Он смотрит на тебя с таким обожанием, осматривает каждый сантиметр твоего лица и со вздохом облегчения припадает к твоим губам. Ты не отстраняешься и отвечаешь на его поцелуй.  Зал взрывается овациями, но вы не слышите их. На сцене от счастья прыгает восторженная Фурина, размахивая любимой шляпой. Ризли сдержанно аплодирует, стоя рядом с утирающей слезы счастья Навией, очарованной и растроганной вашим танцем и его окончанием.  Когда ты наконец отрываешься от губ мужа, то с удивлением обнаруживаешь блестящие на его щеках дорожки слёз. Невиллет и сам спохватывается, не ожидая от себя такой реакции.  — Что тебя так растрогало? — тихо спрашиваешь ты, надеясь, что твой голос заглушат овации.  — Счастье от того, что ты теперь наконец-то полностью моя… — лучше бы не отвечал. Юдекс улыбается тебе и прислоняется своим лбом к твоему. Ты же не можешь разделить с ним это чувство. Вдруг захотелось содрать с себя это проклятое платье, сорвать ставшие внезапно тяжелым грузом сапфиры… Эти слова будто загоняют тебя в гроб. — А еще, жена моя, я рад, что сегодня нас ждет первая брачная ночь в качестве супругов…  А вот эти забивают последний гвоздь в его крышку.