Смертельное танго

      И вот очередной град падающих звёзд, заставляющие вечно тёмное небо сиять хотя бы на небольшой отрывок времени. Забавы ради, Лахесис первое время загадывала желания в эти минуты, но по прошествии более миллиарда лет тяжело было не уяснить, что желания так просто не сбываются. Для их достижения нужно работать. Впрочем, паршивая усталость после долгой тренировки во имя саморазвития, холодные перила большого открытого балкона под локтями и не самая приятная компания только подливали масла в огонь подкрадывающейся безнадёжности. В очередной раз. И так уже миллиард лет.       Её взгляд перешёл с цветастого неба, на котором происходила странная дискотека небесных тел, на приятеля в паре метров от себя. Обилиск стоял неподвижно, словно статуя, и лишь его длинные белоснежные волосы немного шевелились от холодного ветра. Откуда здесь вообще ветер? В бескрайнем космосе с несколькими летающими островами? Лахесис побывала в бесчисленном количестве миров, но каждый жил по своим правилам и хранил свои тайны, которые ей было не суждено понять. Как минимум, потому что мультивселенная бесконечна. И осознание своей беспомощности, тем более будучи высшим существом в виде «божества», нагоняло ещё гору отчаяния. Даже у Обилиска было больше власти, хотя он был на порядок слабее её. Нет, она не завидовала. Просто думала о том, что за практически всю жизнь, проведенную рядом друг с другом, они так и не смогли стать друзьями (хотя, возможно, мужчина считал её таковой). И, если бы они стали друзьями, только может быть, они бы наконец встали сражаться со злом плечом к плечу? В конце концов, что они имеют? У Обилиска есть его подчинённые, много связей с главами разных вселенных, немногочисленные друзья.       А у Лахесис нет никого.       Мужчина стоял подальше от перил. Видимо, уяснил, что класть руки на эти раскалённые куски льда – самоубийство. Почему она продолжает совершать эту ошибку, если регулярно посещает это место и давно должна была привыкнуть – неясно. Но сейчас это ощущение примёрзших к рукам перил лишь отрезвляло от переутомления после тренировки. — Тебе не холодно? — голос Обилиска прорезал тишину, и его рука поднялась вверх, чтобы поправить повязку на глазах, что постоянно так и норовила сползти на переносицу.       Девушка только вздохнула. Истинный самаритянин. Он всё время интересовался состоянием других, даже если это не имело смысла. — Я чувствую то же, что и ты, Обилиск. Не привыкнуть к этому собачьему холоду за столько времени – нашу силу не уважать. — Всё же ты здесь не живёшь, в отличие от меня. Мало ли, — Обилиск пожал плечами и повернулся к ней.       Он не мог ничего увидеть из-за своей слепоты. И порой было тяжело прочитать его эмоции из-за того, что его глаза были скрыты за повязкой. Ведь глаза – зеркало души. Так и сейчас, она не могла понять с какой целью он «смотрит» на неё. Хочет сказать что-то? Или просто встал поперек ветру, что до этого летел навстречу его лицу? Пока она размышляла, его вечная улыбка стала ещё шире, и он повернулся обратно к горизонту. — Наверняка небо сейчас красивое.       Эта фраза заставила её последовать его примеру и снова посмотреть на звёзды. Их стало уже меньше. Звездопад заканчивался. — Интересно, чем обусловлены эти звездопады? — Лахесис нахмурилась и задумалась, собирая все знания и опыт с путешествия по мультивселенной, пытаясь выбрать самую подходящую теорию. — Я довольно глубоко изучал соседние с этим миры.       Смешок Обилиска после его слов заставил девушку впервые за долгое время с интересом посмотреть на знакомого. — Неужели? Но при чём здесь это? — Эти звёзды находятся не в этом мире, а видны с соседнего. Ты наверняка знаешь, что особенно большие или яркие объекты можно видеть сквозь вселенные, — Обилиск опустил взгляд и задумчиво нахмурился, прикладывая пальцы к подбородку, что предвещало долгую лекцию. Его язык тела помогал, когда по лицу были непонятны его мысли. — В соседнем мире, ещё до нашего с тобой рождения, из энергии и светящейся пыли появился Солнце – гуманоидное божество, управляющее небесными телами. Так получилось, что он родился раньше остального мира, и долгое время он бесцельно плавал по пустоте. До тех пор, пока ему не начали встречаться монстры: страшные и склизкие чёрные слизни, высасывающие жизненные силы. У Солнца были навыки сражения уже при рождении, но он не хотел причинять боль живым существам...       Опять он рассказывает исторические события в форме сказки или легенды. Романтик. Ему бы лучше быть не главой боевой корпорации полубогов, а поэтом или рассказчиком. Лахесис взглянула на небо, где уже кончился звездопад, и никак не могла понять, при чём здесь Солнце соседнего мира. Почему он начинает так издалека?       Звёзды после своего падения всегда примерно на час оставляли красивые фиолетовые узоры, напоминающие расплывшуюся краску на поверхности воды. Она знала, что скоро эти узоры начнут расплываться, и к ним добавится целый калейдоскоп цветов. Понятно, почему новенькие в предприятии Обилиска так любят смотреть на небо. Они ещё не привыкли к этому чуду для глаз. — ...и тогда голова Солнца раскололась на две части, и вспыхнул яркий свет, истребивший собой всех злых тварей. И тотчас из этой раны посыпались сотни маленьких детей с ярко-жёлтыми волосами, — Обилиск элегантно жестикулировал, выделяя интонацией те красочные события древности. Но вдруг он хихикнул, что совсем вырвало девушку из раздумий. — Ты опять не слушаешь... — Да, извини. Задумалась, — она посмотрела на мужчину и решила не говорить ему в очередной раз, что она предпочитает сухие факты, а не поэмы. Он и так это знает. — Если ты не против раскрыть свою душу, то я бы хотел услышать, о чём ты думала, — ей показалось, что он прищурился под своей повязкой.       Лахесис вспомнила о своих размышлениях о местном небе и снова повернулась к перилам. И с её губ слетел тихий вздох. Фиолетовый выявил из своих краёв неоново-синий и белый цвета, распространившиеся по всему небесному куполу. Обычно невзрачное тёмное небо цвета вороньего крыла стало красочным неоновым танцполом, на которое так и хотелось встать и закружится в танце. То, о чём она так долго мечтает. И то, что она так и не смогла сделать, когда ещё была человеком. Казалось, что даже ветер стих в этот момент. Взгляд девушки гулял по всем этим замысловатым красочным узорам, и с её губ сами по себе слетели слова. — Жаль, что ты не видишь эту красоту.       Лахесис вздрогнула сама от своих слов и сконфуженно посмотрела на Обилиска. Он тоже вскинул брови и будто изучал её эмоции по её вздохам, звукам её движений и частотой её дыхания. Затем мужчина повернулся в сторону горизонта. Его кристалл на лбу начал светиться голубым цветом, и вокруг него начал очерчиваться круг энергии. Она знала, что это. Он может дарить самому себе зрение, но ненадолго, ведь это забирает у него много сил. Но неужели его так заинтересовали её слова о небе, что он захотел увидеть это? На него не похоже.       И вот, около его лба появились сияющие голубые очертания глаза. Несколько секунд он смотрел на небо, после чего с улыбкой повернулся к ней. Через пару секунд взор пропал. — Видимо, ты и правда ослаб, раз не можешь использовать зрение даже минуту, — Лахесис прищурилась, ещё смотря на место, где недавно у него был глаз. — Ну... не буду лукавить, ты права, — его улыбка в миг стала грустной, но он быстро согнал с себя все негативные эмоции. — А у тебя новая помада, как я вижу. Тебе очень идёт. — Как ты успел это заметить за пару секунд?.. — Она смущённо отвела взгляд и машинально потрогала пальцем свою нижнюю губу, на которой была тускло-синяя помада. — И вообще, зачем ты потратил свои силы на то, чтобы посмотреть на небо? Ты же уже его видел когда-то. И сам говорил, что тебе нужно экономить силы, ибо враги могут напасть в любой момент.       Обилиск лишь улыбнулся сильнее, до прищура, и подошёл к ней. — Что-то впечатлило тебя. И я не мог оставить это незамеченным, — он слегка поклонился и протянул ей руку в приглашающем жесте. — Небо действительно красивое. Похожее на красочный танцпол.       Лахесис смогла лишь удивлённо вскинуть брови и слегка отстраниться, надеясь, что он этого не заметит. У неё не было слов. Даже не от того, что он так точно передал то, о чём она думала, а от его действий. — Я знаю, что я не танцор. И я не твой почивший брат, с которым ты хотела станцевать ещё когда мы жили в свой вселенной и не предполагали о бремени божественности, — Обилиск положил руку на сердце, вздохнув. — Но, если тебе угодно, ты можешь считать это тренировкой. Перед случаем, когда ты сможешь спокойно отдаться танцу с действительно дорогим тебе человеком.       Девушка сглотнула. Действительно, это отличный момент для танца. И то, что Обилиск предложил ей его, говорил ей о том, что ему не плевать на её проблемы. И тут она осознала, что, скорее всего, он действительно считает её другом. Возможно, дорогим человеком. Не просто так же во время войны полубогов миллионы лет назад он поделился с ней своим бессмертием? Он отдавал всё лучшее только людям, которым он доверял. Скорее всего, он понимал, что она его другом не считает. Он знал её. Чувствовал её. А она всегда просто анализировала его личность, но ни разу не спрашивала у него ничего лично. Ни его цели, ни его мечты, ни его страхи. Наверняка он всё ещё тоскует по своей умершей жене, раз всё ещё носит обессмерченую азалию, которую она ему подарила. Но он ни разу не жаловался ей. Потому что ему не до этого.       Лахесис не знала, что чувствовать по этому поводу. Она чуть ли не мудрейшее существо в мультивселенной, но сейчас она поняла столько очевидных вещей, что внутри неё что-то даже скукожилось от стыда. Её рука легла в руку Обилиска, и он сжал её в ответ. — Что танцуем? — Обилиск приблизился к ней почти вплотную. — Танго, — на выдохе произнесла Лахесис слово, в котором было столько смысла для неё. — Не бойся исправлять меня. Я разбираюсь в этом точно поменьше тебя, — Обилиск добродушно кивнул и отошёл на пару шагов, показывая, что он готов.       Лахесис отошла в противоположную сторону, параллельно прокручивая в голове всю теорию для танца. Профессиональная привычка, хоть она и не танцевала ни с кем в паре уже миллиард лет. Сердце громко и яростно стучало перед таким важным моментом в её жизни. Но ведь это просто тренировка, так? Так ведь?...       И вот, девушка приготовилась, тяжело выдохнула, и расслабила тело. Сейчас надо забыть обо всём. Лахесис сделала шаг. Обилиск, услышав это, тоже шагнул в её сторону. Проходя по кругу напротив друг друга, они приблизились друг к другу и взялись за руки, когда Обилиск положил руку ей на талию. Шаг. Второй.       Музыки не было, но в голове у них звучала одна и та же. Смертельное танго, которое Лахесис должна была танцевать с родным братом на выступлении в день катастрофы, после которой ей пришлось нести бремя божества. А брату не довелось увидеть это. Возможно, если бы не катастрофа, Обилиск бы даже услышал грандиозный праздник с их танцем, пока ковал оружия у себя в кузнице. И тогда бы они так и не узнали друг о друге. И они бы не мутировали в божеств вместе с остатками населения их мира. И им бы не пришлось сотрудничать, чтобы выжить в условиях милионнолетней войны. И, спустя миллиард лет, они бы не остались единственными выжившими с их родного мира, которых окружают лишь полубоги, которых Обилиск одарил силой.       Как много произошло из-за одного события. И теперь они оба обречены на бессмертное существование с эрозией, которая разъедает тело, со многими утраченными воспоминаниями и с долгом нести в мир добро, побеждая зло. У них просто нет выбора.       Но сейчас уже ничего не имело значения.       Мечта Лахесис исполнилась.