"Когда" мы нужны больше всего

      Доброе утро Бикон! Пожалуй только для Жона оно было не очень добрым. Вначале он проснулся раньше будильника, из-за Пенни. Винить её было бы глупо, ведь Жон и сам страдал кошмарами после Бикона. За 20 лет ему стало намного лучше. Он забыл о чувствах. Но теперь Жон снова был в Биконе, пробуждающем их в негативном ключе. Слава братьям что у него были девочки. Теперь ему можно было хоть как-то выговорится, хоть большинство проблем он и сам пока не хотел поднимать.       А потом Жон вспомнил, что ящики они выбрали там же, где и Пирра. Чёрт! Теперь у Жона не было варианта просто не встречать Пирру. До сбора еще час, а он уже готов к нему, за исключением оружия, так что Жон сделал глубокий вдох и погрузился в своё сознание чтобы вычленить все не нужные чувства. Этому он научился в Эвер Афтер. Очень полезная вещь! Он мог буквально оказаться в своём разуме и повлиять на него.       Однако это было ещё и опасно, ведь неосторожные действия приводят к необратимым последствиям. В первый раз когда Жон погрузился он умудрился сойти с ума. И пусть все сочли его безумие за следствие одиночества, на самом деле Жон просто повредил часть своего разума. В то же время он был благодарен Кузнецу за исцеление. С тех пор Жон не хотел рисковать, но разве он мог бездействовать когда его чувства могли помешать ему и его друзьям спокойно поступить?       Несколько секунд просидев неподвижно, Жон увидел перед собой огромное древо. Уж слишком большой кусок его жизни был посвящён ему. Как итог - теперь он был ближе к жителю Эвер Афтер, Ржавому Рыцарю, чем к жителю Ремнанта, Жону Арку, что и отразилось на структуре его разума.       На каждой ветке он видел разные проявления его личности. Вместе они сплетались в ствол, светящийся всеми цветами которые он только знал и возвышающийся над самим Жоном на сотню метров. Подойдя ближе к основанию древа, он осторожно перешагнул корни, залеченные Кузнецом, и приложил руку к коре древа, желая взобраться наверх.       Отозвавшись на желание своего хозяина, древо вырастило на себе несколько серых веток, отмирающих сразу после того как Жон терял их из виду. Так он взбирался на древо по некой винтовой лестнице из своих переживаний и пустых дум, используемых деревом как строительный материал.       Поднимаясь выше он видел различные пантеоны личности: семья, мечты, честь и окружения. Жон очень осторожно зашёл в последний пантеон. Перед ним сразу всплыли пузыри с лицами его друзей, подлетевшие к нему поближе. Они все были окрашены в разные цвета, обозначая степень привязанности. Кого-то Жон уважал - их пузыри зелёного цвета, с кем-то дружил - их пузыри жёлтого цвета. И наконец те, кого он любил обозначались красным.       В центре на пьедестале находился красный пузырь переливающийся зелёным и фиолетовым - скорбью. На нём было лицо Пирры. С ее красивыми изумрудными глазами и ярко-красными волосами. Однако Жон взял волю в кулак и подошёл к нему. Изменить эмоции можно было вмешательством или работой над своими чувствами и переживаниями. На второй вариант у него не было времени, да и желания снова вспоминать всё ту боль, а потому Жон использовал ауру, чувствуя как из его глаз начинают идти слёзы от эмоционально болезненных действий.       Первый шаг на подъём был тяжёлым, то что он собирался сделать - непростительно. Второй шаг. И вот ему стало противно от своих действий. Третий и последний шаг. Осталось только видоизменить пузырь.       Однако Жон не мог. Он не мог выкинуть свои чувства в корзину, избавиться от них несмотря на тяжесть. Жон понимал, что это нужно сделать. Иначе никак. Слёзы покатились по щекам юноши, когда он положил ладонь на пузырь. Аура начала переливаться в пузырь, меняя его. Фиолетовый цвет исчез вместе с тяжестью в сердце, но убрать красный он не решался.       Он любил Пирру, но не мог оставить у себя этих чувств. Не в этом времени. Здесь ее любовь принадлежала другому Жону, а точно не Ржавому Рыцарю.       Жон упал на колени, не отпуская ладонь. Красный цвет стал меняться на оранжевый, а затем и на жёлтый. Слезы остановились. Теперь на душе пусто, словно все чувства выжгли ярким пламенем. От это Жону стало лишь противней от самого себя.       Что было не предусмотрено, так это что на пузыре останется ещё некоторое количество фиолетового цвета. На удивление от него он не смог до конца избавиться.       Жон медленно поднялся и направился на выход, не замечая оранжевый пузырь вдали от всех остальных. Он смог аккуратно всё сделать и не повредить остальное...или, по крайней мере, ничего важного.       — Жон, Проснись! У нас осталось 15 минут до посвящения! - Было первым что он услышал, открыв красные от слез глаза. Жон уставился на пятерых девушек, явно обеспокоенных его состоянием. Лишь через несколько мгновений до него дошло что они видели только то что он на протяжении примерно сорока минут сидел абсолютно неподвижно, не реагируя ни на что.       — Жон, всё в порядке? — Обеспокоенно спросила Руби, заметив глаза Жона.       — Теперь да. - на удивление твердо ответил ей он, быстро поднимаясь собирать вещи и в частности палатку.       Все с вопросом посмотрели на юношу. Буквально вчера он не мог даже скрыть свои переживания, а теперь выглядел даже слишком спокойно. По мёртвому спокойно.       Убедив всех, что всё хорошо, Жон с остальными отправились к ящикам. Там была и Пирра, но Рыцарь, помимо небольшой тоски, ничего не почувствовал. Друзья смотрели на него в шоке: вчера они бы не поверили в это, однако вот он - Жон, не волнующийся перед Пиррой.       — О, Древо! Ребята я серьёзно, всё хорошо! — Жону немного надоело их волнение, — Я понимаю, что выглядит всё странно, но прошу вас успокойтесь. - Жон улыбнулся им, так и не показывая ничего кроме спокойствия.       — Хорошо, друг Жон! — Пенни улыбнулась в ответ, обещая не донимать юношу вопросами. Все остальные тоже согласились, согласившись между собой что когда-нибудь потребуют ответов. В это время Жон забрал свой отбеленный Кроцеа Морс и они с командой отправились наружу, где поток разделили на несколько потоков. Юные версии их попали в первый поток, а они сами во второй.

***

      Бурный поток ветра ударил юношу в лицо. Пришлось даже придержать шляпу. Чёртов директор Бикона просто взял и запустил их в небо! А если бы у них не было подготовки к приземлениям?       Пожалуй, ответа на этот вопрос он не хотел знать. Вместо этого он предпочёл раскрыть своё желтое пончо, подхватившее потоки ветра и начавшее гасить его скорость, давая возможность даже частично управлять полётом.       Юноша улыбнулся. Не каждый раз он влетал в неизвестность в буквальном смысле этого слова. За свои скитания он повидал многих гримм, получил много опыта, но Изумрудный лес всё ещё оставался для него интересным местом, поэтому юноша решил посмотреть нет ли в лесу никакой интересной дичи на которую можно было бы поохотится. Ну или по убегать, если отсутствие у его одного револьвера скажется на нём слишком сильно.       Заприметив в дали стаю беовульфов, ковбой спикировал недалеко от них. Кувырок и несколько процентов ауры погасили отдачу и вот он уверенно стоял на земле, выцеливая дюжину гримм с занятой им позиции. Бой он решил начать издалека, не приближаясь к волкам ночи.       Раздалось четыре выстрела, каждый из которых попал в глаз одного из беовульфов, разорвав их морды изнутри. Это привлекло остальную стаю и те ринулись на юношу, желая разорвать того на части. В барабане два патрона. Впереди стаи альфа-беовульф, разгневанный гибелью членов своей стаи.       - Как предсказуемо. - Подумал ковбой про себя, целясь в лобовую пластину чудовища.       Два выстрела полетели по одной траектории, практически одновременно попадая в цель и пробивая пластину, оставляя только ошмётки морды. Огненный прах действительно творит чудеса.       Заметив смерть вожака, остальные беовульфы приостановились, давая время на перезарядку юноше. Еще три огненно-праховых заряда устремились в глаза псовым, обращая их жизни быстро развеивающимся туманом. Осталось четверо.       Один из них прыгнул в сторону парня, заставляя того отпрыгнуть, отрезав лапу чудовища острым крем своего плаща. Вслед за лапой полетела и голова гримма, не пощажённая остротой его оружия. Следующий беовульф поступил также, получив судьбу своего брата по разуму. Ещё раз отпрыгнув от очередной атаки тварей ночи, юноша быстро совершил два выстрела, взрывая пасти гримм. Остался один патрон.       Шелест в кустах стал очередным знаком опасности, заставив парня инстинктивно направить туда свой револьвер. Однако из куста вылез не монстр, а самый обычный человек. Блондин в полном доспехе, если быть точнее. Поняв свою ошибку, юноша убрал револьвер в кобуру и улыбнулся.       — Значит мы теперь партнеры, а? Я Кид. Кид Борнер, — Протянув руку, поприветствовал рыцаря юноша.       — Ж-Джон Аркос. Очень приятно! — Ответил он на рукопожатие ковбоя.       — Редко когда увидишь полный доспех. Ты явно знаешь чего хочешь, раз знаешь полный потенциал этой штуки.— Подметил Кид, стараясь поддержать разговор.       — Чертовски полезная вещь. — Усмехнулся Жон, вспоминая сколько раз его броня помогала своему владельцу в Эвер Афтере. Однако от разговора их отвлекло упавшее между ними дерево и медвежий рёв, раздавшийся откуда-то из кустов.       — Как думаешь, управлять урсой сложнее, чем ездить верхом на скорпионе? — С улыбкой спросил рыцаря серебровласый юноша.

***

      Когда слева от него начали подкидывать учеников в воздух, фавн немного забеспокоился. Достав два кристалла праха ветров, он вложил их в свои перчатки, готовясь к предстоящему полёту.       Чувство парения на такой высоте было чем-то новым для фавна, хоть и длилось совсем коротко. Приближаясь к земле, он выпустил заряд ветра под ноги, мягко приземлившись на колени. Размяв костяшки, он оглядел округу. Три урсы с востока.       Направив левую руку, фавн выстрелил из гарпуна в своей перчатке. Грудь первого урсы была пробита крюком, после чего его тушка налетела на когти фавна-медведя, добившие гримма.       Следом он схватил огненный кристалл праха и вставил его вместо ветренного, выстрелив огненным снарядом прямиком в морду урсы. Юноша воспользовался замешательством своего противника, втыкая когти в морду гримма. Его удар заставил череп урсы сначала треснуть, а после развалиться на две части. Закончив с ещё одним, он направил гарпун на последнего урсу, однако тот уже подбегал к нему.       Удар урсы пришёлся на латную перчатку, металл которой яростно сопротивлялся острым когтям существа. Юноша замахнулся свободной рукой, вспоров живот гримма гарпуном на своей другой руке. Однако бой ещё не был окончен, ведь позади его вылезло несколько беовульфов.       Фавн хотел уже достать следующий кристалл, но ярко-зелёный луч по очереди порубил тварей ночи на части, окончив бой ещё до его начала. Юноша посмотрел в сторону его предполагаемого источника и увидел в небе стоящую на клинках девушку, приветливо улыбающуюся ему.       Её рыжие волосы развивались на ветру, от которого её защищал свитер цвета её изумрудных глаз. Приземлившись рядом с удивлённом медведем она приветливо помахала ему рукой и подошла познакомится.       — Приветствия! Я Пенни Полонна, очень приятно познакомиться!       — Веллес Тэкаги, взаимно. — Фавн почесал щеку. — Значит мы теперь партнеры?       — Ага! Теперь идём на север! — Пенни повернулась и они вместе отправились за реликвиями. А тем временем Веллес всё пытался понять почему от его новой знакомой так странно веет холодом в эту ещё тёплую пору.

***

      Команда RWBY в сборе! Они уже стояли в руинах, ожидая остальных. По дороге они с легкостью убили парочку дезсталкеров и беовульфов. Забрав одинаковые фигуры, они стояли ожидая Жона и Пенни. Внезапный крик урсы заставил девушек посмотреть в сторону леса, откуда выбежал урса, на спине которого сидел юноша в ковбойской шляпе и Жон.       — Вот же ж! — воскликнула Янг. — Этот парень прям как Нора!       Когда урса подбежал к руинам точный выстрел в голову от наездника завершил поездку на такси, после чего пассажиры спрыгнули со спины исчезающего урсы.       — Приветствую вас дамы. Я Кид. Кид Борнер. Будем знакомы! — поклонился сереброволосый юноша, сняв шляпу.       Обменявшись приветствиями и забрав реликвии, Кид познакомился с командой и присел на один из камней, начав перебирать различные детали в своём револьвере, пока не завязал разговор с Янг, быстро перешедший в обмен остротами.       — А вы помните, кто еще был в нашем потоке? — Спросила Руби, взяв на себя бремя спасения своих друзей от мужской версии своей сестры.       — Вроде там был фавн-медведь... — Ответила на вопрос Блейк, навострив свои кошачьи уши из-за приближающегося шороха из кустов.       — О, это тот который был в крутых латных перчатках? - Вспомнила Роуз произведение инженерного искусства, которое смогло впечатлить её с первого взгляда.       — Вроде да.       — Хееей! Ребята мы тут! — Прозвучал голос Пенни со стороны леса.       Повернув головы в ту сторону, они увидели Пенни и того самого фавна, выходящих из леса. Вскоре они зашли в руины башни с фигурами и забрали оставшуюся.       — Я Веллес Тэкаги. Очень приятно… — Поприветствовал их фавн. Все остальные представились ему в ответ. Лишь Блейк немного запнулась из-за другого странного звука, на этот раз исходящего от кирпичной кладки пола.       — Значит теперь обратно? — Спросила Янг, в ответ на что получила кивки он всей группы. Они уже хотели выдвинуться, но на поляну перед ними вышли несколько урс. Команды приготовились сражаться, но как только Руби ударила косой по кирпичам чтобы начать прицельную стрельбу по огромным гримм-танкам пол под ними провалился и восемь человек полетели вниз.       С горем пополам не разбившись при приземлении, они увидели перед собой огромные пещеры. Команды достали свои свитки и включили вспышку. Вся пещера была в паутине, принадлежащей арахнидам - опасным паукообразным гримм. Своды пещер были высоко, а из дыры сверху бил яркий свет. Жон прикинул высоту до поверхности, и получил неутешительный результат - около двухста метров. Как оказалось они стояли на небольшой платформе, примерно пять на пять метров. Дальше шел обрыв, исчерченный тонкими полосами паутины. Своим падением они подняли древнюю пыль, заставившую Руби громко чихнуть.        — Будь здорова... — небольшой гул сбил с мысли Блейк. Посмотрев вниз, она ничего не заметила в кромешной тьме. Веллес тоже что-то услышал, но смотреть вглубь пещер не стал, считая, что это подводные течения.       Однако нарастающий гул стал слышен остальной части коллектива. Спустя несколько секунд вдали показалась волна чего-то алого, чего-то светящегося. Тихий ранее гул стал отчётливым, а очертания пещер покрылись тысячами алых точек, создавая иллюзию жидкости. И эта гриммова волна приближалась. Хозяева пещер, ужас тьмы, опаснейшие в большом количестве гримм — Арахниды. Даже дюжина серпентов не сравниться с десятком таких. А тут их были тысячи, если не больше. Звук их жвал превратились в жуткое тиканье, знаменовавшее кончину тех глупцов, что попали в ловушку.       Ребята выхватили свои оружия, но без хорошего плана им не выжить. Прикидывая все варианты Руби не могла остановится на чем-то одном, а монстры тем временем приближались к ним. Жон выхватил свой щит и воткнул его в камень, раскрывая твердосветовые створки, однако из-за этого их платформа опасно накренилась, приближая к волне гримм. Первые арахниды начали прыгать на платформу, расшатывая ту, перед своей смертью.       — Ребята держитесь крепче! — Крикнула Вайсс, создавая глифы ускорения под платформой, а также парочку кругов замедления на поверхности того булыжника на котором они стояли. Компания смотрела на глифы, не понимая плана блондинки, но всё-таки не стали задавать вопросов, доверившись своей подруге.       — Что ты... — Янг не успела даже задать вопрос, как платформа полетела вниз, рассекая несчастных пауков, что попали под неё. Щит Жона послужил перегородкой между волной смертоносных существ и командами, не давая арахнидам попадать к ним. Кид с восхищением смотрел на Вайсс, придумавшую эту захватывающую дух авантюру. Он видел в ней авантюрность, присущую многим наездникам и Охотникам из Вакуо. Тем временем камень на огромных скоростях продвигался в глубину пещер, перемалывая гримм под своим весом. Их сплющенные тела оставались жидкостью на стене пещеры, медленно испаряясь.       Тех арахнид, что умудрялись взобраться к ребятам сразу же убивали либо пули Кида, либо меч Жона. Однако некоторые всё-таки кусали охотников, уменьшая запасы ауры. Взглянув назад, Веллес увидел что волна гримм преследует их по пятам. Поэтому, достав горстку кристаллов огненного праха, он зарядил их аурой и откинул в поток гримм. Огромный взрыв ускорил их, убил немалую часть пауков, но из-за него пещеры начали рушиться.       — Нужно ускорятся! Похороним их под землей! — Крикнула Янг. Команды безмолвно согласились с планом, начав превращать тот в истину.              Жон медленно подошёл к Вайсс и начал вливать в неё Ауру, помогая голубоглазой ещё сильнее разогнать глифы. Поток ветра сдувал ребят, но те держались. Наконец вдали показался свет.       Веллес снова достал кристалл праха, но уже откинул его в свод пещерной арки чтобы перекрыть проход для гримм. Как только они влетели в ход пещеры с пробивающимся сверху светом, прогремел громкий взрыв, засыпавший проход за ними огромными валунами. Те же гримм что успели пробежать, были усмирены выстрелами в глаза.       То с каким будничным выражением лица Кид совершал подобные выстрелы на ходу начинало пугать Жона. Его партнёр не мог быть каким-то простым новичком. Это был явно тренированный боец, имеющий боевой опыт и выведенные из него уроки у себя за плечами. Он начинал задаваться вопросом как, учитывая всё это, как он мог не замечать его за всё то время как обучался в Биконе?       Теперь ребята были в относительной безопасности, хоть и практически без ауры. Оглядев пещеру, покрытую мхом, они осознали что оказались не у выхода, а в очередном закоулке, оказавшемуся довольно живописном для пещеры, полной гримм. Каменные стены были покрыты ярко-зелёным мхом, а в углу тёк небольшой ручеёк. Сверху падал солнечный свет, освещая весь этот оазис посреди смерти.              Проверив расщелину, Веллес обрадовал всех новостью про дуновение ветра из небольшого прохода. Продолжать путь было проще, чем пытаться взбираться на высоту пятисот метров. Единогласно было принято решение отдохнуть здесь, а когда аура восстановится пойти в путь.       — Странно, что никто не предупреждал и не говорил даже о существовании этих пещер... — Подметила Блейк маячившую перед носом странность когда они с командой RWBY отошли на небольшой разговор.       — Верно... я думаю профессор Порт рассказал бы нам о своих приключениях по ним... А значит либо он не знал, либо...       — Они решили скрыть их существование. — перебил Вайсс Веллес, непреднамеренно подслушивающий их разговор, — Извините, что вмешался, но сейчас важнее думать о том, как выбираться.       — Верно, потом лично разберёмся с директором! Что по свиткам? — Поддержала мысль фавна Янг. Достав свои свитки, ребята увидели полное отсутствие сигнала, — Отлично блин... Тогда остаётся только идти в путь! — Она увидела, что аура ребят уже восстановилась на достаточный уровень и хотела предложить отправиться в путь.       — Подождите... Этот символ... Это же... — Внезапно Руби заметила на стене трещины, что складывались в знакомый ей символ. Символ горящей розы. Подойдя ближе, она коснулась его и кусок стены рассыпался, открывая вид на небольшой кожаный дневник.

***

      Директор стоял над дырой и задумчиво смотрел в глубь. Некоторое время назад половина новых учеников его академии исчезли. Из-за этого все процедуры по приёму учеников были приостановлены. Вторая половина сейчас сидела в зале, ожидая новостей.       — Озпин, этой дыры никогда здесь не было. Я сверилась с картами леса, и не на одной из них нет пещер в принципе, — Заместительница Озпина, Глинда прервала размышления директора, — Будем ли мы спускаться?              Посмотрев на показания близстоящего радара, Озпин очень глубоко вздохнул. Около двух сотен точек, а паутина, которую было видно издалека, показывала, что они очень вряд ли найдут даже тела учеников.       — Нет. Позвони в ассоциацию охотников: нужно создать задание на зачистку высшего приоритета. — Озпин повернулся к Глинде. В его обычно позитивном лице было видно только мрак. Это было очень редкое состояние директора. Даже Глинда, хоть и работала с ним невероятно долго, никогда бы не желала видеть такое его лицо. Ведь это означало что очередные несколько детей погибли, так и не став охотниками.