Опасные связи

В полумраке общей аудитории царила абсолютная тишина, прерываемая редкими вздохами и ещё более редким шелестом страниц. Статный мужчина в тёмно-пурпурном фраке неспешно прохаживался вдоль кафедры, изредка делая экспрессивные, но грациозные пассы руками, после которых на доске появлялась новая информация, иллюстрирующая слова педагога. Светлые, с едва заметным оттенком червонного золота волосы изящно покачивались в такт ходьбе, ниспадая на широкие плечи. Глаза преподавателя были блаженно полуприкрыты — казалось, он искренне наслаждается звуками собственного голоса и, возможно, даже самим материалом. Точно причину такого удовлетворения своим делом никто бы из присутствующих в зале не назвал, так как большинство студенток имели досадное свойство погружаться в экстатический транс рядом с объектом своего обожания. А потому мало кто мог связанно изложить хоть какую-то информацию о нём. Правдивую — ещё меньше. Можно даже сказать, особенно — правдивую. Валтор предпочитал не распространяться о себе. Вот уже почти сто лет он жил и вращался в самых различных кругах общества Магикса и имел представление о том, что информация порой бывает даже опаснее волшебства. И чем уникальнее информация, тем тщательнее стоит её оберегать. Особенно, если ты сам сплошная уникальность. Валтор вновь развернулся, прищёлкнув каблуками сапог, и остановился. Он поднял взгляд на часы и задумчиво прищурился, обдумывая, как поступить с дальнейшим повествованием. Маг был очень жаден до внимания, но свою исключительность предпочитал смаковать в гордом одиночестве. От которого, надо признать, не то чтобы страдал… Чуткое ухо едва заметно дёрнулось и волшебник завёл руки за спину, стиснув челюсти. Болезненно нахмурившись, он тяжело вздохнул и с ненавистью посмотрел на вход в аудиторию. Заметив его реакцию, студентки удивлённо и немного боязливо обернулись — в их памяти было ещё свежо прошлогоднее нападение Трикс. И позапрошлогоднее, вероятно, тоже… Наконец, самые дальние ряды заволновались, различив звуки борьбы и злобно-истеричные крики. Ведьмы покосились на мага, уже изготовившись к атаке и ожидая команды учителя. Но тот лишь сокрушённо покачал головой, показывая недоумённым студенткам, что бояться здесь нечего. По крайней мере, им. Вдруг дверь резко распахнулась и в аудиторию кубарем ввалилось нечто, что при ближайшем рассмотрении оказалось тремя фигурами, сцепившимися в жаркой борьбе. — Мисс, пожалуйста, перестаньте! — замогильным голосом вопила одна из них, в которой ближайшие зрительницы опознали Заратустру, — Это неприемлемо! Вы срываете занятие! — Мы подадим жалобу мадам Фарагонде! — визжала Эдилтруд, пытаясь схватить ловко изворачивавшуюся нарушительницу спокойствия, — Что вы себе позволяете?! Валтор прикрыл глаза рукой, не в силах смотреть на это позорище. Его тонкий слух различал нарастающий смех ведьмочек, а также стук длинных ноготков по экранам телефонов. «Опять эфир чистить», — массируя переносицу, устало отметил маг, попутно поднимая чары помех. Только видео в сети с собой-любимым ему и не хватало. — Вы не понимаете! — срывая звонкий голосок, вскричала третья, тряся огненно-рыжей гривой, — Я знаю, что он здесь, знаю, что он прячется от меня, но я должна!.. Должна поговорить с ним! Он единственный, кто знает о моих родителях!.. Валтор с нажимом провёл рукой по лицу и обречённо посмотрел на свой персональный кошмар. Поймав взгляд голубых глаз, полных отчаяния и мольбы, Валтор невольно скрипнул зубами и, возвысил голос, перекрывая крики: — На сегодня занятие окончено. На дом главы с 36 по 40, а также остаток сегодняшнего занятия. И не думайте, будто это маленькое шоу было благотворительным. На следующем занятии вас ждёт контрольная. Прошу любить и благодарить за это мисс Блум! Валтор сделал широкий театральный жест рукой, поклонился и исчез под свист, смешанный с протестующими возгласами и воем своей новообретённой родственницы, которую он мечтал удавить собственными руками последние несколько месяцев.