Последний рассвет

***

      Поздний вечер в маленьком городе великой России-матушки проходит по стандартному для него сценарию. Темнота наступила уже как час, а фонари так и не зажгли, редкие люди со следами усталости на лице торопятся укрыться от осеннего ветра. Почти пустой троллейбус отправляется в депо немного раньше, чем написано в расписании. И только на центральной площади еще ходят парочки или компании молодых людей. Голоса уже совсем не молодых раздаются из открытых форточек хрущевок. Какой-то забулдыга заснул на протоптанной тропинке между серых панелек. В общем ничего нового, вторник проходит как обычно для этого непримечательно городка.       Но не для всех. Это естественно, что среди нескольких тысяч населения у кого-то случилась трагедия или наоборот случилось долгожданное событие, принесшее счастье. Но один из них выделялся на фоне остальных.       Между двумя девятиэтажными домами, минуя детскую площадку и того самого забулдыгу на тропинке, в тени происходит нечто из ряда вон выходящее. По крайней мере для этого города. В этом месте воздух ведет несвойственно себе, прогибаясь как пленка под напором чего-то чужого для этого места. Или кого-то. Хотя это не сильно важно для того, кто сопротивляется приходу этого «чужеродного».       Ты когда ни будь чувствовал взгляд со спины, но, когда оборачивался там никого не было? Этот чувство особенно пробирает до мурашек, когда ты один дома и у тебя даже кота нет. Хоть на следующий день ты это забудешь, ведь тебе «просто показалось», но это точно происходит со всеми, не только с тобой. Не показалось. Это так называемый Хранитель приглядывает за порядком. Не всегда удачно, конечно, но кто из нас не без греха? Но не будем вдаваться в подробности его должностных обязанностей, сейчас он оперативно среагировал на проникновение через Завесу сущности, имеющей силы попробовать сделать это.       Внезапно на мыльном пузыре появились непонятные для простого человека символы. По крайней мере, алкаш, проснувшийся от неясного чувства опасности, точно ничего не понял. Но не долго он недоумевал, от небольшого посыла силы он опять вырубился. Позже он бросит пить из-за этого случая, а кто-то получит по шапке из-за неправомерного вмешательства в чужую судьбу.       После появления символов, сопротивление полностью исчезло, и пленка лопнула от давления с той стороны. За завесой был серый туман, в котором отчетливо виднелась фигура человека. Или кого-то похожего на него. В конце концов на улице было темно и ближайший фонарь продолжал не выполнять свои функции.       Спустя мгновения тень перемахнула через края пролома и наконец-то можно было рассмотреть его получше. Или нет? Лицо скрывал потрепанный красный шарф, такого же состояния черный плащ скрывал половую принадлежность чужака. Хотя тяжелые ботфорты явно были созданы под мужскую ногу, учитывая размер.       — Какого хера не пропускаешь? — Вежливо уточнил путник.       — Ты теперь чужой для этого мира, не положено. — Ответил голос из неоткуда. Или, наоборот, отовсюду?       — Я родился здесь, с хера ли я чужой? А… Не важно, сам понял. — С горечью в голосе закончил мужчина.       Перед лицом скрытым шарфом появились все те же непонятные символы, складываясь в схемы и предложения понятные лишь мужчине и Хранителю. Не прошло и минуты, как это мельтешение надоело чужаку и взмахом руки он заставил исчезнуть символы.       — Я тебе и так могу все сказать, не надо этой фигни, бесит.       — Принято. Цель перехода?       — Похороны. — Лаконичный ответ и обреченность в глазах.       Это фонарь наконец-то включили, так что можно было частично оценить внешность мужчины. Короткие волосы, когда-то бывшие черными, сейчас походили на зебру из-за седых прядей, глубоко посаженные карие глаза были окружены сетью морщин. Но не смотря на все признаки подкравшейся старости, впечатление он производил далеко не пенсионера. Как если бы двадцатилетний надел маску старца, но у него это плохо получилось. Но все портили глаза. Очень грустные глаза человека, смирившегося со своей участью.       — Чьи похороны? — И ноль эмоций в голосе.       — Как будто ты не знаешь. — Человек до этого смотревший в пустоту без всякой мысли, резко поднял голову. Как будто смотрел кому-то в глаза, искал в них насмешку. — Издеваешься?       Тишина воцарившееся на долгую минуту, была нарушена треском воздуха. Это Хранитель решил проявить себя в физической форме. Форме голубя, но кто его осудит?       — Голубь? Если решил проявить себя, мог же человеческое лицо сделать. — нашелся один осуждающий все-таки.       И вполне ожидаемо от Хранителя, что после его слов на голубе вместо положенной для него головы с клювом, появится человеческая с чертами голубя (выпученные глаза, длинный нос и большие глаза). И размером напоминая кукольную.       — Ндааа… Я успел позабыть какой ты. Век бы не вспоминал.       — Чьи похороны? — Все тот же голос без эмоций с этим лицом смотрелись довольно жутко.       Мужчина в последний раз взглянул на Хранителя в теле голубя с головой куклы, будто недоумевая — действительно не знает, что ли?        — Ты знаешь меня, ты проверил мое тело перед переходом сюда. Ты и правда не понимаешь?       -… Ты перешел Грань ради своих похорон? — В этот раз в его голосе мужчине послышалась немного той горечи, что плескалась в его глазах. Или же ему хотелось в это верить.       — Да. Где как не дома мне стоит закончить свое путешествие. — В этот раз он не стал искать понимание в глазах Хранителя. Он столько сделал для этого мира, а теперь чужой? Гадко.       Прошло еще минут пять, за которые голубь тщательно осмотрел мужчину. Сам он за это время успел прикурить сигарету, без церемоний усевшись на голую землю. Вытянув руку вперед, он будто фокусник вытянул прямо из воздуха кожаную сумку. Такую же потрёпанную как он сам. Он стал искать в ней что-то, попеременно отмахиваясь от летающий вокруг него символов. Они кружили вокруг него, складываясь в те самые предложения что он в прошлый раз смел рукой. Хранитель внимательно вчитывался в них и все больше хмурился, видя результат своей проверки.       — Судя по состоянию твоего ядра, ты покинешь этот мир не позже утра. — Хранитель недолго молчал, все так же хмурясь. — Мне жаль.       — Покинуть мир? Ха-ха-ха… Покинуть именно этот мир я могу в любой момент, а вот к завтрашнему утру я именно что сдохну! Энджи, в этот раз и правда не получится обмануть костлявую, даже дар тут не поможет. Я попал в ту же ловушку что и мой партнер. Помнишь, в прошлый раз со мной приходил? Для тебя и этого мира конечно прошло намного меньше времени, ты не мог забыть. Ты в принципе ничего не забываешь, да? — Все так же роясь в сумке, с горечью спросил путешественник. — Энджи, послушай. У меня есть незаконченные дела в этом мире. И просьба к тебе. Последняя. В память о нашей дружбе, если ты все-таки считаешь меня своим другом. Прошу.       Последние слова он не сказал, а просипел сквозь комок в горле. Он все так же что-то пытался найти в сумке и не смотрел на голубя. На секунду он замер, будто нашел что искал, но не решался доставать это под свет фонаря. В этот момент ему на плечи легли холодные руки, будто пытаясь успокоить. Подняв взгляд, он увидел знакомое лицо Хранителя, которое видел много лет назад, когда сбегал с Земли с множеством идей как избавиться от этого гребанного дара. Это лицо не могло принадлежать настоящем человеку, слишком идеальное, не бывает таких ярко желтых глаз и белых волос. По крайней мере на Земле. К сожалению, на этом лице невозможно увидеть каких-либо эмоций, это лишь костюм для того, кто изначально тела не имел. Но это никак не умаляет его способности чувствовать, пусть и не так как обычные люди. Сам факт того, что он принял именно этот облик доказывает наличие у него сочувствия.       — В чем заключается твоя просьба?       Немного колеблясь, путник достал из сумки шкатулку. Она была перемотана обрезками ткани, а поверх написаны иероглифы.       — В ней находится артефакт, он способен вместить в себя способность. Моя идея заключается в том, чтобы после моей смерти этот гребанный дар не перешел первому попавшемуся идиоту. — По мере рассказа, он разматывал шкатулку для того, чтобы продемонстрировать содержимое. Немного поколдовав (в буквальном смысле, были даже искры от заклинаний) над замком, он открыл ее. Внутри лежал необычный фрукт с множеством завитушек, по форме напоминая яблоко, но полностью белое. — В одном из миров такие фрукты называются дьявольскими, я смог скопировать его, убрав побочки. Когда я умру, мой дар будет заключен в этот фрукт. Отдай его тому, кто и правда захочет путешествовать, и не будет сожалеть о своем родном мире как я. Ну или тому, кого посчитаешь достойным этого, тебе я могу доверить это.       С грустной улыбкой он вспоминал девушку, унаследовавшую дар его друга. Путешественники являются раковой опухолью для любого мира среди всех вселенных, они вечные путники.       — Последний путешественник которого я знал, покончила жизнь самоубийством. Этот ребенок не вынесла того факта, что не сможет состариться со своим любимым и то, что мир, в котором родилась она может посетить лишь на некоторое время. Ей пришлось покинуть своего муженька и дочь для того, чтобы сохранить мир, в котором они живут. — Докурив сигарету, он тут же затянулся следующей. -В следующий раз она смогла попасть к ним только когда ее дочь уже как год умерла от старости. Она еще некоторое время приходила туда что бы увидеть своих потомков, перестав только когда последний из них не оставил после себя детей. Она решила все закончить пока я был занят в Библиотеке. Знала, что я будь я рядом, смог бы остановить.       Внимательно слушая поток мысли путешественника, Хранитель забрал шкатулку из рук друга. Изучив артефакт, не прикасаясь к самому фрукту, вернул хозяину.       — Хорошо, я сделаю это. Мне остаться с тобой?       Мужчина удивленно поднял глаза, такого предложения от Энджела он не ожидал. Беспрецедентный случай, однако. Можно было бы сказать, что и путешественник умирает впервые, но это было бы не правдой.       — Не надо, просто забери артефакт, когда меня не станет. — Ему хотелось уйти без свидетелей. Он не был уверен, что заклинание иммунитета к боли подействует. Не хотелось бы что бы Хранитель запомнил его корчащимся от боли. — Прощай.       Хранитель глядел в спину мужчины испытывая горе от скорой утраты. Он знал многих путешественников, ведь служит этому миру с начала его сотворения. Но другом его считал только последний. Даже имя придумал ему — Энджел, потому что принял его за ангела, когда впервые увидел. Он из тех, кто всегда стремится вернуться домой, пусть ненадолго, пусть даже на час, но вернуться. Другие не хотели бы возвращаться из-за боли, а он проводил уже последнего родственника, но все равно приходил сюда раз за разом. Заметно облегчая его работу, своими посещениями надо сказать. Каждый раз, как будто предсказывая его приход, появлялись опасности мирового порядка. Хоть его последняя выходка с Библиотекой и вычеркнуло его из реестра, перемещаться ему это никак не мешает. Остается надеется, что по обыкновению не придет опасность, с которой может справится только он.       Постояв еще минуту, стирая следы присутствия двух не людей Хранитель растворился в воздухе.       В это время в одной из многоэтажек, на последнем этаже скрипнула дверь, давно не используемыми петлями. Путешественник не глядя кинул ключи на полку, повесил плащ на крючок и не разуваясь прошел в гостиную.       — Давненько я тут не был, пыль поросла уже. Может прибраться вручную, а не с помощью магии, что вошло уже в привычку? — он замер на секунду с задумчивым видом. — Как и разговоры с самим собой, судя по всему…       Его взгляд блуждал по комнате, натыкаясь на памятные вещи, которые было бы накладно таскать с собой, но грели душу своим наличием. Книга без ответов, которая отвечает на вопросы, но своими ответами создает их еще больше. Кольцо испорченных желаний, что бы ты не загадал оно исполнит в самой бесполезной форме, если захочешь, например быть вечно молодым, ты застрянешь в возрасте 3 лет. Такие бесполезные безделушки на полках перемешаны с фотографиями его семьи и друзей. Почти все из них уже мертвы, остались лишь те, кто не способен умереть по естественным причинам. Например, тот же Хранитель, на фото он старательно копирует выражение радости Путешественника (безуспешно).       Взгляд мужчины скользил по полкам, а перед глазами у него проносились все счастливые моменты с этими людьми. Он размышлял над тем какие эмоции должен сейчас испытывать.       — Разве не странно что в моем возрасте я боюсь смерти? Я видел ее проявление много раз: на войне, во имя любви, от старости или болезни, по глупости. Но столько миров еще не знают о существовании такого прекрасного меня, еще стольких существ я не успел довести до ручки. Хотя стоп! В этом мире я родился не больше сотни лет назад, по паспорту я еще молодой, так что эти мысли оправданы. Для меня так точно.       Размышляя над превратностями жизни и своим эгоизмом, он прошел в спальню. В углу комнаты с минимум мебели, стоял винный шкаф с напитками ценность которых превышает даже годовой бюджет некоторых стран или королевств. Немного подумав, он выбрал вино из одной страны эльфов, они умельцы в виноделье. Взяв одну бутылку, он задумался над небольшим нюансом своей смерти.       — С даром я решил проблему, а вот про вещи не подумал. Надо оставить записку Энджи. Хм… Это что-то вроде завещания, да? Пхах, я должен был его написать еще когда мне первый сотник стукнул. — Этот монолог отвлекал его от размышлений.       В своеобразном завещании он решил все оставить тому, кто унаследует от него дар. Пусть будет ему или ей подарком на прощание. Записку он закинул к фрукту. После достал из подпространства все свои пожитки, оставив только вино, сигареты и шкатулку.       Немаленькая такая гора получилась у кровати. Там были предметы, которые помогут в выживании, а личные вещи он решил не забирать, ему было все равно что о нем подумает преемник. Закончив хлопоты, он, не заморачиваясь что его кто-то увидит вылетел прямо из окна на крышу.       Уже светало. Осталось не больше получаса. Как долго он придавался воспоминаниям глядя на фотографии? Неужели это старческое под конец решило его догнать.       Почему он решил закончить свою жизнь именно в своем родном мире? Он мог закатить последнюю вечеринку на планете, где всегда праздник. Или, наоборот, найти самый пустой мир. Нет, просто для него путешествие должно заканчиваться именно здесь. У всех есть место куда они могут или хотят вернуться. Даже для вечного путешественника. Он хочет закончить свое путешествие именно дома.       Присев на самый край крыши, он откупорил бутылку и прикурил последнюю сигарету. В последнюю очередь он достал небольшой медальон на кожаном шнурке. Больше всего он напоминал бронзовую монету, но без обозначений по сторонам, лишь на ребре вырезаны слова заклинаний. Для путешественника этот неприметный артефакт имел огромное значение в отличие от остальных в квартире. С его помощью его временная линия была синхронизирована с линией его друга и партнера. В идеале медальон должен едва пульсировать, имитируя сердцебиение владельца второй части артефакта. Он решил оставить последнее послание одному идиоту.       — Сигарета есть, выпивка есть, красивый рассвет есть, что еще надо для счастья? Всего лишь твоего присутствия. — С малой надеждой он ждал потепления медальона, после того как начал запись. — Но конечно же ты не можешь выполнить последней воли умирающего, гад. И надо было лезть туда? И я, старый дурак туда же, не удержался, надеялся, что ты жив. Ведь эти книгофилы с Библиотеки ничего не сказали. Знай, если я тебя не найду на той стороне, то ты встретишь мой призрак очень скоро. Надеюсь, мне хватит духовной силы на это. В любом случае, жди меня.       Закончив последние приготовления, он замер в ожидании, лишь сигарета тлела между пальцев. Последние минуты своей жизни он ни о чем не думал, лишь смотрел в даль и наслаждался видом своего дома, в котором он останется навсегда. Теперь навсегда.       Город в это время просыпался, кто-то вставал на работу, кто-то только ложился. Тот самый пьянчуга проснулся на мокрой траве с мыслями закодироваться. Строго вида парень вышел из подъезда на утреннюю пробежку, на ходу заплетая темные волосы в хвост. Другой парень разодетый как рокер, только возвращался с клуба домой, пугая старушек у подъезда своими седыми волосами. С обратной стороны улицы девушка выгуливает собаку, каждые пять минут поправляя круглые очки. Жизнь продолжается. Но не для всех.       На крыше дома с первыми лучами солнца появился Хранитель. Он присел рядом со своим другом, который больше никогда не назовет его по имени. Подняв нетронутую бутылку, он залпом высушил почти половину. Ему, конечно, никогда не опьянеть, но сейчас он хотел этого как никогда.       — За тебя, Путешественник. — с этими словами он допил вино. — Я буду скучать.       Посидев еще немного, он растаял в воздухе вместе с телом и любыми следами их присутствия. Позже на одной поляне глубоко в лесу, появится могила с камнем вместо надгробья без эпитафии.       Вечером того же дня в одном популярном баре, на кухне, седовласый парень, страдая от похмелья не обратит внимание на то, что один из фруктов абсолютно белый, в отличии от остальной партии.