Журналистское расследование

Вампир вышел из машины. Старомодно, но уже привычно поцеловал ей тыльную сторону ладони. Мия поймала себя на мысли: «Как же идут Виктору костюмы. И он умеет их носить. Рубашка словно скроена по индивидуальным лекалам. Хотя, почему словно?» Ван Арт помог ей занять пассажирское кресло. Мия аккуратно сложила на заднее сиденье пальто и объёмную сумку. Вампир мягко улыбнулся: — Буду счастлив сопровождать сегодня такую обворожительную женщину. — Спасибо, Вик… Сюрприз удался? — Без сомнений. У меня тоже для тебя сюрприз. Вампир достал коробочку: — Попался на глаза комплект украшений из Мексики. Поскольку ты предпочла оставить фасон своего наряда в тайне, мне пришлось полагаться на интуицию. Огненный опал — рискованный выбор, но, кажется, интуиция меня не подвела. Мия дрожащими пальчиками открыла упаковку. На подложке увидела колье и серьги с камнем: — Как красиво, — девушка коснулась серебряных пластин, из которых состояло колье. Они были испещрены мелкими символами. — Это что? Письменность ацтеков? — Да. Продавец уверял, что они оберегают владельца от дурных помыслов. — Спасибо тебе, — восхищённо произнесла Мия. — Я надену? — Рад, что понравилось. Я не настаиваю, можешь оставить имеющиеся украшения, хочешь — надевай новый комплект. Мия быстро защёлкнула серьги. Затем сняла свою тонкую цепочку, убрала в коробочку. После приложила колье к груди, отодвинула волосы с шеи. — Поможешь застегнуть? Ван Арт с готовностью принялся застёгивать замок. Она непроизвольно вздрогнула от касаний его холодных пальцев. — Готово. Пусть будет приятным напоминанием о нашей поездке в Мексику. — Да, о нашем мексиканском приключении, — лукаво улыбнулась Мия. — Пусть и не всё прошло гладко, да и останавливаться пришлось в месте, едва ли пригодном для туризма… Но это страна с удивительной культурой, достопримечательностями. И у тебя ещё будет всё время мира, чтобы познакомиться с ней во второй раз. Девушка достала пудреницу с зеркалом, чтобы оценить как комплект смотрится на ней. Виктор, уловив восхищение в её глазах, чуть улыбнулся. — Можем ехать? Мия игриво покачала головой. — Нет. Если мы теперь в отношениях, то ты упустил один существенный момент… Памятные подарки — это хорошо, но… — Прошу меня извинить. Готов исправиться. Что я должен сделать? Девушка потянулась к нему за поцелуем. Вампир нежно коснулся её губ. — Вот теперь можем ехать, — тихо сказала Мия. Виктор вырулил на магистраль и поехал в сторону галереи. По салону разлилась приятная музыка. Мия начала разговор: — Грэйс мне сказала, что они с Артуром будут там. — Да. И София тоже. Она один из организаторов выставки. — А Ксандр? — Останется в «Новой Жизни». Посмотрит за ситуацией. Снова в салоне повисло молчание. Мия волнительно теребила кольцо. «Интересно, это из-за профессиональной деформации меня так смущают паузы в разговоре? Со скрытным Виктором это частое явление…» Вампир заговорил первым: — На выставке пробудем недолго. Главное, присутствовать на официальной части, я переговорю с парой меценатов. Затем поедем поужинаем. Я забронировал нам столик. — А потом? Ван Арт бросил красноречивый взгляд на девушку, задержался на разрезе платья: — Потом отвезу тебя, куда скажешь. Можем поехать ко мне. Мия подняла на него глаза и улыбнулась: — Мне нравится твой план. Выставочный зал встретил их шумом, звоном бокалов. Оформление было концептуальным и не лишенным пафоса. Приглашенные музыканты играли классические произведения, в отдалении стоял фуршетный стол, а услужливые официанты предлагали вновь прибывшим напитки. Виктор посмотрел на Мию и взял с подноса два бокала игристого шампанского. — За вечер? — предложил Ван Арт. — И за нашу встречу! Мия сделала пару глотков, чувствуя, как напиток раскрывается и оставляет на языке деликатное послевкусие. В центре зала София разговаривала с каким-то мужчиной. — Пойдем поздороваемся, — Виктор уверенно взял спутницу под руку. Мия тут же почувствовала на себе взгляды — любопытствующие, обжигающие, завистливые, восхищенные… «Журналисты из редакции многое бы отдали, чтобы попасть сюда сегодня и получить эксклюзив с открытия. Но по иронии судьбы эксклюзив сегодня я. Та, что пришла с Князем». На лице у девушки непроизвольно проступила усмешка. Тем временем пара подошла к Софии. Неподалеку от неё Грэйс и Артур разглядывали экспонат и перешептывались. Фон Гельц прервала разговор с собеседником и спешно подошла к Ван Арту: — Добрый вечер, Виктор, … Мия. Рада вас видеть. — Добрый вечер! — почти синхронно ответили на приветствие Князь и журналистка. София задержала взгляд на опаловом ожерелье, губы искривились в ухмылке, она скосила глаза на Артура, но его внимание по-прежнему было поглощено выставочным лотом или — что более вероятно — Грэйс. — Масштабно, — отметил Виктор, еще раз окинув взглядом помещение. — Ну с учетом того, что времени на подготовку было не так уж и много, думаю, получилось прилично. Хотя я не согласна с некоторыми дизайнерскими решениями. Виктор улыбнулся, с полуслова понимая, о чем речь. Тем временем вампирша продолжила: — Господин Бертолуччи хотел поговорить с тобой о реставрации тех картин начала XX века. Так что удели ему пару минут, он ждёт. Не возражаешь, Мия? — Нет, все в порядке. Я как раз хотела кое-что уточнить у тебя, София. Ван Арт, чуть кивнув дамам, отправился к мужчине, с которым недавно беседовала София. Вампирша же удивлённо посмотрела на Мию. — Я понимаю, сегодня закрытый показ. Но позволь мне запечатлеть пару лотов. Самые оригинальные экземпляры уйдут с молотка до рассвета, а я бы хотела обеспечить «Эпохе» эксклюзив. София окинула её оценивающим взглядом. Отказать спутнице Князя — значит проявить нетактичность, разрешить лишнее — рискнуть собственным положением. — Разумеется, Мия. Но, думаю, ты понимаешь, что некоторые артефакты не совсем легальны, это чисто для своих, не для СМИ. Но несколько занятных лотов я тебе покажу. Помощница Князя провела Мию к небольшому кинжалу. — Ханжарли, середина XVIII века, Индия, ручная работа. Журналистка завороженно рассматривала клинок с двойным изгибом. У его основания было нанесено изображение головы слона. И... выделялись бурые пятна непонятного происхождения. — Это что, кровь? — Бутафория, нанесли на изделия для антуража, — махнула рукой София, — делай снимки и пойдем дальше. — Япония. Ваза эпохи Мэйдзи. Начало XX века. Скорее всего, заберут сегодня. Занятный лот. Начальная цена недорогая, но впишется в практически любой интерьер. Журналистка сделала фото бронзовой вазы с золочением. И София повела её дальше, как раз к тому экспонату, около которого стояли Артур с Грэйс. — Европа. Середина прошлого века. Винтажное украшение. Серьги и кольцо с гранатом. Кажется, Артур присмотрел эту вещицу, поэтому можешь смело сфотографировать для истории. Мия тепло поздоровалась с Артуром и Грэйс, сделала снимки и поблагодарила Софию за мини-экскурсию. И вампирша весело защебетала с очередным очень важным меценатом. К компании подошел Виктор. Он обменялся с Артуром крепким рукопожатием и едва заметно, но вежливо кивнул Грэйс. — Любопытный выбор экспозиции. Кажется, сегодня мы увидим ещё немало винтажных редкостей, — негромко заметил Ван Арт. — София вместе с Андерсонами постарались, — отозвался Артур. — Аж захотелось поучаствовать в аукционе. Виктор едва заметно кивнул и, чуть понизив голос, перешёл к делу: — Юристы закончили проверку контракта на строительство? — Там много подводных камней, отложили согласование правок до понедельника, — Артур беспечно пожал плечами. — Впрочем, если тебе не терпится, можешь поговорить об этом с Ксандром. — Пожалуй, нет. До понедельника так до понедельника. — А вот в плане логистики надо бы решить сегодня-завтра. Потому что... Грэйс, устав от скучных обсуждений, подошла к Мие поближе и предложила «припудрить носик». По пути в уборную восторженно рассказывала: — Артур предложил мне самой поучаствовать в аукционе, как начнется! А София пыталась меня унизить взглядом… Ой, а как у вас с Князем? Впрочем, вижу, что все хорошо! Грэйс коснулась подаренного опалового ожерелья. — Какое красивое! Как на свету играет! — Ну у тебя тоже будет скоро что-то красивое, — ввернула наконец реплику Мия. — Ох да, но я так волнуюсь. На аукционе будут суммы, которые я в этой сауне за год не заработаю. Впрочем, Артур сказал, чтобы я увольнялась оттуда… Боже, Мия, давай лучше посреди недели увидимся и обсудим все за чашкой кофе. — Ты права. У стен слишком острый слух. И им необязательно знать наши маленькие секреты. Мия посмотрела на себя в зеркало, ещё раз отметив как эффектно смотрится ожерелье, и отправилась в выставочный зал. Ван Арт разговаривал с какой-то эксцентричной женщиной. И, завидев Мию, распрощался с собеседницей и направился к ней. — Как ты? Присмотрела себе что-то? — Эмм... нет, я выполняла что-то вроде редакционного задания. Виктор недоуменно посмотрел на девушку. И Мия поспешила добавить. — Ничего особенного, с разрешения Софии сфотографировала несколько лотов, которые уйдут сегодня, то есть до официального открытия. — Бремя акулы пера не дает расслабиться? Ни выходного без эксклюзива? — Ну ты тоже выполняешь обязанности Князя. Беседуешь с нужными людьми. Несмотря на выходной и... наше свидание. — Ты права, милая, — Виктор чуть улыбнулся. — Тогда предлагаю покончить с этой порочной практикой и поехать поужинать. — Предложение принято! Мия и Ван Арт наскоро попрощались и покинули галерею. Ресторан был небольшим, с отдельными секциями. Официант отвел их к забронированному столу. Мия полистала меню, не зацепляясь взглядом ни на чем конкретно. — Ты часто здесь бываешь? — Несколько раз посещал это заведение. Тут приличная кухня, живая ненавязчивая музыка. «Интересно, с кем?» — некстати подумала Мия. Она видела, как он влияет на женщин, и понимала, что Князь вряд ли вел монашеский образ жизни, пока она была в отношениях с Бенни. Ван Арт же, неверно истолковав причину её задумчивости, решил помочь с выбором блюда: — Рекомендую утку по-пекински. А к ней в компанию вино из Тосканы. Мия с удовольствием оторвалась от нахлынувших невеселых мыслей, подтвердила заказ. Во время ожидания по привычке потянулась к телефону и вспомнила про фотографии выставочных лотов. — Виктор, я быстро отправлю коллеге экспонаты для аукциона? — Покажи, что ты там сфотографировала. — Уверяю, ничего криминального, только то, что разрешила госпожа фон Гельц. Мия показала фото всех трёх вещей с разных ракурсов. Ван Арт со всей дотошной внимательностью их разглядывал. Девушка забрала телефон и предложила: — Ну, раз ты так заинтересован тем, что попадёт в СМИ, помоги мне с описанием. Журналистка скинула фото Дрейдену и быстро надиктовала информацию по каждому лоту. Затем обратилась к вампиру: — Прошу меня извинить, рабочие дела отвлекают от приятной беседы. Ты так заинтересовался тем, чтобы ничего лишнего не ушло за пределы выставки, будто среди всех экспонатов затесались объекты, полученные серыми схемами. Ван Арт улыбнулся глазами: — О, наверняка не просто серыми схемами, но и черными. Коллекционеры, знаешь ли, народ специфический. Из интересного: есть четыре картины, которые пока не прошли экспертизу. Но если гипотеза подтвердится и они действительно эпохи Возрождения, то цена взлетит в сотни раз. Но, разумеется, эту историю СМИ не узнают. Мия собиралась задать пару уточняющих вопросов, но в это время официант принёс главное блюдо — утку. Диалог уступил место живой музыке. За десертом Мия делилась впечатлениями прошедшей недели, Виктор рассказал немного как жил в Китае какое-то время. Когда вечер в ресторане подошел к концу, вампир помог девушке накинуть пальто, задержав руки на её талии. На улице ночной воздух приятно холодил кожу. Виктор открыл перед ней дверцу машины. Дождался, пока она устроится на сидении. Затем принял входящий звонок, сказав собеседнику, что его не будет в «Новой жизни». Пользуясь моментом, Мия написала Трише в мессенджере, что не придёт ночевать в квартиру. Через минуту Триша прислала несколько восхищённых сообщений со множеством смайлов. Мия убрала гаджет в сумку. Девушка подняла глаза на вампира и улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается приятное предвкушение. — Ты обещал отвезти меня, куда я скажу. — Конечно. Куда же ты хочешь? — Едем к тебе, — лаконично ответила она. Виктор плавно вырулил на скоростную дорогу, и машина влилась в поток спящего города. Главный экспонат этого вечера он уже нашел, и теперь не собирался делить его ни со своими рабочими вопросами, ни с редакцией «Эпохи».