Малфой. Грейнджер. Ложь.

— Где твоя ненаглядная, Драко? — спросил Забини, отпивая не-сок. — Там какой-то форс-мажор с музыкой, — сказала подошедшая Джинни. — Малышка… — округлил глаза Блейз. — Что на тебе, черт возьми? — О, это мое новое платье, — покрутилась она, показывая обнаженную спину. — Нравится? — За мной, — прорычал мулат, хватая ее за руку и уводя в сторону выхода из Большого зала. Закатив глаза, Малфой поправил манжеты своего двубортного молочного пиджака, который контрастировал с черными брюками и бабочкой. Волосы слизеринец уложил в более классическом варианте — они лежали идеально ровно, откинутые назад. Смотря на него, никто бы и не догадался, как он смертельно устал от собственной роли. «Осталось два дня, и, наконец-то, я буду свободен». Они с Гермионой решили — в этот вечер она появится одна. Пора было убедить всех, что их «идеальная пара» трещит по швам. Сделав еще один глоток огневиски, Драко посмотрел в зачарованный потолок, откуда медленно падал пушистый снег. Точно такой же укрывал пол и роскошные ели вдоль стен, украшенные живыми свечами и игрушками факультетских цветов. Все это было похоже на открытку, на тщательно продуманную сказку — и он ненавидел каждую секунду этого притворства. — Знаешь, я долго не могла понять, что ты в ней нашел, — раздался у самого уха голос Паркинсон. — Но Грейнджер умеет удивлять. — О чем ты? — нахмурился Драко, переводя взгляд с потолка на подругу. — О ней, — показала она рукой, держащей стакан, в сторону входа. Серые глаза Драко метнулись к дверям, где стояла куча студентов. Он увидел Тео, который разговаривал с какой-то девушкой с темными зализанными в низкий пучок волосами и в экстремально коротком платье. «О чем Пэнс вообще говорит?» — недоумевал блондин ровно до тех пор, пока незнакомка не повернулась, пронзая его взглядом карамельных глаз. Девушка двинулась в сторону своего лже-парня с улыбкой на лице. Малфой не отрываясь следил за ее длинными стройными ногами в молочных туфлях на высокой платформе и толстом каблуке с ремешком на щиколотке. Он скользнул глазами выше, замечая корсетное платье цвета слоновой кости: ткань была украшена еле заметными веточками и цветами в стиле прованс, а на плечах покоились декоративные круги, выполненные из жгута в форме кос. Такая же «коса» разделяла верх от пышной юбки, которая едва прикрывала то, что, по идее, нельзя было показывать в стенах школы. «Гребаная ведьма, — прикрыл глаза слизеринец, пытаясь взять себя в руки. — Она точно решила не останавливаться на счете три-три». — Дорогой, прекрасно выглядишь, — пропела подошедшая Гермиона и смахнула невидимую пылинку с лацкана его пиджака. — Паркинсон, тебе идет платье, — улыбнулась слизеринке Грейнджер. — Спасибо, — сглотнул Малфой, стараясь смотреть ей в глаза. Только в глаза. Ни на ключицу. Ни на изгиб груди, который четко очерчивал корсет. «Просто не смотреть ниже подбородка». — Ты тоже выглядишь… прекрасно. Впрочем, как всегда, — собрав остатки самообладания, он мягко провел пальцами по ее скуле. — Вы такие милые, меня сейчас вырвет, — театрально закатила глаза Пэнси. — Где ты достала это платье? — пристально посмотрела она на однокурсницу. — В маггловском магазине, — спокойно ответила Гермиона. — Прости, дорогой, у меня очень много дел. Я вынуждена покинуть тебя ненадолго. Где, кстати, Джинни? — оглянулась гриффиндорка в поисках подруги. — Трахается с Блейзом, — безэмоционально ответил Драко. Гермиона слегка вздрогнула от его грубости, поджав губы и раздраженно выдохнув: — Ясно. А Гарри? — Встречает твоих бывших, — с удовольствием произнесла Пэнси, не скрывая ухмылки и предвкушая реакцию. — Не понял… — мгновенно насторожился Малфой, резко переводя прищуренный взгляд на подругу. — Каких бывших? — нахмурилась Гермиона. — У тебя их так много? — выгнула бровь слизеринка. — Нет, я просто не понимаю… — Видимо, Уизли решил подключить тяжелую артиллерию, — ехидно хмыкнула Паркинсон и многозначительно кивнула в сторону входа. — А, вот и они. Гермиона обернулась и замерла, чувствуя, как сердце проваливается куда-то вниз: Гарри и Рон двигались навстречу, а за ними, широко улыбаясь, возвышался… Виктор Крам. Грейнджер широко открыла глаза в замешательстве. — Вы, блять, издеваетесь надо мной? — опасно низким тоном произнес Драко. — Хэрмини! — раскинул руки с обезоруживающей улыбкой болгарин. — Как я рад тебя видеть, — сжал он в объятиях гриффиндорку. — Виктор?.. — растерянно пробормотала Гермиона, слегка отстраняясь, чтобы посмотреть ему в лицо. Ее щеки начали заливаться краской, а глаза забегали, пытаясь осознать происходящее. — Что ты здесь делаешь? — Ты не рада меня видеть, Хэрмини? — с наигранной обидой надул губы Крам. — Да, она не рада тебя видеть, — холодно процедил Драко, притягивая свою лже-девушку за талию и демонстрируя право собственности. — Нет-нет, — мягко возразила Гермиона, освобождаясь из захвата. — Я просто не ожидала… Как ты здесь очутился? — Рон меня позвал, — с простодушной улыбкой сообщил Виктор. — Сказал, что я обязательно должен прибыть на бал. У меня соревнования в Британии, и мы пересеклись в «Трех метлах». Гермиона резко повернула голову, сверля бывшего парня номер два разгневанным взглядом: — Рональд? — Счастливое совпадение, — ухмыльнулся Уизли, явно наслаждаясь своей выходкой. — Хотел тебе напомнить, что такое чувство вкуса. Дважды. — Уизелл, — протянул с явным презрением Малфой, — до этого года понятие «вкус» ей было не знакомо. — Слушай… — прищурился рыжий. — Я тоже очень удивился, — поспешил вмешаться Гарри и похлопал Виктора по плечу, пытаясь разрядить атмосферу. — Но приятно встретить старого друга. Выпьем? — попытался он увести Рона и Крама от эпицентра напряжения. — Нет, я хочу потанцевать с самой прекрасной девушкой на балу, — галантно подал руку гриффиндорке болгарин. — Она не танцует ни с кем, кроме меня, — произнес Драко, и на этот раз его голос звучал с плохо скрываемым гневом. — Вообще-то… — снова попыталась мягко возразить Гермиона, пытаясь оторвать от себя руку Малфоя. — Рон? — раздался удивленный голос Джинни, рядом с ней был Блейз с собственнически лежащей на ее талии рукой. — Ты что здесь делаешь? Виктор? — взлетели ее брови. — Моя будущая коллега, — поцеловал руку рыжей звезда квиддича с ослепительной и открытой улыбкой. — Прекрасно выглядишь. — Давай-ка ты уберешь свои клешни от моей девушки, — с холодом процедил Забини, двумя пальцами отбрасывая руку Виктора с плеча Джинни. — Блейз! — резко повернулась к парню Джинни. — Будь потактичнее. Виктор — просто наш друг. — Знаем мы таких друзей, — мрачно, почти синхронно пробурчали Малфой и Забини. — Виктор, я обязательно с тобой потанцую, — лучезарно улыбнулась Гермиона, игнорируя злобный взгляд Драко. — У меня есть пару дел, скоро вернусь. Гарри, Рон, на пару слов, — решительно взяв под руки друзей, она направилась к выходу. — Грейнджер, я тебе не советую никуда уходить, — холодно произнес Малфой ей вслед. — Как хорошо, что твои советы мне не интересны, дорогой, — бросила она с вызывающим блеском в глазах, исчезая вместе с друзьями. — Стерва… — еле слышно прошипел Малфой. — Джинни, покажешь, где у вас наливают? — улыбнулся девушке Виктор. — Да, конечно, — весело улыбнулась она, увлекая его к столику с напитками. — Что за херня? — прошипел Блейз, сжимая кулаки и сверля взглядом смеющуюся пару. — Ебучий Уизли… — мрачно процедил Драко и, резко развернувшись, направился к выходу, едва сдерживаясь, чтобы не сорваться.

***

— Рон, Гарри, что это вообще такое? — сердито прищурилась Гермиона, резко высвобождая руки из сгиба локтей друзей и глядя на них с явным раздражением. — Честное слово, я не знал! — поднял ладони в сдающемся жесте Поттер. — Рональд? — перевела она напряженный взгляд на рыжего, чувствуя, как раздражение начинает перерастать в злость. — Я же сказал, мы случайно пересеклись… — начал Уизли, не в силах скрыть довольную улыбку, которая лишь подливала масла в огонь. — А сюда ты его позвал зачем? — сжав зубы, спросила гриффиндорка. — А почему бы и нет? — небрежно выгнул бровь Рон, демонстративно скрестив руки на груди. — Что происходит? — все больше раздражаясь, повторила она его позу. — Я хотел тебе напомнить, что помимо хорька в мире полно приличных парней. Я согласен с тем, что из нас с тобой не лучшая пара, — слегка поджал губы Рон. — Но Крам — прекрасный вариант. Брось этого ублюдка! — Ты в свахи заделался? — возмутилась Гермиона. — Какое ты имеешь право влезать в мою личную жизнь?! — Я твой друг! Я не дам Малфою обидеть тебя и не позволю, чтобы он бросил тебя, когда наиграется! — Думаешь, меня нельзя полюбить, Рональд?! — уже кипела от гнева гриффиндорка. — Я думаю, Малфоя нельзя любить, — жестко ответил он. — Давай я сама разберусь, кого мне любить! — Так ты его любишь?! — возмущенно воскликнул Рон, расширив глаза от потрясения. — Ребята… — попытался сгладить конфликт Гарри. — Тебя это не касается, Рон! — вскинулась Гермиона, шагнув ближе. — Как это не касается?! Он моральный урод! Я хочу тебя защитить! — И поэтому ты приводишь сюда Виктора, как красную тряпку для быка? Ты хочешь, чтобы они устроили драку прямо здесь? Мы с Крамом даже толком не встречались! — Он все еще влюблен в тебя, Миона, — неожиданно мягко сказал Рон, слегка сбавляя тон. — Ты просто… — Гермиона беспомощно выдохнула, растерянно качая головой. — Я не могу поверить, Рональд. Как ты мог так поступить, не предупредив меня? Я выглядела полной идиоткой! Я рада видеть Крама, но… — Отрадно слышать, — раздался холодный, как лезвие, голос Драко за ее спиной. Гермиона вздрогнула, как от удара. — Как мило, что ты сегодня решила собрать всех своих бывших в одной комнате, Грейнджер. Пожалуй, я тоже присоединюсь к их числу, — закончил он с показным равнодушием и резко развернулся, исчезая в толпе и оставляя ее с плотно зажмуренными глазами. — Вот! — торжествующе улыбнулся Рон. — Даже лучше, чем я рассчитывал! — Ты просто идиот, Рональд Уизли, — выдохнула Гермиона, чувствуя себя полностью опустошенной. Быстро развернувшись, она вошла обратно в зал, отчаянно выискивая глазами светлую макушку слизеринца. — Хэрмини, время пришло, — ласково потянул ее за талию Крам, неожиданно появившись рядом и увлекая ее к танцполу. — Виктор, сейчас правда не лучший момент, — почти не слушая его, беспокойно пробормотала Гермиона, продолжая метаться взглядом по залу в поисках Драко. — Но это прекрасная песня, — мягко возразил он, крепко и уверенно прижимая ее к себе, — лучшего момента не найти. — Виктор… — попробовала отойти Гермиона. — Я не могу с тобой танцевать. Мне надо найти Малфоя. — Он все равно занят, — закатил глаза болгарин и показал взглядом ей куда-то в сторону. Гриффиндорка посмотрела в нужном направлении и застыла, чувствуя, как по спине пробежал ледяной холод: Драко стоял рядом с Дафной, которая самодовольно улыбалась, выгнув тонкую бровь. Блондин наклонился к ее уху, что-то говоря с чарующей улыбкой, а она ответила, томно обхватив его шею руками, и оба начали двигаться к центру танцпола. — Я сказала «позже», — почти грубо высвободилась Гермиона из объятий Виктора, но тот мягко взял ее руку, снова останавливая. — Хэрмини, — серьезно посмотрел он на нее, — я думаю, нам стоит закончить танец. Я пригласил тебя так настойчиво только потому, что твой Малфой флиртовал при всех с той девушкой. Я не знаю, что произошло, но, если ты сейчас туда подойдешь, он победит. Ты достойна большего, чем парня, который при всех танцует с другой. — Дело не в этом, — хмуро и резко ответила Гермиона, ее глаза вспыхнули упрямством. — Он может делать, что хочет, но я не позволю людям думать, будто я такая же, как он, — с вызовом произнесла она и решительно выдернула руку. Она готова была на убийство. В ее списке уже были Рон и Малфой, и туда почти попал Гарри, но ему, как обычно, удалось выйти сухим из воды. Гриффиндорка стремительно направилась к парочке слизеринцев, сжав зубы так сильно, что заболела челюсть, но прежде чем она успела приблизиться, ее внезапно перехватил Блейз, мягко, но уверенно притягивая к себе и увлекая в танец. — Не рыпайся, — процедил он, сохраняя на лице улыбку и сжимая ее запястье. — Что ты делаешь? — шипя от раздражения, спросила Гермиона, пытаясь вырвать руку из его хватки. — Спасаю вас двух идиотов, — резко прошептал он, усиливая хватку. — Если ты потанцуешь со мной, все решат, что и Драко танцует с Дафной просто как старые друзья. Ты не можешь его проклясть на глазах у всех, — серьезно посмотрел он на нее, сузив темные глаза. — Поверь, я очень даже могу, — дернулась она, а глаза ее блеснули решимостью. — Остановись, Герм, — сжал губы в тонкую линию мулат. — Просто доверься мне. — Твой Малфой — просто мерзавец, — яростно процедила она сквозь зубы, все же вынужденно обнимая Забини за шею. — Твой Уизли — мерзавец не меньше. Он все испортил, — хмуро парировал Блейз. — А тебе это зачем вообще? — прищурилась Гермиона, всматриваясь в его лицо и пытаясь найти подвох. — Драко — мой друг. Я не дам ему все испоганить за два дня до конца соглашения, — глубоко вздохнул Забини, качая головой. — Вы просто фееричные идиоты. Оба. — Не оскорбляй меня, — шикнула гриффиндорка. — Послушай, я слишком хорошо знаю Драко, — голос парня стал мягче, но по-прежнему оставался серьезным. — Ты задела его гордость. Он не был бы собой, если бы не отомстил тебе. Ты его публично унизила. — А он меня прямо сейчас не унижает? — с вызовом спросила Грейнджер, чуть сильнее сжимая пальцы на его плече. — Унижает, — чуть замедлившись, неохотно признал Блейз, поджав губы. — Вы ведете себя как малые дети, честное слово. Почему вы не можете решать проблемы спокойно, как взрослые люди, как партнеры, коллеги? Почему каждый раз надо делать друг другу максимально больно? Я правда не понимаю. — Мы только это и умеем, Блейз, — устало сказала Гермиона. — Впрочем, это неважно. Я просто хочу решить вопрос с родителями, но для этого мне надо выполнить мою часть договора. Он все портит! — Он выполнит свою часть. Драко — человек слова. — Ты шутишь? — горько рассмеялась гриффиндорка. — Его слово и кната не стоит: легко дает — легко забирает. — Это не так, — поджал губы Блейз. — Он трахнул Марию Скримджер, — прошипела Гермиона, чувствуя, как горло сжимает от обиды. — После приема у Нарциссы! Хотя мое главное правило было предельно ясным: никакого секса с другими! — Что? — резко нахмурился мулат, остановившись на секунду и внимательно посмотрев ей в глаза. — Он мне об этом ничего не говорил. — Какая разница, что он говорит?! Его слово — ноль. Я советую открыть тебе глаза, Блейз. Спасибо за танец, и приведи этого придурка в кабинет старостата, чтобы я могла его проклясть без свидетелей, — Гермиона резко отстранилась и поспешила к выходу, даже не оглядываясь. Потратив полчаса на меряние пространства кабинета, она практически дышала огнем: «Да что мудак о себе возомнил?!» Гриффиндорка рывком открыла дверь и пошла назад в сторону Большого зала.

***

«Я выглядела как идиотка! Я рада видеть Крама», — ну что за дура?! И после этого она ещё смеет ему что-то предъявлять? Драко вошел назад в Большой зал, охваченный яростным пламенем. С каждым шагом его охватывала все большая злость, которую мог потушить только старый добрый друг: огневиски. Он подошел к Забини и, не церемонясь, вырвал у него из рук стакан и осушил залпом, ощущая, как жгучая жидкость болезненно обжигает горло. — Тебе нужно успокоиться, — тихо и серьезно произнес мулат, крепче обнимая Джинни за талию. — Я совершенно спокоен, — ледяным голосом отрезал Драко. — Все, что мне сейчас нужно — это выпустить пар. Хватит с меня этого дерьма. — Виктор — наш друг. Хватит играть в ревнивца, Малфой, — раздраженно закатила глаза Джинни. — Я ни в кого не играю, — процедил он. — Меня вообще это больше не касается. Я закончил с Грейнджер, — сказал он, и, увидев Дафну в стороне, двинулся к бывшей любовнице. — Он что, серьезно?! — возмутилась Джинни, ошарашено глядя вслед уходящему Драко. — Малышка, стой, — потянул ее назад Блейз. — Ты издеваешься?! Я не дам ему крутить с бывшей на глазах моей лучшей подруги! — Я все решу, Джинни, — подмигнул ей мулат. — Доверься мне. Тем временем Драко уже подошел к Гринграсс, нацепив привычную ухмылку соблазнителя: — Дафна, прекрасно выглядишь. — Да ты что, Малфой? — выгнула бровь она. — Твоя любовь не надерет тебе задницу за то, как близко ко мне ты находишься? — Никто не может надрать мне задницу. Потанцуем? — подал он ей руку. — Насколько я помню, ты меня послал нахер и сказал не лезть в твои отношения, — хмыкнула она, скрестив руки на груди и гордо поднимая подбородок. — Я просил не проявлять инициативу, — лениво улыбнулся он, делая шаг ближе и наклоняясь к ее уху. — А сейчас закидывай свои руки мне на шею, и я напомню, почему ты так бесилась. Оно того стоит, и ты это знаешь. — Ты с ней расстался? — глаза Дафны заинтересованно блеснули, и она медленно обвила руками его шею. — Типа того, — подмигнул ей Драко и опустил ладони на талию однокурсницы. Они танцевали всего пару минут, когда вдруг он почувствовал на себе тяжелый, полный ярости взгляд гриффиндорки. Дрянь танцевала с этим гребаным Крамом, явно пытаясь вывести его из себя. Чувствуя, как кровь закипает от бешенства, Драко демонстративно притянул Дафну еще ближе, провоцируя Грейнджер на открытую реакцию. — Ты злишься, Малфой? — тихо спросила Дафна, проследив за направлением его взгляда. — Я наслаждаюсь новой компанией, — посмотрел он на нее с плотоядной улыбкой, но через секунду глаза невольно вновь метнулись к Гермионе, которая внезапно высвободилась из рук болгарина и направилась к нему с решительным выражением лица. «Давай же, принцесса, выйди из себя!» Но внезапно ее перехватил Забини и закружил в танце. Драко нахмурился, наблюдая, как эти двое о чем-то ожесточенно спорят. Через минуту Гермиона, явно нехотя, обняла Блейза за шею, а вскоре стремительно вышла из зала. «Что происходит?» — Слушай, Малфой, — резко и холодно сказала Дафна, вырывая его из мыслей. — Я тебе не запасное поле для квиддича. Если не можешь оторвать глаз от своей ненаглядной — вали к ней, — выпорхнула слизеринка из его объятий и скрылась в толпе. Злобно сжав зубы, Драко направился к Забини и без спроса выхватил его флягу, делая большой глоток. — Какого хера ты творишь? С ума сошел? — прищурившись, спросил мулат. — Ага, — сделал несколько больших глотков Драко. — Два дня. Осталось два гребаных дня, а ты танцуешь с Дафной! Что за идиотизм? — закипал Блейз. — Два дня, — процедил Малфой, криво усмехнувшись и игнорируя вопрос друга. — Осталось два гребаных дня, а эта идиотка зажимается со своим бывшим при всех. — Вы просто два идиота! Почему ты мне не сказал?! — вспыхнул Забини. — О чем ты? — Мария Скримджер. Ты ее трахнул. С каких пор твое слово ничего не стоит, а, Драко? — недовольно посмотрел на друга мулат. — Наверное, потому что это не твое дело. Не еби мне голову, — жестко отрезал Драко, разворачиваясь и направляясь к выходу с флягой в руке. — Стоять! — схватил его за предплечье Блейз. — Ты идешь со мной! — Команды будешь раздавать своей новой подружке. Кто там сейчас у тебя на очереди — Уизлетта или уже переключился на Грейнджер, раз она теперь фактически свободна? — рыкнул Драко, резко высвобождаясь из его хватки. — Что с тобой происходит, Малфой? — сжав зубы прорычал мулат, а затем широко открыл глаза, прошептав: — Ты что, ревнуешь Грейнджер?! — Не неси херни, — прорычал Малфой. — Мне плевать на нее! Просто все думают, что она моя девушка! — Она и есть твоя девушка! А ты танцуешь с Дафной, идиот! — Забини, если ты закончил меня лечить, я пойду найду более приятную компанию, — с ядовитой усмешкой бросил Драко и ушел прочь. Усевшись за ближайший стол, он сделал еще несколько глотков, лениво окинув взглядом толпу, но ни Гермионы, ни Крама нигде не было видно. «Где, черт побери, носит эту кретинку?!» — Как всегда все проебал, — язвительно протянул рыжий, бесцеремонно опускаясь рядом. — Вали отсюда по-хорошему, Уизли, — процедил Малфой сквозь сжатые зубы, даже не глядя на бывшего однокурсника. — Ума не приложу, что она вообще нашла в тебе, — продолжил Рон, ухмыляясь и с наслаждением наблюдая за нарастающим раздражением слизеринца. — Единственная радость: мне даже не пришлось особо напрягаться, чтобы Гермиона поняла, какой ты конченый ублюдок. Ты всегда прекрасно справлялся с тем, чтобы разочаровывать всех вокруг. — Советую тебе заткнуться, — сделал еще глоток Драко. Огневиски здорово ударил в голову. — Рон, Малфой, где Хэрмини? — внезапно возник рядом Виктор, нахмуренно оглядывая обоих парней. — Думал, отсасывает тебе в одном из кабинетов, — цинично пожал плечами Малфой. — Ты просто мерзкий, — прошипел Рон, с отвращением глядя на слизеринца. — Не говори так о ней! — процедил Виктор, мгновенно нависая над блондином, его кулаки сжались, а мышцы на шее напряглись от едва сдерживаемой ярости. — А что я не так сказал? — насмешливо хохотнул Драко, спокойно выдерживая взгляд болгарина. — Весь замок давно наслышан о ее талантах в этой области. Собственно, я сам разнес эту благую весть. — Как ты можешь так говорить о своей девушке?! — взял его за манжеты пиджака Крам и потянул на себя, поднимая. — Ты такой недовольный, — издевательски протянул Драко, не показывая и тени озабоченности тем, что над ним навис внушительных размеров Крам, раздувая ноздри от возмущения. — Что, она не смогла тебя удовлетворить? Как грустно. Знаешь, я бы дал тебе пару советов, но понятия не имею, что ей нравится в постели. Хотя… Скорее всего, тебе достаточно взять учебник в руки, и она оттрахает тебя так, что звезды из глаз посыпятся. — Виктор, отойди от него, — услышал он стальной голос гриффиндорки, которая появилась из ниоткуда. — Хэрмини, как ты вообще можешь быть с ним?! — потрясено посмотрел на нее болгарин, отпуская Малфоя, который театрально начал поправлять одежду. — Он же никого не уважает! Он говорил о тебе такие вещи… — Я слышала, — холодно перебила его Гермиона, не сводя ледяного взгляда с Малфоя. — Не хочешь повторить мне в лицо то, что говорил за спиной, дорогой? — она шагнула к нему ближе, решительно огибая Крама. — Да легко, — небрежно ухмыльнулся Драко, опираясь ладонями на стол и пристально глядя на нее. — Я говорил, что ты не способна удовлетворить ни одного волшебника. Эти три месяца были сущим кошмаром: проводить время с такой злющей стервой, как ты, еще хуже, чем ужинать в компании Волдеморта! Ты можешь носить все эти блядские платья, но они никогда не перекроют твои чопорность и занудство. Ты бесячая, неуравновешенная сука, которая… Звонкая пощечина хлестко оборвала его слова. В воздухе повисла звенящая тишина. Гермиона стояла с горящими от гнева и боли глазами, ее рука мелко дрожала, а Рон и Виктор, казалось, готовы были разорвать слизеринца в клочья. — Ты ударила меня?.. — прорычал Драко, ошеломленно касаясь рукой горящей щеки, чувствуя, как унижение смешивается с безудержной злостью. — Ты ублюдок! Я тебя… — двинулся на блондина Рон. — Нет! — властно вытянула руку Гермиона, не отрывая взгляда от слизеринца. — Никто из вас не притронется к нему. Не стоит марать руки, мальчики. — Грейнджер, ты, блять, ударила меня?! — рычал Малфой, раздувая ноздри. — Оставьте нас! — даже не поворачивая головы к друзьям приказала гриффиндорка. — Но, Хэрмини… — Я приду через минуту, — все еще неотрывно смотрела она на блондина, который так сжал зубы от злости, что желваки ходили по скулам. — Ты… — начал Драко, но Грейнджер не дала ему шанса закончить предложение. — Да, я ударила тебя, — гордо вскинув подбородок, ответила Гермиона, когда парни отошли на несколько шагов, все еще неотрывно наблюдая за парой, чтобы быстро прийти на помощь в случае необходимости. — Связаться с тобой — самая крупная ошибка в моей жизни. Я не могу поверить, что касалась тебя, что твой мерзкий язык был у меня во рту! Каким надо быть моральным уродом, чтобы сказать такое о своей бывшей девушке? Да о любой девушке, — покачала она головой. — Знаешь, что, дорогой, ты сделал так много дерьма за эти три месяца: оскорблял меня; хватал как вещь; доводил меня до панических атак; изменял и врал мне, но публичное унижение — это уже слишком. Помнишь, я говорила, что ты — самое большое разочарование, и лучше бы я тебя не узнавала? Я передумала, Малфой, я хочу тебя помнить, — зло улыбнулась девушка. — Я надеюсь никогда не забыть, какой ты подонок. Завтра я приду на гребаный прием к твоей матери и даже сыграю роль девушки, которая может находиться с тобой в одном пространстве, но я буду считать минуты до момента, когда люди перестанут считать меня твоей. Я не знаю, кто сможет по-настоящему полюбить такого, как ты. Правда. Ты просто… — ее голос окончательно дрогнул, а глаза блестели от слез. — У меня даже нет слов, чтобы тебя охарактеризовать. Ты — Драко Малфой, и этим все сказано. Она резко развернулась, почти бегом направляясь к выходу и чувствовуя на себе десятки жалостливых взглядов. Слезы жгли глаза, и когда Гермиона наконец добралась до спальни и закрыла за собой дверь, они хлынули неудержимым потоком. Месяц назад девушка поклялась себе больше не плакать из-за него, но она плакала из-за себя. Из-за того, какой наивной идиоткой была три месяца назад, раз позволила себе смягчиться, попыталась увидеть в нем другую сторону, допустила мысль о том, что в нем есть хоть что-то человечное. «Глупая-глупая Гермиона».