Если долго всматриваться

Щелчок камеры. Щелчок зажигалки. Они курят где-то. Где-то, где темно и ужасно накурено. Мысли складываются в бесконечный поток, зацикленный на самом себе. Один выдыхает дым, и другой, вероятно, его же вдыхает, стоя совсем вплотную. Из бледного дыма как над морской далью, придавленной серостью, выплывают две нечеткие сумрачные фигуры. Лист плотной бумаги опускается на дно лотка с проявителем. Еще ничего не видно, ничего не известно. Что на нем отпечатается, а что навсегда останется незамеченным. Неосторожно загаданные желания. Чудо, скрытое в тростнике. Искры, слетевшие с сигареты. Тусклый горький запах, въевшийся во все, чего ты касался. Бумага темнеет, и на ней беспощадно проступает все, что еще пару недель назад скрывалось за амнезией. Некоторые фотографии лучше не проявлять. Некоторые картины лучше оставить наброском, забыть про детали. Оставить смотрящему полет фантазии и надежду. Двое мужчин улыбаются. Две фигуры стоят рядом бок о бок. Они близки, их судьбы переплетаются. Рука тянется к плечу. Может, все так и было? Может, Жан, ты накручиваешь? Может, вы оба всегда видели разное еще до ебаной амнезии? Щелчок камеры. Щелчок зажигалки. Мужчина отводит взгляд. Плечо само дергается. На заднем плане проступают пустые бутылки, и надежды тоже оказываются пустыми. Момент не упущен, он пойман — вот он, прямо перед тобой, впечатан намертво оттиском на бумаге, мозолит глаза так, что аж щиплет. Или это от дыма. Жан сам не помнит, о чем они говорили. О чем смеялись. О чем был этот глоток свежего воздуха, когда Гарри сжал плечо уверенно и тепло, как всегда. Или не совсем как всегда. Жан помнит, что пустых бутылок хватило на опохмел. Помнит прожженные дырки на рукаве плаща. Помнит, что утром было стыдно и гадко. Ничего особенного, просто так работает утро… Ему не надо долго всматриваться в фотографию, чтобы вспоминать разные вещи. Он не хочет, как Гарри, хранить выцветшие, мятые воспоминания. Надо перевернуть страницу, сжечь все это дерьмо в пепельнице и идти куда-нибудь дальше. Куда угодно, на самом деле, но… Щелчок камеры. Щелчок зажигалки. Затертый край фотографии вздрагивает в руке. Мужчина затягивается и прикрывает глаза. Мысли складываются в бесконечный поток, зацикленный на самом себе. Может, не всем деталям хватило времени проявиться? Может, Гарри вернется? Может, если ждать достаточно долго и не двигаться с места, то он вернется? Может, есть какой-то секрет, который Жан еще просто не понял? Может, стоит поспать уже, блядь, наконец? Дым кружит по комнате в монотонном вальсе. Крохотный огонек сигареты плавает ото рта к пепельнице. И только Жан остается на месте, выцветший и помятый.