bear and buns

Что вам в первую очередь приходит в голову, когда вы заходите в пекарню? Что вы чувствуете? Приятный запах ванили, корицы или может теплоту печей и прилавков, на которые только выложили свежие синабоны с сырной глазурью? А может вы обращаете острое внимание на атмосферу помещения? На шоколадные и бежевые оттенки в плакатах и мебели, на меню? Или безразлично усаживаетесь на место и ждёте свою очередь? Вы можете ответить по-разному, но никто из вас не скажет, что вы чувствуете умиление и тяжесть внизу живота, когда на глаза попадается высокий парень с пушистыми рыжими волосами и милой россыпью веснушек по всему лицу, а Руслан – скажет. И не просто скажет, а начнет действовать. Ведь если ему нравится, значит заполучит. Да и трудностей не займет, встречаются же, только рабочая смена у Кашина ещё не окончена. Парень подходит к прилавку, облокачиваясь торсом на столешницу, а пальцем крутит по дереву. Глазки Даниле строит, а тот в свою очередь аккуратно в перчатках складывает сочник с творогом для какой-то миловидной девушки. Расписывается на упаковке из крафт-бумаги и отдает заказ блондинке в зелёном лёгком платье. Она заправляет прядь волос за ухо, губки дует и перехватывает пакет в свои тонкие руки. – Вот ваш заказ. Приятного аппетита, будем рады видеть вас ещё! - произносит рыжий, наклоняя голову вбок. – Спасибо, обязательно зайду ещё, милашка. - она хихикает в кулак и исчезает за стеклянной дверью, оставляя на щеках Данилы румянец и неловкость. Руслан провожает девушку взглядом и подходит к своему парню, сзади становится и руками тело оглаживать через слои одежды начинает, что-то шепчет тихо. – Руслан, я на смене. - бубнит Данила, поправляя фартук на чуть пухленьком телосложении. – Ты слишком милый, я не могу просто так уйти. - отвечает шатен, укладывая руки на талии, утыкаясь носом в шею. – Уже второй посетитель так говорит, стыдоба какая.. - пятерня в медной копне утопает, и он выдыхает. Уши краснеть начинают от слов девицы и Руслана. Младший так отвлёкся и потонул в своих мыслях, что не заметил, как прикосновения сзади пропали. Кашин резко спину выпрямляет, когда слышит звон колокольчиков, которые у двери висят, дабы предупреждать о новом госте. Только вместо посетителя там стоит его парень. Тёмные волосы, весь в татуировках и со спортивном стилем одежды, да и грязью на кедах. Осень же. Весь Санкт-Петербург залит лужами и опавшими листьями, которые как корабли в них по волнам блефуют. Оранжевые, жёлтые, коричневые оттенки дают сухости в день. – И зачем, у меня ещё не закончена смена. - парень бровь вопросительно поднимает, когда Тушенцов меняет табличку на «закрыто» и приглушает свет в помещении. Теперь его не видно. – Я соскучился, мишка. - бархатный голос ласкает уши, Даня в пространстве теряется, пальцами за кассу цепляется, нащупать что-либо пытается. А темно до ужаса, шатена не видно. – Мишка? - тихо-тихо переспрашивает его. – Ты пухленький мишка. - в самое ухо говорит старший, укладывая ладони на бока, того током прошибает и он выгибается, поставив руки на столешницу. – С пухлыми ляжками, животиком.. Высокий. - продолжает Тушенцов. Его руки залезают под белый свитшот, под фартук, теперь руки без всяких преград трогают кожу холодную. Ожоги горячие оставляет. Пальцы татуированные по копчику гладят, узоры невообразимые рисуют. Кашин расплывается, он понятия не имеет, правильно ли он поступает по отношению к работе, но останавливать это – грех. Руслан в шею молочную целует, дорожкой слюнявой за ухо заходит. Любит до безумия слышать вздохи Дани. Щёки ещё сильнее пунцовыми становятся. Он хочет знать, как сейчас выглядит шатен, какое у него выражение лица. Хочет видеть его похотливые кисти рук, которые так по-хозяйски оглаживают тело. – Милашка. Не соврали. - хохочет Руслан, укладывая подбородок на плечо. – Блять, не говори.. Так.. - задыхается от возбуждения, которое так на брюки давит. Сдерживаться нет сил. Перед Русланом не устоять. Его руки перемещаются на пышные бёдра, пальцы расстёгивают ширинку брюк, стягивают по колени. После чего и нижнее белье спускается всё ниже и ниже. Чувства переполняют голову Кашина, ему приходится приземлиться головой на столешницу, накрывая её руками. Щека упирается в стопку салфеток для заказов. Смуглые руки ползут по ягодицам, сжимают, оглаживают, прижимают. Дорожки мурашек не прекращают бегать. Весь позвоночник содрогается, спина изгибается. Родные пальцы перемещаются на сфинктер, надавливать начинают. – Руслан, стой. - его рука перехватывает другую. – Давай без проникновения. Пожалуйста.. – Хорошо, всё ради твоего удовольствия. - Руслан хлопает по бёдрам с двух сторон. Это что-то вроде показательного знака, чтобы Даня ноги сжал посильнее. И он это делает. Звук расстёгивания ширинки и холод. Головка упирается прямо в правое бедро, трётся об него, природную смазку размазывает ладонью. Движения вверх-вниз, и хлюпанье режет уши в этой тишине. Слышен только гул с улицы. Голоса детей, проезжающих автомобилей. Тушенцов ещё несколько раз целует парня в затылок, а после сжимает мясистые ляжки, раздвигает и любуется бархатной кожей. Ему хотелось бы заполнить парня изнутри, войти глубоко в сжатые стеночки, заполнить его прямо как булочку с кремом. Но сейчас не для этого ситуация, на первом месте комфорт парня, который сейчас ладонью лицо прикрывает от стыда. Руслан в затылок целует и потихоньку трение создавать начинает, проталкивая свой половой член. Кашин моментально ноги сильнее сжимает, чтобы обхватить его бёдрами, ведь Тушенцову нравится. Он безумно любит мясистые ноги Кашина, любит, как те выглядят, как ощущаются. Они идеально выглядят и сочетаются вместе с небольшим животом. Особенно когда Даня стоит в коленно-локтевой позе и стонет под парнем с дрожью в ногах, но это дома. Резкий толчок, и между ляжек проскальзывает орган. Данила чувствует, как тот практически дотрагивается до его живота. В пекарне моментально душно становится. Тушенцов уверенно впивается в бледное тело, что даже красные полосы остаются на чувствительной коже. Он входит органом, то выходит и затем вновь одним толчком заставляет Кашина пальцами вцепиться в столешницу. Данила под ним извивается, стонет. Толчки становятся резкими, мелкими, но до коликов внизу живота. Ноги разъезжаются, что даже подошва вансов не даёт уверенности в стойкости. Шатен долбится в излюбленное тело, его ладонь исчезает и оказывается на истекающем органе парня. Бёдрами двигает вперёд, угол меняется чтобы прижаться сильнее к ягодицам и практически лечь на парня снизу. Фартук под тяжестью тела мнётся вместе с хорошо поглаженной одеждой. Старший обхватывает кулачком член и начинает возобновлять круговые движения. Стимуляция доводит Данилу ещё до больших выдохов и вздохов. Руслан двигает от головки до торса кистью руки. Каждую венку оглаживает подушечками пальцев и даже успевает ими оттянуть крайнюю плоть до боли. Сам же он не прекращает свои напористые движения таза в чужое тело. Такт ускоряется, лаская места меж ляжек и бёдер. Всё сыро, мокро и пошло. Стимуляция не отстаёт по скорости, Данила самостоятельно толкается в кулак парня. Семя капает под ноги. Рыжий кончает первым, прямо себе под ноги. После него спускает Тушенцов, но уже зажав свой член между ляжек. Теперь это выглядит ещё сочнее. Излюбленные красные ножки, а между них сперма перемешанная с потом. Младший отдышаться пытается, пока ноги его вовсе не держат. – Опа, твоя смена закончилась. Майбах на парковке. - Руслан поднимает взгляд на настенные часы и наконец-то включает свет.

конец

спасибо за прочтение!!