Спокойной ночи, Феликс

Атмосфера большого фестиваля и правда располагала на безумства. Феликс знал, какую реакцию вызовет его поступок, но отступать было уже поздно. Да и честно сказать, не особо хотелось. Ведь его мнение тогда не услышали, вот и сейчас он не хочет слышать его. Все прошло на ура — адреналин бушевал в крови, а встречаемый иногда серьезный взгляд их лидера, лишь сильнее подогревал азарт. Феликсу было хорошо. Настолько, что в какой-то момент, он и правда отдался порыву и вызвал огромный шквал криков. Уже отдыхая в своем номере, блондин просматривал видео, которые сделали стэй с этого концерта. Он определенно стал звездой этого вечера. Многими моменты лента была просто завалена. Особенно часто встречалось видео с водой, которое как оказалось, попало на большой экран. Просматривая множество комментариев, его радовало какой же восторг он вызвал в людях. В те моменты, Феликсу казалось, что все взгляды были прикованы к нему. Все кроме одного. Того, из-за которого это все и затевалось. Когда все закончилось, даже Чонин отметил, что горячее всех сегодня было Феликсу. А он молчал. Будто бы ничего и не происходило. Это раздражало. Конечно, при всех его никто не отчитал, но после завершения общего ужина менеджеры попросили его так сильно не своевольничать. Но не более, а значит перфоманс снова сработал на ура. Поставив телефон на зарядку, Феликс откинулся на подушки. Прошло уже много времени, а лидер так и не пришел с нравоучениями, будто бы и правда ничего не происходило. — Бесишь, — проговорил блондин, прикрывая глаза. Тишина продлилась всего несколько минут, а после настойчивый стук в дверь все же заставил Феликса подняться. Вряд ли бы горничные стучали так долго, поэтому оставался вариант либо это кто-то из мемберов, либо менеджер. — Кто? — спросил он, поднося руку к двери. — Это я, — донесся голос их лидера из-за двери, после чего Феликс без раздумий открыл дверь перед старшим. Довольно яркий свет в коридоре, заставил парня поморщиться и поскорее пройти обратно в полумрак своего номера, оставляя перед Чаном открытую дверь. — Ты уже спал? — немного удивленно спросил тот, проходя следом и закрывая за собой дверь на второй замок. — Нет. Но собирался скоро. Что-то случилось? — сев на кровать, Феликс смотрел на Чана, делая вид, что совершенно не понимает зачем пришел старший. Феликсу нравилось видеть, как меняется выражение лица их лидера, особенно в моменты, когда тот начинал злиться. Раньше это пугало и завораживало, но со временем страх ушел. — Это я должен спросить, Феликс, — требовательный тон Чана, вряд ли бы позволил противиться ему, — Что это было за выступление на фестивале? — А что было? Вроде все прошло неплохо, я бы даже сказал, лучше, чем планировали. И с аппаратурой все хорошо было, и ребята все молодцы, — Ли смотрел на своего гостя, почти невинно хлопая глазами. — Ты знаешь о чем я! — Не повышай на меня голос, — спокойно произносит Ли, вставая и подходя ближе, смотря прямо в глаза, — Возможно я немного перестарался, но стэй остались довольны. Выговора я от менеджера не получил. Да и ты промолчал, значит все хорошо. — А что я должен был тебе сказать? Феликс, прикройся? Феликс, прекрати? — Ну хоть, что-то мог же сказать, — Ли отвернулся. — Что с тобой? — Со мной все хорошо. Просто немного устал и хочу поскорее домой, в нашу с Сынмином квартиру, — нарочно выделив последние слова, Феликс вновь посмотрел на Чана, замечая, что тот все это время смотрел на него, — Если это все, что ты хотел… — Нет, не все, — он делает шаг, оказываясь практически вплотную к младшему, — Ты это все устроил из-за разделения? Ты серьезно из-за этого так злишься? — С чего ты взял, что я злюсь? Я совершенно спокоен и доволен, — Ли посмотрел в глаза лидера, немного отступая, — Я же всегда хотел узнать от стаффа, что в этот раз нас делила не компания. — Тебе не нравится жить с Сынмином? — С Минни все хорошо, он прекрасный сосед. — Тогда что? — Чан продолжал подходить, не оставляя между ними пространства. Феликс почти теряет равновесие, когда чувствует ногами край кровати, но Чан вовремя ловит его, позволяя практически повиснуть на своей руке. — Разве не ты просил, чтобы у нас было больше общих взаимодействий? Их много, и еще больше будет… Неужели этого мало? — Крис чуть наклоняется вперед, опуская младшего на кровать. Феликс облизывает в миг пересохшие губы, чувствуя как рука старшего будто бы специально медленно оглаживает его спину, прежде чем, оказаться совсем рядом, позволяя Чану нависать над ним. В его глазах нет ни капельки злости на младшего, лишь огоньки, зажженные самим Феликсом. Он смотрит выжидающе, проводя кончиком языка по губам, что не остается незамеченным, и Феликс не отказывает себе в удовольствии проследить за ним. А после взглянув в бездонную бездну черных глаз Чана, хотелось лишь отдаться в эти крепкие руки, что сводили с ума каждый раз. — Мало. — Отчего же ты такой жадный стал, солнышко. — шепот старшего запустил по спине Феликса целый рой мурашек, и заставил кончики ушей моментально покраснеть, — Не думаешь же, что я оставлю тебя после того, что ты устроил на сцене. — Только из-за этого? — Ликс приподнял подбородок, чуть отворачивая голову в сторону. — Это лишь предлог, солнце, — Крис оставляет цепочку влажных поцелуев на шее Феликса, чувствуя как у того сбивается дыхание, и чуть оттянув ворот футболки оставляет небольшой укус чуть ниже ключицы, почти сразу проводя по нему языком, — Это чтобы не раздевался перед всеми. От неожиданности, Феликс вскрикнул, но быстро прикусил губу, чтобы сдержать едва ли приличный стон, последовавший от ощущения чужого языка на своем теле. — А на сцене ты не стеснялся так, — усмехнулся Крис, проводя пальцами по щеке младшего заставляя повернуться к нему, — Ты был и правда прекрасен. Феликс хотел было ответить, но мягкие губы накрывшие его собственные не позволили проронить и слова. Вся его обида и ревность отходили на второй план, позволяя сейчас чувствам взять над его сознанием полный контроль над телом. Запуская в волосы Чана пальцы, он чуть подался вперед, углубляя поцелуй, и совершенно не стесняясь, притягивать к себе старшего. Поцелуи не были для них чем-то новым, как и отношения в целом. Открывшись друг другу пару лет назад, они все больше свободного времени проводили вместе. Порой смущая всех остальных своими громкими ссорами и такими же примирениями. Феликс не боялся пойти против воли лидера, и прямо ему об этом говорить. Возможно из-за того, что некоторые его способы убеждения не были доступны остальным, а возможно дело было в безграничной любви старшего. Немного отстранившись, Чан словно оценивал состояние Ли, и улыбнувшись собственным мыслям, оставил короткий поцелуй на щеке Феликса. — Спокойной ночи, — улыбнулся Крис, и собирался отстраниться, но был с силой прижат обратно. — Если это мое наказание, то я совершенно против, — проговорил немного сбивчиво Ли. — А ты хочешь быть наказан? — горячее дыхание обожгло нежную кожу шеи, вновь заставляя Феликса подавить желание вцепиться в плечи Чана до ярких следов, — У нас завтра тоже есть важные дела. Но думаю, — он запустил одну из рук под футболку младшего, оглаживая его бок и едва касаясь наряженного живота, — За такое поведение тебя и правда стоит наказать. А то подумают, что тебе все можно… Феликса практически выгнуло, когда Чана в пару мгновений задрал его футболку и коснулся губами напряженных мышц, помогая второй рукой поднять мешающуюся ткань выше. От каждого касания хотелось рассыпаться прямо здесь. Влажные поцелуи, поднимались до самой груди, и опускались ниже, проходя по самому краю домашних штанов. Феликс не знал куда деть собственные руки, и лишь сжимал покрывало, каждый раз, как губы Чана поочередно сжимали его соски, немного играя с ними языком. Феликс чуть приподнявшись стянул с себя мешавшую все это время футболку, вновь притягивая старшего для поцелуя. На этот раз он сам вел их к бездне, почти сразу вкладывая в свой поцелуй всю страсть и желание переполняющие его сейчас. Ему хотелось ощутить все как можно скорее, да и к тому же, от одного горящего взгляда Чана, хотелось тут же встать на колени и молить о наказании. Руки младшего блуждали под толстовкой Криса, но в какой-то момент, младший лишь на мгновение прервал поцелуй, чтобы избавиться от надоедливого предмета одежды, тут же возвращаясь к любимым губам. — Постарайся быть тише, мы не одни на этаже, — проговорил Чан немного отстраняясь, и оставив цепочку поцелуев от шеи до резинки штанов, потянул их с младшего вместе с его бельем, оставляя Феликса обнаженным. Он знал, что Ли вряд ли будет стесняться своего тела особенно в этот момент. Феликс же следил за каждым движением старшего, то как он осторожно касается его ног, оставляя след из невесомых поцелуев, поднимаясь все выше. Даже прохладный воздух не вызывал дискомфорта, а лишь прекрасно контрастировал с горячим дыханием Чана. Старший чуть развел ноги Феликса в стороны, оказываясь между ними, и немного отведя одну ногу в сторону продолжил покрывать внутреннюю сторону бедра Ли короткими поцелуями немного прикусывая нежную кожу, срывая его губ все больше полустонов, заглушаемых руками младшего. — Твое наказание в том, что тебе нельзя себя касаться, солнышко, — проговорил старший, оставляя нежный поцелуй на животе Ли, замечая как дернулся от его действия член младшего. Решив больше не медлить Чан, оставил еще пару поцелуев на животе Феликса, оглаживая внутреннюю сторону его бедер, и немного сжимая нежную кожу пальцами. И почти сразу провёл языком по почти вставшему члену Феликса, а следом вбирая в рот головку, проводя по ней языком и играясь, с ней, периодически принимая всю длину. От ощущения чужого горячего языка Феликсу не удалось сдержать громкого стона, разорвавшего тишину. От каждого движения языка старшего, он лишь сильнее заводился, сминая покрывало в руках. От умелых действий сдерживать стоны становилось все сложнее. — Блять… — Мы перешли на английский? Хочешь, чтобы все узнали? Почувствовав вновь как пальцы младшего вплелись в его волосы крепко сжимая, Чан лишь внутренне улыбнулся, прикрывая глаза и продолжая доставлять удовольствие. То ускоряя, то замедляя темп, Чан наслаждался издаваемыми Феликсом звуками. Собственное возбуждение уже доставляло некоторый дискомфорт, но прерываться совершенно не хотелось, и решив что они разберутся с этим позже, вновь приняв все возбуждение Феликса, немного сжал его у основания. Реакция не заставила себя долго ждать и уже в следующее мгновение, его почти что прижали к паху. Хоть он и расслабил максимально горло, но слезы от столь резкого движения все равно собрались в уголках глаз старшего. Чувствуя как младший расслабляет хватку, Чан вновь начал двигать головой, помогая держать себе темп еще и рукой. Но так быстро финишировать, он бы младшему не дал. Оторвавшись от своего занятия, Чан приподнял голову, с максимально пошлым чмоком, выпустив член младшего изо рта. Судя по расстроенному стону, тот был довольно близок к финалу. Огладив бедра Ликса и спустившись на его ягодицы Чан несильно их сжал. Подсказывая, что Феликсу сейчас нужно перевернуться на живот. — Я только начал, солнышко. А ты уже решил все закончить, — он приподнял бедра, Ликса, оглаживая их, и сразу оставляя довольно ощутимый шлепок на одной из ягодиц, сразу целуя покрасневшее место. Сжимая и немного разводя их в сторону, он размашисто проводит между ягодицами языком, срывая новый громкий стон с губ младшего. Ему нравилось, как тот реагирует на его действия, а потому лишь больше старался довести того до исступления. Проводя языком по колечку мышц, он вслушивался в заглушенные подушкой звуки, снова и снова проскальзывая внутрь. Феликс явно готовился, потому что сопротивления почти не было. Чувствуя как младший пытается податься назад, чтобы ощутить еще больше, Чан с силой сжал его ягодицы, от чего сто процентов останутся небольшие синяки. Феликс подрагивал в его руках, распадаясь перед ним, чтобы позднее стать единым целым. Достав одноразовый пакетик со смазкой из джинс, Чан аккуратно его открыл, оставляя часть на своих пальцах, а часть распределяя по колечку мышц проникая сначала одним пальцем, немного растягивая того и проверяя свои догадки. — Ты меня ждал? Или так сильно понравилось перед всеми выступать почти без одежды, — проговорил Чан наклоняясь к Ликсу, и полностью проникая в него первым пальцем. — Тебя. — младший повернул голову, смотря на Чана практически затуманенным возбуждением взглядом. — А если бы я не пришел, — чуть согнул палец, меняя направление, — Кому бы тогда это все досталось? — Никому… Пожалуйста… — Феликс умоляюще смотрел на Чана, подмахивая бедрами в его темп, ощущая, как со следующим толчком в него проникают уже два пальца, немного раздвигаясь, — Папочка… Феликс знал все слабые места Чана, а потому даже будучи на грани мог повлиять на настрой старшего. После его обращения, и без того истерзанные губы младшего вновь накрыли с требовательным поцелуем, немного кусая. Ему явно завтра придется прятаться за маской, но сейчас он чувствовал лишь безумное желание подчиниться. Чан добавил ещё один палец и ускорил темп, уже не сдерживаясь. То и дело попадая по чувствительной точке, он выбивал из младшего протяжные стоны, заставляя Феликса прогибаться сильнее, желая ощутить его ещё больше. — Крис. пожалуйста… Трахни меня уже… — Крис? — Папочка. пожалуйста трахни меня Последняя печать была сорвана. Продолжая, двигаться Чан постарался максимально быстро избавится от собственных джинс и белья. Плавным движением он раскатал презерватив по всей длине, и направляя Ликса, перевернул того обратно на спину, занимая место между его ног. Лишившись чувства наполненности, Феликс почти было разочарованно застонал, но почти сразу был успокоен, довольно нежным поцелуем, и аккуратными касаниями старшего. Когда Чан немного приподнял согнутые ноги Феликса, и аккуратно распределил остатки смазки по сокращающемуся колечку мышц, и подставив к нему головку стал медленно проникать внутрь, поглаживая Ликса по бедру. Блондин невольно зашипел, ведь как бы не была хороша растяжка и собственное возбуждение, первые секунды всегда не самые приятные. Ли сжимал в руках покрывало, которое уже сбилось под него и старался расслабится принимая член Криса все глубже. Старший не спешил, чувствуя как растягиваются мышцы вокруг него, давая привыкнуть им обоим к ощущениям. Тяжело дыша, он остановился, наклоняясь к губам Феликса, чтобы вновь мягко поцеловать того. Феликс обхватил старшего за шею, чуть меняя свое положение, и ощущая что тот уже полностью в нем. Дискомфорта уже не было, а потому, он сам сделал первое движение навстречу показывая, что уже можно двигаться. Получив зеленый свет, Чан начал аккуратные движения, не позволяя себе сорваться, как бы сильно им этого не хотелось. Возможно, во время отпуска, они смогут позволить себе пару ленивых дней, где никому не придется куда-то идти. Отстранившись от припухших губ, Чан выпрямился, задавая медленный темп, то почти полностью выходя, то снова заполняя младшего до основания. Феликс почти метался под ним, сгорая от желания, но Чан лишь сильнее сжимал его бедра. В какой-то момент движение получилось слишком резким, и с губ младшего сорвался громкий стон, с именем Чана в конце. Чуть помедлив, старший провел рукой по всему торсу Ли, и сместив руки обратно на его бедра начал постепенно набирать темп, срывая все больше сдавленных стонов, которые иногда не получалось сдержать. Еще немного, и Феликс, и правда, мог увидеть звёзды. С каждым новым толчком, Чан все чаще попадал по простате, запуская фейерверки в сознании и теле младшего. Номер все больше заполнялся шлепками тел друг о друга, стонами и собственными именами, что с дрожью срывались с губ. Приподняв блондина за бедра, Чан уже мало мог контролировать себя отдаваясь обоюдному желанию. Сжимая нежную кожу, он набрал довольно быстрый и резкий темп, от которого младший уже почти срывался на громкие стоны. — Крис… Я хочу кончить, — проскулил Феликс, чувствуя как собственный жаждет внимания. — Тогда давай, — Чан обхватил возбужденный орган младшего ладонью, делая несколько аккуратных движений вверх-вниз, а после стараясь держать один темп с собой, — Сделай это, котенок… Еще несколько движений, и тело Феликса задрожало под натиском ощущений, изливаясь на живот и в руку Чана. От пережитого оргазма, мышцы сокращались сильнее, вызвав такой же низкий и протяжный стон у старшего, закончившего на пару секунд позднее. Медленно выйдя из нутра Ли, Крис стянул презерватив и завязав его выкинул в стоящую возле стола урну. Ноги совершенно не слушались, но оставлять любимого в таком виде совсем не хотелось. На столике нашлись влажные салфетки, которые и было решено использовать. Вытерев остатки семени с руки, он вернулся к кровати, принимаясь за живот Ликса. Юноша уже находился на грани сна, а потому, полностью доверился заботливым рукам. — Но утром, нам в любом случае в душ, — проговорил Крис выкидывая грязные салфетки. — Ты останешься со мной? — уже засыпая пробормотал Ли, забираясь под одеяло. — Останусь, — он обошел кровать, и забравшись с другой стороны, притянул парня к себе, оставляя невесомый поцелуй на шее, — А то еще что-нибудь устроишь. А мне красней потом. Сладких снов, Феликс.