Способы соблазнения

- Ричи! Сколько можно?! Я думал с годами ты вырастешь из этих тупых шуток! - Эдди стоял на кухне около раковины, потому что ещё минуту назад мирно мыл посуду, пока с работы не пришёл Тозиер и снова не начал шутить буквально про всё, что движется и нет. Вместе они живут уже два года, снимают квартиру в центре огромного Нью-Йорка, ещё в шестнадцать оба зареклись, что когда вырастут переедут в этот шумный город, Эдди пришлось очень долго успокаивать маму, но они приезжают к ней, также как и к родителям Ричи два раза в год, в их родной Дерри. И всё это время Эдди пытался пропускать эти помойные шутки про его мать и не только, мимо ушей, он всё ещё наделся, что вскоре, Ричи вырастет и прекратит, ну или хотя бы потеряет интерес, поняв, что это нифига не смешно, но безмозглый балабол всё продолжал и продолжал, будто бы ему тринадцать, хотя на самом деле уже все двадцать три. Может быть он конечно так внимание проявляет, но Каспбрак лучше бы тогда вообще отказался от такого рода заботы, ежели слушать эту хрень каждый Божий день. В пятнадцать Ричи признался ему, и как ни странно, Эдди ответил взаимностью, правда он долго думал, так долго, что Ричи воспринял это как отказ, и что астматик больше не хочет общаться с ним, потому что Эдди буквально пропал на неделю. До момента признания он вообще ничего не ощущал к другу, но понял, что жизнь без этого помойного рта - не жизнь. Да и покопавшись в себе, осознал, что кажется за все эти годы влюбился, но до этого момента просто не осознавал этого. Просто воспринимал эти чувства как должное, так сказать - прилагались в комплекте! - Да ладно тебе, Эдс, не кипятись, смешно же! - Ричи развалился на стуле у стола, неподалёку от объекта обожания. - Это ни капельки не смешно! - Каспбрак стоял нахмуренный, скрестив руки на груди. - А твоей мамаше нравилось, - Тозиер захихикал. - Ну вот, опять! Ричард! Прекрати! Или я обещаю тебе, что скажу то, что тебе ОЧЕНЬ не понравится, - Каспбрак был абсолютно серьёзен и слово "очень" произнёс с угрожающей интонацией: - Это последнее предупреждение, ты понял? Тозиер немного напрягся. Скорее всего это не сулит ничего хорошего, но кто он такой, чтобы сдаваться на полпути, да и что настолько серьёзного мог сделать ему его милый Спагетти? - Твоя мамашка сказала мне тоже самое, после нашей очередной бурной ночки, а потом родился ты и испортил весь наш роман, - скорчив грустную рожицу и говоря это с саркастической грустью в голосе, жалобно пропищал балабол. - Отлично Ричи, это было твоё последнее предупреждение, которое ты благополучно проебал и я перехожу к крайним мерам! - с явной агрессией на одном дыхании выпалил Эдди. - Ну и что же это за крайние меры такие? - издевательски ухмыляясь поинтересовался Тозиер: - Помоешь мой рот с мылом, Спагетти? Не уверен, что это поможет, - очкарик всё ещё держал ухмылку на лице. Наверняка Эдди блефует, и на самом деле ничего ему не сделает. - Нет, Ричи, но я знаю, что поможет. С этого дня и до конца месяца, ты и твой "дружок" не получат внимания от меня, - теперь пришёл черёд Каспбрака ухмыляться. Издевательски улыбающуюся рожу Тозиера как ветром сдуло, он вмиг осознал весь ужас сложившейся ситуации. А всё из-за этих тупых шуток, льющихся из его рта, как из сраного фонтана. Но неужели Эдди всерьёз? Да ну не, балабол не может поверить, что его лишили буквально единственного занятия приносящего удовольствие. Секс с его парнем - это нечто и это нечто происходит у них по три, а то и по четыре раза за неделю, практически каждый день. А сейчас вот так лишиться этого на месяц?! Тем более у Тозиера были распрекрасные планы на этот вечер, включая то самое нечто. - Эдди, ты же пошутил?! Скажи мне, что пошутил! - Нет, Ричи, я не пошутил и довольно ясно выразился, сказав, что не буду давать. - Из-за этой тупой шутки?! Ладно, прости Эдс, теперь мне не придётся заниматься онанизмом гребаный месяц?! - Поздно Ричи, это твоё наказание, - усмехнувшись и самодовольно улыбаясь, Каспбрак покинул кухню и ушёл в спальню: - И да, ты переезжаешь на диван в гостинную! - раздалось из-за закрытой двери, но Ричи была абсолютно пох. Он всё также сидел и охреневал с ситуации.