Циклинка

***

      Влад записан на новый сеанс тату в любимом салоне, поэтому сейчас он вместе со своим парнем уже были на месте, подойдя прямо к записи. Там их встретил уже другой, но не менее хороший тату-мастер: вежливая девушка, которая проводила их до кушетки, предложив Глебу присесть на диван прямо напротив своего возлюбленного. Голубин согласился, и увидев кофемашину решил сделать себе напиток. Он редко пил кофе и иногда делал его с утра сонному Кожихову, который не особо любил это напиток, но, когда его делал Глеб, всегда пил с удовольствием и особенным трепетом.       — Будешь? — интересуется Глеб, ожидая свой напиток.       — Не, спасибо — поворачиваясь, отвечает Влад на предложение возлюбленного, который в этот момент поворачивается к аппарату, чтобы забрать свой напиток и пойти ближе к мальчишке.       Девушка куда-то отошла, оставив молодых людей на единое, поэтому, подойдя к диванчику и поставив кофе на столик, Глеб быстро чмокнул Влада и сел на свое место, наблюдая за тем, как наполовину обноженный мальчишка так неприступно лежит на черной кожаной кушетке.       Глеб резко уселся на мягкий чёрный диван, начиная вдыхать аромат свежесваренного кофе, дуя на образовавшуюся пенку. Внезапно у его взора появляется зрелище чуть поинтереснее. Отхлебнув горячий напиток, он ставит чашку на стеклянную столешницу и решает понаблюдать за процессом, не желая сидеть в телефоне.       Владу предлагают отправится к зеркалу посмотреть и оценить место для будущего тату и посоветоваться для лучшей анатомии мышц. За всем этим Глеб по прежнему наблюдал, любуясь расписанной спиной своего возлюбленного, плечами в мелких родинках, не особо видной, но ощутимой мужской талией и позвоночником, по которому любит проводить во время секса. Пока он думал о всем этом, Кожихов уже лег на кушетку, начиная скучать, но позже взял телефон, чтобы поскролить ленты социальных сетей.       Место, где располагалась лежанка было прямо у окна и яркий, утренний солнечный свет попадал прямо на лежащего юношу, выборочно освещая участки его тела. Из-за света волосы парня светились, а карие глаза казались медовыми и блестели ещё больше чем обычно.       Положив руку себе под голову, Влад включил одну из последних прослушиваемых им песен. Глеб не желал сводить глаз с возлюбленного, который казался сейчас еще красивее чем когда-либо. Вытянутая шеей с виднеющейся артерией, впалый живот, гладкая грудной клетке, украшенная другими тату и бусинками сосков, маленькие венки на руке, что держит телефон. И ребра, которые не сильно, но выделялись.       Для того, чтобы всем было удобно его штаны были чуть приспущены, а в них была чуть заправлена салфетка. Глеб смотрел на дважения тату машины и рук, что были в перчатках то и дело подтиравшие лишнюю краску с нежной кожи. Мужчина думал о том, что уже хочет прикоснуться к своему возлюбленному, также небрежно блуждать своими руками, обнимать его и прижимать к себе, ощущая тепло и любимый аромат.       Скука так сильно одолела Голубина, что он потянулся к белой салфетке, лежащей на столике и ручке, которая благодаря частой занятости всегда была при себе, либо в сумке, либо во внутреннем кармане верхней одежды.       Слушая напевания Влада, Глеб уже черкал эскиз, уделяя внимание каждой детали его изящного тела. Проводя шариком ручки знакомые изгибы, мужчина представлял, как его ладони в будущем буду плавно идти по этим местам, щекоча кожу чувствительного к подобным ласкам партнёра.       Закончив, мужчина аккуратно свернул салфетку и убрал ее во внутренний карман кожаной куртки. Допивая кофе он заметил, что Влад садится на кушетку, а мастерица опять ушла.       Будто волна в бушующем море, рука Глеба нежно поползла по оголённой лопатке к шее Влада, хватаясь за поверхностью между основанием шеи и местом отхождения руки, чтобы притянуть его к себе и, приподняв подбородок, снова заполучить поцелуй, который резко придётся прервать из-за приближающихся шагов.