Единственные друг у друга

      С того момента как Олег Волков перевёлся в новую школу, и по совместительству в детский дом, прошла ровно неделя. До этого времени он жил у своей тётки — единственной родственницы, которая осталась у него после смерти родителей. Отношения у них не сложились с самого начала, и по этому они оба решили, что Олега переведут от неё подальше. Со старым коллективом в классе у него тоже, мягко говоря, не сложилось, и это был единственный вариант.       Олега поселили в пустую комнату, что его очень обрадовало. Людей он ненавидел, считал всех лицемерами и злыми, из-за прошлого опыта. В новом классе он старался не общаться ни с кем, лишь изредка перекидывался словами. Но тем не менее его обожали все, вплоть до некоторых старшеклассников.       За эту неделю Волков рассматривал своих новых одноклассников, ища хоть кого-нибудь более-менее адекватного. Ему приглянулся один рыжеволосый мальчик, которого он заметил ещё в детском доме, но не решился подойти сразу. Так же, Олег заметил что над тем мальчиком часто смеются и прикалываются. То бумажки кидают, то ставят подножки, когда тот уходит от доски к своей парте, за которой тоже сидел один. Волкову это сразу не понравилось, ведь паренёк ничего такой. Хороший.       Конец пятого урока, а значит скоро все будут расходиться: кто по домам, кто в детский дом. Олег решил подождать этого рыжего мальчика, чтобы предложить познакомиться и может даже подружиться, как пойдёт. Прозвенел звонок и Волков, собирая вещи, заметил, что рыжеволосый убегает из класса, что выглядело довольно странно. Обычно так делают те, которые спешат домой, не желая выслушивать конечные слова учителя, но он же не такой. В детский дом рыжему торопиться не за чем, хотя кто знает. А следом за ним побежали ещё трое одноклассников, но Олег не придал этому особого значения.       Через несколько минут, Волков спускается на первый этаж, параллельно выслеживая того мальчика. В раздевалке его тоже не оказалось. «Видимо уже ушёл» — подумал Олег. Он решил пойти к детскому дому, всё равно там встретятся, но в последний момент решил спросить у одного из одноклассников, куда мог пойти тот рыжеволосый. — Разумовский что ль? — ответил одноклассник, — Да его в туалете на втором прижали. Я бы поглядел, поржал, да только домой надо. Но пацаны обещали видео снять. — На втором говоришь...— задумчиво произнёс Олег. Значит те трое, что выходили в след за ним, его и загнали туда. — Да. Иди, посмотри, посмеёшься знатно! Разумовский такой жалкий, даже сдачи дать не может.       Олегу хотелось со всей силы врезать этому однокласснику за такие слова, но ему нужно было спасти того мальчика. Разумовского, кажется? Волков бежал по лестнице, одновременно думая: «Хоть бы успел, чтобы они с ним ничего не натворили».       Оказавшись перед дверью в уборную, Олег слегка прислушался, прислонившись к ней.       «Они там».       Резко открыв дверь, перед глазами показалась весьма неблагоприятная картина. Два его одноклассника, которые выкрикивали различные гадости, параллельно ударяя ногами, и ещё третий, который держал в руках телефон, снимая и улыбаясь от всей ситуации.       А на полу, с кровью из носа, с синяками от, только полученных, побоев, скрутившись и прикрыв лицо крохотными ладонями, лежал беззащитный Разумовский. — Что здесь происходит?! — грубо выкрикнул Олег, вмешавшись в это, якобы „смешное”, представление.       Тот, который снимал всё на камеру, резко прекратил съёмку, и все трое в ужасе уставились на окрик, думая, что это кто-нибудь из учителей. — Волков, ну чё ты так пугаешь?! — сказал один из обидчиков, — Мы-то подумали, что это из учителей кто. — Я ещё раз повторяю, — продолжил в том же тоне Олег, немного повысив голос, игнорируя одноклассников, — Что здесь происходит?       Олег бросил сочувственный взгляд на рыжего, но когда заговорил один из парней, его выражение лица быстро изменилось, становясь более строже. — А, ты же новенький. Это Серёга Разумовский, можно считать изгой класса. — По какому принципу вы выбрали его изгоем? — По правде говоря, Олег не понимал, почему этот чудесный рыжеволосый мальчик стал изгоем? За всю неделю, что он проучился в этой школе, Волков от него ни разу не замечал чего-то ТАКОГО, за что его можно было настолько ненавидеть. И внешность очень милая, а черты лица аккуратные и выразительные. И ещё эти волосы... Кажется, на них можно было смотреть часами, параллельно поглаживая и перебирая их в своих пальцах. — Ну ты сам посмотри! — возразил другой одноклассник, который прежде наносил побои, — Он же вылитый пидор! Волосы, внешность, характер. Он слишком жалкий для нормального пацана.       С пола доносились всхлипы, а худощавое тело Серёжи пробивала мелкая дрожь. — А оставь свой след на нём! — усмехнувшись, выкрикнул второй обидчик.       Лицо Олега тут же побледнело от ненависти, и он резко повернулся к однокласснику.       Его терпение лопнуло.       Всё. Хватит.       Он терпеть не мог тех людей, которые издеваются над другими, которые слабее чем они.       Волков схватил одноклассника и резким движением прижал к стене. — Эй ты чё, новичок! Не того прижал! — выкрикнул он и посмотрел в сторону друзей, которые, остолбенев от увиденного, даже не могли уйти.       В тёмных, карих глазах пронеслась искра, затем последовал удар.       Один.       Второй.       Одноклассник, с разбитым носом, отскочил в сторону, схватившись за то место, в котором пульсировала боль и стекала кровь. — Кто там у нас ещё участвовал в этом? — спросил Олег, задержав взгляд на остальных. — Не надо нас бить, пожалуйста! — вскричали оба. — Значит его бить можно, — Волков кивнул в сторону Серёжи, который, сквозь пряди, закрывшие лицо, пытался разглядеть, что происходит, — А вас нельзя?       Одноклассники замялись над этим высказыванием, уставившись в пол. — Значит так, — Олег выхватил телефон из рук съёмщика и удалил видео, затем кинул обратно, — Если я ещё раз увижу вас рядом с этим мальчиком, то придушу всех троих, уяснили?       Мальчики поспешно кивнули и уже направились в сторону двери, как их остановил голос Волкова. — И ещё, — добавил он, — Если кто-то из вас расскажет своим родителям про разбитый нос, вам же будет хуже.       Не дослушав, одноклассники убежали прочь. — Сволочи, — стиснув зубы, произнёс Олег.       Затем он повернулся к Серёже и аккуратно дотронулся до его волос, убирая их с лица. Разумовский заметно вздрогнул, и Олег отдёрнул руку. Серёжа отскочил от него, прикрыв лицо руками, продолжая чуть-чуть дрожать. — Ну чего ты, малыш, — сочувственно произнёс Олег, — Я тебя не обижу! — Не обидишь, правда? — спросил тихий голос.       Серёжа убрал руки и на Олега, с большой надеждой, уставились голубые глаза, с застывшими на них слезами.       В этих глазах Волков увидел себя. Себя, когда его так же „прижимали” в тихих местах в прошлой школе, когда никто не приходил ему на помощь, а единственным выходом было — перевестись в новую школу. Тогда же Олег записался на тренеровки по единоборству, чтобы выглядеть сильнее в глазах других.       И сейчас, все обстоятельства его жизни, спасли бедного, точно такого же мальчика, от всех тех ужасов, что могли произойти с ним. — Правда, — улыбнувшись ответил Волков. Он вновь подошёл к Серёже и помог ему подняться, — Стоять можешь? — Угу, — сказал рыжий, выбравшись из, удерживающих его, рук Олега. — Отлично! Тогда иди умойся, я сейчас за портфелем вниз схожу, там есть всё необходимое, и вернусь.       Серёжа сделал то, что сказал ему Олег, и направился к умывальнику, а Волков тем временем убежал на первый этаж.       Разумовский включил кран и опустил ладони под холодную струю воды. «Неужели это всё правда? — думал он, — Неужели это всё закончится?! А если он не вернётся... Или вернётся, но с другими своими друзьями, которые в сто раз сильнее будут меня бить?».       Мысли метались в разные стороны, сталкиваясь друг с другом, и создавая ещё большее волнение и страх. Но всё разом исчезло, когда дверь отворилась, и из-за неё вбежал Олег с портфелем за спиной.       Он подошёл к Серёже и, аккуратно взяв за подбородок, оценил масштабы трагедии. Кровь продолжала течь медленной струёй, ведь Разумовский, из-за потока мыслей и наваждений, не успел её смыть. Затем Олег достал сухие салфетки и, намочив несколько штук сразу, продолжая держать за подбородок, вытер поступающую кровь с лица Серёжи. Дальше Волков достал перекись и вату, и теми же аккуратными движениями обработал маленькие царапины и разбитую губу.       Разумовский, тем временем, внимательно наблюдал за действиями Олега. Признаться честно, он до сих пор не верил, что о нём заботятся и защищают. Он просто не думал, что кто-то может искренне полюбить его. Хотя с выводами торопиться не нужно. Пока он не на все сто процентов доверился Волкову. — Вроде бы всё, — произнёс Олег, закончив медицинские процедуры.       Он отстранился от Серёжи взглянул в его глаза. Где-то минуту мальчики так и стояли. Глядя друг другу в глаза, изучая в них каждую мелочь.       «Какие же они у него красивые» — думал каждый из них. — А откуда у тебя в рюкзаке перекись и вата? — решил первым нарушить тишину Серёжа.       Олег присел на подоконник и с, некой, уставшей улыбкой посмотрел в пол. — В прошлой школе меня часто обижали и били, — начал он, — Мне никто не помогал и приходилось брать их с собой. Чтобы просто оказать себе первую помощь. Это сейчас я хожу на единоборство и вроде даже выгляжу сильнее, но тогда я был не таким. А сейчас я просто взял на всякий случай. Видишь и тебе пригодилось. — Олеж... — произнёс рыжий, от чего Олег просто встал в ступор. Он всей душой ненавидел эту форму имени, ведь её произносили как-то не искренне? Лишь из жалости. Но из губ Серёжи она звучала как-то... Как-то совершенно по-другому.       Разумовский сел рядом и взглянул на Олега, не решаясь произнести одну фразу. Ведь после неё ему все отказывали и каждый раз он получал недоброжелательные ответы. Но всё же, рыжий решился. Какой-то особенный случай сейчас. — Давай будем друзьями?       Так искренне и, с такой надеждой в глазах, Олегу ещё никто не предлагал дружбу. Обычно все делали это лишь из-за его характера и внешности, ради собственного авторитета. Но сейчас всё совсем не так, как было раньше.       — Конечно давай!       Оба мальчика улыбнулись и их глаза наполнились искренней радостью.       И всё же, Олег ошибался. Не все люди такие, какими он их запомнил. Серёжа не такой. Серёжа другой! Он буквально олицетворение рыжего котёнка! Его веснушки, аккуратные черты лица, рыжие длинные волосы, голубые глаза, с большими надеждами в них, даже его фиолетовый свитер с совами, немного испачкавшийся на рукавах! Всё это такое необычно-чудесное!       Наверное, Серёжа Разумовский — единственный человек, полюбивший Олега не ради своего авторитета, а искренне, из чистого сердца.       Они единственные друг у друга.