Nightmare

У Сону проблемы. Очень большие. С самого дебюта он сталкивался с критикой своего веса, причём не только со стороны пользователей сети — это было не так страшно, ведь писали плохие вещи в комментариях всем айдолам, — но и со стороны участников. Над ним всегда шутили, немного подкладывали, возможно, не имея ничего плохого на уме, но Сону это задевало слишком сильно. Он и сам не слепой. Каждый раз, смотря на выступления группы или на какие-то общие фотографии, он видел, что выглядел больше остальных участников. Ему было очень тяжело. Сону постоянно сидел на диетах, всегда много тренировался, но это помогало не на долго: он слишком часто срывался со своей диеты. Сону ненавидел себя. Ненавидел свою внешность, свою слабость, всего себя. Ему казалось, что он недостоин быть в группе. Он помнит, как его после меньше года стажировки пригласили поучаствовать в шоу на выживание. Тогда он очень удивился, ведь танцевал и пел хуже очень многих и не думал, что сможет победить. Всё так и было, почти всю первую часть шоу он был в команде на выбывание, чему не был удивлён. Однако в их команде постоянно был ещё один человек — Ники. То что он постоянно был среди них невероятно удивляло Сону. В свои четырнадцать лет он был лучшим танцором среди всех трейни, Сону в этом уверен. Этот на первый взгляд милый мальчик показывал невероятные для своего возраста способности, он несомненно был гением танца. Ники выучил целую хореографию всего за десять минут, что невероятно всех поразило. Конечно он хотел дебютировать, и надеялся занять хоть какие-то последние места, когда начинался отбор во второй этап шоу, где остаться могли лишь двенадцать трейни. Он вообще не думал, что пройдёт. И как же стыдно было Сону, когда на всемирном голосовании он занял первое место. Первое. Он обогнал Хисын-хёна, который стажировался невероятное количество времени, который был буквально идеалом с безупречными навыками и в танцах и пении. И Кей-хёна, который был самым старшим и опытным на шоу, а также имел высокие навыки. И Сонхун-хёна, который был профессиональным фигуристом, потрясающе танцевал и также выглядел, в отличие от него. И многих других талантливых трейни. А Ники был почти последним в списке, хотя Сону был в миллион раз хуже него. Он чувствовал вину перед всеми ними. И вот он смог дойти до самого финала. Но он не занял ни первое место, ни второе… за него проголосовало почти меньше всех людей. В состав группы через всемирное голосование он не попал. Теперь его могли спасти только продюсеры. Им нужно было выбрать: Кей-хён, Даниэль или Сону. Все думали, что выберут Кея. Это было очевидно. Его ещё не объявили, но Сону уже в тот момент попрощался с мыслью дебютировать. Может оно и к лучшему? Все на этом шоу были лучше него и стажировались дольше него. Кей-хён много и очень долго работал для дебюта, он был достоин этого. Вот только продюсеры сказали его имя. Он был невероятно счастлив. Дебют, всё же, — его мечта. Вот только радость продлилась недолго. Многие считали, что Сону недостоин быть в группе. Его называли толстым, говорили, что он не умеет ни петь, ни танцевать и вообще тянет группу на дно. Всё эти комментарии тянули его на дно и поселили в голове сомнения: а правда ли я не занимаю чужое место? Правда ли я должен сейчас быть здесь? И может всё было бы не так плохо, исходи негатив только из комментариев, но только он это чувствовал и от участников тоже. Конечно, Кей-хён был для них лидером и всегда помогал, стажировался намного больше Сону, пел и танцевал намного профессиональнее Сону, он был лучше Сону. И участники тоже не понимали причину, по которой дебютировал Сону. Ники об этом сказал даже прямо. А потом начались шутки про его вес. На любом шоу участники говорили, что сону больше всех ест, что сону самый пухлый и мягкий, но Сону всегда смеялся вместе с ними и делал вид, что ему не обидно. Хотя это было совсем не так. А самое ужасное, что больше всех говорил Ники. Его самый близкий человек, ещё со времён шоу на выживание. Конечно, он был самым младшим и не совсем видел границы. Чонвон тоже был совсем юный, но остальные… почему они так говорили? Потому что это чистая правда? А потом стало ещё хуже. Это видели все. Его поведение в целом изменилось, но все поначалу не придали этому значение. В один из дней он просто расплакался во время тренировки. Просто от вида своего отражения. Конечно, тогда все испугались, но всё же списали это на большую нагрузку, плотный график и общую усталость организма. А потом он резко начал сбрасывать вес. Когда Ники проснулся ночью, чтобы попить, он случайно разбудил Хисына, а потом они вместе услышали всхлипы в ванной. Ники впервые увидел Сону в таком состоянии он очень испугался. Но Хисын смог собраться, обнять его и выслушать. Рассказанное повергло Ники в шок. Он и не думал, что его любимый хён на самом деле принимал его шутки так близко к сердцу. А ещё оказалось, что Сону просыпается от кошмаров каждую ночь и что он последние месяцы либо не ел, либо вызывал рвоту сразу после любого приёма пищи. Сразу в его голове начали всплывать воспоминания.

***

— Хён, ты пойдёшь с нами обедать? — спросил Ники после тренировки. — Нет, я что-то устал, пойду сейчас полежу. Потом поем, — тихо ответил Сону.

***

— Ого, Джей, ты столько всего вкусного сделал! — Чонвон сел за стол вместе с остальными и начал класть себе еду. — Да, сегодня просто королевский ужин, — поддержал его Сонхун. — Конечно, сегодня мы все много тренировались, нам нужно набраться побольше сил для завтрашнего дня, — сказал Джей. Все начали есть, только Ники заметил, что Сону сидит почти с пустой тарелкой и гипнотизирует свою небольшую порцию салата. — Сону-хён, — обратился к нему Ники, — тебе передать что-нибудь? — Сону вздрогнул, а его глаза забегали в небольшой панике. — Н-нет, спасибо, я не сильно голодный, — тихо ответил он. — Но мы сегодня много тренировались, — продолжал настаивать Ники. На Сону уже начал смотреть Хисын. — Да, давай немного, — так же робко ответил он. А как только он закончил есть ушёл в туалет.

***

А потом Ники вспомнил сколько раз он говорил Сону то, чего не должен был: « — Сону, ты немного набрал за последнее время...» « — Конечно! Сону есть больше всех в группе, у него такой аппетит» « — Может тебе не стоит есть сладкое, менеджер же сказал тебе похудеть» И ещё море подобных фраз. Ники просто язык был готов себе вырвать. Ему было так стыдно. Только было уже поздно. Сону уже глубоко погряз в этом, совершенно отказывать от любой еды, падая в голодные обмороки на репетициях и теряя всё больше веса. Хисын тоже винил себя в этом, ведь он часто закрывал глаза на проблемы Сону, но всё же вина Ники была в разы больше. Тогда он очень серьёзно с ним поговорил и сказал прекратить все шутки в сторону Сону. После они рассказали об этом всем остальным. Это был тяжёлый разговор, тогда каждый вспомнил сколько раз они говорили неправильные вещи в сторону Сону, но тогда уже было поздно извиняться, ему нужно было помочь. И все были готовы что-то для этого сделать. Больше всех хотел делать Ники, в чём позже и признался Хисыну. Но он отказал ему, ведь Ники был слишком маленький. Он не понимал, что говорить, как правильно поступить и как помочь. Поэтому они договорились, что только если Сону сам позволит. И Ники провёл столько времени, пытаясь вытянуть Сону из этого болота, ведь с самого шоу он был ближе всех к Сону и давно привязался к нему. Он был его любимым хёном.

***

Это был день рождения Ники. Прошёл уже месяц с момента, когда он впервые нашёл Сону в истерике в ванной, после ночного кошмара. — Ну что, Ники, закрой глаза и загадай желание! «Пусть с Сону-хёном всё будет хорошо» — пожелал тогда он.

***

И вроде всё и вправду стало лучше. Сону принял его. Они вместе засыпали, Ники обнимал его, когда старший просыпался от кошмаров, следил за тем, чтобы он не пропускал приёмы пищи и всё стало налаживаться. Их отношения стали в разы ближе. Даже Хисын признал, что не ожидал от Ники такой ответственности и сказал, что тот повзрослел. Все были этому рады.

***

Сейчас они сидят на очередном шоу, просто отвечают на вопросы и веселятся. Сейчас была очередь Сону отвечать. — Итак, — начинает он, — из всех этих персонажей я бы больше хотел быть Капитаном Америкой! — Но ты больше похож на Беймокса, ты стал таким мягким в последнее время, — шутит Ники. Только через пару секунд, когда на него все посмотрели, он понимает, что сказал. Улыбка Сону исчезла, но потом он снова посмеялся. И до конца шоу он сидел почти молча. Ну кто Ники за язык потянул? Зачем он это сказал? Пожалуйста, пусть Сону не примет это близко… После шоу Ники попытался подойти к Сону, но все очень неодобрительно посмотрели на него. Сону был очень подавлен, хоть и пытался это скрыть. Он не любит плакать при всех. Чонвон отвёл его в сторону, а Хисын подошёл к Ники. — Зачем ты это сказал? — рассерженно спрашивает он. А Ники нечего было ответить, он просто хочет сам поговорить с Сону, но ему не дадут сейчас этого сделать. — Я не подумал, — тихо и виновато отвечает он, — прости. — Мы это уже обсуждали, ты сам помнишь, что с ним было. Ты хочешь, чтобы он опять целыми днями плакал и не ел? — Хисын говорит тихо, чтобы никто кроме них не услышал. — Прости, — это всё, что Ники мог сказать. С Сону они ехали в разных машинах и Ники приехал позже. А когда увидел Сону ему просто захотелось провалиться сквозь землю. Глаза Сону были красные. Его Сону, его самый любимый человек, самый дорогой хён, такой добрый, мягкий и нежный, такой яркий и улыбчивый снова плакал. Снова из-за него. И Ники сейчас было стыдно как никогда в жизни. Он так и не смог поговорить с ним сегодня. Легли они раздельно. Сейчас ночь, но Ники не будет спать. Он ждёт, когда Сону проснётся от кошмара, чтобы успокоить его и поговорить. Он очень хочет извиниться. Это всё, что ему нужно. И вот он слышит скрип кровати, даёт Сону уйти в ванную и медленно спускается, чтобы не разбудить никого. Он идёт за ним, осторожно открывает дверь, но то, что он видит… Сону в истерике, в его руке лезвие, а на внутренней стороне бедра безумное количество старых шрамов, уже белых, а какие-то ещё в виде коричневых пятен на коже. И несколько новых порезов, кровоточащий. Только не это. Сону в панике смотрит на Ники, весь заплаканный и испуганный. А Ники смотрит на Сону просто в шоке. Кто вообще мог подумать, что их солнце может резаться… правильно, никто. — Я… я-я не… н-не… это… — пытается что-то сказать Сону. Ники очень осторожно подходит к нему и забирает из рук лезвие. Сону продолжает плакать. — Тише, всё будет хорошо, постарайся дышать, пожалуйста, — начинает говорить Ники. Он понятия не имеет что делать в таких ситуациях. — Иди ко мне, — и очень аккуратно обнимет Сону, а тот просто продолжает плакать, пытаясь что-то сказать и как-то оправдаться. Так они сидят несколько минут, пока не становиться немного лучше. — Тише, тише, не бойся меня, пожалуйста, — и Сону расслабляется в его объятиях, продолжая всхлипывать. Ники смотрит ему в глаза и вытирает слёзы с его щёк. — Нужно остановить кровь, солнце, я сейчас достану аптечку, подожди минуту. — Не уходи, — тихо говорит Сону, — пожалуйста, только не отпускай меня, пожалуйста, — и Ники снова его обнимает. Ники очень стыдно, он так виноват перед Сону. Но он всё обязательно исправит. Даже тьма, которая, кажется, никогда не закончится, — просто кошмар. И он исчезнет.