Охотники на драконов

      Деревня у истоков реки Хэйшань — это не самая простая деревня из всех, что довелось повидать Азуле. Совершенно не богатая, но при этом не выглядящая бедной.       На побережье стоит две водяных мельницы с железными колесами. Телеги торговцев хвастаются замысловатыми снимающимися поручнями. Конюшни в пункте приёма страусиных лошадей открываются с помощью рычагов управления. Строители работают с помощью автоматизированного устройства подъёма и спуска. Игрушки детей больше похожи на оружие, чем на машинки и кукол: двигаются по кругу, пускают пар и даже поднимаются в воздух на несколько секунд.        Всё в этом месте кричит: здесь живёт инженер. Азула наконец признаёт, что Джет ей не солгал.        — Мне нужен человек по имени Сокка, — обращается она к одному из торговцев овощей.        — Ну-ну, милая леди, — усмехается старик. — Сокка нужен всем. Что вы хотите ему предложить?        Её руки чешутся от желания приспустить шарф, но Азула выбрала быть инкогнито и намерена придерживаться этой позиции до конца. Чем меньше людей знают, кто и где она, тем лучше для дела.        — Вас это как-то касается?        — Не нужно быть такой грубой! — возмущается торговец. Кулаки чешутся показать, что на самом деле означает грубость. — Его дом там, слева, через две улицы, но он не принимает заказов от невежливых девиц. Развелось тут!..        Азула не дослушивает нравоучительную речь старика и направляется в указанную сторону. По пути замечает, что у каждого жилого дома имеется странная система безопасности: над дверьми располагаются причудливые механизмы. Думая о том, как лучше подойти к этому Сокке, она пытается разгадать их работу. Замысловатые машины, простые в использовании, но эффективные. Не похоже на работу Механиста: у того было множество деталей, крутящихся шестерёнок и связывающих элементов, тогда как творения — предположительно — Сокки отличаются грубой простотой.        Он, судя по всему, не ищет обходных путей, а даёт прямые решения. В её деле это может быть как хорошо, так и плохо.        Азула провела ночь, размышляя о всех возможных исходах разговора. Она могла бы сразу зайти с ведущих плиток и заявить, что знает: он — Белый Волк, он заинтересован, он может получить выгоду от сотрудничества. Но это пятьдесят процентов успеха, и, даже если люди говорят, что она родилась счастливой, Азула не привыкла полагаться на удачу. Он может быть Белым Волком, а может и не быть. Слухи имеют свойство лгать.        Тяжело делать какие-то предположения, не зная ничего об этом человеке. Он южанин, но почему перебрался в Царство Земли? Инженер, очевидно, но с образованием или без? «Фанатик», — сказал Джет. До какой степени? Больше вопросов, чем ответов, и Азула терпеть не может неопределённость.        Было бы проще задействовать связи, но Орден охотников на драконов — это змеиная яма. Невозможно обратиться с запросом и сохранить дело в тайне. Она или сама по себе, или будет вынуждена играть на опережение с другими профессионалами. В таких делах важно быть сосредоточенной на добыче, а не на конкурентах.        Интересно, что сделал бы её отец, если бы узнал, какими средствами пользуется его дочь для достижения своих целей? Он бы выкинул её на арену с голодным Таоте или даровал статус Дракона по умолчанию? С ним в последнее время не угадаешь.        Дом Сокки бросается в глаза сразу. Большой и громоздкий — и жилое место, и мастерская в одном. Прост с первого взгляда, но содержит две трубы вместо одной и со всех сторон оборудован ступенчатыми механизмами. Вывеска «С десяти до пяти, СТУЧИТЕСЬ, ради всего святого» — своеобразно.        Азула натягивает капюшон и, поправив сумку на плече, стучится.       Проходит меньше минуты, прежде чем дверь открывает заспанный молодой человек. Он чешет глаза, прежде чем опускает на неё взгляд, и этих мгновений хватает, чтобы составить общее впечатление.        Не больше двадцати пяти. Следит за собой: волосы подстрижены ровно, за бородкой определённо ухаживают. Руки испачканы графитом — работает с чертежами, а не на глаз. Правша. Не женат. Твёрдые мышцы рук — знает тяжёлый труд. Сражался? Возможно, но шрамов на видных участках тела нет.        — Вы не местная, — первое, что говорит он.        — Сокка, я полагаю.        Он осматривает её, сканирует, ища те же детали, что она — в нём. Азула делает ещё одну пометку: в определённой степени умён.        — Верно, — сомнительно отвечает он. А потом его губы расплываются в нахальной усмешке, и Азула заранее знает: этот парень из тех, кто любит глупые шутки и думает, что они смешные. — Капюшон для театральности?        — Мы можем зайти? — раздраженно игнорирует она.        — Да, конечно, — вспоминает Сокка. — Тут может быть беспорядок, но не обращайте внимания. Что вас сюда привело?        Внутри дома — не раскиданные повсюду изобретения, как почему-то ожидала Азула. Есть три стола, заваленных чертежами, в которых она мало что понимает. Несколько гармонично прибитых к стенам сооружений, которые, она уверена, носят полезную функцию. Огромный стеллаж с книгами, расставленными по цветам, а не по названиям.        В его коллекции много экземпляров о физике, о черчении, о механике и научной инженерии в целом. Исторические работы всех народов мира, учебники по биологии, несколько художественных произведений — и целая куча литературы, посвященной драконам.        Энциклопедии. Иллюстрированные сборники. Исследовательские труды первых охотников и собирателей. Даже сказания и пьесы.        Джет был прав. Увлечение, очевидно, присутствует.       — Тоже интересуетесь драконами?        — Можно и так сказать, — задумчиво отвечает Азула, не отвлекаясь от полок. — Энциклопедия хвосторогих драконов эпохи Камелий и Пионов? Редкий экземпляр.        — Купил в Царстве Земли за приличную сумму, — хвастается инженер. — Кое-как вырвал из рук у какого-то профессора университета Ба Синг Се. Так что, у вас заказ?       — Своего рода, — кивает она и снимает капюшон, прежде чем начать прощупывать почву. — Вы когда-нибудь работали с драконами, Сокка?        Вопрос застаёт его врасплох.        — Эм-м-м… — чешет затылок инженер. — Однажды я инкрустировал вставки драконьей кожи в рукоять меча. И использовал зубы Таоте для пробивки железа. В любом случае, у меня нет материалов для таких заказов. Если вас интересует что-то конкретное, то сначала найдите поставщика.        Азула всматривается в его лицо, пытаясь найти признаки лжи. Идея прикрыть реальный опыт заказами — умная мысль. Попытки что-то вспомнить и что-то скрыть тяжело отличить друг от друга. Едва ли она заподозрила бы в нём охотника, если бы не десятки книг и указание Джета.        Он вполне себе может быть Белым Волком.        А может и не быть.        Она задумчиво мычит.       — Может, у вас есть знакомые охотники? Чтобы не слишком долго искать.        Он смущенно улыбается.        — Я знаю некоторых, но, боюсь, они сейчас даже не в Царстве Земли. Простите, не могу помочь.        — Жаль, — подделывает она печаль. — Знаете, это может быть наивно, но… люди говорят, что Белый Волк был замечен в этих краях около месяца назад. Может, вы или ваши знакомые знаете, где бы он мог сейчас быть? — Её глаза выражают глубокую надежду. Дама в беде. Невинность. — У меня есть деньги, но нет других зацепок.        Сокка мгновенно напрягается. Хорошо. Значит, в этом что-то есть.        Его смятение не длится дольше нескольких секунд, прежде чем сменяется расслабленной позой. Это обманчивое впечатление, она видит его насквозь, но для неопытного глаза достаточно правдоподобно. Весьма неплохо.        — К сожалению, нет, — сочувственно улыбается он, но Азула замечает контрастную сталь в голубых глазах.        — Жаль.        — Очень, — глубоко убеждено кивает Сокка. — Хотя, если честно, я не совсем понимаю, зачем той, кого называют принцессой драконов, нужен охотник-любитель.        Он ухмыляется, как будто только что выиграл лотерею. Сухие ругательства шумят в голове.       Он знает, кто она. Как? Откуда?       Азула позволяет лёгкой ухмылке образоваться на своих губах. Ни на намёка, что её это как-то тревожит.        — Отлично, — осторожно признаёт она. Нет смысла спорить. — Что меня выдало?        Ухмылка инженера становится шире. Он знает, с кем говорит, но смеет дерзить. В нём ни капли самосохранения, так?       — М-м-м, дай-ка подумать. — Сокка поднимает руку к подбородку и демонстративно осматривает её критическим взглядом. Нахал. — Глубокие познания в области драконоведения? Наводящие вопросы? Или, может, дело в шарфе на половину шеи?       Ничего, что дало бы стопроцентную вероятность.        — Ты стрелял наугад, — делает она вывод.        — И попал.        Инженер самодовольно улыбается, и поза его становится до края расслабленной.        Будь он проклят.        — Что, теперь Орден преследует любителей? — насмехается он. — В последний раз, когда я проверял, Совет Наций отклонил их запрос на легальную монополизацию охоты.        Больше Азула не сомневается в его тайной личности. Главное только, не спугнуть — иначе пустится в бега, как пугливый Чжи-Вэнь.        Сокка может знать, кто она такая, но и Азула знает, кто он. Позиции равны. Нет у него никакого преимущества.        — Мне не нужен Белый Волк, — крайне серьёзно говорит она, чтобы донести основную мысль. — Мне нужен инженер. Твоя специализация, не так ли?        Сокка хмурится, пытаясь разгадать её замысел. И усмехается.        — Орден настолько обмельчал, что их принцесса вынуждена искать помощи со стороны?        Идиот. Механист никогда не задавал лишних вопросов. Но, признаёт Азула со скрежетом на зубах, он не то чтобы ошибается.       Инженеры Ордена — талантливые люди, но многим из них не хватает творческого подхода. Они обучены науке и знают своё дело, но мыслят стандартизированно. Большинство из них продажны, ко всему прочему. Инженер знает всё о драконе, на которого охотится его клиент, и в Ордене эти сведения стоят чуть ли не дороже чешуи и зубов. Кто на кого охотится. Кого можно обогнать. Кого можно подставить.        Азула верна Ордену. Ей просто не нравится быть мишенью.        — Я предпочитаю иметь свои ресурсы, — решает ответить она. — Так и становятся лучшими.        И она лучшая из лучших. Всегда была.       — Что ж. — Сокка демонстративно потягивается, зевая. — Жаль тебя разочаровывать, но мне это неинтересно.        Азула чувствует нарастающее раздражение, но не позволяет ему выйти наружу. Она знала, что придётся убеждать. Партия ещё не проиграна.        — Но ведь тебе интересны драконы, — патокой льётся её голос. — Ты провёл годы, изучая их, собирая всевозможные сведения, не так ли?Повидал немало и хочешь увидеть ещё больше. Как думаешь, я здесь ради такой мелочи, как Панциревый Цзяоту, или могу дать что-то большее?        Это привлекает его внимание: ум заостряется, брови чуть хмурятся, рука машинально поднимается к лицу.        Наживка проглочена. Как просто.       Она оставляет предложение висеть в воздухе, давая Сокке время обработать информацию. Он в любом случае уже наполовину согласен, даже если сам этого не осознаёт. Определённый тип людей: учёный, но ещё и исследователь. Охотник, в придачу ко всему. Такие не могут устоять перед соблазном.        Он Белый Волк или когда-то был им. Один из лучших любителей, с которыми приходилось сталкиваться Ордену. Это страсть к драконам, помноженная на возможность реализовать инженерные наклонности. Интерес, возведённый в абсолют.       Азула может читать его, словно открытую книгу. Она видит момент, когда защита слабее всего, и нападает.        — Ну что, Сокка? Мне найти кого-то другого?        Перелом чёток, как удар между роговыми пластинами Чжаофэня.        — О каком драконе идёт речь? — сдаётся он натиску её убеждений. Азула ухмыляется.        Как будто могло быть иначе.