Сборник драбблов по Андромионе

Несколько крошечных снежинок упали с неба и прилипли к ее волосам и одежде, пока она ждала Андромеду, которая, как обычно, опаздывала. Было холодно, Гермиона видела ее дыхание, но она не чувствовала холода из-за своего ожидания. Она сделала это. После недель, даже месяцев томления, тонкого и не очень флирта, ей наконец удалось добиться свидания с Андромедой. Хотя по действиям и жестам Андромеды за последние месяцы было ясно, что влечение Гермионы к ней было совсем не односторонним, старшая ведьма старалась изо всех сил, чтобы ее не заполучили. На самом деле, очень даже нелегко. Ведьма придумала бесчисленное множество причин, по которым им двоим не стоит встречаться. В качестве последнего средства Гермиона заключила с ней пари. Если она сможет опровергнуть любую причину, неважно, насколько сложную, Андромеда должна будет пригласить Гермиону на свидание в бар по ее выбору и заплатить за все напитки. К радости Гермионы и без особого удивления, Андромеда согласилась немедленно и с улыбкой. Причины Андромеды были хорошо продуманы и их было трудно опровергнуть, Гермиона должна была признать это, и на мгновение они выбили ее из колеи, и она засомневалась, правильно ли она поняла Андромеду. Однако ее язык тела и поведение по отношению к ней во время их спора говорили на другом языке, и она сохранила это знание с тех пор. Гермиона не зря считалась самой умной ведьмой своего возраста. Конечно, ей удалось опровергнуть каждый аргумент, каким бы умным он ни был, что оставило гордую старшую ведьму безмолвной. Гермиона до сих пор помнила, как ее челюсть почти отвисла до пола и как ощущалось крепкое рукопожатие, закрепившее ее победу. Умная гриффиндорка никогда не выигрывала лучшей ставки. Она надеялась, что во время их свидания станет ясно, что на самом деле чувствует к ней Андромеда. Еще через несколько минут ожидания появилась Андромеда, и у Гермионы перехватило дыхание. «Привет, дорогая», — тихо сказала Андромеда и на мгновение задержала на ней взгляд, прежде чем прижаться губами к ее щеке. «Привет», — выдохнула Гермиона, не в силах сказать больше, поскольку ее взгляд скользнул по ней. Андромеда была одета в греховно обтягивающее черное платье. Оно заканчивалось чуть выше колен, едва открывало декольте и имело рукава длиной до середины рук. Хотя она почти не открывала кожу, она выглядела в этом платье невероятно сексуально. На ней были черные туфли на высоком каблуке, которые делали ее выше Гермионы более чем на несколько сантиметров. Ее волосы были элегантно собраны в свободную прическу, несколько прядей спадали на лицо. На шее она носила серебряное ожерелье. Тонкая цепочка была завязана узлом, и с нее свисал кулон в форме полумесяца. Она носила такую ​​же цепочку на руке, которая демонстрировала ее тонкое запястье, и пару простых сережек-колец в ушах. Хотя ее наряд был простым, у Гермионы перехватило дыхание. Это было потому, что Андромеда излучала естественную элегантность и уверенность. По мнению Гермионы, она могла бы носить рваные тряпки и все равно была бы красивой. Зная о таланте Андромеды к чистоте и красивым вещам, Гермиона решила отвести элегантную ведьму в забегаловку, чтобы подразнить ее. К ужасу Гермионы, а также к ее радости, Андромеда не была обиженной, и не подняла шума, когда они вошли в ужасный паб. Они заказали два бокала вина и болтали, пока ждали. Когда медлительный бармен наконец подал им вино, они с нетерпением ждали, чтобы чокнуться бокалами. Они обе выплюнули первый глоток, потому что густое красное вино имело такой вкус, словно бутылку открывали два года назад, и рассмеялись. Андромеда осторожно промокнула красное вино с подбородка и нежно улыбнулась. «Может, нам стоит отнести это куда-нибудь еще?» Гермиона кивнула. Она могла смириться с убогой внутренней отделкой, но она не хотела пить плохие напитки. Поэтому она вытащила Андромеду, которая ухмылялась как идиотка, глядя на провалившийся план Гермионы, обратно на холод и в свой любимый бар в нескольких улицах к северу. Они расположились рядом друг с другом в уютной, относительно приватной кабинке. После двух сладких коктейлей уже не имело значения, где они находятся, потому что они смотрели только друг на друга. Они говорили обо всем и ни о чем, и Гермиона ловила каждое ее слово, завороженная ее чертами лица, когда она была чем-то увлечена. Время от времени их бедра или колени соприкасались. Часто их пальцы переплетались, много раз Андромеда гладила свою руку. Каждый раз, когда они соприкасались, случайно или нет, живот Гермионы трепетал. Время пролетело, и вскоре после двух часов ночи их выгнали, потому что персонал не хотел работать сверхурочно. Дамы обе пыхтели и отдувались, но в конце концов выбрались наружу на пронизывающий холод. Гермиона почувствовала себя храброй не только из-за алкоголя, но и потому, что она чувствовала себя ближе к Андромеде, чем когда-либо прежде, и спросила: «Хочешь зайти ко мне? Выпить еще бокал вина?» «Я бы с удовольствием!» — не задумываясь, сказала ведьма постарше, снова коснувшись ее руки. «Я знаю, где ближайший камин. Я точно больше не смогу аппарировать!» Андромеда рассмеялась и схватила ее за руку. Гермиона с любовью посмотрела на нее и одарила ее яркой улыбкой. Старшая ведьма была всем, что Гермиона искала в партнерше, и даже больше. Потрясающе красивая, даже когда делала самые обыденные вещи, остроумная и чертовски смешная, когда рассказывала историю, любящая, когда заботилась о негодяе, которым был ее внук, и умная, когда они обсуждали что-то важное, происходящее в мире. Даже несмотря на то, что старшая ведьма дважды теряла все, она шла по жизни с изяществом и легкостью, от которых у Гермионы перехватывало дыхание. Да, она действительно была всем. Хотя они толком не говорили о своих чувствах, перспектива наконец-то быть с ней заставляла ее желудок сжиматься, а нервы трепетать. Несмотря на то, что она была на каблуках, Андромеда шла быстро, крепко сжимая пальцы Гермионы, а в воздухе витал аромат ее пряных духов. Почувствовав, что Гермиона отступает, она потянула ее за руку и оглянулась через плечо с ослепительной улыбкой, которая сама по себе едва не привела Гермиону в ярость. «Поторопись, любимая, я замерзаю», — сказала она своим мелодичным голосом, который всегда убаюкивал Гермиону. Гермиона фыркнула и опустила взгляд на себя. Она была одета в толстое зимнее пальто и теплые ботильоны, как любой приличный человек в середине ноября. Не то чтобы Андромеда была не порядочным человеком, но ее выбор гардероба на вечер был совсем не умным. Но Гермиона не могла жаловаться, потому что ей нравился вид. «Надо было надеть пальто! Не моя проблема, что ты замерзаешь!» — игриво сказала Гермиона. Андромеда закатила глаза. «Тебе не следовало упускать из виду тот факт, что нам придется так много ходить», — заныла она и театрально махнула рукой, прежде чем расхохотаться. «Давным-давно ты говорила мне, что любишь природу и долгие походы, так что не играй сейчас в защищённую чистокровную ведьму!» — пошутила Гермиона, подбежав к ней, чтобы обхватить рукой локоть смеющейся ведьмы. Ее кожа действительно была холодной как лед, и она чувствовала мурашки под кончиками пальцев. «Я бы одолжила тебе свое пальто, но оно такое очень, очень уютное». Она на мгновение зарылась носом в высокий воротник, а затем ухмыльнулась Андромеде. Андромеда высунула язык, отчего Гермиона сглотнула и покраснела. Старшая ведьма заметила ее румянец, потерла ее щеку большим пальцем и нежно похлопала. «О, Гермиона, ты вся горишь! Не заболей!» Она подмигнула, а затем ее собственные щеки вспыхнули, и она застенчиво улыбнулась, заставив младшую ведьму усмехнуться. Гермиона обняла Андромеду за талию и прижала ее к себе, чтобы согреть, пока они шли, а старшая ведьма прижалась к ней. Сделав еще один поворот, они оказались перед общедоступным, но хорошо скрытым камином у входа в Косой переулок и через несколько мгновений выбрались из камина в небольшой, но уютно обставленной квартире Гермионы. Старшая ведьма вышла на середину комнаты и медленно огляделась, прежде чем снова встретиться взглядом с Гермионой. «О, как мило, Гермиона!» Андромеда тут же сбросила каблуки, повозилась со шпильками в волосах, чтобы освободить кудри, и начала исследовать гостиную пальцами, беря в руки различные предметы и внимательно их разглядывая. Если кто-то и был тактильным, так это Андромеда, но Гермиона не могла сказать, что ее волновало, что старшая ведьма часто ее трогала. Завороженная ее движениями, пока она гладила гладкий коричневый горшок своей орхидеи, а затем золотые рамки фотографий, которые она выставила на своей огромной книжной полке, Гермиона обнаружила, что ей трудно отвести от нее взгляд. Улыбка тронула ее губы. Андромеда идеально вписалась в ее квартиру, и Гермиона подумала, что ей следовало пригласить ее в свой дом раньше, но не было случая сделать это. Присутствие очаровательной ведьмы в ее доме делало ее невероятно нервной, и после их прекрасного свидания она не хотела все испортить. Чтобы охладить голову, она занялась бутылкой вина, пытаясь открыть ее без магии, но дурацкая пробка вела себя не так, как ей хотелось. Разочарованная, она бросила открывалку на стойку и повернулась, чтобы посмотреть на Андромеду. После нескольких мгновений исследования старшая ведьма сосредоточилась на Гермионе и бросила на нее многозначительный взгляд. «Сколько лет мы знаем друг друга, любовь моя?» — спросила Андромеда, держа в руках книгу и перелистывая страницы большим пальцем. «Четыре!» — не теряя времени, ответила Гермиона, чувствуя себя немного смущенной своим рвением. Андромеда положила книгу обратно и медленно приблизилась к ней, пока не оказалась рядом с ней. Взмахом палочки она откупорила бутылку и встретилась глазами с Гермионой. Гермиона изучала старшую ведьму. Ее лицо было задумчивым, и игривость, которую она демонстрировала всю ночь, отсутствовала. Незнание того, к чему клонит ведьма, удваивало ее нервозность. Андромеда нерешительно потянулась вперед и провела пальцами по волосам Гермионы. «Сколько из этих лет ты любила меня, Гермиона?» Ее голос был таким же мягким и успокаивающим, как всегда, но Гермиона могла заметить напряжение в ее позе. Молодая женщина не могла пошевелиться, удивленная тем, что ведьма так легко ее прочитала. Конечно, она флиртовала и была с ней ласкова, но она думала, что та скрыла тот факт, что любит ее, достаточно хорошо. "Я, гм..." начала она, но хотя точно знала, сколько времени прошло, она не могла сформулировать предложение. Андромеда опустила руку на плечо и коснулась затылка, поглаживая большим пальцем ее волосы. «Прошло много времени, не так ли? Я могла видеть это сегодня вечером», — сказала Андромеда мягким, слегка дрожащим голосом. Не глядя на нее, Гермиона слабо кивнула. Внезапно все волнение, волнение от того, что она заберет ведьму домой, были смыты масштабом ситуации. В следующие несколько мгновений они либо станут чем-то большим, либо она разрушит их дружбу. Нет, подумала она, Андромеда дала ей все нужные знаки во время их свидания, и она знала, что ей это не мерещится. Однако тот факт, что ведьма не выражала то, что чувствовала, беспокоил ее. Ее лицо исказилось, и она не отрывала взгляда от пола, но Андромеда подняла ее подбородок прохладными пальцами. Выражение лица Андромеды было мягким, и она ободряюще улыбнулась. «Мне жаль, Гермиона, что я никогда не понимала, что ты чувствуешь». Сердце Гермионы болезненно забилось. «Все в порядке», — сказала она, шмыгнув носом и махнув рукой. «С тобой слишком много всего произошло, и до недавнего времени я не давала тебе никаких подсказок». «Да, но ты мой лучший друг. Я должна была понять это задолго до этой даты». Посмотрев на нее мгновение, старшая ведьма налила им обеим по бокалу вина. «Давай сядем и поболтаем, да?» — спросила она и легонько толкнула Гермиону в плечо. Она с любовью взяла Гермиону за руку и повела ее к дивану, опустилась на него и потянула молодую ведьму к себе. Их бедра соприкоснулись, и рука Андромеды тут же легла на колено Гермионы. Медленно, старшая ведьма сделала несколько глотков вина, и Гермиона сделала то же самое. С каждым глотком тишина между ними становилась все напряженнее, пока Гермиона не сделала дрожащий вдох. «Почему ты так не хотела идти со мной на свидание?» — спросила она, озвучивая свою самую большую неуверенность. Она не могла смотреть на нее, опасаясь, что все это время неправильно истолковывала намерения Андромеды. Тяжёлый вздох сорвался с губ Андромеды, и она слегка нахмурилась. «Мне потребовалось время, чтобы смириться с тем, что я снова готова к свиданиям. Я тянула время, и мне жаль, что я причинила тебе боль», — прошептала Андромеда, глядя на Гермиону с мягким выражением лица. Она потянулась к её руке и погладила её. «Я прекрасно провела время сегодня вечером, и я действительно хочу исследовать то, что у нас есть!» Она указала на пространство между ними и ярко улыбнулась. Гермиона медленно выдохнула, чувствуя себя гораздо более непринужденно, чем несколько мгновений назад, счастливая, что Андромеда ее любит. «Ты не причинила мне боль. Ты просто выбила меня из колеи на минуту». Улыбка расплылась на ее губах, и лицо Андромеды озарилось в ответ. Гермиона позволила их словам впитаться в себя на мгновение и допила вино, прежде чем продолжила, ее глаза были полны тоски, головокружения от того, что должно было произойти. Она положила руку на щеку Андромеды. «Что нам теперь делать?» Андромеда обхватила ее запястье пальцами и прижалась к ней. Старшая ведьма осторожно провела губами по губам Гермионы, пробуя на вкус, прежде чем нежно поцеловать ее. После еще одного мягкого поцелуя в губы, Андромеда немного откинулась назад и встретилась с ней глазами. «Как насчет того, чтобы мы сделали это на некоторое время?» — спросила она с широкой улыбкой. «Да, это идеальный план», — почти задыхаясь, сказала Гермиона и ответила на поцелуй, зажав нижнюю губу Андромеды между своими губами. Пока они исследовали свои рты, Гермиона провела руками по своим длинным прядям каштановых волос, накручивая их между пальцами, откидывая назад, чтобы они не падали ей на лицо. «Мне нравятся твои волосы», — прошептала Гермиона. Возбужденная и жаждущая вкусить больше Андромеды, она поцеловала старшую ведьму сначала в линию подбородка, затем в щеку и, наконец, в шею, посасывая точку пульса, пока та не застонала. "Миона," вздохнула Андромеда, когда ее тупые ногти впились в мягкую плоть плеч Гермионы. Она провела руками по выпуклостям груди Гермионы и начала расстегивать ее шелковую блузку. Лицо Гермионы налилось жаром, а по телу пробежала похоть. Она хотела Андромеду больше всего на свете. Они посмотрели друг другу в глаза, когда старшая ведьма без слов расстегнула блузку и спустила ее с плеч. Ее прекрасная улыбка растянулась, когда взгляд упал на ее груди, одетые в бюстгальтер. Гермиона наклонилась вперед и начала возиться с черным платьем, заставляя Андромеду снова сосредоточиться на ее лице. Они медленно целовались, пока Гермиона гладила ее лопатки. «Расстегни молнию, пожалуйста», — вздохнула Андромеда ей в губы, а затем повернулась и перекинула волосы через плечо, чтобы молодая ведьма могла расстегнуть молнию. Она опустила рукава и позволила платью струиться по талии, обнажив черный бюстгальтер под ней. Гермиона скользнула взглядом по своему телу, и прежде чем она успела отреагировать, Андромеда потянулась к ее руке и положила ее себе на грудь. «Я хочу тебя, Гермиона!» С благоговением и немного ошеломленная, Гермиона провела большим пальцем по мягкой ткани и быстро затвердевающему бутону под ней. Чувствуя себя храброй, она потянулась к чашке и позволила своим пальцам скользнуть по нежной коже груди и соска Андромеды. Старшая ведьма закрыла глаза и напевала, когда Гермиона стянула бретельки бюстгальтера с ее плеча и поцеловала ее вниз от ключицы к возвышенности ее груди. Андромеда потянулась за спину Гермионы и схватила застежку ее бюстгальтера. Прежде чем расстегнуть ее, она посмотрела на Гермиону со смесью волнения и игривости в чертах лица. «Можно?» — тихо спросила она, и Гермиона кивнула, с нетерпением ожидая ощутить ее руки на своей коже. Без труда Андромеда сняла бюстгальтер и уронила его на пол. Мгновение спустя ее рот оказался на соске, посасывая и покусывая, прежде чем ласкать обе груди руками и языком. Гермиона погладила ее по волосам, откинула голову назад и застонала, когда удовольствие собралось между ее ног. «Да», — прошипела она. Андромеда одарила ее соблазнительным взглядом, прежде чем потянуться за спину и расстегнуть бюстгальтер. Она придерживала его предплечьем и ухмыльнулась. «Ты готова?» — прошептала она, подмигивая, и позволила бюстгальтеру упасть с груди, прежде чем Гермиона успела придумать ответ. На мгновение ее красота ошеломила ее, и ей пришлось остановиться, чтобы взглянуть на нее. Возраст и опыт оставили самые изысканные следы на ее теле. Несколько серебристых прядей в волосах, поблекшие растяжки на боках и животе, слегка обвисшая, но красивой формы грудь и немного лишней кожи на животе от вынашивания ребенка. Каждая из этих отметин была идеальна, и Гермиона не могла оторвать от нее взгляда. Она нежно провела линии вокруг глаз и рта, прежде чем погладить те, что на шее и в области декольте. Терпеливо, с нежной улыбкой на губах, Андромеда позволила ей исследовать все ее недостатки кончиками пальцев. «Ты восхитительна», — прошептала она. Гермиона приложила ладонь к щеке. «Ты такая красивая, Энди!» Улыбка скользнула по лицу Андромеды. «Ты тоже, любовь моя». Она поднесла руку Гермионы к губам и поцеловала ее костяшки, затем запястье и пошла дальше по руке, ключице, шее и, наконец, к губам. Они целовались некоторое время, а затем Андромеда встала и положила руки на платье. «Сними с меня это платье, дорогая. Мне нужно почувствовать тебя!» — сказала она с таким рвением в голосе, что Гермиона вздрогнула, сделав себя еще более мокрой, чем была до этого. Желая почувствовать кожу, Гермиона провела руками по груди, животу к бедрам, где она схватила мягкую ткань платья и одним плавным движением стянула его вниз. Андромеда расстегнула джинсы Гермионы, провела кончиками пальцев по поясу, а затем спустила их до колен. Нежно сжав плечи, она заставила Гермиону сесть, чтобы стянуть брюки с ее ног. Ее глаза не отрывались от Гермионы, когда она позволила своим трусикам упасть на пол, и у Гермионы пересохло во рту. "Лучше", прошептала Андромеда, прежде чем сесть на колени Гермионы, прижавшись к ней всем телом так, что их груди соприкоснулись. Она медленно покачивалась на ней, сильнее прижимая ее спину к подушкам, пока целовала ее глубоко. Гермиона чувствовала, что сходит с ума. Ощущение такой близости заставило ее сердце забиться опасно быстро. Она положила одну руку на бедро и провела пальцами другой руки по лону Андромеды, нежно массируя его. Андромеда застонала и сильнее прижалась к ее руке. «Прикоснись ко мне!» — сказала Андромеда властным тоном, и Гермиона позволила своим пальцам скользнуть между губами. Кончики ее пальцев без усилий скользнули сквозь накопившуюся влагу, и она восхитилась тем, насколько мягкой и чудесной была Энди. Улыбка промелькнула на ее лице, когда Андромеда ахнула, закрыла глаза и впилась ногтями в плечи. Андромеда торопливо отодвинула трусики Гермионы в сторону, но затем замедлилась и некоторое время дразнила ее вход, прежде чем начала обводить ее клитор. «Ты так хороша, дорогая», — вздохнула она, целуя и касаясь ее. Гермиона нежно, равномерно ласкала ее, и вскоре Андромеда достигла пика своего удовольствия. Она кончила почти бесшумно. Только резкий выдох и сокращение мышц выдавали ее удовольствие, и это почти сводило Гермиону с ума. Несколько мгновений спустя она кончила с тихим хныканьем. Она сжимала талию Андромеды, пока старшая ведьма направляла ее через оргазм нежными ласками. После того, как ее похоть утихла, Андромеда села к ней на колени и нежно поцеловала ее, положив руки по обе стороны ее лица. «Я люблю тебя, Гермиона. Мне жаль, что мне потребовалось так много времени». Сердце Гермионы почти взорвалось. Она открыла рот, желая сказать ей, какая она великолепная, но Андромеда приложила палец к ее губам и прижала свой лоб к ее лбу. «Покажи мне, как сильно ты меня любишь!» Ведьма жадно поцеловала ее, и Гермиона почувствовала, как ее возбуждение снова нарастает, когда ее пальцы пробежались по коже Андромеды. Свидание не могло быть более удачным.