Sunrise

Не получаются у Тима долгие отношения, даже смешно как-то. Не то чтобы Тим рассчитывал, что его будут любить и прочее, прочее, прочее, но хоть на какой-то длительный период в любовь можно было и поиграть. Хотя, думает Тим, относя коробку с вещами Матрикса на помойку, тот редкий флирт и обещания на долгую счастливую жизнь, в понимании всё того же Матрикса, смело можно считать любовью. Правда, недолгосрочной, но всё же. Тим останавливается возле подъездной двери, вдыхая грязный Нью-Йоркский воздух, вглядываясь в темное небо без звезд, в теплые огни небоскребов, прислушиваясь к шуму проезжающих мимо машин. Тим любил Нью-Йорк в той же степени, что и ненавидел. Любил за то, что чувствовал себя здесь дома, своим. Ненавидел за то, что красивого «долго и счастливо» не случилось. Ненавидел, потому что тот глупый мальчик, сбежавший из маленького городка, оставил там слишком многих, слишком близких для него людей. Тим моргает, непроницаемо смотрит на человека, стоящего рядом. И просто не понимает. Как, как человек из его прошлого оказался здесь? Всё такой же красивый, в той же черной футболке и синих джинсах. Всё тот же Волков, каким Тим его помнил, но почему-то с полностью пустыми, наполненными тысячами острых осколков глазами. И все они впивались в Тима, заставляя отвести взгляд. Почувствовать смущение касательно своих потрепанных спортивных штанов и застиранной серой футболки. Его обнимают. Крепко, прижимая голову к груди, стискивая левое плечо, словно опасаясь, что Тим может исчезнуть. Тим прерывисто вдыхает знакомый запах, борясь с желанием обмякнуть в чужих объятиях.