Друг

      Глубокая ночь. В мутном районе тихо, подозрительно тихо. Лишь редкие проезжающие вдалеке автомобили, непонятно куда везущие водителей в такое время. Небо затянуто тучами, ни света далекой звезды, ни бледного лица луны, ничего. Двор был погружен в темноту, ближайший работающий фонарь только у дороги, мерцал и манил танцующих насекомых. И во всей этой пустоте, только на пятом этаже старого дома тускло горел свет в окне. Бедно обставленная комната была освещена теплой настольной лампой, для создания атмосферы и чтоб не уставали глаза.       Двое лежат на кровати. Высокий парень с прекрасными салатовыми кудрями что-то просматривал в своём стареньком телефоне. Интернет работал слабо, но на неторопливое чтение его хватало. Рядом сидел Риккардо и о чем-то напряженно размышлял. Оба были одеты по-домашнему. Джокер в зелено-синей пижаме, а Рикк в обычной футболке и шортах. Спокойная, можно даже сказать, уютная обстановка. Из-за тишины казалось что они одни в этом мире, но это, конечно же, не так. В той же квартире жили Мим, Родеф и Чарли. Не очень понятно, как эта компания собралась. Просто как-то завертелось и старую трехкомнатную квартирку делили злой депрессивный художник, немая уличная артистка, странный, неразговорчивый, однако улыбчивый мужчина, член преступной группировки и наивный парниша любящий фокусы и ищущий свое место в мире. Отношения пятерых не были идеальными, но они считали друг друга семьей.       Смуглая рука тянется к тощему боку, без труда обнимая его обладателя за талию. Джокер отвел взгляд от телефона и посмотрел на своего соседа. Страха не было, только легкое непонимание. Мужчина ранее не касался его вот так. Секунда и вот Джо лежит на кровати, а Риккардо нависает над ним. —Мистер Де'Карли, что Вы творите!?—воскликнул кудрявый шутливым тоном, но в голосе была нервозность. —Мы же друзья, верно? А друзья делают друг другу приятно. Лежи тихо и я постараюсь быть аккуратным.—холодный ответ, вызвавший мурашки у нижнего.       Сильные руки лезут под резинку мягких спальных штанов, освобождают тело от нижней части пижамы и белья. Джокер бледнеет, прижимает руки к груди и затравленно смотрит на "друга". Он прекрасно понимает намерения темноволосого, он не хочет этого, но может ли он отказать? —Я не уверен что хочу этого... я не готов...давай остановимся и поговорим?... —Не усложняй всё, ты мне нужен сейчас.       Нет, не может. Риккардо друг, Риккардо не причинит боли. Он столько сделал для Джо, столько его поддерживал, разве можно вот так бросить, если кому-то близкому нужно удовлетворить свои потребности? Какой из фокусника друг после этого, если он возьмёт и отвернётся от Рикка? Да страшно, да стыдно, да грудь сковывает холодом, а тело замирает. Не расслаблен, просто так напряжен что не пошевелиться. Взгляд голубых глаз быстро бегает по комнате, возвращается к мужчине, ища немного заботы и сочувствия. Смазанный слюной палец входит внутрь девственника. Джокер морщится и тихо скулит от боли. Де'Карли игнорирует это, продолжая подготавливать невольного партнера к тому что его ожидает в дальнейшем. Он не был особо жесток, просто непреклонен. Второй палец вызвал тихий стон, сопровождаемый еще большим дискомфортом. —Это больно... Пожалуйста, давай сделаем что-нибудь другое... —Ты справишься. Ты же хороший друг, верно?       Салатовый всхлипывая кивает. Да, он должен быть хорошим другом. Ему так стыдно что он пытается сопротивляться, стыдно что чужие прикосновения вызывают только неприятные ощущения. Разве это не должно ему нравится? Что он за друг такой, если ему так мерзко от действа? Он так нуждается в похвале и одобрении со стороны сожителей, что готов сделать для них что угодно. Даже если это что-то настолько интимное. Пальцы продолжают движение, Джокер тихо скулит. На его глазах начали выступать слезы. Сколько растяжка длилась неизвестно, но опомнился кудрявый когда Риккардо подставил головку члена. Нижний, вопреки логике, сжался из-за страха боли. С трудом, кое-как смазанный слюной орган, вошел внутрь на половину, вызвав стон. По щекам парня потекли слезы, он попытался прикрыть рот руками. —Прости, я не могу..! Это слишком, пожалуйста...—толчок и ствол оказывается полностью в кишечнике. Приглушенный вой.       Джокер понял, что умолять бессмысленно. Он мог только терпеть и ждать когда процесс закончится. Начало фрикций было адом. Такая боль от насильственного растяжения, которую бедный фокусник и представить не мог. Он пытался себя убедить что в этом нет ничего такого, что это не так плохо, но плохо было. В какой-то момент член задел простату, посылая сквозь дискомфорт волну легкого удовольствия. Собственный жезл Джо начал заинтересованно приподниматься, что вызвало только больший стыд. Какой же он грязный. Мысленно совсем не хочет того, что происходит, стонет от боли, далеко не только физической, а сам возбуждается! Позор. Риккардо тяжело дышал над ним, сжимая руками чужую талию. Пальцы с силой давили на мягкий плоский животик, оставляя красные следы на бледной коже. В какой-то момент, одна из ладоней Де'Карли легла на чужой половой орган, принимаясь двигаться по длине в попытках помочь кончить невольному участнику действа. Толчки бедер становились быстрее, Джо плыл от нахлынувших ощущений. И боль, и удовольствие, и стыд, и страх, и куча всего ещё. Он продолжал плакать, теряясь в чувствах. Что с ним теперь будет? Что будет с их дружбой? Заставит ли Рикк снова переживать его что-то настолько шокирующее? Как отмыть от себя следы чужих пальцев и похотливого взгляда? Это всё так неправильно, но почему тогда совсем недавно девственный Джокер чувствует удовольствие? Может это не касания грязные, а он сам покрыт метафорическими нечистотами, неисправимо испачкан? Почему только друг не остановился, не послушал его? Почему сломал? Разве псевдо-маг этого заслужил? А что если заслужил? В какой-то момент Риккардо кончает глубоко внутрь, а за ним и длинноволосый изливается себе на живот. Оба тяжело дышат. Преступник отстраняется от тела и поправляет одежду. Покидает комнату, с желанием выпить воды. Оставшийся в одиночестве парень сворачивается, прижимая колени к груди. Зад все еще неприятно ноет, а сам Джокер чувствует себя использованным и брошенным. Так обидно. Он плохой друг, раз ему так тяжело идти на уступки.       Во тьме коридора тихо плакал блондин. По пути из туалета Чарли услышал странные звуки из чужой комнаты. Было не сложно понять что происходит, а по болезненным всхлипам Джо и мольбам еще и догадаться, что Чарли стал свидетелем насилия. Это взбудоражило в нем неприятные воспоминания. Бока, спина и живот вновь загорелись незримыми отпечатками чужих ладоней. Чувство, которое он не мог смыть, как бы не пытался. А ведь совсем недавно Риккардо так обращался с ним. Батлер никогда не соглашался на такое, просто терпел, ведь сосед сильнее. По началу пытался драться, язвить, но сдался, покорно принимая всё что даёт ему этот монстр. Джокер по сравнению с ним звучал жалко. Но не призрительно жалко, а жалко, как когда хочется спрятать, защитить. Как жаль, что Чарли защитить не мог. Просто стоял и слушал, не в силах пошевилиться. Он и сам не заметил как по щекам потекли слезы. Чужая боль и собственная смешались, скребли ребра и сжимали сердце. Поняв, что все кончилось, парень уже было хотел уйти в свою комнату чтобы попытаться уснуть, но на деле лежать часами думая об этом, но дверь открылась и он столкнулся с виновником мрачного торжества. Рикк с презрением глянул на художника, а творец в свою очередь зло посмотрел на насильника. Но оба промолчали.