Странный

Яркие лучи ещё ясного, тёплого осеннего солнца проникали в большую просторную комнату, освещая каждый тёмный пыльный уголок гостиной. В помещении монотонно шли настенные кварцевые часы, лишь немного разбавляя гробовую тишину и заполняя комнату своим размеренным негромким тиканьем.  Было ещё раннее утро. Вокруг ни единого звука. За окном изредка можно было уловить шум проезжающих на трассе автомобилей и негромкие разговоры проходящих мимо людей, время от времени желая поскорее выбраться наружу, на волю к ясному, греющему и нежно ласкающему своими тёплыми лучами солнцу, чистому свежему воздуху и ветерку, который в тот же миг растрёпывал заранее плавно уложенные мягкие локоны и заполнял лёгкие утренней свежестью и ароматом ярких, красочных осенних листьев и влажной от ночной сентябрьской мороси древесины.  Дети и подростки торопливо собирались в школу и стремглав неслись навстречу раздувающему всё лицо ветру к учебному заведению, мечтая наконец добраться до тёплого заполненного помещения и молясь всем Богам не опоздать на урок, дабы после такой оплошности их не отчитали преподаватели. Некоторые лишь неохотно, с болью думали о предстоящем учебном дне и с силами отсиживали несколько часов за партами, желая наконец обрести покой и свободу в своей уютной комнатке дома. Взрослые же с усталостью и сонливостью, волнением и напряжением, читаемые в одном лишь измождённом виде и подавленном взгляде спешили на работу, дабы постоянно придирающееся чуть ли ни за всё недовольное начальство вновь не прикопалось с какими-либо претензиями за опоздание или неправильное выполнение обязанностей.  Совсем скоро жизнь вновь закипит во всей округе и красе, напоминая о повседневной индустрии всего огромного необъятного мира. Кто-то вечно куда-то спешит, торопится, кто-то просто проводит своё время в тёплых уютных домах, квартирах вместе со своими близкими людьми и друзьями, а кто-то бесцельно бродит по заполненным улицам и тихим переулкам.  Каждое утро начинается новая страница в истории любого человека. Ведь всякий новый день полон новых возможностей и открытий, и это каждое утро человек начинает и проводит весь оставшийся день по-своему.  *** Маленький темноволосый мальчик лет четырёх-пяти с ещё небольшими и неокрепшими чёрными рожками, бледными розоватыми щёчками и странного, неестественного серого оттенка слегка шершавой кожи сидел на холодном, твёрдом гладком ламинате в гостиной, пристально вглядываясь в какую-то картинку, что парнишка держал в своих крошечных, мягких детских ручках. Взгляд необычных мальчишеских глаз с янтарной как медь радужкой и полностью чёрной как глубины океана оболочкой был направлен на ту самую картинку, что являлась старой цветной фотографией, на которой была изображена какая-то необычайная и достаточно пугающая персона. Но мальчика она ничуть не испугала, даже наоборот, привлекала своей индивидуальностью и загадочностью, приковывала к себе и интересовала на данный момент больше всего на свете. Чем-то они были очень даже похожи, но парнишка совсем не сразу на это обратил внимание, даже не понимал такой странности и не замечал некого совпадения и схожести друг с другом.  Тем временем в комнату спустился только что проснувшийся молодой, подтянутый высокий мужчина, с точно такими же короткими тёмными волосами и милыми розовыми щёчками, что придавали ему симпатичный и вполне привлекательный вид. Вокруг благовейная тишина. Прохладно. Даже в широкой, довольно тёплой длинной толстовке, штанах от пижамы и своём излюбленном за годы оранжевом шарфе парень поёжился от резкой смены комнатной температуры, опустив брови к переносице. Он не сразу заметил маленького ребёнка в углу большого помещения, так что был немного удивлён увидеть там юного парнишку, в упор смотрящего на какую-то яркую «бумажку».  Парень с интересом и любопытством аккуратно, медленно и бесшумно опустился на пол возле мальчика — своего родного молодого сына, начиная следом за ним разглядывать ту самую фотографию. Янтарные, вечно спокойные и полные хладнокровия, серьёзности и безмятежности глаза внезапно расширились. На лице старшего темноволосого тут же заиграл большой спектр эмоций, в глазах читались непонятные чувства. Страх, грусть, тоска, удивление ??..  Просидев в таком парализованном состоянии ещё около двух минут, мужчина с печалью отвёл взгляд, глубоко вздохнув. Сын же, наконец приметив странное поведение и реакцию отца, медленно и осторожно подполз ближе, подняв голову в сторону своего родителя.  Спокойно, негромко и ровно, как ни в чём не бывало мальчишка открыл рот, обратившись к старшему: — Папа, кто он ?? Будто издалека услышав голос младшего, Оти — именно так звали отца таинственного на первый взгляд малыша, снова посмотрел в необычайные, но такие красивые, яркие, отражающиеся тусклым светом даже днём и манящие своей загадочностью глаза сына. Фирменная улыбка в форме галочки начала медленно расплываться на бледном лице старшего, глубоко в глазах на этот раз можно было прочесть искреннюю любовь и восхищение. Рука непроизвольно потянулась к груди, несильно сжав край шарфа. Приложив ладонь к самому сердцу, которое находилось где-то за толстым слоем мышц и скрывалось, словно пряталось и защищалось чуть выше левого ребра, но сильно и ощутимо билось, будто бы пыталось вырваться наружу от нахлынувших за столь долгие годы чувств.  — Охх, он.. он был для меня очень важным и дорогим человеком, милый.. На момент прикрыв глаза, парень углубился в воспоминания, но всё же тихим, едва уловимым, ровным мягким голосом произнёс следующее, тем самым ответив на длительное время интересующийся короткий вопрос маленького козлёнка и закончив свою ранее начатую фразу: — Твой отец.