Тяжесть рюкзаков

Naoka Hara — Suzume

Когда речь заходит об уникальных национальных праздниках, на ум тут же приходят разнообразные японские фестивали, аналогов которых нет нигде в мире. Старая и новая столицы, крупные портовые города всегда веселились на широкую ногу, но даже самые мелкие префектуры Японии не прочь полюбоваться на фейерверки во время Ханаби и приобщиться ко всеобщему праздничному духу. Вечерний воздух сгущался над Сибатой. Его тут же топтали сотни суетящихся ног, спешащие быстрее закончить организацию своего шатра с развлечениями или уличной едой. Множество ароматов смешивались, перебивали друг друга и сменялись один за другим. Рыбные пирожки, такояки, лапша и кукуруза боролись с карамелью, шоколадом и сладкими фруктовыми сиропами за первенство по продажам в этот вечер. Вся набережная вдоль узкой реки была забита под завязку. Сегодня поселок разливается жизнью как никогда: все идут любоваться разноцветными чудесами пиротехники. Национальный наряд — тоже часть празднества, хотя далеко не все изъявляют желание почтить традицию. Даша, например, никогда не задумывалась об этом. До сегодняшнего дня. 19:55 — Я разбирала наши вещи после переезда и, вот, нашла. В руках мамы покоился старый, но очень хорошо выглядящий наряд: темно-синее юката, на котором тонкие белые линии сплетались в ирисовый букет. Поверх лежал сложенный пояс насыщенного темно-красного цвета, с толстым шнурком, на концах которого переливались гладкие кисточки. Даша замерла на секунду. — Ты же не разрешала мне ее надевать. Ее рука невесомо коснулась ткани и огладила рисунок. — Примерь. Я помогу завязать пояс. Едва заметный запах старой древесины и пыли окутал нос, когда юката опустилось на худые плечи. Даша смотрела на себя в зеркало и, кажется, начинала понимать, почему люди уделяют так много внимания этой традиции, трепетно берегут ее и каждый год достают из старых комодов. Мама подошла ближе и поправила ворот халата. Ее уверенные, но нежные руки туго затянули широкий пояс, после чего похлопали по бокам. Она отшагнула назад, оценивая свою работу. — Тебе очень идет… А, подожди, у меня есть кое-что. — Она засуетилась, вышла из комнаты, но тут же вернулась, держа в руках вытянутую картонную коробочку. — Вот, держи. Даша с неподдельным интересом заглянула под крышку. Внутри оказалась серебряная заколка с красным камушком на конце, точно в тон пояса. — Как красиво! Поможешь надеть? Волосы, туго скрученные на затылке, пронзило изящное украшение, завершая образ. Завитки челки легко спадали по бокам лица, обрамляя его так же, как тонкие лепестки обрамляют бутон ириса. Смотря на себя в зеркало, Даша чувствовала неловкость. На фоне более современных и удобных нарядов, юката казалось вычурным. — Потрясающе… Отцу бы понравилось. Даша посмотрела на маму через отражение, затем снова на себя. — Меня, наверное, уже заждались. Чувство стеснения испарилось в ту же минуту, в которую Даша оказалась на набережной. Большинство людей, и мужчины, и женщины, выбрали традиционные одежды. Размеренный шум человеческих голосов заполнял обычно пустующую набережную. Под ногами путались веселящиеся дети, и со всех сторон кипела жизнь. Чье-то легкое касание вырвало из пучины мыслей. — Даша? Перед ней стояла Лина, за ее спиной неловко топтались Ваня и капитан баскетбольной команды. Все они были одеты в юката, что не могло не удивить. Даша обвела их взглядом, после чего капитан смущено отвернулся, что-то пробубнив себе под нос. Ваня, заметив это истерично хихикнул себе в кулак. — Приятно познакомиться! Я Валера. По китайскому гороскопу — змея. Любимое мясо — говядина. Любимого цвета нет, любые нравятся. Он склонил голову и протянул ладонь для рукопожатия. — Ого… Я думала, парни с нарядами не заморачиваются… Капитан тут же повернулся в сторону Вани — Это меня так отшили? — Вот вы где! Наконец-то я вас нашла! Звонкий голос перебил общую неловкость ситуации. Настя выбежала из толпы, держа в руках несколько стаканчиков с кукурузой. — Ты уже подкатить успел? Она с размаху ударила ребром руки прямо в макушку Валере. — Почему вообще это милое создание дружит с такой как ты? — Повтори-ка! Общий хаос и крики затуманили и так ничего не понимающую голову. «Меня позвала только Вика, но все они здесь, и ведут себя, будто все так и должно быть. Ничего не понимаю…» — Приветик! До боли знакомый голос раздался где-то за спиной. Даша глубоко вдохнула и, собрав всю свою волю в кулак, обернулась. Белое юката с голубыми цветами вишни, красиво обрамлялось синим поясом с легким волнистым тиснением. Этот наряд особенно подчеркивал темноту Викиных глаз, добавляя в них уникальный, до этого момента неизвестный оттенок. Даша застыла на секунду, открыто уставившись на подругу. — Ура! Теперь все в сборе. Куда пойдем первым делом? Лина сгребла девочек обеими руками и подтолкнула вперед. — Предлагаю сначала за шашлычками. — Нет, давайте поедим потом, а сейчас поиграем во что-нибудь. Споры не замолкали и даже начинали раздражать. Даша не понимала почему с ними так много людей, это ведь должно было стать их первым свиданием… Она запнулась о пятку собственной мысли: никто не говорил, что это свидание, и не уточнял, что они будут лишь вдвоем. Волна отчаяния захватила ее в эпицентре веселья. Хотелось заиметь телепорт и, несмотря на риск расщепиться на атомы, воспользоваться им прямо сейчас. Внезапно потянутый в сторону рукав вытащил из навязчивых грез. Ее молча повели к одной из палаток с кингё-сукуй, игнорируя остальных. — Прости, что не предупредила. Подумала, чем нас больше, тем веселее… — Да ничего! Я так и подумала… Ну, что мы все вместе пойдем… Хотя парни меня удивили. — Она нервно посмеялась, — мне кажется капитан даже… — Я тоже, — перебила Вика, — я тоже хотела, чтобы мы пошли вдвоем. Прости, что так получилось. Сердце пропустило удар. Эти слова могли иметь любое значение, но как же хотелось понять их неправильно. — Эй, куда вы без нас ушли? — Лина склонилась над бассейном с водой, — Да вы же так ни одного приза не выиграете, ну-ка подвиньтесь. — Девочки, а вы Ваню не видели? Он будто испарился, хотя я только что с ним разговаривал… Гогот друзей и откуда-то взявшаяся маленькая надежда вместе медленно начали починку хрупкого механизма где-то внутри. Даша решила постараться не зацикливаться на странном начале вечера и просто отдаться потоку. Они блуждали от палатки к палатке, словно логотип DVD, отскакивающий от углов экрана. Число выигранных игрушек росло так же, как и число проигрышей, а в живот уже перестала помещаться еда, разнообразие которой приказывало не останавливаться. — Возьми, я ее для тебя выбил, — Валера протянул угрюмого плюшевого кота Даше, — но, если не хочешь, я не заставляю. — Все хорошо, я возьму его. Спасибо. Даша улыбнулась и приняла игрушку. Кот смотрел на нее глазами-половинками, в его лапах лежал маленький лосось. — Дурацкая игрушка. — Вика даже не посмотрела в сторону трофея, — Морда у этого кота какая-то глупая… Даша недоуменно помяла котовьи бока, внимательно вглядываясь. «Да обычный кот, ничего не глупый» — О! Даша подняла игрушку на уровень лица подруги. «Да они же одинаковые…» Вика шла впереди, борясь с постоянным желанием оборачиваться. Не потому, что боялась потерять друзей из виду, а потому что ей хотелось рассматривать. Разглядеть детали на заколке, цветы на юката, веснушки, которые теперь были обидно бледнее из-за макияжа. Внешний вид подруги не на шутку удивил ее, впечатлил. Она выглядела непривычно, но вместе с тем очень красиво. Утонченные детали наряда складывались в завораживающую картину, которую хотелось изучить. Сама того не заметив, Вика начала обращать внимание на вещи, которые раньше ее не заботили. Начала думать о привычном, так, как не думала никогда. Это одновременно пугало и будоражило, а противоречивые чувства ведут к противоречивым действиям. Сначала приглашение, теперь двусмысленные фразы. Она ни о чем не жалела, потому что таким образом, обеспечивала себе карт-бланш на отступление. — Ребят, мне кажется нам нужно занять место, иначе нам некуда будет сесть… — Лина кивнула на людей, которые активно начали заполнять склон у реки, — скоро начнется. Сухая примятая трава щекотала ноги, залезая под пологи халатов, вместе с прохладным летним ветром, поднимающимся с реки. Вика пристроилась с краю и начала оглядывать окружение. Люди сидели вплотную друг с другом, но никого это не смущало. Ожидание традиционного зрелища объединяло всех в одно целое. Первые залпы раздались над головами. Цветные огни поочередно взрывались в небе и освещали склон яркими вспышками, оставляя после себя густые облака дыма. Фестиваль всегда старались проводить у водоемов, ведь именно отражение света в воде создает тот самый неповторимый эффект, впечатляющий намного сильнее обычного салюта. Вика любила Ханаби, и всегда с нетерпением ждала лета, чтобы посмотреть на это пусть и короткое зрелище, но сейчас ее разум был где-то в другом месте. Внезапно ей захотелось заглянуть в чужой мир. Узнать, каково это смотреть на золотые блестки в небе такими же золотыми глазами. Будет ли фейерверк сиять еще сильнее? Или затеряется среди янтарного свечения? Робкие ресницы предательски дрожали и метались от неба к лицу, но ни единого слова так не было сказано вслух. 21:07 — Мне кажется или кого-то не хватает? Вопрос Вики одновременно поставил всех в ступор. — Я же спрашивал у вас про Ваню… Часа два назад. Они не спеша шли по пустеющей набережной в сторону выхода из парка. Некоторые палатки сворачивались, другие же работали до последнего, стараясь собрать побольше денег. Ханаби был отличным способом заработка для небольших закусочных и семейных ресторанчиков, помимо этого, тут могли найтись будущие постоянные клиенты. Красноватое свечение одного из шатров привлекло своей загадочностью любопытный нос Лины. — Пойдемте сходим к шаману! Валера скривил недовольную гримасу. — Хочешь потратить деньги на какого-то шарлатана? Давай я тебе сам погадаю. — Пойдем, Лина. Я зайду с тобой, — Даша потянула подругу за руку, — мне кажется это весело. Капитан удивленно моргнул и молча отступил назад, пропуская девочек. — А можно с вами? Громкое «нет» прозвучало хором на всю улицу, отпугнув проходящую мимо уличную кошку. Шатер был освещен множеством маленьких разноцветных лампочек. По всюду висели обереги и украшения, а по середине стоял низкий стол, за которым на полу сидела шаманка. Она не спеша раскладывала что-то на столе, не обращая внимания на вошедших. — Извините, тетушка, вы еще принимаете посетителей? Женщина медленно подняла голову и посмотрела куда-то сквозь их лица. — Присаживайтесь, красавицы, — она внимательно оглядела наряд Даши, — белые ирисы на языке цветов означают искренность. Какой у тебя вопрос, дитя? — О, я просто за компанию, моя подруга хотела с вами поговорить. Подтолкнув Лину вперед, она сделала шаг следом. — Вы можете задать только один, хорошенько подумайте. Взволнованная Лина повернулась к подруге, ища одобрения. Увидев утверждающий кивок, она начала: — Скажите тетушка, повезет ли нам в любви? Шаманка улыбнулась, будто ожидала услышать этот вопрос, потом разложила по столу большие узорчатые карты, что-то бубня себе под нос. Накуренный благовониями шатер кружил голову и тусклое освещение начало плясать перед глазами под глубокий голос тетушки. — Вижу два сердца, — она поочередно начала переворачивать карты, — одно будет склеено словно искусством кинцуги, второе раздавлено как вишня под сандалиями ребенка. Но оба найдут в своей судьбе спасение. Лина завороженно слушала речь шаманки, но не очень понимала, о чем именно та бормочет. — Эти сердца наши? А какое чье? Шаманка резко поменялась в лице и сложила карты в стопку. — Я ответила на ваш вопрос, все последующие ответы платные. — Она наигранно улыбнулась, — Будете брать? Даша быстро поднялась и потянула за собой подругу. — Большое спасибо! Лина, нам пора. Недовольная она зашагала к выходу, так и не узнав своей судьбы. Даша же была в некотором смятении. Не то чтобы она верила всяким гадалкам и колдунам, напротив, ей никогда не была интересная подобная «ересь». Но что-то в словах тетки вызвало мурашки на руках и заставило задуматься. «Не хочу, чтобы от моего сердца осталась глупая вишневая косточка». Ребята стояли у ларька с мороженым, когда Лина и Даша наконец вышли. В нос тут же ударил свежий воздух, а за ним новая волна головокружения. — Да в таком дыму к любому видения начнут приходить. Не бери в голову этот бред. — Приободряюще сказала Даша. Лина расстроено кивнула, понимая, что это все было лишь частью представления для посетителей и медленно зашагала вперед. Фестиваль шел к завершению. Многое уже было закрыто, и владельцы потихоньку разъезжались по домам. Ребята шагали по непривычно оживленной аллее, тихо болтая ни о чем под стрекот цикад. Луна холодным светом рисовала контур макушек деревьев, а в горячий воздух налился чем-то пряным. — Ребят, вы идите, а нам с Дашей нужно еще кое-куда заскочить. — Вика остановилась, поглядывая то на Дашу, то на друзей, — Все нормально, ждать нас не нужно. Она быстро обошла подругу и мягко, но с силой надавила ей на плечи, направляя в противоположную сторону парка. — Эй, куда вы? — Мне нужно кое-что обсудить с Дашей с глазу на глаз. Увидимся! Взмокшие ладошки вцепились в синее юката, неосознанно крепко сжимая ткань. Все ее лицо горело от неловкости и стыда за такую внезапную выходку, но ноги даже и не думали останавливаться. Оставив возмущенных друзей позади, она молча шла быстрым, немного нервозным шагом, продолжая держаться за плечо подруги. Та, с удивленным выражением лица, по инерции шла следом, не в силах возразить этой необычной напористости. — Куда мы идем? Вопрос остался проигнорированным. — Стой. Объясни, что происходит. Даша резко остановилась и отцепила от своего плеча трясущуюся ладонь. Вика тут же опустила голову и шумно выдохнула. — Прости… — За что? — Можешь просто пойти за мной? Я все объясню попозже. Ее уши пламенели, еще немного и они бы взорвались от напряжения как золотистые огни фейерверков над рекой. Рука, мертвым грузом повисшая в чужой продолжала мелко подрагивать. «Неужели что-то плохое случилось, и она не может рассказать это при всех?». Даша кивнула и сделала шаг навстречу.

Ichiko Aoba — mazamun

Они молча шагали через всю аллею, назад, к набережной. Все это время в голове Даши роились десятки вопросов, но ни один из них она так и не осмелилась озвучить. Шелест листьев становился все сильнее, вместе с их приближением к берегу реки, а воздух ледяной змеей пробирался в рукава, заставляя ежиться от контраста температур. Звуки размеренного течения воды становились все ближе, человеческие голоса лишь эхом раздавались где-то за спиной, на фоне, увеличивая громкость мыслей. Казалось, что даже Вика может их услышать, просто идя рядом. — Нам еще долго? Холодно. — Нет, тут недалеко. Вика указала на пустое побережье рядом с которым возвышалась чаща деревьев и невысоких кусов. — Где-то тут было… Сейчас… Она активно начала ходить между растениями в поиске чего-то. Даша огляделась вокруг: пусто. Ни единого человека или фонаря, только река, кусты и луна, роняющая тонкую полоску света на рябящую гладь. — Нашла! Вика вернулась, держа что-то большое в руках. — Ты кажется рассказывала мне, как вы с семьей жгли бенгальские огни на Ханаби раньше, — она поставила на траву металлическое ведро и достала из него красочную упаковку, — я подумала, что в этом году мы можем зажечь их вместе… Она вытащила палочки и протянула Даше. Затем достала спички со дна того же ведра и чиркнула одной по коробку, звук вспыхнувшего пламени смешался с шумом воды. — Почему ты все это делаешь? — Внезапный вопрос отвлек от загорающегося бенгальского огня, — Ты же осознаешь, что я могу неправильно тебя понять? Даша смотрела в лицо, на котором плясали маленькие тусклые пятнышки света. Палочка наконец подожглась и из нее начали валить хаотичные искры, то и дело попадающие на пальцы. — Ой! Давай пока не сгорел. Вика поднесла второй огонек и подожгла его об уже зажженный в руках Даши. В ее темных глазах отражалось золотое свечение, словно салюты в реке, и это завораживало, заставляло неотрывно наблюдать за отблесками на черных бусинах. Никогда не знаешь, что может принести жизнь, и иногда, в самый неожиданный момент, всего лишь несколько слов способны выбить землю из-под ног. Невозможно тихих, сказанных как будто с сомнением, но сказанные вслух. — Ты мне, наверное, нравишься… «Да забудь ты про этот бенгальский огонь». Даша глубоко вдохнула и дотронулась свободной рукой до подбородка Вики, подняв ее голову. Сердце вмиг разогналось, превратившись в атомный реактор и голова закружилась, прямо как в том шатре шаманки. Она моргнула, посмотрев прямо в лицо. В темноте не было видно раскрасневшихся щек, но их тепло ясно ощущалось на кончиках замерзших пальцев. Легкое столкновение губ, короткий, совсем невинный поцелуй уколол сердце, одновременно с сотней маленьких искорок, и тут же растворился в воздухе. Упавший фейерверк медленно догорал в ведре. Их личный, скрытый от посторонних глаз. Как же хорошо, что ей досталось первое сердце, с тонкими золотыми ниточками, заполняющими старые трещины.

***

Ваня не ждал, что кто-то позовет его на фестиваль, однако, несмотря ни на что, сам никогда не пропускал это событие. В детстве он приходил сюда с родителями, подростком с парнями из баскетбольной команды. Последние пару лет он любовался фейерверками в одиночестве, но это никогда не ощущалось как проблема. В этот раз приглашение поступило откуда не ждали. — Пойдешь с нами на фестиваль? Перед ним стояла знакомая девчонка с длинными рыжими волосами и широко улыбалась. «Она что с первого раза не поняла, что я не хочу с ней встречаться?» — Подумал Ваня и уже было хотел снова начать объясняться, как его прервали: — Можешь позвать с собой друга. Кстати Настя тоже идет. Облегченный выдох и короткое «я подумаю» обернулось тем, что сейчас он стоял в компании Валеры и девочек посреди оживленной набережной и усердно размышлял о правильности своего решения. — А когда придет Даша-тян? — Валера окликнул идущую спереди Лину. — О, я думаю, они с Викой-тян уже тут, нужно только их найти. Почувствовав что-то тяжелое на своей спине, он обернулся. Ваня пару раз похлопал капитана по лопаткам и отдернул его за халат. — Я не думаю, что кто-то из них захочет с тобой встречаться. Убрав с себя руку, Валера нахмурился и тихо ответил: — Из нас двоих это у тебя нет никаких шансов, особенно с такой прической… Ваня закатил глаза и бездумно побрел за компанией. Он чувствовал себя откровенно лишним, и в голове одна за другой начали возникать мысли о том, как бы побыстрее уйти отсюда, потому что идея смотреть на салют среди практически незнакомых людей совершенно не прельщала. Поток мыслей прервал звонок. — Я отойду ненадолго, — Бросил Ваня через плечо. На экране высветилось имя, которое заставило замереть на мгновение. — Алло? — Привет, Суслик. Не пойми неправильно, не хочу уходить на каникулы в ссорах. Нет желания рассказать че с тобой происходит? Ваня огляделся по сторонам, словно за ним кто-то следит. — Мне к тебе прийти? Недолгая пауза повисла в трубке. — Ну-у… Можешь, наверное. Кажется, легкие забыли, как выполнять свою работу. Готовый схватиться за любую возможность побега, Ваня тут же сорвался с места. — Буду через пятнадцать минут. Не дождавшись ответа, он сбросил трубку и направился к выходу из парка, совсем позабыв о том, что его ждут друзья. Ноги словно под влиянием чар вели его к дому Стаса, а скованность от халата перестала быть чем-то ощутимым. Только подойдя к двери, Ваня понял, что вообще сделал. Сверившись с номером квартиры из сообщения, он поднес палец к звонку. Руку мелко потряхивало и на висках начал проступать холодный пот. — Да к черту! — Сказал он вслух и, зажмурившись, с силой надавил на кнопку. По ту сторону раздался звон, слышимый даже в коридоре. Через несколько секунд дверь открылась — Быстро ты… — Стас толкнул ручку, — Проходи. Тусклая лампа освещала узкую прихожую, ведущую к небольшой кухне-гостиной, которая заканчивалась незастекленным балконом. Стас стоял у барной стойки, которая была тут вместо обеденного стола и пытался открыть бутылку с водой. — Из напитков у меня только вода, но ты вроде как непривередливый. Ваня медленно обошел комнату и направился к стойке. — Помочь? — Нет, уж сам справлюсь. Сядь. — Он кивнул на стул рядом с собой. — Надеюсь, ты придумал, что мне сказать. Неловкая, непривычная тишина повисла между ними. Раньше Ваня не чувствовал напряжения, когда они молчали, но сейчас все иначе. Стас налил воду в стакан и придвинул его к Ване. — Не знал, что ты из тех, кто любит всю эту традиционную мишуру, — Он обвел пальцем Юката, — Неужели с родственниками пошел на салюты смотреть? На лице Стаса появилась ехидная улыбка. Он плюхнулся на соседний стул и облокотился на столешницу, подперев кулак под щеку. — Да нет, с друзьями… — Ого, не знал, что у тебя друзья есть. Ваня кинул скептичный взгляд, но ничего не ответил. — Никогда не понимал прикола Ханаби. В детстве весело, но с возрастом надоедает, одно и то же каждый год. Еще и клоунада эта с нарядами… — Стас подцепил рукав халата и небрежно потрепал его. — Выглядишь странно. То ли воздух какой-то особенный, то ли в воду что-то подмешали, но Ваня не мог и слова из себя выдавить. В какой-то момент он начал думать, что стал немым и никогда больше не сможет произнести и звука. Расслабленность Стаса только сильнее вводила в ступор и немного раздражала. Сейчас он хозяин обстановки, а Ваню зажали в угол, закрыв собой свет. Внезапно на его голову опустилось что-то холодное. Рука Стаса погрузилась в жесткие волосы и прошлась от лба до загривка, вызвав мурашки вдоль позвоночника. — Нахер ты это сделал, а? Цвет блевотный. — Прекрати.

Ichiko Aoba — chinuhaji

Ваня поймал ладонь, гуляющую по его затылку и отдернул ее вниз. Раздраженный, он посмотрел в глаза на против. Они оказались предельно близко, ближе, чем нужно, но дальше, чем хочется. Мимолетный непроизвольный взгляд чуть ниже был пойман с поличным. Позорно и унизительно. Стас хмыкнул и закатил глаза, потом дернул схваченной рукой, резко отведя ее назад, тем самым сократив расстояние между ними до минимума. Еще мгновение и его губы с нажимом впились в чужие. От неожиданности Ваня ослабил хватку и повалился назад, ударившись о стену спиной. Первые секунды поцелуя он удивленно пялился куда-то вперед совершенно не отвечая. Это явно было не тем, зачем он сюда шел, и не то, что ожидал получить. Голова пошла кругом, когда Стас, спрыгнув со стула подошел ближе, вжимаясь всем телом, не давая шанса на задний ход. Он сжал челюсть Вани, открыв его рот шире и нагло врезался своим языком в чужой. — Ты же сам хочешь этого. Ледяные пальцы оттянули сожженные волосы на затылке, проникая иглами куда-то в скальп. Оголенная шея пульсировала под зубами, которые будто бы игрались укусами, не причиняя существенной боли. Не в силах больше терпеть Ваня скатился со стула и с силой развернул Стаса, поменявшись с ним местами. Он посмотрел в раскрасневшееся лицо и рухнул на плечо парня. Дыхание тяжелело с каждой минутой хотелось прикусить язык до крови, чтобы снова не залезть им куда не надо. Стас скользнул рукой под пологи халата и засмеялся. — Мы ведь только поцеловались. — Убери руки. Ваня воткнул плечи Стаса в стенку и шумно выдохнул. — Похоже из нас двоих трус — это ты, — Он сильнее прильнул ладонью и подался вперед, чтобы слизать недовольное мычание и жадно проглотить его, — нам придется разобраться с «этим». — Уебок. Ловкими движениями Стас стянул широкий пояс и распахнул халат. — Удивительно, как тебе идет эта безвкусная хрень. Постарайся не испачкать, — он мурлыкал, задевая губами мочку уха, — ткань дорогая, мамочка прибьет. Ваня зажмурился и дернулся от ощущения дыхания на сгибе своей шеи. Пульс участился настолько, что казалось, будто сердце сейчас пробьет ребра и оставит синяк с обратной стороны. Рука проскользнула под белье и мучительно медленно начала вслепую изучать сантиметр за сантиметром. — Не знал, что от одного чмока бывает такой стояк… Стас откровенно смеялся, продолжая щекотать шею. Поцелуи постепенно поднялись назад к лицу, влажные искусанные губы заклеймили кожу и прижгли чужой язык, оставив от него лишь горстку пепла. Измученный труп гордости, лежал где-то на задворках сознания, побежденный, сдавшийся. Увернувшись от очередного поцелуя, Ваня через зубы произнес: — Можешь… Быстрее… Его руки уперлись в стену по бокам Стаса и ткань халата разложилась между ними как ширма, прикрывающая непотребство. Еще пара минут и задержанное в моменте дыхание сменилось сильным выдохом. Стас без стеснения осмотрел всю «картину». — Что, студенты не дают? — Да нет у нас с ним ни… Не успевшего договорить Ваню перебили: — Вали в ванную. Неуверенные, неловкие шаги в странном молчании, щелчок щеколды, открывший до этого момента перетянутый кран чувств. Ваня уставился на свое отражение пустыми глазами. Лицо выглядело отвратительно, грязно, уродливо. Эту грязь нельзя было убрать, смыть холодной водой, оттереть мочалкой. Капли слез одна за другой начали стекать по лицу. Осознание пришло сразу же, после того, как возбуждение утихло. Он все продолжал умываться, стирал каждую слезинку, но на ее месте тут же образовывалась новая. Руки начали заходиться дрожью, а в голову постепенно, маршем начали возвращаться мысли. Ржавыми пилами они расчленяли умершую в муках гордость. «Что я наделал?». В отражении на него смотрел совершенно не тот Ваня, которым он был час назад. «И правда, блевотный цвет…». В спешке, кое-как приняв душ, он вышел из ванной. На кухне все еще горел свет, но в квартире никого не было. Силуэт Стаса виднелся за бликами на балконной двери Воспользовавшись возможностью, Ваня собрал вещи и молча вышел из квартиры. Хлопок входной двери, на который даже не оборачиваются, а затем короткая вибрация телефона, и на экране предсказуемое: «Давай сделаем вид, что никогда не знали друг друга» и следом отчаянное «Пожалуйста». Последняя сигарета из старой пачки, которую стащили из отцовской машины, дотлевала в пальцах. Стас заблокировал телефон, потушил бычок о бетонную поверхность стены и с абсолютно спокойным выражением лица продолжил разглядывать узкую дорогу перед домом.

Ichiko Aoba — Prologue

22:02 Темный переулок, со сгоревшей вереницей фонарей как в коробку упаковал необъятную, пульсирующую чернь. Если бы чувства Вани имели физическую форму, то он бы соскреб верхний слой асфальта угольной фатой своей неподъемной, колючей ненависти. Ненависти к Стасу, миру, себе. Вдруг среди шипов и мрака, над головой сверкнула яркая вспышка, и следом раздался звонкий хлопок. Ваня поднял голову. В небе залп за залпом взрывались фейерверки, золотыми блестками рассыпаясь на крыши низких домов. «Красиво», — подумал он. И все-таки они никогда не смогут ему надоесть.