"Не хочу я в вашу Корею!" (с)

Тата сидела в машине, глядя на удивительные пейзажи за окном. Вечерний Милан погружал её в атмосферу особенного уюта и элегантности: мощёные улочки, освещённые мягкими огнями витрин, казались живописными картинами, из которых словно исходил аромат свежего кофе и изысканных духов. Каждый уголок города был пропитан стилем и шармом. Её сердце наполнялось лёгким волнением, ведь она так хотела увидеть Хенджина. Просто ощутить те эмоции, которые он в ней пробуждал. Тата с интересом всматривалась в лицо каждого прохожего, будто пыталась угадать, какие сюрпризы может принести ей вечер. Она чувствовала себя героиней фильма, которая ехала к своему принцу. Эти мысли вызвали у нее легкую улыбку. Машина прибыла к месту проведения показа и Лили первой вышла из нее. За ней последовала Тата. Фанаты, которые присутствовали там, сразу же узнали Тату и начали ее приветствовать, а фотографы суетливо делали снимки. Тата махала всем и улыбаясь шла по красной дорожке сразу за Лили. Ее руки немного дрожали, а в душе были бабочки от ощущения того, что она вот-вот увидит Хенджина. Тата уверенно шагала по красной дорожке, чувствуя каждый взгляд, устремленный на неё. Фанаты восторженно выкрикивали её имя, а когда кто-то крикнул, что Хенджин и Йени уже прибыли, внутри всё перевернулось. Она улыбнулась ещё ярче, хотя внутри сердце колотилось так, словно она оказалась в центре сказки, где всё возможно. Слегка подрагивающие руки пытались не выдать её волнение. Она ощущала каждый момент так ярко, словно он был соткан из света и восторга. Лили, шагавшая впереди, иногда оборачивалась, чтобы убедиться, что Тата держит нужный ритм. Но Тата уже не могла остановитья – ей хотелось быть здесь и сейчас, ощущая себя частью этого захватывающего мира. Красная дорожка вела её вперёд, всё ближе к месту, где, возможно, ждал Хенджин. Внутри бурлило волнение, смешанное с трепетом и радостью, и в этот момент она действительно почувствовала себя Золушкой, готовой к встрече с чем-то настоящим, захватывающим и особенным. Тата приблизилась к главному входу, её взгляд скользил по толпе и вспышкам камер. Волнение нарастало с каждым шагом, но она старалась сохранять уверенное выражение лица. Тата улыбнулась, поправила прядь волос, взяла глубокий вдох и уверенно шагнула в зал, где уже все собрались перед показом на пре-пати. Зал был наполнен шумом и светом. Гости в дизайнерских нарядах общались между собой. Когда Тата вошла, на неё сразу обратили внимание. Люди вокруг оборачивались, встречая её восхищёнными взглядами, кто-то шептал, кто-то пытался привлечь её внимание короткими приветствиями. Она улыбалась в ответ, чувствуя себя уверенной и немного взволнованной. Огромные экраны мигали с логотипом бренда, возвещая о скором начале. Тата огляделась в поисках знакомых лиц, но представители бренда сразу подошли к ним с Лили и попросили пройти Тату к фотозоне. Тата кивнула и подошла к баннеру, чтобы позировать для фотографов. — Тата, вы шикарны! — Посмотрите сюда! — А теперь посмотрите сюда! — Тата, сделайте еще несколько поз пожалуйста. — выкрикивали фотографы, клацая вспышками. Тата закончила фотосессию на фоне баннера бренда, ослеплённая вспышками камер и окружённая множеством людей. Её улыбка сияла, а сердце гулко билось от волнения. Лили подошла к ней и, поблагодарив фотографов, наклонилась к ней и предложила: — Может, шампанского выпьем? Тата кивнула, с облегчением вздохнув. Пока Лили подзывала официанта с подносом бокалов, Тата не могла избавиться от мысли о Хенджине. Её взгляд бесконечно скользил по толпе в надежде увидеть знакомое лицо, уловить его силуэт в этом великолепном хаосе. Её пальцы невольно потянулись к кольцу на руке — подарку Хенджина, который он однажды надел ей, с улыбкой произнеся, что теперь они связаны особым, понятным только им двоим, символом. Она медленно крутила его, словно желая почувствовать его присутствие, как будто эта маленькая деталь могла подсказать ей, что он где-то рядом. Но в толпе, среди гостей и множества вспышек камер, его нигде не было видно. Официант подошёл к ним с подносом, и Лили передала Тате бокал шампанского. Она приняла его с благодарной улыбкой, стараясь скрыть лёгкое разочарование. Тата, сделав глоток шампанского, почувствовала, как легкое головокружение усиливает ее воодушевление. С улыбкой она отошла от Лили и отправилась изучать окружение. Шикарное убранство завораживало — величественные люстры, мягкое освещение и элегантные детали наполняли атмосферу чувством изысканности. Это был не просто модный показ, а вечер, наполненный искусством и стилем. Незаметно для себя, она оказалась чуть в стороне от главного зала, завернув за угол, где, по-видимому, располагалось приватное пространство для VIP-гостей и амбассадоров бренда. Она огляделась, слегка нервничая, неуверенная, следует ли ей здесь находиться. И вдруг, среди изысканных силуэтов и приглушённых разговоров, взгляд остановился на фигуре в конце зала. Сердце на мгновение замерло. Это был Хенджин. Он стоял спиной к ней, сдержанно улыбаясь, а рядом с ним — Донателла Версаче. Они, казалось, были поглощены разговором, и Тата заметила, как Донателла с теплотой склонилась к нему, шепча что-то на ухо. Хенджин с лёгкой улыбкой слушал её, казалось, полностью погружённый в момент. Тата растерялась, не совсем понимая, что происходит. Ее взгляд оставался прикован к сцене перед ней. Донателла провела рукой по его щеке, затем осторожно коснулась губ, её жест был мягким, как бы оценивающим, но с каким-то сексуальным подтекстом. В завершение она легонько хлопнула его по попе. Тата почувствовала, как сердце сжалось, а по телу пробежала лёгкая дрожь. Донателла не просто держала Хенджина за руку — её жесты казались слишком личными, почти интимными. Внутри у Таты вспыхнула смесь ревности и непонимания. В голову сразу полезли вопросы: «А как давно они так близки? И что вообще между ними происходит?» Она невольно сжала руку в кулак, ощутив холодок кольца, которое Хенджин ей подарил. Тата отвернулась на мгновение, стараясь собраться с мыслями, чтобы не выдать своих чувств. Слегка нервничая, она сделала ещё один глоток шампанского, наблюдая за всем происходящим. Тата снова обернулась, решив бросить ещё один взгляд, словно надеясь, что увиденное было просто наваждением. Но картина перед её глазами только усилила ощущение чего-то запретного. Донателла, не отрываясь, продолжала держать Хенджина за руку и слегка поглаживала его пальцами, как будто её прикосновения могли что-то сказать, не требуя слов. Затем она наклонилась к нему, её лицо оказалось совсем близко к его губам. Тата замерла, а Донателла как будто собралась поцеловать его, касаясь его губ, но в последний момент повернула лицо, и её поцелуй соскользнул к его щеке — почти невидимый жест для остальных, но для Таты всё было ясно. Сердце снова сжалось, на этот раз от осознания. Она поймала всю картину происходящего. Она смотрела на них, не в силах отвести взгляд, — картина перед глазами сливалась с мыслями, рождая то чувство, когда сердце медленно опускается вниз. Почему он ничего не сделал, чтобы отстраниться? Тата почувствовала, как руки начинают предательски дрожать, и прежде чем она успела это осознать, бокал шампанского выскользнул у нее из пальцев и с громким звоном разбился об пол. Раздался негромкий вздох изумления, и все взгляды мгновенно устремились в ее сторону, включая тот самый, который она боялась поймать. Официанты быстро бросились к месту происшествия, подбирая осколки стекла и вытирая разлившееся шампанское с мраморного пола. Тата, стараясь сохранить спокойствие, бросила на Хенджина быстрый взгляд. Их глаза встретились — в его взгляде мелькнул страх и неожиданность одновременно. Хенджин резко отошёл от Донателлы, поправляя манжеты своего пиджака, а Донателла, с лёгкой улыбкой, бросила на него оценочный взгляд, прежде чем снова повернуться к Тате и к другим гостям. Тата замерла, наблюдая, как Хенджин старается скрыть смятение. Вся сцена перед ней выглядела неловко — Донателла, будто не замечая возникшего напряжения, сохраняла своё спокойное выражение лица, словно ничто не произошло. Она с лёгким высокомерным спокойствием обвела взглядом Тату, улыбнулась и подошла к ней с широкой улыбкой и протянутыми руками. — Тата! Девочка моя. Я так рада с тобой познакомиться, — с энтузиазмом сказала Донателла, приближаясь к ней и обнимая. Тата, немного растерянная, медленно ответила на объятие, хотя внутри у неё всё сжималось от напряжения. Донателла слегка отстранилась и, с лёгкой улыбкой, продолжила: — Хенджин о тебе много говорит, — добавила она, бросив на него короткий взгляд, полный подтекста. Потом её взгляд вновь остановился на Тате, изучая её с явным интересом. Тата почувствовала, как покалывает в висках, стараясь не выдать своих эмоций. Она пробормотала вежливую благодарность, сохраняя улыбку, хотя мысли её кипели. Хенджин, стоявший чуть позади, выглядел так, словно готов был вмешаться, но не знал, как именно поступить. Донателла, не отпуская Тату из-под пристального взгляда, произнесла: — Ты прекрасно выглядишь, Тата. Именно такие, как ты, вдохновляют меня на создание новых коллекций, — она отступила на шаг, продолжая её разглядывать. — Мы просто обязаны побольше времени провести вместе. Хенджин, ты не говорил мне, какая она особенная, — снова бросила она короткий взгляд на него, напоминая о недавнем моменте между ними. Тата старалась оставаться сдержанной, но комок слез, обиды и разочарования уже подступал к горлу, а глаза понемногу наполнялись слезами. Она нервно улыбнулась и кивнула, отвечая: — Мне тоже приятно встретиться с вами. Тем временем, Хенджин, наконец, подошёл ближе, как бы невзначай став между Татой и Донателлой, словно намеренно пытаясь сгладить ситуацию. Он видел, что Тата на грани и хотел вывести ее отсюда. — Тата, как тебе мероприятие? — спросил он, его голос был мягким, но с нотками напряжения, которые могла уловить только она. Тата посмотрела на него, её взгляд был острее, чем обычно. — Всё великолепно, — ответила она, чуть приподняв бровь. — И даже более впечатляюще, чем я ожидала. Хенджин резко взял её за руку, и Тата вздрогнула от неожиданности, ощутив знакомое прикосновение, но теперь оно казалось ей чужим и холодным. Она быстро одёрнула руку, её взгляд остался спокойным лишь снаружи, внутри же бушевала буря из разочарования и боли. — Извините меня, — сдержанно произнесла она, бросив на него последний напряжённый взгляд. — Я просто искала Йени, чтобы отдать это. Тата показательно подняла руку с блестящим кольцом, которое так долго символизировало для неё их связь. Затем, с выученной уверенностью, медленно сняла его, не сводя глаз с Хенджина. Она вложила кольцо в его ладонь, осторожно положив его туда, словно передавала что-то хрупкое и окончательное. Хенджин смотрел на кольцо в своей ладони, ошеломлённый и явно выбитый из колеи её жестом. Он, казалось, собирался что-то сказать, но слова застряли у него в горле. Тата взглянула на него с выражением, полным боли и разочарования, пока её глаза не заволокли слёзы, которые она едва сдерживала. — Передай ему, — повторила она, стараясь сделать голос твердым, но дрожь всё же прорвалась сквозь её слова. — Скажи, что... — она оборвала фразу, не сумев закончить. Хенджин попытался потянуться к ней, произнести что-то, но она быстро отстранилась, отступив на шаг назад. — Извините меня, — прошептала Тата, отворачиваясь от него и делая шаг к выходу. Она поспешно вышла из зала, чувствуя, как каждый её шаг словно отдалял её от всего, что она ощущала здесь, от их общей истории, от того, что когда-то казалось таким настоящим. Оказавшись в коридоре, Тата наконец позволила себе отпустить всё, и слёзы начали свободно стекать по её щекам. Она хотела скрыться, раствориться в этом чужом, роскошном пространстве, которое вдруг стало ей таким тесным. Её сердце бешено колотилось, а перед глазами всё расплывалось от слёз, превращая мягкие огни коридора в размытые, нечеткие пятна. Тата хотела лишь одно — исчезнуть, скрыться от всего и всех, от всего, что только что произошло. В какой-то момент она Тата, потеряв всякое ощущение происходящего, бежала к выходу, едва ориентируясь в пространстве. Она бросалась к дверям, стараясь не оглядываться, не думать, не замечать любопытные взгляды, которые могли бы проследить за ней. К счастью, все были заняты подготовкой к началу показа, и её бег не привлекал слишком много внимания. Однако, как только она приблизилась к выходу, внезапное столкновение заставило её остановиться. Тата подняла взгляд и увидела перед собой АйЭна, который как раз направлялся внутрь. Его глаза расширились от удивления, когда он заметил её заплаканное лицо и взволнованный взгляд. — О Господи, Тата, что случилось? — АйЭн был шокирован её состоянием, его рука тут же потянулась к её плечу, чтобы поддержать. Тата, запинаясь, старалась собраться, но её голос предательски дрожал, а дыхание сбилось от волнения. Она пыталась что-то ответить, но слова застревали в горле. Тата сделала глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки, но её дыхание оставалось прерывистым. Она всмотрелась в АйЭна, и его доброжелательное лицо. — Это просто… слишком, — прошептала она, покачав головой, не в силах объяснить все детали, но надеясь, что АйЭн хоть немного поймет её состояние. АйЭн осторожно сжал её руку. Тата подняла заплаканные глаза на АйЭна, её взгляд был пронзительным и наполненным болью. — Хенджин и Донателла… Ты ведь тоже знал? — её голос дрожал, но в нём слышалась решимость. АйЭн отвёл взгляд, не выдержав её взгляда, и тихо ответил: — Я не знал всех деталей. Думал, что у Хенджина хватит смелости рассказать тебе о ситуации. Тата, я понимаю, что всё это выглядит… неоднозначно. Но ты правда ему дорога, и если он потеряет тебя сейчас… Он запнулся, не находя слов. Тата, словно устав бороться, опустила плечи и, выдохнув, сказала: — Уже потерял. Она обняла АйЭна, его руки обвились вокруг неё в молчаливом утешении. Затем, решительно, но спокойно, она развернулась и направилась к своей машине. На улице её поджидали папарацци, ослепляя вспышками камер и выкрикивая вопросы о её состоянии. Тата, сдерживая эмоции, мягко улыбнулась и произнесла: — Просто была очень рада, до слёз, оказаться здесь. Этот вечер открыл мне на многое глаза. Уверена, что завтра на мероприятии от Balenciaga вы увидите меня во всей красе. Она ещё раз помахала им, стараясь выглядеть уверенной и спокойной, и села в машину. Подняв телефон, Тата набрала Лили, чтобы объяснить своё исчезновение. — Алло, Тата, где ты? Шоу начинается! — взволнованно спросила Лили. — Я в машине… Голова разболелась, и я хочу вернуться в отель, отдохнуть, — спокойно ответила Тата. — Тебе составить компанию? — предложила Лили. — Нет, всё в порядке. Мне просто нужно немного сна. А ты отдыхай и наслаждайся показом. — Ну, хорошо, — Лили вздохнула, понимая её состояние, и завершила звонок. Тата выдохнула, отпустив напряжение, и дала водителю знак ехать в сторону отеля. Она откинулась на спинку сиденья, закрыв глаза.