Sweet evening with you.

Ужасная июньская жара, по телу стекают капли пота, светлые волосы на лбу склеиваются и прилипают к коже. Фукудзава смиренно ждёт на поляне, минуты при такой погоде идут ужасно долго, даже если Огай явится вечером, он будет ждать его до вечера. Проходит не так много времени, как уже прикинул Юкичи, и силуэт Мори наконец начинает вырисовываться на тропинке. Огай идет неспеша, и когда подходит достаточно близко машет рукой. Первый заговаривает Мори. -Юкичи! Прости что опоздал, одежда ужасно долго высыхала, а я хотел прийти в чистом! Огай аккуратно обнимает Фукудзаву за шею, гладкие волосы цвета сажи оказываются ложаться на плечи Юкичи, Фукудзава почти сразу обнимает в ответ, и также почти сразу отстраняется. -Ничего страшного, я совсем недолго ждал! Юкичи опирается об дерево, и запрокидывает голову, жмурясь от солнечного света. -Я хотел по дороге собрать ромашек тебе, но раз уже опаздывал, решил предложить тебе вместе со мной! Фукудзава был безумно рад даже слышать то, что Мори и вправду хотел сделать для него что-то приятное, поэтому моментально согласился. Огай бережно взял теплую руку Юкичи, и повел его в середину поляны, где цвели белые чуткие и нежные цветы. Ромашки всегда ассоциировались у Мори с чем-то маленьким и легким, с летними днями, со свежим воздухом и утренней росой. Огай часто замечал, как девочки с ромашками в руках отрывая лепестки называли имя мальчика и отрывая один за одним лепесток говорили «-Любит,не любит» суть этого ритуала первые разы он не понимал, пока ему не рассказала об этом странная молчаливая девочка с городской площадки, где всегда было много детей, где с ним тоже почти никто не говорил. Идя по дороге Огай все-таки сорвал один цветок. Тихий шёпот и чередующиеся слова «Любит,не любит» сливались с шелестом листьев на деревьях, казалось, Мори чувствовал их взгляды, устремлённые только на него. Присев, Огай приступил к делу, срывая один цветок за другим, медленно образовывая маленький букет. Внимание Юкичи в то время привлекала божья коровка на травинке, ползущая по своим важным делам всех насекомых. Как только коровка пропала из вида, Фукудзава принялся осматривать землю на предмет ромашек, и быстро их нашёл. Совсем скоро, в руках Юкичи тоже образовался букетик, который он обвязал стеблем еще одной ромашки. Мори также закончил, подзывая Фукудзаву к себе вскриком «Юкичи, у меня готово!» говорил он это так радостно, как будто собирался подарить ему автомобиль или квартиру. Ни одни эмоции от квартиры или машины, подаренной другим человеком, не сравнивать бы с эмоциями и счастьем, как от небольшого букета ромашек Мори. Фукудзава приподнялся, и уверенно начал идти к Огаю, его букет был намного меньше чем у Мори, но когда они обменялись ими, Огай обрадовался так, будто ему подарили самый большой букет в мире. Мори радостно повис на шее Юкичи, безмерно его благодаря. Спустя пару секунд, они вместе вернулись под дерево. Фукудзава уткнулся носом в цветы, а Мори не замолкая говорил обо всем на свете, Юкичи старался его слушать, но совсем скоро потерял суть диалога, и просто соглашался с ним во всём. Заметив это, Огай ненадолго прервался, и начал говорить о каком-то любовном фильме. -Юкичи, а ты знаешь, что там целовались? Эту фразу Фукудзава расслышал четко, она его зацепила. -Ой... Я не помню... Я наверное не смотрел, а что?.. Юкичи немного растерялся на этом вопросе, хотя как смог попытался исправить положение. -А ты сам умеешь целоваться? Огай посмотрел в глаза Юкичи, с искренним интересом. Фукудзаву этот вопрос вогнал в ступор еще больше. -Аааа... Ну... Я видел, как это делают в фильмах, но сам честно, не очень понимаю.. Мори нисколько не смутился ответом, и продолжил говорить. -А я вот тоже.. Как думаешь, у нас получится? Огай всё ещё держал зрительный контакт, сам того не понимая, он буквально сверлил Юкичи взглядом. -А... Ну мы можем попробовать, наверно.. Мори не стал ждать указаний и не дал ответа, немного собравшись с силами, он немного приподнялся и мимолетно поцеловал Юкичи в губы. Это нельзя было назвать настоящим поцелуем как в фильмах, но даже этого обоим хватило для ни с чем не сравнимых ощущений. Щеки горели, пульс бил больше ста ударов в минуту, руки тряслись, в животе порхали бабочки. Огай радостно вскрикнул: -Юкичи, представляешь, теперь у нас был первый поцелуй! Представляешь, как это круто! Фукудзава широко улыбался, и с особым энтузиазмом кивал головой. Время близилось к вечеру, и мальчики как настоящая пара шли домой за ручки. Становилось прохладнее, Юкичи мужественно дал кофту которую специально для этого брал с собой, Мори. Сам он ничуть не мёрз, а Огай бы уже был ледяным. Фукудзава порой удивлялся тому, что Мори даже в 30 градусов может быть совсем не жарко, когда он сам медленно начинал варится в собственном соку. Сейчас, это его умиляло. Огай в привычной ему манере много говорил, то о синем сумеречном небе, то о виднеющихся звёздах. Глаза обоих светились, прямо как звёзды.