Шантаж в стиле Водопадов

Вечер прошел… Даже странно, что его можно было назвать неплохим. Они смотрели кино, Санни с Грэгом обсуждали актеров, кто на их месте бы смотрелся лучше. Чед был тих. Что было несвойственно для него! Парень оживал в моменты, когда нужно было прятать Брэда от мамы. Щенок вел себя прилично. Не скулил и вместе со всеми смотрел кино. Мама же навещала их каждые 20 минут. В конце сеанса, они завернули щенка в плед и прикрыли пустой коробкой от пиццы. — Грэг, ты не обязан выбрасывать мусор! — пыталась уговорить его Конни. Но тот ухватился за коробку мертвой хваткой. — Ну что вы! Я же должен хоть как-то отблагодарить вас! Хорошо посидели, Санни, Чед! — Да, — кивнула девушка. — Надо как-нибудь повторить. — Угу, — молчаливо согласился Чед. Попрощавшись с Грэгом. Мама снова оставила их наедине. Но перед тем как спровадить гостя восвояси, Санни не могла не выяснить. — Чед, рассказывай, — приказным тоном потребовала она. — Что именно? — парень так натурально изобразил удивление, что если бы Санни не знала его, то поверила. Вот только она уже отчетливо видела в голубых глазах чертей, которые откровенно посмеивались над ней. — О твоем поведении, — уточнила девушка. — А что с ним было не так? — Вот именно то, что оно было нормальным, — прямо ответила Санни. Чед ни разу не упомянул себя, Водопады или то, что он вообще-то тоже актер! — Признавайся, что ты задумал? Ещё 5 минут Чед отвечал уклончиво, но стоило девушке применить захват, которому её научила мама, специально для сврлочей, тут же сказал всё: — В общем я слушал и, может быть, записывал речь Грэга на диктофон, — поправляя рубашку признался Купер. — Что?! Зачем?! — А как мне претворяться им без практики? Он включил диктофон и оттуда донеслось: «О! Этот актер просто обалдеть!» — О! Этот актер просто обалдеть, — повторил он. Но с его интонацией это звучало так фальшиво, что вызвало подозрения. — М-да, тебе ещё работать и работать… — Искусство не терпит спешки. После этих слов он зашел в спальню. На стенах плакаты звезд, на полках романы, тетрадки и тысячи странных игрушек, чье место в мире нашлось лишь в этой комнате. — Что вообще может нравиться Джессике в таких парнях?! — спросил Чед усаживаясь на кровать. — Эй, это моя комната! — отбирая у парня подушку, прикрикнула Санни. — Да? А я думал чулан с барахлом, — вновь оглядев комнату, сказал парень. — Чед, думаю тебе пора, — пригрозив подушкой произнесла Санни. — Сначала ответь на мой вопрос. Глубоко вздохнув девушка села у ног парня. Он правда не понимает? — Эх, может потому что такие как Грэг не претворяются? Они естественны? — Звучишь так будто он тебе тоже нравиться, — скривился Маккензи. «Ох, знал бы ты кого я назвала своим типом. Хотя нет он же мне так жизни не даст,» — пронеслось в голове девушки. Но вслух ответила другое: — А как такие парни могут не нравиться? С ними просто. — А со мной значит сложно? Санни усмехнулась. — Ты же живешь, как по сценарию. Врешь, как дышишь! — Эй! Слова ранят! — положа руку на сердце сказал Купер. — И не тебе говорить о вранье — Прости, что? — выгнув бровь спросила Монро. — Что ты имеешь ввиду? Когда это я врала? — Ну не знаю. Например: «Эй, Чед, пожалуйста, не говори никому о том, что я пою,» — изобразив Санни, ответил парень. — Это… Это другое! Песни самое сокровенное, что у меня есть! Это мои мысли, чувства… Они… — Личные? — закончил за неё Чед. — И как же неловко выставлять нечто такое личное на всеобщее обозрение? Что уж говорить о своих реальных, не завуалированных в стихах мыслях? — как-то раздраженно и даже зло продолжал Чед. Он будто нагревался как чайник. Вот-вот и закипит. — Это самозащита, Санни. Как ты не хочешь чтобы все узнали о твоем увлечении, так и я не горю желанием делиться «настоящим Чедом» со всеми. Просто смирись. Санни надулась, но промолчала. Как же неприятно, что последнее слово опять остается за Чедом! Они попрощались сухо. Парень не стал спрашивать больше о Джессике, песнях или Грэге. А Санни… Санни просто хотела заснуть и забыть, что этот вечер вообще существовал.