Ты или я?
16 сентября 2024 г., 12:19
Примечания:
Ошибочки в ПБ, спасибо! Приятного чтения.
Противостояния между ними длились с самого начала и, казалось, никогда не заканчивались, даже когда появлялось ощущение гармонии и спокойствия. Это походило на какую-то глупую игру, что вечно заканчивалась борьбой, иногда до крови, до лопнувших капилляров глаз и до стиснутых, сбитых кулаков, из-под перчаток которых виднелись подтёки, а болезненные синяки не сходили неделями. Соник привык к этому, хотя пытался быть добрым к вечно недовольному черному ежу, миролюбивым, справедливым, раз за разом прощая, объясняя одно и тоже, что стало немного сложнее со дня его последнего пробуждения после так называемой смерти.
Синий еж волновался за друга, все ходил кругами, думал о том, вернётся ли Шедоу, смогут ли они встретиться вновь, поскольку, приняв удар на себя, он довел себя до предела и, возможно, сгорел там же, в космосе. Соник не имел понятия, но когда увидел Совершенного вновь, то почти обрадовался, несясь с улыбкой, однако его радость тут же раздробилась, как его кости после мощного удара и очередных слов о своем назначении, угроз уничтожить несовершенного.
Герой тогда места себе не находил, возвращаясь в самое начало, надеясь поговорить, отчаянно заходя в его одинокую пещеру, где он прятался, словно летучая мышь, скрываясь под покровом темноты, сверкая красными, злобными глазами, что когда-то смотрели на него без презрения. Он пытался напомнить о былых днях, о прошлом, но все было тщетно. Это унижение продолжалось слишком долго и оба ежа снова вернулись к исходной точке, к битвам за мнимое лидерство и Сонику это все надоело.
Одним вечером, снова сражаясь в гонке, пихаясь и надеясь нанести как можно больший вред, синий еж не сдерживает злобы и агрессии, вышвыривая противника с трассы, прямо на людную улочку, где как раз бродили его друзья, их друзья, которых Высшая Форма Жизни, увы, не вспомнит, ставя ногу на его грудь и надавливая, видя боль в рубиновых глазах и перекошанной морде, чувствуя ее собственной грудью, когда приходилось смотреть на это жалкое зрелище. Соник думал, что лишь Наклз любит соревноваться из-за своей легкомысленности, но Шедоу перешёл все границы, из-за чего зеленоглазый был сыт по горло его вызовами, дуэлями. Он хотел, чтобы это кончилось, чтобы двойник прекратил уничтожать его изнутри, испепеляя нежные воспоминания о недолгой дружбе, о том, как они были бок о бок, спасая друг друга, готовые отдать жизнь.
Темный еж кривится сильнее, пытаясь скинуть с себя ногу, брыкаясь и почти рыча, пока Соник лишь смотрит отчаянно, стирая с носа кровь. Все вокруг обратили на них свои взгляды, но сейчас это было не важно.
— Прекрати, Шедоу. Тебе не победить, это не может продолжаться вечно, — пытается вразумить его Соник, нагибаясь чуть ближе и смотря прямо в два красных, горящих огонька глаз, не видя в них того, что было раньше.
— Я был создан для этого, Соник. И если понадобится, я буду всю жизнь преследовать тебя, — он скалит пасть в ухмылке, оголяя клыки, из-за чего внутри снова что-то рушится. Лазурный еж начинает трястись от злобы и негодования, резко опускаясь на колено и хватая Шедоу за шею, сжимая, пока тот продолжал скалиться, словно что-то внутри заставляло его.
— Очнись, придурок, это не твой путь! — он замахивается и ударяет бывшего друга по лицу, стирая наглую ухмылку с лица и заставляя его снова сплюнуть кровь. — Как ты мог забыть все, что было между нами? — на глаза уже наворачиваются слезы от непонимания и боковым зрением зеленоглазый замечает, как напряжённо молчит Теилз, стоя неподалеку и как прикрыла рот Эми, готовая разнять парней в любую секунду. Ее придерживает Наклз, хмуро оглядывая друзей, смиряя Шедоу осуждающим взглядом.
— Между нами не могло ничего быть и не будет, — рычит Шедоу, почти хрипя из-за ладони, что так крепко сжимала, словно даже не замечая ее, как будто Совершенному не нужно было дышать, а потом вдруг скидывая с себя синего ежа, хватая его за плечи, отбрасывая буквально в ноги его друзей. Лис тут же подхватывает Соника и помогает встать на ноги, когда же двойник лишь выпрямляется, вставая с холодной земли, словно ничего и не было, свысока смотря на всех, что смотрели на него и… Презирали. Их лица выражали такую же злобу, почти ненависть и Шедоу, почему-то, глубоко в груди было неприятно, хотя он не должен испытывать таких чувств, скривившись, пока Соник лишь опускает голову, даже не смотрит.
— Ты слаб, Соник. Неужели опять сбежишь, так и не закончив дело до конца? — низко скандирует Шедоу, но синий будто и не слышит, молча разворачиваясь и удаляясь прочь вдоль узких улочек городка, желая вернуться к себе домой, зализать раны и больше никогда не появляться на глазах у Шедоу. Теилз следует за другом, поддерживая его за плечо, пока нежная Эми, почти плача, спешит за ними. Наклз сжимает кулаки до хруста, а остальные жители лишь отходят на шаг от темного ежа, страшась его.
— Это ты слаб, Шедоу, даже жалок. Лучше бы ты никогда не возвращался, — кидает последнюю фразу ехидна, тоже разворачиваясь, чтобы сопроводить Соника и лишний раз вправить ему мозги по поводу этого ненормального, что бегает по Грин Хилл и мнит себя королем мира. Шедоу тихо рычит себе под нос, не веря нахальству соперника, желая сказать ему ещё пару «ласковых» вдогонку, однако тот уже скрывается из виду и остальные жители городка так же продолжают свой путь по вечерней улице, освящённой фонарями, оставляя Шедоу незамеченным, неполноценным и, словно, с дырой в груди.
Ему становится гадко от этих чувств, потому что он не должен этого ощущать. Существо, подобное ему, должно порабощать мир, а не гоняться за синим героем, словно кот за мышкой, чувствуя некий долг, что-то, что просило его быть с Соником, пусть и не так, как тот того хотел. Крепко стискивая кулаки, он скрывается за деревьями, выходя обратно на песочный берег, наблюдая за заходящим солнцем, что постоянно напоминало ему о чем-то недосягаемом, что заставляло протянуть руку и расставить широко, пальцы, пропуская теплые лучи сквозь них, каждый раз ощущая дежавю. Ему это не нравится и Совершенный сравнивает это ощущение со стыдом, скрипя зубами и резко отдергивая руку от палящей звёзды, разворачиваясь и через горы спеша в свою пещеру. Ему надо это обдумать.
Каждый раз мысли о прошлом ставили его в тупик. О чем все так упорно говорили, не веря, что Шедоу стал таким? Откуда они его знают, почему синий еж так надеется на дружбу, когда осознает, что это бесполезно? Столько вопросов крутились в голове, вызывая мигрени всякий раз, как будто пытаясь вырваться оттуда, дать владельцу понять, что все не так просто и его цель не в том, чтобы уничтожить синего ежа и все, на чем свет стоит. С этими мыслями он хмурится, рассекая песок своими ботинками, не оставляя видимых следов своего присутствия, надеясь однажды понять или забыть навсегда, чтобы лишние эмоции не мешали ему сражаться дальше, будто новым днем он бил не в полную силу.
Соник в это время молча сидел за столом на небольшой кухне своего маленького домика с круглой крышей, выслушивая упрёки друзей, что пытались подлатать его, поставить на ноги, потому что выглядел он не очень. Его конечности не успели зажить с момента последней схватки, когда его собственным телом Совершенная Форма Жизни разломала несколько деревьев, что повалились прямо на ёжика.
— Зачем ты даёшь ему повод унижать и уничтожать себя? Это уже не тот Шедоу, которого мы знали, — строго говорит Теилз, недовольно постукивая хвостами по полу, перевязывая разодранный локоть друга, пока Эми возилась с его руками, промакивая ваткой кровавую кожу вокруг содранных шерстинок. Наклз в это время стоял у стены, наблюдая за этим жалким зрелищем.
— Я сам не знаю. Мне кажется, как будто внутри у него есть что-то, что я могу до него докричаться, стоит только приложить больше усилий, — вздыхает Герой, низко опуская голову, раз за разом прокручивая вечера, когда они сидели на краю высокого оврага, разглядывая верхушки деревьев, рассуждая о том, как мирно стало в их городке с того момента, как они с Шедоу вернулись из космоса, послав Эггмена куда подальше и оставив его без тузов в рукаве, за что позже пришлось крупно заплатить.
— Это бесполезно! А что если в следующий раз ты не сможешь ходить или вообще умрешь! — громко вмешивается розовая бестия, заставляя Соника зажмуриться и опять вздохнуть. Все говорят ему одно и то же, а он не слушает. Прямо как один темный, зазнавшийся еж, что не хочет слышать даже. Они слишком разные, но и слишком похожие. Слепое упорство точно его погубит.
— Я не хочу потерять его навсегда, — тихо добавляет лазурный еж, но никто ничего не отвечает, из-за чего между ними появляется уж слишком напряжённое молчание. Оно длится недолго, потому что вдруг по дому раздается громкий удар по стене.
— Прекрати быть тряпкой, Соник, может тогда в тебе что-то да проснется, — скандирует Наклз и уходит из дома, громко хлопая дверью, заставляя всех присутствующих вздрогнуть на мгновение, а потом устало выдохнуть.
Он был больше всех недоволен, что недавно энергичный и храбрый Соник превратился в сентиментального и плаксивого подростка, что ноет по неразделённой любви. Воина это уже порядком подзаебало, из-за чего он все меньше и меньше принимал сторону друга, прося его быть выше этого, выше мерзких ходов от Шедоу, что только и делает, что появляется из неоткуда, пытаясь убить их друга. Как будто больше заняться нечем.
Однако Соник лишь крепко стискивает кулаки, промолчав, ведь у него на уме сейчас была абсолютно идиотская идея, которая, он надеялся, прольет свет на то, что произошло с близким ему ежом, даже если остальным это не понравится.
***
Через несколько дней, когда все тело не ныло от одного только шага, Соник встал рано утром, чтобы пулей вылететь из своего одинокого домика на вершине холма и направиться вдоль тропинок и лесов к самой отдаленной части их острова, куда обычно никто не совался. Ёжик не хотел этого делать, желая оставить надежду, но огонь внутри и его желание спасти всех и вся просто не могло оставить его сидеть на месте, так что, сломя голову, он торопится в страшно выглядящее, круглое здание из металла, на четверть погруженное в землю, где раньше была одна из баз Эггмена. Сейчас это была лишь заброшенная груда металлолома, куда никто не ходил, но именно здесь Соник надеялся найти ответы по поводу поведения Шедоу, ведь наверняка у старого гения остались какие-то записи насчёт Совершенной Формы Жизни и его пробуждениях. Ноги ведут его сами, потому что ведёт его не тело, а разум, что умоляет вернуть стабильность между ними, их отношения, что казались даже более тёплыми, чем с Теилзом или приставучей Эми, что явно пыталась проявить к другу что-то на подобие любви, будто бы желая с ним отношений. Соник лишь хотел, чтобы они и дальше могли общаться, чтобы Шедоу смог улыбнуться ему ещё хоть раз, посидеть с ним на песке у причала, посмотреть на солнце: молча, но рядом. Синий ёжик хмурится сам себе, пока ветер проходит сквозь иголки, слегка шевеля его своеобразные шипы от скорости бега. Совсем скоро он настигает места назначения, резко останавливаясь прямо перед большой железной дверью, рефлекторно поднимая голову вверх, разглядывая мощное здание, которое даже квалифицировать как таковое трудно было из-за формы и торчащих отовсюду железок. Один лишь вид вселяет страх и отвращение, но это лишь чувство, которое легко можно переступить, так что Соник игнорирует неприятные ощущения, нажимая кнопку на входе и наблюдая, как со скрипом дверь отворяется для него, пуская пыль во все стороны. Еж смело входит внутрь и ускоряется, чтобы миновать длинные и витиеватые коридоры, что были похожи на лабиринт. Без карты будет туго, но у него достаточно усидчивости, чтобы осмотреть каждое помещение, если понадобится. Так он и поступает, врезаясь в тупик за тупиком, переходя с одного склада или мастерской к другим, в итоге находя что-то, похожее на архив или хранилище с некими капсулами, местами разбитыми и пустыми. Надписи под ними давно стёрлись, так что он не может распознать их принадлежность, да и это не так важно сейчас. Пройдя в конец большого зала, где еле горел автоматический свет, всячески моргая и выключаясь, ёжик чувствует мурашки, бегущие по спине, находя что-то на подобие компьютера, включая его и прикусывая нижнюю губу, чуть морща нос от витающей в воздухе пыли и чувства страха, будто бы прямо за его спиной кто-то стоял. Ему было непривычно ощущать такой страх, ведь зеленоглазый частенько сталкивался с трудностями в одиночку гораздо хуже, чем простая вылазка из чистого любопытства. Соник нервно сглатывает, когда полупрозрачный экран загорается перед ним и он встаёт перед не самой лёгкой задачей: понять принцип работы этого компьютера. Из-за того, что технарем в их команде был Теилз и лишь он управлялся с подобными вещами, зеленоглазому пришлось встать в ступоре на минутку, разглядывая какие-то файлы и по очереди их открывая через небольшую приборную панель, вбивая в поиск довольно банальные вещи. Пароли слетели и, казалось, машина была пуста. Никаких папок, никаких документов, лишь бесполезные инструкции к роботам. Соник хмурится, решая проверить стёртые файлы, надеясь найти там хотя бы одну подсказку. И он наткнулся на основной источник информации. Кажется, кто-то пытался удалить множество планов и чертежей. Очевидно кто. Еж копается ещё немного, читая названия документов один за одним, пока не находит нужные ему слова: «проект Шедоу». Открыв файл, он видит, что половина была стёрта полностью. Осталось лишь то, что он знал и… Кое-что интересное. Читая строчка за строчкой, лазурный еж все больше ужасался и, одновременно, ощущал облегчение, но лишь частично, не зная, чему верить.«Проект Шедоу должен иметь возможность прийти в норму после потери или неисправности. Для этого было создано множество роботизированных андроидов, что могли бы на время заменить Шедоу, пока он находится в процессе регенерации. Побочные эффекты: почти полная потеря памяти. Положительные эффекты: проект можно настроить так, как будет угодно, если воспоминания будут утрачены. Если есть нужда вернуть воспоминания, стоит вызвать шок у существа, используя электрический разряд или…»
— Заблудился? Пронзительный, хриплый голос раздается по всему помещению, заставляя Героя тут же резко обернуться и выставить кулаки, готовый к битве с ожившим роботом или ещё какой-то нечистью. Однако, Соник почти вздрагивает от неожиданности, когда видит Шедоу прямо перед собой. Первой мыслью было то, что один из андроидов покинул капсулу и решил наброситься на злоумышленника, но стойкое чувство, что этот еж был ему уж слишком знаком, заставило его тут же передумать. Шедоу стоял чересчур спокойно, как для андроида или копии. Он выглядел вполне реальным и даже сейчас его действия трудно было предсказать. — Ты следил за мной? — тут же встречно спросил синий, продолжая стойко оставаться на своих ногах, ожидая удара или броска. Темный еж лишь ухмыляется, делая шаг вперёд. Его обувь звучно стукает об железный пол, распространяя звук по всему помещению, заставляя застрять где-то в мозгу. — Хотел лишь закончить то, что мы начали несколько дней назад, — он так же сжимает кулаки, становясь все ближе и ближе. В этот раз Соник не чувствует такого смятения. Он узнал достаточно, чтобы понять, что с ним случилось. Кто-то нашел его тело, когда он упал на Землю, истощившись, после чего поместил в новую капсулу, подобно этим, стерев воспоминания и дав приказ, что был более чем понятен: уничтожить Соника. Все связи восстанавливаются и еж уже не сомневается, что это проделки Эггмена, усмехаясь сам себе. — Я знаю, что с тобой случилось. И я уверен, что ты сможешь побороть это, — Соник стоит, когда же двойник тоже останавливается в нескольких метрах от него, хмурясь. Его ухмылка спадает. — А ты не меняешься. Твердишь одно и то же… Это ужасно раздражает, — в эту же секунду силуэт Совершенного растворяется в воздухе и он появляется за спиной лазурного ежа, пиная его двумя ногами прямо в спину, заставляя того отлететь на приличное расстояние, не ожидав внезапной атаки, впечатавшись носом в пол. Больно, зараза, но сейчас не время лежать или раздумывать. Слышится скрип сварочных швов — Шедоу начал движение и тогда сверхзвуковой поднимается на ноги и мчится прочь, наспех вспоминая проходы, через которые он сюда попал, что давалось весьма трудно из-за резкого удара. Голова гудит, но ноги не подводят и синяя полоска от его скорости на долю секунды освещает коридоры, провожая ежа на свободу. Вскоре, светлая, красноватая полоса присоединяется к синей, когда Шедоу настигает «фейкера», сравниваясь с ним. — Думаешь снова сбежать от меня? Не выйдет, Соник, — злобно протягивает враг прямо над его ухом, но зеленоглазого это не волнует. Он бежит все быстрее, пока снова не видит свет, не чувствует запах мокрой травы, минуя высокие пальмы, надеясь отделить себя от преследователя, дабы избежать новых ударов, которые тот не побоится нанести снова и снова. — Неужели к твоему поведению приложил руку Эггмен? Это очень похоже на него, — усмехается синий, проскальзывая под огромным, поваленным деревом, когда же двойник перепрыгивает его сверху, гулко рассекая траву своими реактивными ботинками. Соник видит его хмурое лицо сквозь мелькающую листву. — Мне плевать, что он там сделал. Я точно знаю, что это моя задача и ты пожалеешь за все, — Шедоу делает рывок, протягивая руку и хватая Соника за шею, заставляя его остановиться и тут же поднимаясь в воздух. Тот хватается за его руку и дёргает ногами, не ожидав такого, пугаясь того, что земля вырывается из-под него и бежать было некуда. Как быстро он его схватил, так же быстро черно-красный и швыряет фейкера вниз. Он с огромной скоростью летит прямо в скалу, но быстро сворачивается в колючий шарик, предотвращая падение, вставая четко на ноги. Дело плохо, Шедоу стал лишь агрессивнее и с этим нужно было что-то делать, иначе он точно его убьет! Соник пытается думать, но ничего в голову дельного не приходит. Стресс переполняет его тело, когда он снова отталкивается ногами от земли, взбежав на вершину большой горы, замечая краем глаза как стремительно опускается Совершенная Форма Жизни прямо на него, словно ракета. Идей нет, хоть башкой об камни бейся, из-за чего становится лишь хуже. Бежать нет смысла, но и сражаться до последнего тоже — они поубивают друг друга, а так делу не поможешь. Быстро вспоминается текст, способы вернуть память. Электрический разряд, внезапный шок, но что может вызвать шок у такого существа как Шедоу, что наверняка даже не знает такой эмоции как страх или ступор? Электричества поближе нет, а собственного заряда Соника будет недостаточно, а значит выход один. Скучковав быстрые идеи в голове, он больно прикусывает губу клыками, настраиваясь, в ту же секунду уворачиваясь от мощного приземления Шедоу прямо на скалы, что заставило их потрескаться. Слышится его недовольство и мощный рывок, без задержек. Лазурный еж ходит по лезвию, танцуя на месте, уворачиваясь от многократных атак, думая, как поймать Совершенного и остановить его хотя бы на секунду. Тот все мечется то по земле, то по воздуху, как будто его переполняет ярость, непонятно от чего. Его глаза горят алым, почти огненным светом и прямо сейчас он выглядит как машина для убийств. Соник волнуется за его состояние и не видит иного выхода. Когда Шедоу снова отклонился на несколько метров для рывка, Герой вдруг тоже встал на четвереньки и, что есть сил, оттолкнулся от скалистой местности одновременно с двойником, летя ему навстречу и вдруг со всей силы ударяя своим лбом по его собственному, заставляя темного ежа впасть в растерянность на долю секунды, летя вниз по склону. Соник морщится и падает туда же, скатываясь по жёстким скалам вниз, к подножью, пытаясь взять себя в руки, пока его мозги, кажется, многократно ударившись об стенки черепа, вставали на место. Сгруппировавшись, он падает на Совершенного сверху и придавливает его тело своим, зажимая руки коленями. Тот брыкается, но немного слабовато после удара точно в голову, что даёт фору и ещё пару секунд на раздумья: «а стоит ли?» Однако ответ тут же проскакивает в его голове: «конечно стоит!» Ничто не встанет между ними, даже козни Эггмена, даже если потом будет стыдно, тяжело. Он должен, потому что больше нет другого способа спасти Шедоу. Не давая ему опомниться, Соник нагибается к его морде ближе, чуть наклоняя голову в сторону и закрывая глаза, молниеносно сталкиваясь с его губами своими, целуя сильно и, на самом деле, довольно страстно, как для друга, что делает это чисто ради спасения. Лазурный еж держит его за лицо и молится, чтобы это сработало, нагло влезая языком в его пасть, находя такие же как у него острые клыки, проводя по ним, обильно смачивая слюной. Все тело потное от стресса и схватки, он устал, но движения под ним прекратились, что было отличным знаком. Шедоу совсем обмяк. Кажется, что даже его иголки уже не стоят дыбом, но Соник не может открыть глаз, чтобы посмотреть, увлекаясь процессом до того сильно, что Шедоу вдруг схватился за его плечи, вырываясь и резко отрывая от себя, но не скинул, лишь отстранил, смотря прямо в глаза. Между их ртами стоит ниточка слюны, которую синий еж тут же слизывает, из-под прикрытых глаз смотря на широко раскрытые рубиновые глаза прямо под ним. Лицо фейкера тут же становится горячим, его ноздри раздуваются, он глубоко дышит, так же как и Шедоу, что больше не выглядит разгневанным. Только слабо держит за плечи своего друга, пока его чуть потряхивает, а под шерстью на мордочке просвечивается румянец. — Что… Что произошло? — запинается темный еж, отпуская Соника и хватаясь за голову, резко зажмурившись. Тот волнительно смотрит на двойника и не знает, что ему сказать. — Как ты? Вспоминаешь что-нибудь? — задаёт встречный вопрос сверхскоростной, сглатывая ком в горле и продолжая многозначительно сидеть сверху, смотря прямо в лицо, даже не думая отстраняться или слезать. — Я… Мы были в космосе, а потом я закрыл глаза всего на секунду и проснулся, но уже на Земле… Боже, что со мной произошло? — он морщится, у Шедоу сильно болит голова и тогда Соник резко встаёт с его тела, чтобы протянуть к нему руки и помочь встать. Его ноги чувствуются ватными, как будто он не в состоянии ими двигать сам. Радости зеленоглазого не было передела, как и облегчению. Он не верил, что такая глупость сработает, но так и случилось, что было невероятно. Пришлось немного повозиться и в будущем ему будет ужасно стыдно вспоминать это, однако сейчас это было не важно, когда друг наконец-то перестал пытаться стереть его в порошок, истощаясь бесконечными схватками. Шедоу ослаб в его руках, позволяя себе расслабиться, лишь держась за голову одной рукой, как будто она сейчас взорвется, вторую оставляя на плече спасителя, дабы иметь опору, продолжая держать глаза закрытыми, пока в голове молниеносно проносятся события, доставляя боль и тяжесть по всему телу. — Эггмен что-то сделал со мной и я… Снова нападал на тебя? А потом я помню, как упал и как ты… — Хорошо, я понял, что ты вспомнил достаточно. Давай дойдем до дома и я тебе все объясню?***
— Так значит я сражался с тобой, потому что Эггмен внушил мне это, найдя мое тело? Он заплатит за это, — недовольно рычит Шедоу, лёжа всем телом на диванчике в гостиной синего ежа, пока сам владелец дома, сидя напротив на стуле с кухни, тяжело вздыхал, рассказав все, что произошло за этот долгий и трудный месяц, что дался им обоим не легко. Шедоу потратил много сил на бесполезные схватки. Хоть и до всего они частенько соревновались, но после последнего возвращения Совершенного все сильно изменилось и не в лучшую сторону. Голова Шедоу до сих пор ужасно гудела, а взгляд было трудно сфокусировать на чем-то одном, так что он и не открывал глаз, лишь слушая и вникая, старательно выкидывая из головы мысли о своеобразном спасении. Оно сработало, несомненно, однако стоило ли прибегать к настолько крайним мерам? Черно-красный еж не очень хотел в этом всем разбираться, а потому дал возможность своему разуму отдохнуть, ведь временные отрезки не очень хорошо ложились друг на друга в его мозгу. Ему нужно было время. — Прости, что так ударил, но у меня не было выбора. Хвала Хаосу, что я додумался осмотреть старую базу Эггмена, иначе я бы навсегда потерял тебя, — улыбается немного потрёпанный синий еж, на что Шедоу лишь облегчённо выдыхает, придерживая холодный компресс на лбу, который услужливо предоставил Соник, чувствуя себя немного более отдохнувшим. Всё-таки, он явно сражался с ним почти в полную силу. — Это ничего. Я все равно ещё успею с тобой поквитаться, — из его уст выходит слабая усмешка и Соник готов плакать от радости, что его Шедоу вернулся и теперь им не придется больше сражаться. День был в самом разгаре, но двум ежам явно нужно было больше времени для передышки. А так как планов никаких не было, они могли заслуженно посидеть дома и отойти от схватки. Ну и денёк. — Насчёт твоего… Поцелуя- — Забудем! Это был единственный вариант как спасти тебя. Ничего больше я не придумал, — тут же перебил и отмахнулся сверхскоростной, нервно отводя взгляд в сторону, дёргая коленкой. Темный еж же приоткрыл глаза, увидев как мелькает румянец на чужих щеках, удивляясь такой реакции и не понимая, почему Герой так упорно отказывается это объяснять. Будь это лишь способом спасти ему жизнь и память, Соник не стал бы так скромничать, выдав что-то на подобие: «да, поцеловал и что? Я бы и не на такое пошел, чтобы спасти своих друзей!» И прочий геройский бред, но смущение… Шедоу и сам ощущал это в себе, что было непривычно для Совершенной Формы Жизни, что не тратит время на пустую болтовню и сентименты. Как будто тумблер в голове переключился. Темный еж надеялся, что это было лишь небольшим сбоем от удара и резких воспоминаний, что волной накатили на него за раз, лишив сил. Такое было бы непростительно, так что он лишь молча кивает, закрывая глаза снова, пока лазурный еж мечется в своих мыслях, пытаясь найти этим чувствам разумное объяснение. Конечно он печется о своих друзьях! Иначе быть не может, но когда дело касается Шедоу, его нутро тает и он становится особенно нежным и заботливым. Последний месяц доказал это, когда он раз за разом пытался разговаривать с ним, пойдя на риск для своего благополучия ради его спасения. Что-то происходит, но лазурный не был уверен что именно. — Я пойду к себе, хочу вздремнуть. Если что-то понадобится — зови, — прерывает молчание сверхскоростной, вставая со стула и в секунду возвращая его на место, вздыхая и пешком направляясь вглубь дома, к своей спальне, своей удобной кроватке, подушке, одеялу. Сон сейчас мог бы решить все его проблемы. И, может, один чили-дог. Но это потом. Сон был гораздо важнее. Лазурный не проследил реакцию друга, однако тот и не говорил ничего, лёжа расслабленно и без движения. Так было даже легче, так что, оказавшись в своей обители, Соник совсем не волнуется, планируя отпраздновать возвращение Шедоу чуть позже, когда мысли встанут на место и конечности прекратят истошно ныть. Только коснувшись иголками постели, еж тут же заснул, погружаясь в приятное небытие.***
Открыв глаза, Соник немного не понял, что происходит и где он находится. Но, судя по мягкости под задницей и знакомым стенам и полкам, он все ещё находился в своей спальне, вот только вокруг было ужасно темно. Вяло моргнув несколько раз, он присел на край кровати, недовольно простонав, после чего заглянул в круглое окошко, подтвердив свои догадки: на дворе была ночь и он понятия не имел как долго проспал. Протерев глаза и поправив взъерошенные иголки, Соник резко взбодрился, когда вспомнил, что Шедоу все ещё был у него дома и, наверное, давно отдохнувший, ждущий его пробуждения. На радостях, ёжик выскочил из спальни в мгновение Ока, оказываясь в гостиной, ощущая резкий прилив сил и энергии. — Скучал по мне? Потому что я… Он остановился на полуслове, когда заметил, что дом был тих и пуст. Шедоу нигде не было видно, а на столе на кухне одиноко лежал компресс со льдом. А точнее с водой, потому что он успел растаять за все время. Как долго он спал? Куда подевался его вечно меланхоличный и реалистичный друг? И почему не предупредил? Горечь неприятных вопросов накатила одной сплошной волной, однако Соник старается не унывать. Совершенный вечно так делал: молча сматывался без последнего слова, как будто незнакомец, так и не поняв сути дружбы и понимания, разговоров между собой на отстраненные темы, вежливости. Сверхскоростной бы закатил глаза от недовольства, однако не стал, ведь теперь, несмотря на все, Шедоу вернулся, стал прежним и у Соника наверняка станет гораздо меньше проблем и синяков по всему телу, что приятно. Так что он недолго дулся на темного ежа, решая перекусить поздним ужином, потому что его желудок не поглощал пищу с самого утра, а это нужно исправить. Проходя через гостиную на кухню, еж громко зевает и открывает холодильник в поисках заветной еды. Жизнь продолжается и все не так плохо. С того рокового дня прошли недели и Соник сперва не сразу привык, что из-за спины никто на него не нападает, при этом оскорбляя и пытаясь убить. Первые дни он продолжал нервно оборачиваться, а через неделю он ходил по любимым тропинкам намного более свободно. Друзьям он поведал о своем подвиге при первой же возможности, что не осталось без внимания, хотя пришлось опустить момент с их страстным поцелуем, потому что его бы не поняли, да и эти воспоминания вызывали не самые стабильные чувства, пуская мурашки по телу и красноту в персиковых щеках. Кажется, друзья были рады, что опасность миновала, хотя просили быть осторожнее с этим парнем. Мало ли что. Однако Соник совсем не боялся, прекрасно зная старого приятеля. И если он явится, то только по делу или из скуки, снова предлагая гонку или очередное приключение. Лазурный еж не мог дождаться, когда жизнь вернётся на круги своя. Сегодня был вечер у причала. Небольшой пикник в честь того, что сверхскоростной выбрался из очередной неприятности целым и невредимым. Ребята сидели на зелёной траве и весело проводили время, наслаждаясь едой и солнечными лучами до самого захода солнца. Соник не мог нарадоваться, все смеясь и ликуя, до последнего не желая расходиться, занимая ребят бесконечными разговорами и планами на ближайшие дни, если им никто не помешает. Эггмен давно не показывался, так что это время стоило проводить с пользой, набираться сил, чтобы иметь возможность нанести мощный удар и противостоять злу. К сожалению все хорошие дни имели свойство заканчиваться и когда стемнело, а Соник проводил каждого из друзей до дома, пришел и его черед. В считанные минуты он оказался у своей двери, широко улыбаясь, доставая из иголок ключи, заходя в свой теплый и милый домик, не зажигая света. Нет смысла, все равно скоро в кровать. — Ну и денёк… Надеюсь, у Шедоу тоже все замечательно, — говорит сам себе лазурный еж, потягиваясь и следуя к кухне, чтобы сделать себе чай и отдохнуть на террасе, понаблюдать за звёздами. Его любимое занятие перед сном. Вот только что-то не давало ему покоя. Что-то, что пряталось в тени и… Следило за ним. Сдвинув брови, еж лишь мотает головой, смахивая наваждение и доставая кружку с верхней полки, насыпая туда листочки черного чая из баночки, как вдруг он чувствует резкий толчок сзади, что тут же превратился в давление, кончаясь полным обездвиживанием. Чьи-то руки прижимают его собственные к кухонной столешнице, а пушистое тело становится лишь плотнее. Соник не имеет понятия, кто возымел столько нахальства, пока не слышит голос: — Давно не виделись, еж. — Шедоу?!***
Шедоу понимал, что уходить так было нехорошо и как минимум не культурно, так ещё и без прощального слова, однако он не мог ничего с собой поделать. На него столько навалилось и он ощущал скользкое чувство унижения глубоко внутри. Шедоу позволил Эггмену воспользоваться собой и единственным недостатком в его совершенном теле, из-за чего подверг опасности жителей Грин Хилл, пусть и частично не по своей вине, в том числе и Соника, что не оставлял попытки вернуть его здравый рассудок на место. Он был более чем благодарен, однако не способен это выразить после случившегося. Его стали переполнять различные эмоции, в том числе и растерянность, так что он сбежал. С позором, но в его интересах сейчас было собрать самого себя по кусочкам и разобраться в переполняющих его ощущениях после произошедшего. Не важно, что подумает Соник. Совершенный сможет объясниться позже. Рассекая воздух своими реактивными ботинками, он ускоряется и следует вдоль пальм, как можно дальше, к своей пещере, наблюдая последствия своей слабости и ошибки, которую он был не в силах исправить — поваленные деревья и растения в некоторых зонах, где он пытался превратить фейкера в голубое пюре. От одного вида этого всего неприятный осадок давал о себе знать, так что он поспешно отворачивается и вскоре входит в знакомую пещеру на окраине острова, вдоль большого пляжа, где никто никогда не расхаживал, спеша вглубь, в свой дом, где он обосновался после своего первого пробуждения. Замедлившись, Шедоу открывает железную дверь с помощью пароля и попадает в просторное помещение, где расположились его немногочисленные вещи, кровать, несколько приборов для коммуникации, связи и просмотра, книги. Все, что он собирал по всему острову, читая о планете, о ее существах, о разных силах, коротая время в одиночестве. Голова была не в порядке, но здесь, в холодной пещере, ему было гораздо комфортнее, чем в теплом доме Соника, в его теплых руках… Шедоу резко мотает головой, тут же хватаясь за нее от боли, громко мыча и осознавая, что ему нужен был перерыв. Без надоедливого ежа рядом, уж точно. После его выходки теперь все вокруг кажется неправильным, поэтому Совершенный даёт себе сдаться на пару часов, залезая на кровать, которую он сделал сам из пальмового дерева, листьев и ткани, что валялась вдоль песчаного берега и была твердой, но родной. Облегчение распространяется по телу темного ежа и он засыпает, но ненадолго. Странный сон посещает его этим вечером и странным он был не потому, что снова освящал прошлое или походил на кошмар. В нем Шедоу видел Соника, пальмовый лес, горы, что виднелись за раскидистой листвой. Он видел улыбку двойника, как тот подходит все ближе и ближе, касается белой шерсти на его груди, вызывая приятную щекотку от четкости его пальцев на собственном теле. А Шедоу не может даже шага в сторону сделать, оттолкнуть прилипчивого парня от себя, не желая это делать. Напротив: его ладони скользят по чужим запястьям в ответ, ощупывая густую шёрстку, пока взгляд синего становится все чётче и ближе. — Знаешь, Шедоу, я давно этого хотел, но все никак не находил повода… Я так рад, что спас тебя, — тихо проговаривает Соник, ступая все ближе и ближе, пока его губы не накрывают губы собрата, целуя уже нежно и трепетно, прижимая к себе. Эти чувства окрыляют, а его голос звучит так хорошо и четко, что уши сами подгибаются к голове, а иголки встают дыбом. Все внутри переворачивается, как в тот самый раз, когда первым, что он увидел после столького времени в небытие, был Соник и его жаркий поцелуй, что вернул с небес на землю, перестраивая что-то в его голове. Шедоу крепко стискивает его в объятиях, не зная, что им движет, но тот отстраняется. — Ты же тоже этого хотел, не так ли? Совершенный резко подлетает с постели, громко дыша, весь в поту, крепко сжимая одеяло под собой, широко открыв глаза и не веря тому, что его мозг только что спрограммировал под воздействием слабости и истощения после восстановления памяти. Какой стыд! Почему именно это?! Шедоу был бы рад в очередной раз пасть от оружия Эггмена или разорваться на части в бесконечном космосе, но уж точно не увидеть и ощутить то, что он только что испытал. Темный еж рычит себе под нос, чувствуя как лицо горит, а ложбинка в паху набухает, готовая в любой момент выпустить его естество наружу. Что это с ним? Глупая выходка Соника захватила его разум? Такого просто не могло случиться! Не может быть, чтобы этот поцелуй испортил его, сделал слабым, недостаточно совершенным. Он никогда не ощущал такую симпатию, ни к кому, даже к собственному дому, к Марии, готовый драться до последнего вздоха, оставляя мирские заботы его жителям, закрывая ненужные чувства глубоко в себе, но сейчас ему было трудно их контролировать и все забытые ощущения разом накатили на него огромной волной, что было просто отвратительно. Шедоу надеялся, что это был лишь побочный эффект, поскольку, всё-таки, он испытал сильный шок после болезненного удара и того момента, когда лазурный еж застал его врасплох своим иррациональным решением. Это объяснение звучит более чем логично в его голове и он немного успокаивается, глубоко дышит, возвращая привычное равновесие, отгоняя от себя это низкое чувство вожделения, собирая себя по кусочкам и через несколько минут напрочь выкидывая ненужное из себя. Как хорошо, что он за время проживания на Земле научился быть холодным и стойким, надеясь только на разум и здравый смысл. Это обязательно пройдет со временем, он был уверен. К сожалению, Совершенная Форма Жизни ошиблась насчёт своей выдержки и скорого выздоровления, потому что его состояние стало ухудшаться. Не то что бы он ослабел физически или помирал, но эти чувства внутри, эти странные сны не давали ему покоя. Впервые спрятать что-то в своем сознании стало очень проблематично, потому что оно хотело вырваться наружу раз за разом, когда он вспоминал, когда склеивал кусочки своей жизни по частям, видя как много было синего «спасителя» в ней и как часто, оказывается, они виделись. Это не могло быть правдой, но оно было и Шедоу все больше стал сомневаться в том, что он пробудился прежним. Первые дни были невыносимыми. Черно-красный делал все, что только мог, чтобы избавить себя от неприятных предположений и мыслей, так и не выйдя из своей пещеры ни разу за это время, ходя из стороны в сторону, перечитывая книги, обходя катакомбы пещеры снова и снова, но все было бесполезно. Рано или поздно он возвращался к исходной точке и думал о Сонике, о его подвиге, что поставил мир Шедоу с ног на голову. Это было ужасно, но, когда миновало дней пять, Совершенный сдался и дал себе возможность пропускать эти чувства через все тело, выпуская их из недр своего мозга, ощущая щекотку глубоко внутри и желание увидеться. Ему было мерзко от самого себя, все внутри твердило о том, что он неправильный, сломанный, однако он все ещё нуждался в ответах, за которыми он собирался пойти к Сонику, наконец-то покидая свою темную обитель, включая аэроботинки и мчась вдоль пляжа к дому синего ежа, поскольку некоторые события из прошлого все ещё вызывали вопросы. Ему нужно было во всем этом разобраться. По памяти найдя дорогу до домика синего, Шедоу сперва хотел ворваться без спроса, но вдруг вспомнил давние слова друга, ощущая дежавю: — «Если уж мы работаем вместе, то будь добр, не вламывайся в мой дом как грабитель. Мы же друзья, я всегда тебя впущу.» Мотнув головой, он сдается и подносит руку, гулко стуча, однако ответа не последовало. Он сделал это ещё раз, потом третий, но никто не пришел. Шедоу хмурится, отходя от дорожки в сторону, заглядывая по очереди в окна. Синего безумца не было нигде видно, а значит он не дома. Где этот придурок может носиться? Рыкнув себе под нос, он стремительно удаляется с участка на холме, думая о том, где может пропадать этот бездельник. Предположений было немного, так что сперва он отправился в деревню, где как всегда кипела жизнь, везде ходили жители, улыбаясь и болтая о всяком, заходя в лавочки за продуктами, чувствуя себя в безопасности. Шедоу как обычно скрывается в тени, тихий и незаметный, высматривая Соника в толпе, однако быстро потерпев крах. На небольших улочках его нигде не было, так что темный еж быстро покидает городок, направляясь к пляжу. Там его приятель тоже частенько бывал и от разговора он не отвертится. Благо, уже там Шедоу его нашел, но он был не один. Сидя на песке вместе с зайчихой и розовой ежихой, он переговаривался о чем-то в кругу зверушек, которых девушки расчесывали, кажется, с такого расстояния было трудно понять. Совершенный не очень хотел сталкиваться с кем-то ещё, а потому остался в укрытии за пальмами и кустами, наблюдая за ними и впитывая в себя диалоги и улыбки. — Спасибо, что согласился помочь, Соник. В последнее время на острове стало очень спокойно, когда ты вернул Шедоу его рассудок, — улыбаясь, говорит Эми, отпуская флики, позволяя ей осесть где-то рядом. Соник же улыбчиво кивает. — Как тебе это удалось? Наверняка это было трудно, — спрашивает Крим тихо, пальцем поглаживая одну из флики, что уже привязались к добродушной Эми и ее заботе. Шедоу, услышав этот вопрос, навострил уши, сильнее прильнув спиной к большой пальме, ожидая того, что скажет Соник или поставив крест на их дружбе, или ответив на вопросы Совершенного. — Ну, э-э… — неловко протянул синий, почесав затылок. — Во время схватки я как следует приложился лбом о его голову и бам! Шедоу снова прежний. Не думал, что это сработает, но… Сработало, — Соник улыбается сам себе и, как мог понять черно-красный, краснеет, уводя взгляд в золотистый песок, оставляя за этим лишь больше вопросов. Почему сверхскоростной не сказал им истину? Стыдится? Тогда почему так улыбается, копошась пальцем в песке, как идиот? Он тоже это чувствует? Все становится только запутаннее и Шедоу остаётся на месте, чтобы следить дальше. И так продолжалось на протяжении недели. Шедоу решил пока повременить с походом к Сонику, потому что он ещё не до конца во всем разобрался, а спрашивать напрямую теперь граничило с унижением, так что приходилось со стороны наблюдать за его взаимодействиями с друзьями, выуживать из разговоров то, что ему было необходимо, убеждаясь все больше и больше, что с Соником тоже что-то происходит и природа его чувств уж точно не связана со сменой погоды или какой-то ерундой. Они оба были растеряны, однако Шедоу ещё и мучился от странных снов, что не походили на привычные кошмары или пустоту. Его жизнь круто изменилась после случившегося и это непонятное желание переполняло его. Раз за разом Соник в его голове повторял одно и тоже: «я знаю, ты тоже этого хочешь», но Шедоу считал, что он не прав. Такое ему чуждо, он совсем не нуждается в касаниях, в близости, но… Чем дольше он продолжал следить, видеть сны, наблюдать издалека за поведением фейкера, тем больше убеждался в том, что да, он хочет этого. В перерывах между слежкой, Совершенный посещал места, где они бывали с Соником, пробегаясь по трассам, сидя на краю обрывов, стоя на берегу моря, позволяя морской пене омывать его обувь, смотря на мокрые разводы и открывая все больше и больше позабытых ощущений. Неужели он так себя чувствовал ещё до второго пробуждения? Также… Тепло? Все не укладывалось в голове, но с каждым днём походило на правду и тогда черно-красный не смог больше терпеть. Он должен был понять, что это за чувство и воплотить свои сны в реальность, а потому, в один день проследив за Соником до самого дома, Шедоу тенью прокрался за ним и спрятался в самом темном углу, недалеко от диванчика и тумбочки с растением, наблюдая исподтишка, чувствуя его страх и собственное вожделение, что собиралось где-то в животе, скручивая и меняя его восприятие окончательно. Если синий еж был в этом замешан, то он заплатит. Притаившись, Совершенный ждёт удобного момента и пулей летит прямо за спину Соника, придавливая его к столешнице, слыша как падает железная коробочка с чаем, рассыпая все содержимое по полу и столешнице, крепко прижимая его собой и хватая за запястья, не давая и шанса вырваться. Лазурный еж от неожиданности не может и шагу сделать, а освободиться — тем более, так что Шедоу пользуется этим, громко дыша и не веря, что это снова происходит с ним. — Давно не виделись, еж, — утробно шепчет Совершенная Форма Жизни и налегает с прежним упорством, когда же Соник лишь вздрагивает, чуть поворачивая голову в сторону. — Шедоу?! — гулко слышится в ответ. — О боги, что на тебя нашло? Тебе опять память отшибло или ты так решил меня удивить? — в его голосе слышится нервная нотка и он пытается разбавить ее неловким смехом. Сверхскоростной явно боялся первого предположения, крепко стискивая кулаки, готовый в любой момент дать отпор. Даже в такие моменты Соник казался непринужденным, что очень удивляло в нем и, даже, восхищало. — Не волнуйся, все встало на свои места и теперь я точно знаю, что должен сделать, — Совершенный не повышает голоса, а лазурного ведёт от его тона и он облегчённо вздыхает на долю секунды, надеясь, что он правильно все понял и его разум лишь играется с ним, достраивая вымышленные сценарии, которым не суждено было сбыться. Никогда. — Ладно… Значит, ты хочешь поболтать? Я весь во внимании, — Соник смотрит через плечо сквозь полуприкрыте веки и от его странного взгляда все внутри бушует, выводя Шедоу из равновесия. Он начинает потеть, а хватка только усиливается. Зеленоглазый уже чувствует боль в области живота и запястий от силы его хватки, как будто сейчас он разорвет его в клочья. — Увы, я не болтать сюда пришел. Кое-что гораздо важнее не даёт мне покоя, — Шедоу невольно втягивает носом запах шерсти своего приятеля, что недавно был соперником и это приносит странное облегчение в его душу, призывая прижаться носом к его персиковому плечу, не оставляя даже миллиметра свободного пространства между ними, согревая. Их тела сильно прижаты и Соник снова вздрагивает, когда понимает, что именно делает Шедоу, одной рукой фиксируя его запястья на поверхности столешницы, второй оказываясь где-то на груди, зарываясь поглубже, одними пальцами «осматривая» это место, почти не думая, лишь делая, принося своему телу блаженство. В перчатках его мягкость не чувствуется так отчётливо, но этого достаточно, чтобы ложбинка между ног Совершенного запульсировала и покрылась влагой, готовая выпустить напряжённую плоть наружу. Лазурный еж не находит себе места, полностью прекратив сопротивление и соглашаясь с тем, что такие касания были уж очень ласковыми и приятными, как для такого чёрствого существа как Шедоу. Что это было? Почему он вел себя так? — Может, мы всё-таки это обсудим? Я сейчас не очень понимаю, что тебе нужно, — пытается вразумить его Соник, однако давится воздухом, ведь ладонь стремительно движется вниз по торсу, оказываясь в опасной близости от паха, но не касаясь его, вместо этого следуя к бедру, продолжая поглаживать. Глаза сами собой прикрываются и он не может поверить в то, что Шедоу делает с ним такое по-настоящему и по своему желанию. Наверное, он спит и это лишь влажный сон. Нужно попытаться проснуться, иначе как потом смотреть ему в глаза? — Скоро ты всё поймёшь. Ты первый начал, а значит тоже это чувствуешь, — Совершенный оказывается прямо над ухом, лаская его своим глубоким голосом. Это все не может быть правдой, все слишком хорошо, даже лучше, чем можно себе представить. Однако Соник все не мог вникнуть в его слова, думая от того ли это, что Шедоу говорит загадками или от того, что его тело сейчас было готово взорваться. Хвост за спиной сам собой поднимается, как будто приглашая и краем глаза темный еж замечает это, путешествуя ладонью к его спине, поглаживая позвоночник и вдруг резко надавливая между лопатками, заставляя парня лечь на поверхность стола, уткнувшись в нее щекой, начиная дышать ртом. Сопротивляться не хотелось. Не только потому, что двойник сейчас был сильнее и проворнее, но и потому, что он был одновременно так нежен, делая приятно своими касаниями, заставляя все внутри крутиться и прыгать от восторга. Эти чувства стоило скрыть, как он и делал всегда, утаивая нежные улыбки, сдерживаясь, чтобы не взять друга за руку, потому что ему и так многого стоило заработать его доверие, а на что-то большее он уже не рассчитывал. И сейчас это происходит с ним, наяву. Он теряет голову от его поглаживаний, сквозь которые прослеживался твердый характер Шедоу, когда он слегка стискивал шерсть кулаком или давил сильнее, чтобы убедиться, что Соник точно не даст отпор. Он лишь послушно лежит, открываясь, вдруг выдавая тихий, несдержанный стон, когда его хвостик сжимают и тянут вверх. Это было… Странно, но очень хорошо, так что он чуть выгибается в спине, шустро краснея от осознания, что друг сейчас мог видеть все, что было под ним. Совершенный любуется, понимает, что не сможет остановиться, что ему и вправду нравится все, что он сейчас делает, все звуки, что выдавал приятель, не сопротивляясь и, кажется, даже подстраиваясь под него, показывая себя во всей красе. От такого зрелища мышцы сводит сладким спазмом и его член неспешно покидает лоно, выезжая наружу, проникая точно под телом Соника, проходясь вдоль ложбинки между ног, что запульсировала и вскоре выпустила плоть Героя в свет тоже. Тот краснеет ещё сильнее, уткнувшись мордой в стол, когда удовольствие переполняет его тело вместе со стыдом. Значит, Шедоу хочет его? Хочет так же, как лазурный еж хотел его все это время? Неужели на него так поцелуй подействовал? — Шедоу, — хрипло зовёт сверхскоростной, заставляя друга отвлечься от созерцания и широко раскрыть глаза, не ожидав, что Соник будет способен говорить после такого унижения. — Можно… Поцелуй? Ежа как будто подменили. Он больше не борется, не спорит с ним, лишь подстраивается и становится покорным. Это обезоруживает, из-за чего хочется дать ему все, что он хочет, что темно-красный и делает, крепко хватая Соника за иголки сзади и поднимая со столешницы, все ещё крепко стискивая его запястья второй рукой, боясь, что сбежит. Герой лишь томно вздыхает и оборачивается. Его взор затуманенный, полный желания, а кинув взгляд вниз, Шедоу видит, как возбуждён его партнёр и как сильно он сдвигает бедра, заточив Совершенную Форму Жизни между ними, призывая толкнуться и промычать. Это было самым невероятным, что он когда-либо ощущал, его член был напряжён как никогда. Недолго думая, алоглазый целует своего бывшего врага, вспоминая ощущения из снов, с того рокового дня, когда он открыл глаза и почувствовал чужой язык во рту, что перевернул все с ног на голову и привел к тому, что они сейчас были одни в доме лазурного ежа, занимаясь чем-то не самым приличным, о чем оба в тайне грезили и мечтали. Шедоу позволяет себе закрыть глаза, ослабнуть, чувствуя, как синий ёжик пытается двинуться навстречу движениям старого приятеля, тихо постанывая прямо в поцелуй, делая то же, что тогда, на земле, нагло запуская язык в его рот и вылизывая чужой, который Шедоу немного нерешительно толкнул навстречу, ещё не привыкший, что существа могли вот так просто обмениваться выделениями, что раньше казалось дикостью, а сейчас, почему-то, заставляло его член твердеть с новой силой. Хватаясь за чужой таз, Шедоу буквально насаживает парня на себя, заставляя его задницу крепко вжаться в свой торс, а напряжённую плоть проехаться по мягкой шерсти ещё раз, снова посылая спазм ниже живота. Ещё немного — и он сойдёт с ума, забыв самого себя. Зажмурив глаза, он чувствует, как Соник кусает его за нижнюю губу, резко отстраняясь и раскрыв широко глаза, сталкиваясь с тем же желанным взглядом собрата, что весь был в слюнях и даже не удосужился закрыть рот. Он такой расфокусированный, слабый, совсем другой и, если честно, темному ежу нравится эта его сторона. — Прости, я увлекся, — шепчет зеленоглазый и снова двигает бедрами, откидывая голову на плечо Шедоу, раскрепостившись и не видя перед собой преград. Это ещё больше удивляет и черно-красный даёт себе возможность насладиться этим, лишь наблюдая, так и не сказав ни слова, видя как широко он открывает рот, не следя за собой, за тем, как он выглядит, отдаваясь похоти, позволяя хотя бы на время не быть глупым и самонадеянным спасателем всех и вся, думая и о своем удовольствии, что сейчас разрывало его на части. Трение становится до жгучего приятным, кажется, приближая к разрядке, но Совершенный быстро останавливает дальнейшие движения, хватаясь за лазурный мех на пояснице, что в свете луны выглядел более глубоким и темным. Завораживает, он мог бы смотреть на это вечно. Соник выгибается и мычит, как будто неясно просит о чем-то, поднимая высоко хвост и ведя себя даже слишком нахально, как для «пленника». — Не дергайся, — рычит ему на ухо Шедоу, ну а сверхскоростного ведёт от его голоса только больше и он прикусывает губу, ехидно улыбаясь, вспоминая о том, кто он такой и напоминая приятелю, что он тот ещё провокатор. — А то что? — не своим голосом спрашивает ёжик, пока Шедоу уставился на него как на сумасшедшего, не веря своим глазам и ушам. Снова созревает вопрос: а на яву ли все это? Но думать не приходится. Соник хочет поиграть? Тогда пусть готовится. — А то я оставлю тебя здесь и ты никогда не узнаешь на что я способен. Шедоу резок, но это лазурному в нем и нравится, из-за чего улыбка становится только шире. Так, значит? Зеленоглазый не намерен так просто играть по правилам, вдруг пользуясь замешательством Шедоу и резко вырываясь из хватки, чтобы развернуться и усесться задницей на столешницу, захватывая Совершенного ногами, крепко прижимая к себе. От такого партнёр немного остолбенел, но вовремя очнулся, чтобы взглянуть на его лицо более четко, видя лишь самодовольную, нахальную улыбку, как после шутки над Эггменом. Вечно Соник любил покрасоваться и пошутить, но сейчас он не в том положении. — Хочешь играть по-плохому? Ладно, как знаешь, — рыкнул Шедоу и снова схватил его за запястья, теперь располагая их над головой своей «жертвы», припечатывая их к ящику над ними, сжимая ещё крепче, чем прежде, выставляя клыки и пуская их в ход, кусая парня за плечо, что до этого он мягко поглаживал, вылизывая, оставляя еле заметный след от укуса под шерстью. Соник вздрагивает и стонет, сжимая его ногами ещё сильнее, ударяясь головой о верхний ящик. Такого он уж точно не ожидал, но ему все равно. Эта сладкая боль была как раз кстати после нежностей, так что он не жалуется, пытаясь ёрзать и нервируя этим Шедоу, что тихо рычал в его кожу, водя по ней носом, чуть щекоча его. — Я сказал не дергайся! — добавил он чуть громче и Соник замолк, прекращая движения, вместо этого призывно раздвигая ноги, чуть съезжая, чтобы темный еж мог видеть всю его степень возбуждения. Тот вздыхает и невольно тянет руку к его естеству, нежно обхватив и сделав парочку пробных движений. Все становится лишь лучше, а Соник стонет громче, зажмуриваясь и давая испытать себя, получая столько, сколько он не мог и мечтать, кусая свои губы и завораживая этим Совершенного, призывая его не отказываться от соблазна, прильнув к нему всем телом и втянув в очередной сладкий поцелуй, которых ему явно не хватало, теперь чувствуя себя смелее, пока лазурный еле держался, чтобы не высвободиться и не обнять горячо любимого двойника за шею, повиснув на нем. Это давалось нелегко, так как Шедоу явно не хотел позволять так много, однако синий еж рискует и, что есть сил, дёргает руками, молниеносно закидывая их за голову ежа, заставляя его сперва больно прикусить чужую губу, а потом смириться, потому что это тепло было уж слишком приятным. Останавливая движения на члене, Шедоу вместо этого хватает ёжика под бедрами и резко поднимает, при этом не разрывая поцелуя, разворачиваясь на сто восемьдесят и подходя к обеденному столу, на котором Совершенная Форма Жизни разложила свой «ужин». Соник охает и отрывается, громко дыша. Черно-красный так же заметил за собой несдержанное дыхание, из-за чего слегка опешил, но не надолго. Сейчас не время думать. Он должен наслаждаться. Разделив недолгий взгляд глаза в глаза, Шедоу снова разворачивает ежа спиной к себе и коленом разводит его ноги в стороны, как можно шире, поставив Соника в ступор. Он явно этого не ожидал, но противиться не стал, лишь прикрыв глаза и вновь простонав, когда его хвоста так нагло коснулись, поднимая вверх и толкаясь под ним чем-то мокрым. Лазурный быстро понимает что к чему и резко раскрывает глаза. — Стой-стой-стой! Я не приму его так быстро, ты же порвешь меня! — громко протестует Герой, оборачиваясь на решительно настроенного Шедоу, что в непонимании выгнул одну бровь. — Ты же сам этого хотел, чего теперь ломаешься? — Совершенная Форма Жизни хмурится, кажется, даже не зная как правильно это делается, способный лишь доверять инстинктам. — Да нет же… Нужно сначала растянуть… Пальцами, — смущённо вздыхает Соник, когда же алоглазый понемногу понимает что к чему. — Только осторожно и… По одному, ладно? И тогда вставляй потом что хочешь. Его слова одновременно заводят и смешат, но лишь на секунду, так как перед Шедоу стояла ответственная задача не навредить и получить удовольствие. Раз Соник так говорит — значит это будет правильно, ведь не даром Совершенный не разбирался в таких делах. Его никто не научил, а сам он понятия не имел. Впервые не идя наперекор желаниям Героя, Шедоу, одной рукой придерживая зеленоглазого за бедро, со второй стянул перчатку, прямо зубами, откидывая ее куда-то на пол. Соник, заворожённый, мог лишь смотреть на него из-за плеча, томно вздыхая и следя за тем, как обильно темный еж облизывает один из своих пальцев, каким-то образом не зная как трахаться, но зато прекрасно зная, как соблазнить и подчинить, что было очень странно. Но вскоре эти мысли отлетают, так как внутри постепенно оказывается один палец Шедоу, заставляя все внутри скрутиться от неожиданности и некоторых неприятных ощущений. Всё-таки, первый раз на то и первый, чтобы мириться с болью ради удовольствия, поэтому Соник держит хвост высоко поднятым, не мешая двойнику делать свое дело. И это помогает, так как вскоре палец не ощущается таким инородным, а когда в дело пошел второй, то сверхскоростной и вовсе оторвал голову от стола, придерживая себя на весу руками, чтобы податливо выгибаться и принимать как можно больше. Шедоу это нравится, он наблюдает и молчит, пока напряжение между ног лишь возрастает. Ему нужно это, как можно скорее, так что он прилагает все силы, чтобы Соник был просторным и влажным для него, готовым во всех смыслах. И он стал таковым совсем скоро, громко постанывая и прося больше, так тихо, но достаточно звучно, чтобы Шедоу услышал, ухмыльнулся и лишил его ожидания, вынимая пальцы и уже не думая о том, какой он грязный и мокрый, пристраиваясь головкой к розоватой дырочке, плотоядно облизываясь и замечая, как парень двигается ему навстречу, одним этим жестом умоляя наполнить его. Шедоу так и поступает, резко толкаясь внутрь до упора и зажмуриваясь, не сдерживая сладкого вздоха. Вау, это было даже круче, чем в фантазиях, так хорошо, так горячо и тесно, что сводит с ума. Соник чувствовал себя не хуже, широко раскрыв рот, закатив глаза за орбиты и крупно дрожа. Коленки неимоверно трясутся, почти не держа его на полу, что как будто провалился под ступнями, оставляя лишь его тело и Шедоу, что так крепко сжал его талию, силой держа его на себе некоторое время, как вдруг он двинулся назад, а потом так же резко — вперёд, снова разрывая его нутро в хорошем смысле, наконец-то сливая их воедино. — Шедоу! — стонет Соник, впиваясь ногтями в поверхность стола, пока его мучитель лишь наращивал темп и двигался все более жёстко и несдержанно, довольно широко и крепко поглаживая шерсть на его спине, переходя на талию, на грудь, лаская его и при этом продолжая быть таким же беспощадным. Это так нравится и сейчас лазурный еж не испытывает ничего кроме тепла и наслаждения, криво улыбаясь сам себе от этого чувства наполненности, выгибаясь так, как он никогда бы не смог, стискивая покрепче зубы и наслаждаясь каждой секундой. Кажется, они разобрались, ведь так? Выразили свои желания, что сидели глубоко внутри, свою привязанность и трепет. Соник был так счастлив, падая головой на стол и пуская на него слюни, пока Совершенная Форма Жизни жёстко брала его прямо на столе в собственном доме, как в дешёвой порнухе. Было в этом что-то притягательное, но думать об этом не предоставлялось возможным. — Грязный еж, неужели ты так сильно этого хотел? — рыча, задаёт риторический вопрос Шедоу, выбиваясь ещё сильнее и резче, заставляя их тела гулко сталкиваться друг с другом, не понимая, почему они не сделали этого раньше. Соник лишь продолжает улыбаться, пошло облизываясь и находя в себе силы, чтобы оттолкнуться от поверхности стола и прильнуть к черно-красному спиной, издавая очередной оглушающий стон, хватая его за шип иголок на затылке и крепко сжимая. — Так хочешь услышать ответ? Серьезно? — мурлычет он, двигаясь навстречу и крепко сжимая веки от приятного напряжения и того, как собственный член хлопает по животу, становясь ещё твёрже, готовый кончить. Шедоу морщится, но позволяет так хватать себя, стараясь не выдавать того, что ответный контакт был очень даже приятен. — Мне казалось, что ты не такой испорченный, — Шедоу закрывает глаза и снова жадно втягивает носом специфический запах Соника, что отдавал морем и потом, прижимаясь губами к его плечу. — То же могу сказать и о тебе, Шедоу, — он протягивает его имя в особенно сладкой манере и тогда Совершенный не выдерживает, выстреливая спермой глубоко в Соника, заставляя его содрогнуться от ещё большего чувства наполненности, резко задрожав и без всякой стимуляции кончая с громким стоном прямо на собственный обеденный стол, широко раскрывая глаза и начиная жадно глотать ртом воздух. То же самое делал и Шедоу, трясясь и как-то отчаянно прижимая лазурного ежа ещё ближе к себе, словно, обнимая, давая им обоим минутку на передышку. Столько эмоций разом сваливают их с ног и сейчас все, о чем оба ежа могли думать, так это об отдыхе.***
Соник плохо запомнил момент, как Шедоу, игнорируя некоторое чувство отвращения от обилия телесных жидкостей, помог ему вымыться и отвёл в спальню. Лишь тот момент, когда Совершенный собирался уйти, а фейкер схватил его за запястье и остановил, безмолвно прося остаться. Черно-красный еж сначала не понял к чему он клонит, однако быстро сообразил и лег рядом, сильно вымотавшись, уже без возражений позволяя синему прильнуть к себе сбоку всем телом, согреваясь и кладя голову ему на плечо. Они лежали молча какое-то время, просто вслушиваясь в дыхание друг друга, однако темного ежа беспокоило кое-что, что он не мог оставить без внимания. — Даже не мечтай о букетах каждый день, нет, даже не думай! — вдруг говорит он, хмурясь, когда же Соник лишь громко смеётся, удивляясь его характеру снова и снова. — Что, даже завтрак в постель не сделаешь? — Нет. Все сантименты оставь при себе, — Шедоу отворачивается, когда же Соник напротив продолжает смотреть на него, не стирая с лица улыбки. — Может, хотя бы до горы на перегонки сбегаем? А там уже и цветочки, и завтраки, — водя пальцем по белоснежной шерстке на груди черно-красного, с долей ехидства предлагает Соник. Шедоу молчит с минуту, а потом выдает: — Я подумаю. После чего он, всё-таки, позволяет себе обнять бывшего врага в ответ, прикрывая глаза и краснея, чувствуя себя хорошо и умиротворенно.
Примечания:
Фурри порнуха, как вам такое. Автор угарает по Сонику, не бейти пожалуйста.
