Кошачья месть

Жизнь у Хэ Сюаня была не самой простой, но смерть оказалась и того хуже. Пусть он с треском провалил экзамены, лишился сестры и невесты, а после впроголодь просидел в темнице два года, но совесть его была чиста. Он не давал взяток и всегда открыто осуждал чужие пороки, но власть в жадных руках оказалась намного сильнее голоса бедного студента. Пытаясь жить добродетельно, Хэ Сюань так много не успел сделать, потерял всё, что имел, и даже предсмертная месть не принесла того сладостного умиротворения, которого он жаждал. Хэ Сюань надеялся, что хотя бы после смерти, встретится с теми, кого потерял, но даже этого оказался лишен. С последним вздохом, прежде чем провалиться во тьму, он увидел, как кто-то наблюдает за ним. Встревоженное лицо показалось ему смутно знакомым, словно Хэ Сюань видел его уже раньше каждый раз, когда с ним происходила та или иная беда. Душа Хэ Сюаня, страждущая справедливости, после этого не смогла найти покоя. А лицо, которое он увидел в последний миг, навеки отпечаталось в его памяти. И вот, всего через пару сотен лет Хэ Сюань узнал имя и причину, по которой Повелитель Вод самолично решил проверить, умер ли какой-то бедный студент. Ши Уду украл его судьбу, был повинен, по мнению Хэ Сюаня, во всех несчастьях, что свалились на него и его семью, и должен был поплатиться за это! Хэ Сюань жаждал отмщения, копил в себе ненависть и демонические силы, выжил в медной печи Тунлу и стал новым Князем демонов, Непревзойдённым, но как ни старался, так и не смог подобраться к чёртову небожителю. Чего Хэ Сюань только не перепробовал! Во всех трёх мирах он пытался втереться к Повелителю Вод в доверие: притворялся то торговцем, то наёмником, то распутной демоницей, когда Ши Уду вместе со своими дружками тайно посещал Призрачный город; проникал в Небесные дворцы под видом служащих Средних Небес, но никак не мог пройти тщательнейший отбор во дворец Повелителя Вод или снискать дружбы с ним — со служащими из других дворцов Ши Уду дружбу не водил и младшему брату запрещал. Хэ Сюань отчаянно искал хоть какую-нибудь лазейку, пользовался любой возможностью, даже потратился на молитвы, чтобы встретиться с тем лицом к лицу, но всё было бестолку — Ши Уду казался неприступной крепостью, а его единственная слабость, младший брат, хоть и был человеком довольно общительным, но, как и старший брат, близко к себе никого не подпускал. И без того мрачный Хэ Сюань от безнадежности совсем раскис. В Чёрных водах не стихали бури, поднимающие мёртвую воду до Небес, в прибрежных городах всё чаще простаивали корабли, а рыба вовсе покинула ближайшие воды, устремившись на север и юг. Даже демоны, что долгие века обитали на восточном берегу, предпочли покинуть родные края, заполонив Призрачный город. Через некоторое время, накануне Белых Рос, на пороге Чёрных Вод появился Кровавый дождь. С предложением, от которого демон Чёрных Вод даже бровью не повел. — Превратиться в кота? Ты умом тронулся? — спросил Хэ Сюань, притягивая к себе десяток блюд, что принёс с собой Хуа Чэн. — Умом здесь тронулся только ты. А я предлагаю тебе превратиться в милую зверюшку, мимо которой не сможет пройти даже самая чёрствая душа самодура, что уж говорить о его, небезразличном ко всему живому, наивном младшем брате. — Безумец! — выплюнул Хэ Сюань, подтолкнув назад к Хуа Чэну дюжину пустых тарелок, но предложение всё же обдумал. И кто бы знал, что это сработает! Хэ Сюань не ожидал, что безумный план Хуа Чэна окажется куда лучше, чем все его прошлые попытки вместе взятые. Он даже на мгновение решил, что если свершит свою месть, то до конца своего существования останется должен Хуа Чэну, но спохватившись, тут же понадеялся, что развеется раньше, чем тот успеет спросить с него хоть один долг. Кот из Хэ Сюаня получился так себе: маленький и щупленький, слишком худой, словно его не кормили последние несколько жизней, а колючая чёрная шерсть была очень короткой, только у глаз чуть длиннее, отчего казалось, что тот вечно чем-то недоволен. Но, похоже, именно его недовольный, хмурый вид понравился одному из богов, который — к небывалой радости Хэ Сюаня — не хотел без кота возвращаться в Небесную столицу. — Дагэ, — Повелитель Ветров прижал к себе найденного кота, — можно ему с нами? — Никаких кошек во дворце, — отрезал Ши Уду и, выставив перед собой веер, отодвинулся от кота насколько было возможно. Весь его вид говорил о том, что он на дух не переносит домашних животных. Перспектива того, что и этот план вот-вот провалится, нисколько не обрадовала Хэ Сюаня. Он вздохнул, попытался выругаться, но вместо этого получилось лишь жалобно мяукнуть. — Гэ, ну, пожалуйста! — не сдавался Ши Цинсюань, ещё больше впечатлившись жалобным видом кота. — Я буду заботиться о нём. Он не будет доставлять тебе лишних хлопот. Видишь, какой он ласковый и послушный? Кот, Хэ Сюань, злобно зыркнул в сторону Ши Уду и блаженно подставил шею под тонкие пальцы Ши Цинсюаня. Если уж Ши Уду не клюнул и на этот образ, то видеть его недовольную физиономию было лучшей наградой. Для пущей убедительности Хэ Сюань заурчал, стоило Ши Цинсюаню погладить его за ушком, да так громко, что тот счастливо расхохотался. — Не стоит всякую живность тащить с собой. Мало ли откуда он взялся, — проворчал Ши Уду, надеясь склонить младшего брата на свою сторону. Но что он мог противопоставить теплому, пушистому комочку, такому беззащитному и несчастному, по мнению доверчивого Ши Цинсюаня? — Я не могу оставить его на улице, — твердо заключил Ши Цинсюань. — Он будет жить в моём дворце и не побеспокоит тебя. Да ведь, Мин-сюн? Хэ Сюань, или теперь Мин-сюн, довольно мурлыкал в нежных руках, представляя, сколько бед сможет принести на голову Ши Уду, будучи личным питомцем его младшего брата. Главное, чтобы никто не заметил чьих пакостливых лап будут эти беды. А Ши Уду ничего не оставалось, кроме как согласиться. — Увижу его в своем дворце — отправлю к Повелителю Грома, — пригрозил Ши Уду и отчего-то чихнул. Ши Цинсюань радостно прижал к себе кота, и Хэ Сюань на мгновение подумал, не было ли это плохой затеей.

***

Во дворце Повелителя Ветров Хэ Сюаню жилось не плохо. Ши Цинсюань кормил его по нескольку раз на дню, ни в чём не отказывая своему новому питомцу, да и спать можно было в любом месте, кроме дворца Повелителя Вод, разумеется, который стоял непозволительно близко. Вот только сам Повелитель Вод, проводивший раньше много времени во дворце младшего брата, со временем совсем перестал посещать его, сославшись на аллергию. Ко всеобщему удивлению, даже у небожителя могла быть аллергия на котов, а у Ши Уду с каждым столкновением с новым питомцем младшего брата она только всё больше усиливалась, что Хэ Сюаня очень сильно радовало. Теперь единственным минусом своей жизни Хэ Сюань считал непозволительно частое желание Ши Цинсюаня гладить его то за ушами, то по спине или шее, а когда в дело пошло поглаживание щёк и до ужаса чувствительных усов Хэ Сюань сдавался в объятия безграничной нежности. А иногда — иногда! — будучи в отличном настроении после очередного «случайного» столкновения с Ши Уду, сам приходил к Ши Цинсюаню ластиться. Ведь после этого его вкусно кормили, и жизнь ощущалась не такой уж скверной как обычно. Вот только желание отомстить никак его не отпускало, особенно в те дни, когда Ши Цинсюань надолго уходил куда-то вместе с Ши Уду. В такие дни дворец Повелителя Ветров ощущался пустым и слишком огромным для маленького существа, и Хэ Сюань с тоской лежал на крыше врат в ожидании, когда Ши Цинсюань вернется. Настроение его становилось привычно скверным и ему, как никогда в жизни, хотелось подпортить чужой дворец. Но данное им обещание не позволяло этого сделать, поэтому Хэ Сюаню только и оставалось, что лениво лежать под палящим солнцем и терпеливо ждать. С его наблюдательного пункта было хорошо видно, что происходит во дворе дворца Повелителя Вод. А ещё было видно врата, через которые должен был вернуться домой Ши Цинсюань. Хэ Сюань ни за что на свете не признался бы в том, что привык к безмятежной жизни с Ши Цинсюанем. Но с каждым возвращением Ши Цинсюаня их общий «дом» наполнялся тёплым ветром, ароматами вкусного мяса и персиков. Иногда Ши Цинсюань приносил домой сливовое вино и пальцем отодвигал любопытный нос, который хотел испробовать на вкус всё, что попадалось под жадную лапу. Хэ Сюань действительно был невероятно жадным до еды — голодная смерть оставила на нём свой след, но Ши Цинсюаня это совершенно не напрягало, даже наоборот, он старался откормить тощего питомца. Вот только, сколько бы Хэ Сюань не съедал, всё равно оставался таким же щуплым. Лишь шерсть со временем стала гладкой и шелковистой от того, что Ши Цинсюань частенько брал его с собой в купальни. Принимать с ним ванны сперва казалось сущей пыткой для Хэ Сюаня, но ароматное масло, теплая вода и кусочек вкусняшки за послушание делали своё дело, так что купаться с Ши Цинсюанем он тоже со временем полюбил. За безмятежной, полной довольств, жизнью Хэ Сюань почти позабыл, зачем пробрался в Небесную столицу, пока впервые за долгое время во дворец Повелителя Ветров не наведался Повелитель Вод. Ши Цинсюань в тот день как раз отсутствовал. То ли отправился на одно из своих заданий, то ли просто спустился прогуляться за любимым вином — Хэ Сюань точно не запомнил, слишком много тот говорил вслух рядом с ним. У Ши Цинсюаня была странная привычка общаться со своим питомцем как с живым человеком, рассказывая ему обо всем на свете, иногда спрашивая мнения по тому или иному вопросу и словно понимая, что там мог мявкнуть Хэ Сюань, принимал решение. В общем, Ши Цинсюань уже долгое время отсутствовал, служащие дворца занимались своими делами и кота не тревожили, а внезапное появление Ши Уду разнеженный лаской кот и вовсе не заметил. Только оказавшись в жёстком мешке, Хэ Сюань понял, что что-то не так. А когда услышал знакомое чихание, стало уже слишком плохо. — Уду! — прорычал Хэ Сюань, но из рта вырвалось только надрывное мяуканье. — Я знаю, кто ты, — услышал Хэ Сюань и на мгновение притих, а затем со всех сил стал долбить лапами по мешку, пытаясь выбраться. Раз эта язва был в курсе о том, кто Хэ Сюань такой, сдерживаться больше не было смысла. Но как бы он не старался принять свой истинный облик — так и не смог. Заколдованный мешок не давал ему использовать свои силы, подавляя демоническую Ци. Хэ Сюань рвал и метал, пытаясь выбраться наружу. Кричал так громко, ожидая, что Ши Цинсюань вернется, услышит его и его бессовестный брат не сможет сделать с Хэ Сюанем ничего. Но Ши Цинсюань всё не приходил, а мешок отправился в полёт, ощутимо промокнув. Ши Уду совершил очередную подлость по отношению к Хэ Сюаню — уже во второй раз! Но так же он ошибся во второй раз, посчитав чёрного кота за обычного мелкого демона. Хэ Сюань, хоть и оставался в теле щуплого кота, всё ещё был одним из Непревзойденных. Через неделю Хэ Сюань смог вернуться в Небесную столицу: по-тихому пробрался в вещах одного чиновников низкого ранга из дворца Мингуана, тенью пробежал по золочёным улицам и садам величественных дворцов, пока не нашел желанный «дом». Ши Цинсюань беспокойно спал, метаясь по кровати, а в мягкой лежанке у окна лежал кот — такой же чёрный и щупленький, как и сам Хэ Сюань. «Подменил, зараза!» — зашипел Хэ Сюань в сторону чужого кота, совершенно обычного и, похоже, смертного. Думать о том, что Ши Цинсюань подмены не заметил, ему не хотелось. Кота трогать Хэ Сюань не стал, а вот на виновника подмены у него появились свои планы. Хэ Сюань злобно сверкнул глазами в темноте и, так же тихо как пришел, скрылся по направлению ко дворцу Повелителя Вод. Месть Хэ Сюаня не отличалась особой прозорливостью. Сперва он подрал всю одежду Ши Уду, до которой смог добраться, по пути скинул все убранства, разбил дорогие вазы, порвал в клочья бумажные полотна и рассыпал по полу украшения, когтями разрисовал до глубоких узоров дорогую мебель, скинул в пруд бумажные свитки и с особой жестокостью обошелся с деревянными дощечками, которые Ши Уду держал подле кровати. С подушками в его личной комнате Хэ Сюань поступил совсем безжалостно — обтерся о них всем телом, оставляя свой запах в надежде, что после такого Ши Уду даже в комнату не сможет зайти без приступа аллергии. А напоследок оставил о себе пахучее напоминание прямо посреди кровати, не пощадив шёлковое одеяло. На обратном пути, Хэ Сюань отвел душу завершающим штрихом — справил нужду на чайный набор, оставшийся в гостевой комнате. Хоть Хэ Сюань и был невероятно зол, но чем больше пакостил во дворце Повелителя Вод, тем сильнее входил в азарт. И его месть очень быстро принесла плоды! На утро Ши Уду в ярости ворвался во дворец Повелителя Ветров. — Где этот кот? — с порога прокричал он, отчего его голос эхом пронёсся по всем покоям дворца. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Ши Цинсюань, едва проснувшись. — Твой кот, вот что случилось! — Ши Уду взял чёрного кота за шкирку и потряс в воздухе. Он злился на кота, которого сам же и принес Ши Цинсюаню, чуть меньше злился на Ши Цинсюаня, обвиняя его в том, что он не смотрит за своим котом, и одновременно между гневными фразами, чихал. Хэ Сюань довольно мурлыкнул и потянулся в кровати, привлекая к себе внимание. Ши Уду смолк, его глаза испуганно расширились, а Ши Цинсюань удивленно воскликнул: — Мин-сюн? — Ты завел второго кота? — попытался выкрутиться Ши Уду, а Ши Цинсюань, взяв на руки Хэ Сюаня, искренне ответил: — Конечно же нет. — Он погладил его за ушком, и кот тут же откликнулся, привычно размурлыкавшись. — Откуда ты взялся, малыш? — Не трожь его, — холодно отчеканил Ши Уду. — Но почему? Это же мой Мин-сюн! — Это — твой Мин-сюн, — Ши Уду указал в сторону вновь спящего в лежанке обычного кота. — Думаешь, я не узнаю своего милого пушистого и очень ласкового Мин-сюна? Хэ Сюань в подтверждении ему довольно уркнул и зло сверкнул взглядом в сторону Ши Уду. — Не глупи. Разве станет кот спать в твоей кровати? — Конечно же станет! Мин-сюн всегда спит со мной. — Ши Цинсюань щекой потерся о пушистую макушку. — Я думал, он обиделся, что меня так долго не было, и больше никогда не захочет спать со мной. Но, похоже, тот кот вовсе не Мин-сюн, да? — Не глупи. Это твой кот, а тот, что у тебя в руках, какой-то мелкий демон. — Не может этого быть, — отмахнулся Ши Цинсюань. — Какой демон сможет проникнуть в Небесную столицу? Ши Уду недовольно замахнулся на кота в руках Ши Цинсюаня. — Не пугай его, он же совсем кроха! — воскликнул Ши Цинсюань и прищурился, подозрительно взглянув на брата. — Чем тебе так не угодил мой кот? И откуда взялся второй? Хоть злые языки и любили говорить, что у Ши Цинсюаня гуляет ветер в голове, но дураком он всё-таки не был. Да и заметить неприязненное отношение Ши Уду к одному из котов было не сложно. — Не знаю, — ответил Ши Уду и, прикрывшись веером, чихнул. — Неужели ты не видишь, что держишь демона? — Он слишком мил и невинен для демона, — возразил Ши Цинсюань. — И всё же, дагэ, к появлению второго кота ты имеешь какое-то отношение? — Нет. Сколько бы не допытывался Ши Цинсюань, Ши Уду так и не признался в подмене. Под предлогом обострившейся аллергии он поскорее покинул дворец Повелителя Ветров, а Ши Цинсюань, долго не раздумывая, решил оставить обоих котов у себя. Ведь у него теперь было два Мин-сюна! Два прелестных чёрных кота, ласковых, но временами независимых, и один из них был чуточку ревнивым. Вот только со временем второй кот всё чаще стал сбегать по дворец Повелителя Вод. Ко всеобщему удивлению, Ши Уду не прогнал его и, казалось, даже прикипел к пушистому независимому существу. Да и аллергия на котов у него магическим образом исчезла. Хэ Сюань готов был поклясться, что своими глазами видел как Ши Уду, считая что никого рядом нет, с редкой улыбкой на лице взял кота на руки и нежно гладил его. Даже имя ему дал, Сяо Ши! После увиденного Хэ Сюань предпочел больше никогда не смотреть в сторону дворца Повелителя Вод. Чтобы лишний раз не шокироваться и не думать, что Ши Уду не чужды человеческие эмоции. Только не этой бесчувственной язве. К счастью Хэ Сюаня, вскоре Сяо Ши насовсем перебрался во дворец Ши Уду, и Ши Цинсюань остался полностью во власти чуточку ревнивого кота.

***

Ши Цинсюань прижимал к себе Хэ Сюаня, зачарованно смотря в его глаза, поглаживал нежные щёки. Чем дольше Хэ Сюань оставался рядом с ним, тем сильнее понимал, что Ши Цинсюань своего Мин-сюна всегда узнает из тысячи похожих котов и ни за что не променяет на другого. Хэ Сюань, довольный собой, мурчал. Ему нравилось быть единственным и неповторимым для Ши Цинсюаня. Закормленным и залюбленным. И он с неприкрытым удовольствием давал ему понять, что в его маленьком кошачьем мире всегда найдется место для божества ветра. Хэ Сюань скучал без Ши Цинсюаня, когда тот пропадал по своим божественным делам, и ластился, когда тот возвращался домой. Самый милый, сладкая булочка, с умными глазами блюдцами — такими и многими другими ласково называл его Ши Цинсюань, и Хэ Сюань таял то ли от каждого услышанного слова, то ли от, перепадающих между фразами, вкусных мясных кусочков. Ши Цинсюань гладил его по шее, массировал за ушками, и разнеженный Хэ Сюань совсем потерял контроль над собой, забывшись в сладкой неге. — Мин-сюн, — ласково позвал его Ши Цинсюань, и Хэ Сюань лениво муркнул ему в ответ, открыв рот под очередной вкусный кусочек вяленого мяса, но сладкого вкуса во рту так и не ощутил. Хэ Сюань недовольно приоткрыл глаза, надеясь, что под его гневным взором Ши Цинсюань поймёт, какую роковую ошибку совершил, но тот лишь задумчиво смотрел на него. — Мяу? — спросил Хэ Сюань, ткнувшись носом в его ладонь. Ши Цинсюань мягко улыбнулся и, потрепав Хэ Сюаня за ушко, спросил: — Мин-сюн, а когда-нибудь ты покажешь мне, как выглядишь на самом деле? Хэ Сюань замер, но не смог ничего ответить, кроме удивленного «Мяу?»