Череда одних черных полос

      — Итак, теперь вы собираетесь угонять машины? — резковато поинтересовался Дима, включив режим блокировки окон в гостиничном номере. Ван дер Хольт, занятый тем, что брезгливо рассматривал следы, оставшиеся на полу от предыдущих жильцов, ответил не сразу.       — Рассчитываю все же купить, — наконец соизволил он отреагировать. — Но если не получится, то можно рассмотреть и альтернативные варианты… Если вы намерены спать на этом постельном, я бы не рекомендовал вам раздеваться, кстати.       — С меня достаточно! — Дима объявил это так громко, что даже невозмутимый обычно Хольт вздрогнул и перевел на него удивленный взгляд. — Достаточно! Я намерен принять душ и спать следующие часов пятнадцать, и мне плевать, даже если на этой постели перетрахались всем отелем особо грязным образом! Я не желаю слышать ничего из того, что вы там разглядели своим рентгеновским зрением.       — Обычное у меня зрение, это простейшее рациональное замечание, — начал было Август, но Дима выставил перед собой ладони в защитном жесте:       — Нет. Ни слова. Я больше не хочу слышать от вас сегодня ни единого слова.       Все еще дрожа от неожиданно накатившей злости, он заперся в душевой кабине и пустил горячую воду. Ядовитый смех Гречкина все звучал и звучал в голове. Дима придумал десяток способов, как можно было бы остроумно ответить обнаглевшему мажору, вот только, разумеется, было слишком поздно.       Зарычав, Дима ударил кулаком по влажной стене, еще и еще, пока содранные костяшки не окрасились кровью. Боль немного привела Дубина в чувство. Потянув руку к губам, он лизнул ссадину, ощущая как зудит кожа от заживляющих ее наноботов.       Что ж, в сухом остатке оставалось следующее: он, Дима Дубин, некогда показательный полицейский, теперь преступник, скрывающийся от закона и намеревающийся, возможно, совершить следующее преступление; его напарник и лучший друг остался на другой планете, парализованный нейровирусом, и все это только потому, что Дима какого-то черта поверил Хольту.       Все это было ошибкой. Одной огромной чудовищной ошибкой, которая почему-то приключилась в Диминой жизни.       Выбравшись из душевой, он обнаружил пустой номер. Ван дер Хольт ушел.

***

      — Август, послушайте, мне очень жаль…       Дима проснулся с чистой головой и саднящим чувством вины за совершенно неоправданную сцену, что он вчера устроил. Август, который как ни в чем ни бывало сидел в кресле, по привычке поджав под себя ноги, великодушно отмахнулся:       — Все в порядке. У вас было небольшое отравление веществами, что распыляли в клубе, это вполне нормальная реакция.       — Отравление?       — Какой-то психотроп, в классификации я не уверен до конца, но скорее всего производный от адреналина. Хотя, стоит признать, — добавил Август с невеселой усмешкой, — я могу быть достаточно неприятным спутником. Может ли человек отвыкнуть быть человеком?       — Я не понимаю, — покачал головой Дима.       — Долгое время я не покидал своей резиденции, — пояснил Хольт. — Видимо, чересчур долгое. Так что, если вам вдруг покажется, что я веду себя… как вы там говорили… бездушный и высокомерный скот, то, возможно, вы окажетесь не так далеки от истины.       — Мне не стоило этого говорить, — вздохнул Дима. — Вы ни в чем не виноваты. Но так много всего сломалось, и я совершенно не знаю, что делать. А срываюсь на вас.       — Доверьтесь мне, Дима, — серьезно попросил Хольт, подавшись вперед. — Я смогу все исправить, как только мы доберемся до нужного места. Вы получите обратно свою репутацию, может быть даже какую-нибудь награду от имени корпорации. Не уверен, что у нас есть подходящие, но зарегистрировать новую — дело пяти минут.       — Не нужна мне никакая награда.       — Не скромничайте, вам не идет.       Дима приподнял бровь:       — А вам не идет быть бездушным скотом.       Август расхохотался.       — Один-один. Что ж, раз настроение у вас улучшилось, давайте обсудим план.       — А у вас уже есть план? — удивился Дубин.       — Нужно же было чем-то заняться ночью. Кстати, я купил завтрак… нет, наверное это будет слишком сильно сказано. Я купил питательную пасту, потому что не смог найти нормальной еды, но, если честно, готовить здесь все равно негде.       — Какой нормальной еды? — удивился Дима, обернувшись.       — Ну знаете, — Хольт пожал плечами, — бекон, яйца… хлеб?       — Вы пробовали бекон? — вытаращился Дима, так и замерев посреди комнаты с рубашкой в руках. — Прямо настоящий бекон? Из мяса?       — Ну да, — Август явно был сбит с толку этим разговором. — Я не большой фанат мясных продуктов, и выращено оно, разумеется, искусственным путем, но да… а что?       — Вы хоть представляете, насколько это дорого?       — Нет? — ван дер Хольт растеряно пожал плечами. — Это ведь просто еда.       Дима все же застегнул рубаху и покачал головой:       — Август, просто еда — это питательная паста. Дешево, калорийно, является источником требуемых витаминов и микронутриентов. А мясо… мясо — это не просто еда.       Ван дер Хольт с усталым видом потер глаза:       — Напомните мне покормить вас нормальным завтраком, когда мы доберемся до… — он, кажется, почти проговорился, куда они направляются, но вовремя прикусил язык, — до нашей цели.       — Итак, вы хотели поговорить о плане, — напомнил Дима, забрав со стола пакет с пастой и зубами надорвав пачку. Второй пакет он отдал Августу, тот с благодарностью кивнул.       — В целом, это очень стройный план, — признался Хольт. — Нужный нам человек — Альберт Бехтиев. Торговец антиквариатом, дорогими машинами, в общем, если вам нужно что-то роскошное и бесполезное, то он — человек, что вам нужен.       — Как вы думаете, что такого особенного в этой машине?       — Кирилл ведь сказал, — Август осторожно открыл свой пакет с завтраком, но действовал совершенно на автомате, погрузившись в свои мысли. — Ему нужна гарантия.       — Что это?       — Не имею ни малейшего представления.       Он откусил кусочек пасты, прожевал и закашлялся.       — Что это за дрянь? — на холеном лице ван дер Хольта проступило вдруг очень человеческое и совершенно несчастное выражение. — Как это можно есть?!       Дима пожал плечами. Паста, как ей и полагалось, была без вкуса и запаха, напоминала по консистенции густой гель и легко проглатывалась. Обычная еда. Но Хольт медленно отложил пакет, словно бы опасаясь, что тот может взорваться прямо в его руках.       — Август, вам надо поесть, — забеспокоился Дима.       — Ничего страшного, — кривовато улыбнулся тот. — Я могу обходиться без еды достаточно долго. Только не заставляйте меня смотреть, как вы это едите, меня от одного вида начинает подташнивать.

***

      К удивлению Димы первым делом они направились в сияющий огнями и рекламой торговый центр, занимающий три квартала Нижнего города.       — В такой одежде с вами не то, что разговаривать не станут, — ответил Хольт на незаданый вопрос, — вас и к дверям не подпустят.       — Нормальная у меня одежда, — обиделся Дима.       — Нормальная, — покладисто не стал спорить Август. — Но нам нужна очень дорогая.       Оказавшись внутри, Дубин с удивлением принялся крутить головой. Разумеется, в Петербурге тоже были огромные торговые центры, набитые бесконечными рядами магазинов, кафешек, виртуального кино и аттракционов. Они были шумными и переполненными, люди с детьми ходили туда погулять чаще, чем действительно что-то купить.       Здесь же все было иначе. Освещенные золотым светом аллеи были пусты. Музыка играла негромко, где-то на краю сознания, пахло дорогой кожей, цветами и предгрозовым воздухом.       Запрокинув голову Дима любовался солнечными лучами, красиво преломлявшимися мозаичной крышей где-то бесконечно наверху. Август терпеливо ждал.       — И что дальше? — спросил, наконец, Дима, раскаявшись в своем провинциальном любопытстве.       — Дальше мы будем искать.       — А что искать? — легкомысленно отмахнулся Дубин. — Вон, магазин с костюмами.       — Дима, — в голосе Хольта проскользнуло неясное неодобрение, — покупать новые вещи надо уметь. Дело ведь не просто в приобретении чего-то нового.       — Нет? — рассеянно переспросил Дима.       — Торговые центры давно перестали бы существовать, если бы речь шла о том, чтобы просто заполучить новую вещь. Суть — в поиске. Это основа нашей натуры, то, что осталось, несмотря на все модификаторы, нейрохимию и достижения науки. Наши древние предки бродили в поисках еды, современный человек бродит по магазинам.       — Если у него есть на это время и деньги, — скептично подал голос Дубин.       Август качнул головой:       — Справедливо.       Дима попытался. Честно попытался почувствовать то, о чем говорил Хольт, хотя атмосфера дорогой роскоши давила на него со всех сторон. Дима чувствовал себя уличным побирушкой, обманщиком, пробравшимся в богатый дом, но присутствие Августа рядом — вот уж кто чувствовал себя в своей тарелке — придавало его шагу некоторую уверенность. Он следил за Хольтом краем глаза и старался понять, в чем именно ощущается его уверенность: в повороте головы, в равнодушном взгляде, в ровной линии плеч?       Наконец, один из бесконечных магазинов чем-то привлек внимание Августа.       — Полный комплект, — скомандовал ван дер Хольт консультантам, оказавшимся живыми людьми — еще один признак богатства. — От нижнего белья до верхней одежды. Сначала моему компаньону, потом мне.       Следующие несколько часов слились для Димы в мутный лихорадочный сон. Сначала примерки были виртуальные, потом Хольт едва ли не силой затолкал его в примерочную. Что-то постоянно было не так: то реальный цвет отличался от голограммы, то сидело косо, то виднелась кобура, то морщил пиджак — миллион и одна причина, по которой приходилось перемеривать, перемеривать, перемеривать, пока, наконец, не раздалось:       — Magnifique!       Дима с недоверием уставился в зеркало, а на него оттуда потрясенно пялился незнакомец. Костюм подчеркивал и ширину плеч, и прямую линию спины, и узкие бедра, и даже каким-то невероятным образом оттенял цвет глаз.       — Вот теперь, Дима, вы выглядите, как полагается.       Сам Хольт справился с подбором костюма намного быстрее: не прошло и пятнадцати минут, как он стал похож на самого себя. Того самого, что рассказывал в отделении заготовленную чушь про достойных защитников планеты.       Приложив большой палец к терминалу, Август расплатился.       — А вы и правда заплатили? — почему-то стало интересно Диме. — Или опять свои шуточки в системой проводите?       Хольт обиженно вытаращился:       — Конечно, заплатил. Я не какой-то вор.       — Вы угнали космический корабль, — скептично напомнил Дима.       — Это была вынужденная мера и я надеюсь его вернуть.       Дима рассеянно поправил лацкан пиджака. Теперь можно было отправляться и за машиной.