Inside the waves

Пять лет Честер Беннингтон был вынужден, провести совсем один, приходя в себя после неудачной попытки суицида в две тысячи семнадцатом году. С того момента Беннингтон почти не выступал, не появлялся ни на сцене, ни публично. Певец приводил в порядок свое моральное состояние, когда его с чудом смогли спасти в тот день, Честер понял одно, он больше не вывозит своей прежней жизни и будет лучшим решением, на какое-то время взять паузу в творчестве, сойти со сцены. Группа кое-как объяснила фанатам, почему концерты отменяются, а сами Linkin Park приостанавливают свою деятельность. Все это взял на себя Майк Шинода, как второй лидер группы и по совместительству муж Честера. Ему пришлось, объяснять всем, из-за чего приняли данное решение, пояснить всем слушателям, далось не так уж просто. Кто-то отнесся с пониманием, сдал билеты без лишнего скандала, а другие теперь относились к Честеру, как к суициднику, что еще больше убедило Беннингтона, на какой-то промежуток уйти со сцены, отказаться от публичности, а хотел Чезз просто пожить для себя, расставить все на места, прийти в норму, наконец научиться, жить без боли. Майк же в свою очередь старался, поддерживать супруга, первые месяцы вместе с Честером ходил к психологу, держал его за руку, оказывая моральную помощь и просто помогал Честеру своим присутствием рядом. Долго Чезз находился, где-то глубоко в себе, прокручивал мысленно тот день, когда ему по факту подарили вторую жизнь, вытащив в последний момент из самодельной петли. Осознание пришло к Беннингтону довольно поздно, до какого состояния его довела депрессия, от чего сам ужаснулся, когда понял весь масштаб катастрофы. Майк же уходить со сцены, не собирался. Рэпер возобновил сольную карьеру, выпустил несколько собственных альбомов, откатал большой мировой тур, а Честеру оставалось, лишь радоваться за успехи любимого мужа. По сцене Беннингтон не сильно тосковал. Он наслаждался тем, что больше ему не нужно тащить на себе почти все, поддерживать собой за имидж группы, отвечать на бесконечнные и однообразные вопросы вездесущих журналистов, нестись куда-то постоянно. По началу Честеру далось, трудно привыкать, ему больше не надо бежать на очередной концерт или запись песен, альбомов, все оставалось позади. Нужно было, привыкать к новой, спокойной жизни, где нет больше ни публичности, ни той шумихи вокруг своей персоны. Честер много проводил времени со своими детьми от разных браков, приезжал к Таллинде и к своим дочкам с сыном, чтобы поиграть вместе, побыть не много у детей в гостях. Не забывал Беннингтон и про своего старшего сына Тайлера, тот давно подрос, однако всё-равно нуждался в общении с отцом. Подросток приезжал к Честеру в гости на выходные, Саманта на этот счет не возражала, всё-таки компания сына помогала Беннингтону, не уходить снова в себя, Честера пугало одиночество, он боялся, что вновл сорвется, повторит собственную ошибку, а от того много времени проводил обязательно в компании. Честер сначала не понимал, как ему уживаться с самим собой, ведь если он позволит, брать темной стороне над эмоциями верх, тогда точно ничего его не остановит и опять наломает дров. Солист полностью отказался от какого-либо алкоголя, ни капля спиртного не попала в его организм с того случая. Здоровый образ Беннингтон старался, сделать привычным, вводил его в рутину будней и теперь ни одно утро не обходилось без пробежки, занятия на площадке во дворе их дома, а так же Чезз много купался в море, он пришел к выводу, вода помогала ему, успокоиться и на время давящие мысли отходили в сторону. Поэтому певец всегда ежедневно начинал свое утро с купания в теплой воде, благо жили они с Майком на первой линии, можно было, легко дойти до пляжа, спокойно поплавать. Так Чезз постепенно начинал, приходить в норму. Двигался к нужному результату по маленьким шажочкам, по началу для Честера было успехом, когда научился, засыпать и спать всю ночь без кошмаров. Потом этим прорывом для него стало то, что больше месяца к Честеру не подбирались тревога, ни тревога, ни панические атаки, Честер научился, свободно без страха жить, дышать. Мысли со временем оставляли Беннингтона в покое. Он мог спокойно заниматься своими делами, ничто не отвлекало, не заставляло, уходить глубоко в себя. Наконец получалось, завершать одно дело, не забрасывая его, параллельно бывало Честер начинал, заниматься совсем другим и забывал о том, что делал до этого, от такой проблемы у Чезза накапливалась к концу месяца целая куча незаконченных работ. Теперь же, когда внутри образовался долгожданный покой, ничего больше не мешало обычной жизни, Честер научился, жить и радоваться этой жизни. Чаще певец начинал, искренне улыбаться, больше тянулся к людям, как обычно не засиживался дома, утопая в своей боли. Так у Честера вышло, соскочить с антидепрессантов, полностью отказаться от любых успокоительных. Для солиста это означало настоящую победу над самим собой, он сумел, спустя столько лет боли, страданий, спасти себя от расползающейся в душе тьмы, вовремя выдернул собственное сознание из этого убивающего состояния. Майк искренне радовался за любимого. Он со стороны видел, какие потрясающие перемены происходили год за годом в Беннингтоне, ему действительно удалось, излечиться от той безысходности и разрушающей изнутри боли. У Честера началась новая жизнь. И вот в один из дней, когда Майк собирался, идти на студию, к нему почти у порога подбежал Чезз. На лице мужчины играла легкая улыбка без напряга, как раньше, от неё Шинода сам невольно начинал, улыбаться и светиться. Взяв мужа за плечи, МС внимательно посмотрел на Беннингтона и спросил перед уходом: — Чезз, ты как сегодня? Какие планы? Я постараюсь, вернуться по раньше, обещаю. У нас не так много работы. — Все хорошо, тебе не о чем переживать. Майки, я тут подумал, ну что я буду, дома сидеть? Мне надоело, тут торчать и тоскаться по району… — Не вопрос если хочешь, мы с тобой можем, поехать потом в центр города. Мы давно туда не выбирались, времени не было или давай, в ЛА поедем на выходные. Что скажешь, Чезз? — Ну, Майк! Ты не понимаешь о чем я. Я хочу, поехать с тобой на студию, мне ужасно не хватало последнее время нашей группы и музыки. Я давно готов. Я думаю над тем, чтобы на сцену вернуться. Представляешь, какой сюрприз будет парням и фанатам! — довольно говорит Беннингтон, чем не на шутку ошарашил Майка, от чего он едва не выронил из рук свой чехол с гитарой. — Ты в самом деле не шутишь? Эм…Чезз, это безусловно круто если ты правда готов и чувствуешь, что уже можешь выступать. Только может, нужно еще не много подождать? Давай, хотя бы до конца года посмотрим, как ты себя чувствовать будешь. Я ведь волнуюсь, — последнее рэпер не много промямлил, а карий взгляд забегал из стороны в сторону, чем смутил солиста. — Майк, все в порядке? Ты будто нервничаешь. Нет, я полностью уверен, я готов полноценно вернуться к выступлениям, мне не терпится, вновь записывать песни, давать концерты. Пожалуйста, Майки…я очень этого хочу и по ребятам соскучился сильно, — начал, умолять и давить на жалость Чезз. Над ответом Шинода думал долго. А дело в том, что почти сразу спустя год, они с группой начали искать новую солистку на место ушедшего Честера. Об этом разумеется, никто ничего не сказал Честеру и он оставался в неведении. Для Беннингтона всем остальным участникам пришлось, подыгрывать Шиноде, строить для Чезза лживую картину, будто бы все это время они не репетировали с новой девушкой на его месте, а группа в самом деле поставила на паузу деятельность. Честер верил всему, о чем ему рассказыаал Шинода. Уж никак солист не мог подумать, чем промышлял не только его супруг, но еще те люди, кого Чезз считал лучшими друзьями, близкими людьми. Почти все пять лет в группе шли тайные репетиции, на место Беннингтона пришла совершенно новая вокалистка, блондинка среднего роста по имени Эмили Армстронг. До условного распада группы она выступала в своем коллективе под названием Dead Sarah, Шиноду с ней познакомили его друзья из Fort Mirror. Стоило рэперу услышать голос Эмили, у него отпали сомнения и вопросы, кого ж ебрать на место, где раньше выступал муж. Как только Майк впервые увидел Эмили, услышал вокал девушки, с первого взгляда он влюбился в необычную блондинку. О своих чувствах рэпер признался Армстронг не сразу. Долгое время оба действительно просто работали, занимались записью нового альбома, Майк всячески помогал новенькой солистке, обжиться в их коллективе, сдружиться с остальными, это получалось. Довольно скоро другие участники быстро приняли Эмили, она стала для них своей, а от того работа над альбомом пошла на много быстрее, когда в группе появилась какая-то дружеская атмосфера, все за двигалось слаженно. Не прошло года совместной работы, которая переросла в дружбу, Шинода признался Армстронг в чувствах. Тогда блондинка долго сомневалась, нужно ли отвечать взаимностью, ведь у Майка есть живой муж Честер, она не хотела, становиться ни любовницей, ни разлучницей, как бы не испытывала ответные чувства к полу-японцу. Только взаимная влюбленность заставила Эмили, дать Майку согласие, начать тайные отношения. Фанаты разумеется, не знали ни про Эмили, ни про новый роман Майка. Все были уверены в его искренней любви до гроба к Беннингтону. Да, их брак давно стал натянутым, последнее время солист вовсе появлялся с синяками под глазами, сломанным носом или разбитой губой, а на шее иногда можно было, увидеть у Честера следы удушья. Конечно, никто не подозревал, какой кошмар происходил дома у пары, ведь Чезз никогда не выносил сора из избы. Он показывал картинку счастливой семьи, где царят любовь, взаимо уважение, понимание, тепло. На деле же все обстояло гораздо хуже. У Майка будто срывало крышу раз за разом, то наступала буря, от которой страдал в основном Честер, если попадал под горячую руку мужа, то наступало затишье. В такие периоды Майк больше всего нравился Беннингтону, к нему вновь возращался тот Шинода, которого полюбил много лет назад, за которого вышел замуж, чью фамилию взял. Подсознательно солист заранее понимал, такое отношение к нему продлится не долго, вся нежность Шиноды закончится, как только наступит тот жуткий период. Сколько бы Беннингтон не старался, заранее у него никогда не выходило, предугадать, в какой момент ему нужно быть готовым, защищать себя и готовиться к новым побоям, ранам на лице, вновь бояться Майка, его гнева. В полицию солист разумеется, не шел, он слепо надеялся, у мужа этот непростой период скоро закончится, нужно просто не много потерпеть, принять все, будто так и должно быть. Честер не хотел, писать заявление, ибо считал, тем самым еще больше усугбит их отношения. И от этого терпел над собой всё, что позволял Майк, стоило ему, поднять руку на мужа. о романе МС разумеется, Честеру не было известно. В последнее время Шинода стал крайне скрытым, ничем не делился с Честером, можно сказать, из него не выудишь хоть слово даже пассатижами. Честер, сидя дома, толком не догадывался о той второй жизни, какую вел любимый Майк у него за спиной. Стоило певцу, запроситься на студию, Шинода запереживал. Ведь туда придет Эмили, он толком не успеет, её предупредить и тогда вся лживая картинка счастья посыпется, разбившись на миллионы фальшивых осколков. Терять Честера, в планы Шиноды не входило, от того он вынуждал себя, срываться на муже, запугивая его, врать Честеру, что все в порядке, а группа вместе давно не выступает. Сглотнув, рэпер почесал затылок, только потом смог кое-как ответить: — Не волнуйся все хорошо. Я не много удивился, я думал, тебе еще хотелось бы, побыть там наедине с собой, все дела. Я же только лучшего хочу тебе. Ну раз тебе хочется, вдвоем поедем, я же ничего от тебя там не прячу. Вспомнишь былые времена, я ребятам позвоню, он придут. Даже прибегут ради такого случая, — нервно ухмыльнулся Майк, про себя он понимал, в какую задницу влип по своей же дурости и что делать с Эмили дальше, Шинода не понимал. Ему пришлось, в ответ обнять довольного Беннингтона, пока внутри у Майка все рвалось, кричало, ведь если Честер приедет с ним на студию, возникнет много неудобных вопросов, а то, что он строил годами у мужа за спиной, в один миг порушится. — Спасибо тебе, Майки! Ты лучший. Я побегу, одеваться, подожди чуть-чуть, я постараюсь не долго! — воскликнул Чезз. Чмокнув Майка в щеку, он побежал на второй этаж их дома, оставляя мужа наедине со своими переживаниями. Воспользовавшись этим моментом, МС вышел за дверь под предлогом, что пока заведет машину. Сам же стоило, оказаться на улице, включил телефон, дрожащими руками кое-как Майк нашел среди прочих контактов нужный номер и принялся, отчаянно пытаться, дозвониться до Эмили. Нужно было, предупредить её, иначе обоим тогда придется не сладко, если Честер узнает горькую, неудобную правду о второй жизни Майка Шиноды.