we're all strangers

x

Что это за работа?

Его сердце предательски сбивается с ритма от ответа старшего, и Мин не может даже притвориться, что ослышался. Слова Джеймса слишком четко прозвучали в его ушах, словно приговор для его отчаянного положения. Похищение. Мин знал, что Джеймс много зарабатывает на стороне, потому что его старший никогда ни в чем не нуждался в отличие от него, хотя и получал почти те же гроши на съемочной площадке, что и он сам. Их работа не была особо прибыльной, Мину хватало лишь закрывать базовые потребности двух молодых парней, живущих без излишеств, в то время как Джеймс время от времени мог позволить себе дорогие покупки вроде нового телефона или сверкающих на солнце часов. Но Мин никогда не задавал вопросов. В этот момент он очень сильно пожалел, что в конце концов спросил. Похитить человека. Теоретически он знает какого это, они всегда репетировали сцены с профессиональными постановщиками и другими каскадёрами. Он знал какие действия нужно выполнить, чтобы держать ситуацию под контролем, знал минимум оборудования, что может потребоваться для предполагаемого похищения человека. Эти вещи всегда лежали в огромном ящике за пределами камер, когда не нужны были в кадре, а Мин часто сидел рядом, иногда обращая внимание на сброшенный в кучу реквизит. Проблема была в том, что всё это было сценарием. Постановкой. Жертва знала, что её украдут. Похитители знали, что у них всё получится. Это нужно было для сюжета, для того, чтобы история двигалась вперёд. В конце всегда звучало громкое «снято!». Мог ли Мин кого-то похитить? Как часто Джеймс занимался подобным? Кого они должны похитить? Мин чувствует, как ему становится дурно, но лицо старшего было таким уверенным и расслабленным, будто для него всё было в порядке вещей. Мин сглатывает и спрашивает: — Похитить кого? Он наблюдает, как Джеймс достает свой смартфон и что-то ищет в нём с абсолютно равнодушным выражением, а затем протягивает телефон Мину, в голове которого проносятся миллион разных мыслей за секунду. Джеймс не стал бы рисковать своей жизнью просто так, и раз им так хорошо платили, то... Мог ли это быть член местной банды? Бывший преступник? А может кто-то, избежавший наказания за преступление? У Мина совершенно не было связей в криминальном мире, не было даже желания их иметь, лишь внезапное ухудшение состояния младшего брата вынудило его обратиться к местному ростовщику, но на этом все его познания о не совсем легальном мире заканчивались. Его скудная фантазия ограничивалась лишь репортажами новостей с местных телеканалов, где вещали о сбежавших преступниках или наркоторговле среди подростков. А может это был точно такой же должник, как и он, прятавшийся от кредитора? Мин забирает телефон, поворачивая экран к себе, и чуть не роняет чужой гаджет в ту же секунду, потому что всё оказывается совсем не так, всё в тысячу раз хуже. С яркого дисплея на него смотрит улыбающееся лицо знакомого мальчишки. Мину кажется, будто его сердце останавливается.

x

Его зовут Кью.

Джеймс что-то рассказывает, возясь с машиной. Вроде бы что-то о том, как парнишка обычно гуляет в одиночку, поэтому это облегчит им задачу, Мин не особо вслушивается. Он смотрит на улыбающееся лицо. Без тени сомнения это был тот самый мальчишка, фурией вцепившийся в его рубашку и нагло порвавший её прямо посреди торгового центра. Мин не смог бы забыть его лицо, но вовсе не из-за их внезапной стычки. Просто, он должен был признаться в этом хотя бы самому себе, вряд ли кто-то вообще мог бы забыть эти острые черты и бездонные глаза, преисполненные гневом и каким-то отчаянием. Только, в отличие от грубых фраз и провоцирующих ударов в жизни, человек на фотографии был совершенно другим. Его губы тоже кривились, но в счастливой улыбке, а не в презрении, отчего его лицо – ради всего святого, казалось парень был едва ли возраста Мэна – полностью преобразилось и искрилось теплом и счастьем, а глаза парня, чуть прищуренные в два маленьких полумесяца, дружелюбно смотрели в ответ. Это был молодой парень, живущий полной жизнью и наслаждающийся своей молодостью. Зачем вообще нужно его похищать? — Почему ты постоянно смотришь на фото? — спрашивает Джеймс, когда Мин вздрагивает и откликается на его зов. Мин не может ответить на этот вопрос. Этому парнишке, Кью, на вид было от силы двадцать с небольшим, если не меньше. Он не выглядел членом банды или бывшим преступником, был слишком молод, чтобы натворить что-то серьёзное, отчего мог бы прятаться. Он явно не был должником, всё на фотографии и в рассказах Джеймса говорило о том, что парень выходил из богатой семьи. Ни один из вариантов, придуманных Мином, не подходил, чтобы оправдать... оправдать... Мину пришлось встряхнуться, чтобы признать правду. Он не видел ничего, чтобы оправдать похищение этого человека с фотографии. — Пи’Джеймс. Что Кью сделал, чтобы оставить кого-то недовольным? Почему он должен быть похищен? — наконец задает он волнующие его вопросы, всю прошедшую ночь крутившиеся в его голове. Джеймс отрывается от машины, встаёт и неопределенно пожимает плечами, смотря куда-то вдаль. Кажется, будто его не волнует этот вопрос, как не волнуют и последствия того, что они собираются совершить. Останется этот парнишка жить или будет избит до смерти? Джеймса это не волновало. — Не знаю. Но это постоянно происходит с богатыми – они вечно вмешиваются в дела других. Но не волнуйся. Как только работа будет окончена, мы исчезнем из их жизни. Мин не понимает и вновь смотрит на фото, приблизив лицо парня. Вмешался ли этот парень в чью-то жизнь? Совершил ли он что-то плохое? Мин хмурится, пытаясь отогнать лишние мысли. Фотографии могут лгать. Фотографии на стенах его дома показывают счастливую семью, которой больше нет. Фотография на тумбочке в его комнате показывает лицо старшеклассника с надеждами и планами на будущее. Это тоже было ложью. Как и фотография этого паренька. Мин вспоминает взгляд, преисполненный гневом и чем-то необъяснимым, что заставило его моментально защищаться от чужих нападок. Этот молодой человек, реальный и живой, не был похож на парня с фотографии. Так что он вполне мог быть тем ещё богатым подонком, смотрящим на людей свысока и самоутверждающимся за счет рабочего класса. Может по вечерам он насмехался над официантами в баре или распространял наркоту в клубах, Мин видел таких высокомерных звёзд слишком часто на работе. Они не заслуживали жалости, поэтому Джеймс был прав, это было не их делом. Нужно просто сделать свою работу и исчезнуть из их жизни.

х

Мин, здесь есть кое-что странное.

Кью был, мягко говоря, странным. Совсем не похожим на то, чего Мин ожидал. Они следят за ним с раннего обеда, когда спорткар богатенького мальчика останавливается на парковке торгового центра. Мин и Джеймс следуют за Кью на расстоянии, и Мин почти ожидает, что они отправятся на один из верхних этажей, где находились магазины люксовой одежды, но парень их удивляет. Кью бесцельно ходит по холлу, рассматривая витрины магазинов, будто видит их впервые, хотя Мин помнит слова Джеймса – Кью был частым посетителем торгового центра. Это нормально, сказал старший на парковке, в последний раз проверяя шины грузовика. Этот парень всегда гуляет в одиночку. Он останавливается один раз у стенда с мороженым и покупает себе рожок, после чего вновь продолжает свое странное одиночное шествие, переместившись на второй этаж. Шаги Кью замедляются, когда он проходит мимо фудкорта, переполненного людьми. Джеймс останавливается за углом, чтобы не попасться и поворачивается к Мину, чуть приподняв брови, будто ведет с ним какой-то диалог, пока Мин продолжает наблюдать за спиной Кью. Тот останавливается ненадолго в нерешительности, медленно обводя взглядом несколько кофеен, пока не выбирает наименее людную, устраиваясь за одним из столиков. Мин бьет Джеймса в плечо, привлекая внимание, и направляется в сторону кофейни, устраиваясь за столиком поодаль. Мин ждёт. Чего-то необычного, чего-то вызывающего в поведении. Что-то, что покажет кто есть этот парень, что-то, напоминающее ту фурию из торгового центра, которую не устроили простые извинения, но обрадовала его испорченная рубашка. Этот Кью должен показать настоящего себя снова, ведь не зря он был целью похищения – парень явно умел доставлять проблемы людям вокруг. Кью очаровательно улыбается официанту и кивает с благодарностью, когда ему приносят чашку кофе. Кью замирает на несколько секунд с вытянутой шеей, смотря куда-то вверх и будто прислушиваясь к чему-то. Он нежно улыбается, снимая очки, и просто уставившись в пустоту прямо перед собой, будто он... слушает музыку, играющую в кофейне. Кью чуть покачивает головой в такт приятной, ненавязчивой мелодии, играющей из динамиков кофейни и на его лице расцветает улыбка. Мин засматривается. Небольшая улыбка на чужих губах была почти такой же, как на фото, сохранённом в телефоне Джеймса. Едва заметная, словно её могли украсть, но довольная, будто Кью услышал нечто хорошее, отчего ему стало намного лучше. Он всматривается в чужой профиль, будто разгадывает какую-то сложную головоломку и не может найти и следа от той взбешенной фурии. Мин не понимает. Кью снова бредёт по торговому центру, но на этот раз у него будто была цель. Мин видит, как его глаза бегают от одной вывески к другой, будто он что-то ищет, пока наконец не останавливается перед нужным магазином с улыбкой и не заходит внутрь. Мин с Джеймсом переглядываются и кивает друг другу. Джеймс что-то бормочет, но Мин уже не обращает внимание, направляясь к магазину, чтобы не потерять цель. Это музыкальный магазин, понимает он, оказываясь среди рядов гитар, висящих на стенах, барабанных установок, мешающихся на пути с самого выхода и синтезаторов по периметру. Его глаза бегают по обилию инструментов, пока не натыкаются на светлую макушку в противоположном конце магазина, и Мин спешит скрыться за ближайшим стендом гитар, чтобы его не заметили. Мин пробегается глазами по гитарам, будто действительно что-то в них понимает, и сразу же обращает взгляд на свою цель, словно тот мог магическим образом пропасть из-под его носа. Он заинтересованно останавливается, не в силах перестать смотреть на Кью, взявшего одну из акустических гитар со стены магазина. Парень перед Мином осматривает гитару с разных сторон, будто это действительно важно, а затем с довольным видом присаживается на небольшой диванчик рядом, устраивая гитару на своих коленях. Мин чуть хмурится, склонив голову на бок и скрестив руки на груди. Тот собирался?.. Кью уверенно перебирает струны, будто привыкая к новому инструменту. Возможно проверяя настроен ли тот? Мин не может быть уверен, он держал гитару в руках едва ли пару раз за всю жизнь. Кью же, думает Мин, наоборот слишком хорошо знаком с инструментом, он играет несколько аккордов, и звуки гитары доносятся и до Мина. Мягкая мелодия обволакивает его, теплая, очень похожа на ту, что он слышал в кофейне, но на этот раз ее играет Кью. Играет и довольно кивает, будто бы одобряя то, что слышит. Его пальцы скользят по струнам, меняя своё положение, и он едва качается под собственный ритм, расплываясь в улыбке. Мину кажется, будто все его внутренности горят. Это был мальчик с фотографии. Здесь, в этом музыкальном магазине он будто наконец чувствовал себя в безопасности, достаточно, чтобы расслабиться и широко улыбнуться. День наблюдения за ним показал Мину каким тот был одиноким, как бесцельно проходили его дни. Он не оставлял миллионы в брендовых магазинах, не проводил время в шумных компаниях друзей, никому не грубил, да даже ни с кем особо не разговаривал. В какие-то моменты он просто бессмысленно смотрел в пустоту, будто исчезал из реальности и уходил куда-то в свой собственный мир, сам себе на уме. В какой-то момент Мин отчасти увидел в нём себя. Только в отличие от Кью, у Мина был Мэн, его младший брат, его семья, о которой он должен был заботиться вместо почивших родителей. Долгая и счастливая жизнь Мэна была его целью, раз собственная жизнь оказалась загублена несбывшимися надеждами, долгами и переработкой. Жизнь Кью же... Казалось просто пустой. Возможно первое впечатление Мина было полностью ошибочным, и Кью вовсе не был фурией, как и не был богатым подонком, коим Мин пытался выставить того в своих мыслях. Возможно в тот день, когда они столкнулись, им обоим просто не повезло. У него тоже бывают плохие дни, в которые он может нагрубить окружающим, даже Мэну, и затем чувствовать себя виноватыми, а в тот раз, Мин готов был признать, это была отчасти его вина в порче дорогой вещи, несмотря на то, что он отрицал это вслух. Кью широко улыбается, когда мелодия, выходящая из-под его рук меняет своё направление, и Мин засматривается. Свет гирлянд, украшающих витрину магазина, оставлял глубокие тени на красивом лице и отражался звёздами в линзах его очков. Длинная челка спадала на глаза, а аккуратные брови чуть морщились от удовольствия, когда Кью сыграл несколько сложных аккордов. Неоправданно розовые губы растянулись, обнажая ряд белоснежных зубов, и Мин находит это невероятно умиротворяющим зрелищем, несправедливо успокаивающим и привлекательным. Он покидает магазин, оставаясь незамеченным, и идёт по холлу торгового центра в поисках Джеймса, чувствуя, как собственное сердце стучит где-то в горле. Он должен сказать Джеймсу, что не может сделать этого. Это было ошибкой – узнавать о цели до самого похищения. Теперь это не был какой-то вымышленный образ в его голове, плоская фотография на дисплее чужого телефона, ничего не значащие слова в чужих устах, это был настоящий человек. Живой человек, из плоти и крови, со своей историей, семьей, жизнью. Этот привлекательный парень с грустными глазами, бесцельно проводивший сегодняшний день в торговом центре один, без друзей. До смешного нелепый в своем одиночестве и радующийся от того, что играет незамысловатую мелодию на гитаре. Он напоминал Мину Мэна, который всю жизнь, сначала с их родителями, а затем и с ним, поднимал вопрос того насколько ему одиноко постоянно сидеть дома, пока их соседка Каномджин не вызвалась помогать ему в учебе. Кому вообще мог перейти дорогу этот Кью? — Пи’Джеймс, — начинает Мин, с каким-то странным отчаянием сжимая рожок мороженого, и смотрит на своего старшего, — Я не хочу больше это продолжать.

х

Постарайся, чтобы тебя никто не увидел.

Кью ещё более одинокий и несчастный, задумчиво размышляет Мин, наблюдая, как тот в одиночестве глотает алкоголь в одном из баров рядом с торговым центром. На его красивом лице больше нет очаровательной улыбки, как в музыкальном магазине, уголки его рта вновь грустно опущены, прямо как в их первую встречу, а взгляд смотрит в никуда. Он пошатывается от выпитого алкоголя, даже сидя на стуле и облокотившись на стойку. На самом деле Кью был идеальной жертвой похищения. Почему-то это не может Мина не волновать. Кью часто так напивается? Как он добирается домой? Он ведь не сядет за руль в таком состоянии? А что если таксист обворует его, завезёт в отдалённый район и бросит там? Неужели этот парень совершенно не думает о собственной безопасности, разгуливая с кошельком, полным денег, пьяный до беспамятства? Мину приходится отдернуть себя. Он буквально собирался похитить Кью, он не должен был так волноваться за незнакомца. Будто в ответ на беспокойство Мина, Кью решает, что закончил свои посиделки и выходит на улицу, оглядываясь по сторонам, глубоко вдыхая холодный ночной воздух, и плетётся куда-то вперёд, шатаясь из стороны в сторону. У Мина волосы дыбом встают от мысли, что в таком состоянии он легко может выйти на проезжую часть в паре шагов от них и попасть под машину. — Я последую за ним, — напряженно выдает он, совершенно не задумываясь о последствиях, и вылезает из минивэна, направляясь вслед за пьяницей. Джеймс зовёт его, шипит что-то о собственной безопасности, но Мин уже слишком далеко. Он подходит ближе и прячется за кустами, высаженными вдоль аллеи, высматривая парня. Мин замирает, увидев, как тот стоит и с каким-то странно возмущенным лицом смотрит на маленького мальчика перед собой. В руках ребенка Мин видит корзину с цветами для продажи парочкам, которых легко можно выловить среди посетителей бара, а чуть поодаль сидит взрослый мужчина с ещё одной корзиной. Кью присаживается перед ребёнком, устало склонив голову на бок, но злое выражение не покидает его острые черты лица. — Твой отец заставил тебя их продавать? Почему он позволил тебе делать это? — слышит Мин уже знакомый голос, уставший и невнятный, но всё ещё полный негодования. — Почему он совсем не обращает на тебя внимания? Где он? Мин хмурится. Это была странная пьяная речь. О чем вообще говорил этот парень? Поведение Кью не имело никакого смысла, решает Мин, наблюдая, как его цель достает кошелёк и отдает мальчишке деньги, явно больше, чем стоят все эти полуживые розы. Бесполезная трата денег для богача, но сегодняшний день научил Мина тому, что Кью не был обычным богатым ребёнком, каким он посчитал его в первую встречу. Возможно где-то Мин мог ошибиться. — Вы собираетесь отдать эти цветы посетителям в баре, чтобы завести друзей? — с интересом спрашивает мальчик, переводя восторженный взгляд с купюр в своих руках на лицо Кью перед собой, и кажется этот вариант, предложенный мальчишкой, полностью устраивает последнего, потому что он тут же резко разворачивается, отчего шатается еще сильнее и почти падает, и Мин едва удерживает себя на месте от порыва подбежать и помочь. Он смотрит, как Кью врывается в бар, всё также шатаясь, но теперь ещё и с корзиной наперевес. Он врезается в первого же посетителя бара и извиняется, а затем с торжественным видом дарит тому розу. Игнорируя недоуменный взгляд незнакомца, Кью разворачивается и идёт мимо пустых столиков к стойке бармена, а затем всё снова повторяется. Бармен, сдерживая улыбку, принимает цветок и кивает с благодарностью, а Кью спешит к своей следующей цели, уже протягивая цветы. Мин поджимает губы, усмехаясь от этой очаровательной нелепости. Он чертовски сильно ошибался. Его внутренности сдавливало от мысли что может случиться с этим наивным дураком, когда они доставят его заказчикам. И ему придется это сделать. Слова Джеймса приговором звучали в его голове, напоминая о ростовщике, которому нужно вернуть долг, о шестизначной сумме больничного счета, и последующих расходах на восстановление Мэна. Его решимость дрогнула на секунду там, в торговом центре, пока слова старшего не окатили его ушатом холодной воды. Без этой работы ему крышка. Именно поэтому он должен засунуть свою жалость глубоко подальше и игнорировать то, как сильно поведение этого Кью напоминало в своей притягательной глупости его младшего брата. Мин в первую очередь должен думать о Мэне. Будущее этого парня его совершенно не касалось. Оглядываясь по сторонам. Мин крадется следом, всего в паре шагов от пьяного парня, который плетётся куда-то вперёд, качаясь и размахивая последней розой в своей руке. Вот его клонит вправо, и он почти падает на асфальт, но успевает удержать равновесие в странной согнувшейся позе. Резко выпрямившись Кью вновь идёт вперёд на заплетающихся ногах, рисуя зигзаги на дороге, и Мин рискует подойти ещё ближе, оставаясь всего в шаге от парня, готовый спасти того от падения. Кью теряет ориентацию в пространстве и себя одновременно, спотыкаясь о бордюр, и падает, падает, падает. Мин вскрикивает, обхватывая крепкое тело руками и удерживая того от встречи с асфальтом. Кью успевает извернуться и Мин больше слышит, чем чувствует его резкий выдох, когда их тела сталкиваются, и они застывают в этом странном полуобъятии посреди пустой улицы. Кью открывает глаза и его взгляд застывает на лице Мина без единого признака узнавания. Прижимая к себе чужое тело, Мин чувствует, как его сердце начинает колотиться быстрее.

х

Убей его.

Мин нервничает, когда Джеймс отсутствует всю ночь. Он не винит Кью за весь шум, что тот издает в надежде, что его кто-то услышит, за все попытки к бегству или краже его пистолета, пусть они действуют на нервы только сильнее. Он должен испробовать все способы, его похитили, в конце концов. Это сделал Мин. Мин похитил человека. Ему кажется, что он сойдёт с ума. Кью пытается достучаться до него, но Мин всё это уже слышал. На съемках боевиков, когда жертва похищения умоляла отпустить её в соответствии со строго прописанным сценарием. Он даст больше денег, говорит Кью, пристально всматриваясь в его лицо, которое теперь не было нужды скрывать. Кью видел его, Кью помнил его. Он никому ничего не расскажет, говорит Кью с отвращением, дергая руками в попытке освободиться. Он понимает, у того не было выбора, с горечью заканчивает Кью и тяжело выдыхает, устав бороться с верёвкой. Мину хочется убежать с этого склада, подальше от этого безжизненного взгляда. Мелодия телефона приводит их обоих в чувства после очередной попытки украсть пистолет. Ин отходит подальше, нервно сжимая в руках ствол, и спрашивает старшего где того носит, но голос Джеймса даже близко не звучит радостным. — Мин, план поменялся, — говорит Джеймс, и Мин чувствует, что его мутит. — Как? — Заказчик хочет, чтобы ты его застрелил. Мин никогда не должен был спрашивать Джеймса ни о чём. Он поворачивается, смотря на своего пленника испуганным взглядом. И тот чувствует резкую перемену в его настроении. — Что? Что случилось? — спрашивает он в отчаянии. — Сумма будет удвоена, но... Ты должен убить его прям сейчас, — говорит Джеймс, и Мин слышит в трубке эхо, будто тот включил громкую связь. Будто заказчик его слушал. Он должен убить Кью прямо сейчас. — Но... Мин замолкает. Двойная оплата. Он мог бы полностью рассчитаться с кредиторами и оплатить большую часть больничного счета. Им не пришлось бы продавать родительский дом. Он смог бы позаботиться о восстановлении Мэна после его возвращения из больницы. Мин медленно выдыхает, чувствуя, как медленно умирает внутри. Мать всегда говорила ему заботиться о Мэне. Мин смотрит на Кью, направляя дуло прямо замершего мальчика. Он видит, как взгляд Кью меняется, когда до того доходит смысл чужих действий Кто как не Мин сможет защитить младшего брата со слабым сердцем от всех бед и опасностей внешнего мира. Кто как не он может позаботиться о том, чтобы дать Мэну лучшую жизнь. — Что ты делаешь? — кричит Кью и снова начинает дергаться в попытках освободиться, — Эй! Не стреляй! Мин был старшим, Мин был главой семьи в отсутствие отца. — Отпусти! Отпусти меня! Мин должен нести ответственность. — Помогите! Не стреляй! Кто-нибудь!? Нет, нет. Помогите! Выстрел оглушает и отдаёт в руку, отчего Мин дёргается, но он не может позволить себе медлить. Он видит, как тело парня сжимается и замирает в беззвучном крике, будто пытаясь справиться с болью от выстрела, что даёт ему необходимые доли секунды подлететь к заложнику и накрыть его рот своей рукой. Мин видит момент, когда первоначальный шок проходит и Кью начинает дышать снов. Он открывает глаза и судорожно вздыхает, будто собираясь закричать снова, отчего Мин выпучивает глаза и едва слышно шикает на него, прижимая ладонь к чужим губам сильнее. Ни единого звука, мысленно пытается он передать сообщение до смерти испуганному парню перед собой. — Пи, дело сделано. Скажи им перевести деньги, — говорит он в трубку, пытаясь звучать уверенно, ведь знает, что на другой стороне все услышали то, что им было нужно. Глаза Кью расширяются в понимании, когда до него наконец доходит. Он судорожно дышит, опаляя горячим воздухом ладонь Мина, будто пытаясь осознать, что остался целым и невредимым, его глаза бегают по чужому лицу, будто пытаясь понять, что у того на уме. Мин и сам не знает. Он сбрасывает звонок, убирая смартфон от уха, и буквально падает на колени, чувствуя, как тяжесть произошедшего навалилась на него разом. Мин должен нести ответственность и быть главой семьи в отсутствие отца, что означало не опозорить честь его родителей, его честь даже в самой безысходной ситуации. — Кто-то хочет, чтобы ты умер, — устало говорит он, смотря снизу вверх в бездонные океаны рвано дышащего Кью, которого запоздало накрыло дрожью, — С этого момента ты должен находиться рядом со мной. Кью не заслуживал смерти, а Мин не был убийцей. Он не знает, не может знать чего будет стоить ему это решение, но Мин уверен, что никогда не будет об этом жалеть.

х