любви все звездочки покорны

— Нихуя не понимаю, — парень лежит на парте, скуля в согнутые руки, когда преподаватель оповестил об окончании лекции и все сразу же стали собираться. — Лучше бы на высшей математике так ныл, я вот новые теории нихера не поняла, — Даша, подруга Руслана, встает, собирая канцелярию в шоппер, и останавливается, когда ее друг поднимает голову. — Ты вообще не спал, что ли? Руслан моргает заторможенно, под глазами круги, на щеках — впалость. Еще и не ел. — Да ебать его в рот этого Архимеда, я целую ночь пытался вникнуть в его формулы, — Руслан хлопает тетрадью с блоками, убирая вещи, и идет за девушкой. Точнее, плетётся. Они выходят из кампуса, встают у небольшой парковки возле ворот, чтобы прикурить. Руслан достает свой футляр, делится с подругой сигаретой и подносит к губам свою, используя зажигалку с наклейкой Хэллоу Китти. Даша что-то печатает в телефоне. В это время чья-то машина хлопает дверью, Руслан бы не обращал на это никакого внимания, — здесь достаточно шума из-за подъезжающих к кампусу машин, — но доносящийся звук был громче всех остальных, а припаркованная машина — напротив них. Рыжий парень, блокируя двери машины ключами, неожиданно для Руслана, подходит к ним. — Привет, — он здоровается с Дашей, которая отрывается от телефона, и кивает Руслану, снова переключаясь к блондинке. — Что там у тебя? — Короче, вот, — девушка показывает печатный лист формата А4. Сбоку некоторых строчек нарисованы ручкой знаки вопроса. Закуривает. — Теория вероятности дерьмище полнейшее. Как и вся математика. Руслан заинтересованно смотрит то на одного, то на другую, как болванчик. Незнакомец бегло осматривает страницы, перелистывая, и задумчиво гудит. — Понял. Давай тогда завтра отдашь мне. — Спасибо, Дань, спасаешь! Даня улыбается и бросает "Я еще ничего не сделал", а затем они оба кивают друг другу, прощаясь. Когда рыжий поворачивается к воротам кампуса, то ненадолго задерживается взглядом на Руслане, который закуривает сигарету, пока короткие волосы немного приподнимаются от ветра. Парень с сигаретой только в ответ смотрит испытующе, как-будто они в гляделки играют и Руслан не хочет проигрывать. Когда Даня уходит, синеволосый тушит сигарету, и Даша вслед за ним делает то же самое. — Это кто? — Руслан непонимающе хмурится. Блондинка никогда о нем не говорила, а парень видит его впервые. — Даня с инженерного, в математике шарит, — Даша разворачивается с другом обратно к кампусу. — Кстати, тебе бы его помощь тоже не помешала. Руслан фыркает, поправляя лямку портфеля. — Итак сам справляюсь. — Настолько, что не спишь и не ешь? — девушка хмыкает, на что ее друг закатывает глаза. — Это мы к нему тусить завтра идем. Надеюсь, вы не будете пересекаться, чтобы ты не убивал его взглядом, как сейчас, — Руслан что-то ворчит себе под нос, на что Даша не обращает внимание. — Не забыл про наш уговор? /// Первый шот, второй, третий — Руслан уже не помнит, сколько влил в себя. Санрайз, мохито, обязательно пару светлого, мартини... В общем, что давали, то ребята принимали. Не отметить тематическую вечеринку у одного из старост группы было бы величайшим упущением. Повсюду развешаны паутины, китайские фонарики в виде тыкв, на стенах ужасающе красуются капли крови. И, конечно же, все пришли в соответствующих костюмах, и Руслан не был исключением. Сквозь давящую толпу он кое-как доходит до ванной комнаты, коленями ударяется о кафель, пододвигаясь к унитазу, не замечая, что у раковин уже кто-то стоит. Руслан вырывает из себя все содержимое, — под "всем" подразумевается оранжевая кисловатая смесь из напитков, которые он употреблял минутами ранее. Когда он заканчивает, то еще минуту-две сидит в таком положении на полу, тяжело дыша. — Перепил? — доносится со стороны. Руслан поворачивается к источнику голоса, который почему-то казался знакомым. Облокотившись о бортик раковины, стоял тот самый рыжий парень в капюшоне, которого еще вчера Даша называла Даней. — Переел, — выплевывает ядовито. Даня осматривает исхудавшее тело парня на кафельной плитке, как-будто вот-вот готов дать оценку. — Ответить сарказмом на сарказм можно? — Нельзя, — Руслан вытирает подбородок рукой и то же делает у раковины, не замечая Даню. Когда он выходит из комнаты, ловит взглядом только пришедшую блондинку. На голове у нее большая блестящая шляпа с конусом, у которой по краям болтается длинная и прозрачная мантия синего цвета; на девушке такое же длинное прямое платье с узорами звёзд, а на лице бело-голубые блестки, как бы тоже этим обозначая сияние звездочек. Даша видит своего друга и идет в его сторону, пробираясь через толпу. Шляпа немного съезжает с золотистых волос, и поэтому девушка ее снимает. — Вот ты где! — Даша пытается перекричать музыку и надевает на друга свою шляпку, поправляя. Замечает за Русланом кого-то и показывает те самые учебные листы. До Руслана доходит, кто может стоять за его спиной. — Можешь в моей комнате оставить, — слышится сзади. Девушка кивает и уходит, а Руслан не может поверить, как подруга просто так взяла и оставила его на растерзание. Руслан разворачивается, в надежде молясь, что тот ушел. — Ты типа ведьмочка? Руслан хочет ответить что-то в стиле "я типа твою мать ебал", чтобы больше не видеть эту улыбающуюся мину с веснушками, но, то ли от алкоголя, то ли из-за чего-то еще, выходит совсем другое, почти обиженное: — Звездочет. Даня как-то слишком долго вглядывается сквозь синюю сетку от шляпы и собирается что-то сказать, как — о святые астрологи — появляется Даша, приобнимая Звездочета за шею локтем, как младшего брата. — А я ручку позолотить могу, — она улыбается. — Только мне для начала выпить надо. Пойдешь, Русь? И парень, естественно, соглашается. Руслан выходит на террасу после нескольких стаканов чего-то намешанного, садится на ступеньки и достает свой излюбленный футляр из рюкзака. Закуривать сигарету в шляпе из-за мантии было бы неудобно, поэтому парень ее снимает, оставляя головной убор возле себя. Из дома доносится приглушенная музыка, но на секунд пять она становится еще четче, а затем на ступени тоже кто-то присаживается. — Поделишься? Руслан переводит пьяный взгляд на ебаного Даню, который указывает на сигарету и почему-то, блять, никак не может отстать. Но Руслан ничего не говорит, наоборот — протягивает руку в сетчатой перчатке. Даня делает затяжку из сигареты, которую держит чужая рука в черной сетке, и взглядом задерживается на крашеных ногтях. — Я думал, ты другую сигарету дашь, — парень выдыхает дым. — Еще чего, лишнюю сигарету на тебя тратить, — говорит уверенно Руслан и слышит сбоку смешок. На самом деле, он даже не додумался до другого способа. — А ты вообще кто? — спрашивает, не догоняя суть своего вопроса. — Ну, в смысле, на Хеллоуине. Даня в очередной раз смеется, — Руслан даже больше не хочет ему вмазать — когда услышал, что парень проковеркал последнее слово. — Пришелец, — слева от себя Даня слышит запоздалое "А-а-а-а". — Что, непохож? Руслан задумывается, глядя в лицо "пришельцу", пододвигаясь, из-за чего их колени соприкасаются, но Руслан, в отличие от Дани, в силу своей трезвости этого не замечает. Как и то, насколько близко друг к другу становятся их лица. — М-м-м... Я бы сперва надел линзы, знаешь, которые полностью черные, закрывают до радужки и дальше, — Даня угукает его пьяным предложениям, хотя сам не очень-то и пытается понять смысл донесенных ему слов. — Потом, — Руслан закуривает. Даня не может перестать думать о красивых руках, держащих сигарету. — Я бы блесток добавил серебристых каких-нибудь. Сюда, — указывает под веками. — И на щеках еще, сбоку, — гладит подушечками пальцев. — Но у тебя такие красивые веснушки, что даже жалко как-то, — скорее про себя задумывается Руслан. А потом все же понимает, что сказал это вслух. Парень поднимает свои подведенные карие глаза на голубые, которые внимательно рассматривали его губы. Руслан сам не знает, почему, но подался вперед, прижимаясь к чужим, слегка их касаясь. Даня на секунду оторопел, но, трепетно поглаживая чужую коленку в джинсах-клеш, начал отвечать, также трепетно, как-будто целует не парня в костюме Звездочета, а самую настоящую принцессу из мультиков Диснея. Они целуются недолго, но за это время Руслан уже успел позабыть о тлеющей сигарете в его руке, концентрируясь на чужих губах и ладони, которая нежно поглаживала дрожащую от приятных ощущений коленку. Когда они отстраняются друг от друга, то молчат: Руслан — потому что тушил и выкидывал сигарету, Даня — потому что понимал, что этот поцелуй далек от серьезности, когда тебя целует пьяный студент на вписке. — У тебя есть телескоп? — Даня отвлекается от своих мыслей и смотрит на Руслана, стоящего возле астрономического прибора на газоне. — Да, это папа покупал. Можешь посмотреть, — Даня подходит к парню, но, так и не заметив никакой реакции, вопросительно посмотрел на него. — У меня еще ни разу не получилось им нормально пользоваться. Рыжий вскидывает брови. — Хочешь сказать, ты не умеешь им пользоваться? — поправляет он. Руслан мнется, но всё-таки сдается, соглашаясь с переформулировкой. Даня пытается не улыбаться. — Хорошо, смотри... И они смотрят. Даня показывает ему все: от фокусировочного устройства до объектива. Объясняет, что такое окуляр, как пользоваться искателем, настраивает монтировку, чтобы устройство лучше стояло и Руслану было удобнее. А Руслан расспрашивает, расспрашивает и расспрашивает. Потому что хочет, наконец, понять, как настраивать эти злоебучие телескопы, чтобы смотреть на небо. И потому что интересно. Потому что слушать эту инопланетную рыжую всезнайку, которая, вообще-то, очень хорошо целуется, почему-то приятно. /// — Какая часть того, что я тебе сказала, непонятна? Займись чем-нибудь другим и не трать мое время. Девушка плюет раздраженно в лицо старшекурснику, — прекрасно забывая, что он, между прочим, старшекурсник — направляясь к выходу из университета. Знала нетрезвая голова — не надо было столько пить вчера у Дани. Как объяснить то, что с парнями просто ну вообще никак, — с ними скучно, неприятно и неинтересно. Исключение составляют Руслан и Даня, только первый гомосексуален на все двести, а второй — зубрила видимо настолько, что его никакие отношения не интересуют. — Значит, после пар ко мне? Ну, по крайней мере, она так думала. Блондинка смотрит то на Даню, то на Руслана, пытаясь сложить из паззлов картинку, пока парни увлечены беседой и никого вокруг себя не замечают. Даша клянется, она может разглядеть вокруг этих двоих ауру с цветочками и сердечками, как это бывает в сенен-ай мангах, которые она читала в подростковом возрасте. Когда Даня прощается с Русланом и уходит, второй замечает подругу, уже предвещая расспросы от девушки. — В какой, мать вашу, вселенной я нахожусь? — Он просто поможет мне с телескопом для моего проекта. — Ты никогда не принимал помощь от других. Даже от меня, — на последних словах девушка обиженно дуется. — Этот случай — исключение, потому что у меня уже дедлайны поджимают, — Руслан теряется из-за настроения девушки, пытаясь исправить ситуацию. — Все, давай не будем об этом, я просто один раз попросил помочь. /// Кто знал, что одним разом помощь не ограничится и парни будут зависать у Дани чуть ли не каждый день. Ну, правда, от занятий с телескопом было только... его присутствие в комнате рыжего. Руслан не понимает, как так вышло, что интереснее разговоров, связанных с его специальностью, могут стать губы, которые его так хорошо целуют. Даня успел "обсудить помощь" с Русланом везде — сначала это был письменный стол, с которого Руслан чуть ли не скинул от напора рыжего учебники по астро-инженерии; в другой день это стала стена с плакатами схем космических устройств, к которой Руслана остервенело прижимали, — и непонятно, то ли к стене, то ли к своему телу. Сейчас они были на кровати, — на самом удобном месте из предыдущих, от чего парни целовались дольше обычного. Они бы продолжали прижиматься друг к другу и дальше, — им бы наверняка и целого дня не хватило — пока не услышали поднимающиеся по лестнице шаги, а после — стук в дверь. — Парни, не хотите салат? — из-за двери выглядывает отец Дани и смотрит на мальчиков, сидящих на постели поодаль друг от друга. — Твой фирменный? — спрашивает Даня, прокашливаясь, пока Руслан пытается утихомирить свое дыхание. — И твой любимый, — мужчина заходит в комнату и показывает салатовую миску. — Давайте, налегайте. Руслан, ты особенно, — говорит с улыбкой, передавая тарелку сыну, и уходит, закрывая дверь. Руслан смотрит на Даню, который зубцами вилки накалывает листья салата, сразу же съеживаясь. Этот учебный триместр давался ему тяжелее предыдущих, в частности из-за двух новых дисциплин, которые давались с трудом, и поэтому времени на сон и еду у него не сказать, чтобы было. Сначала он просто ел меньше, чем обычно, затем есть меньше вошло в привычку, а то и вовсе в какой-то вызов. Руслан начал думать, что кардинальный отказ от еды сэкономит ему время на учебу, и как-будто бы так все и было, только парень с каждым разом не успевал, не успевал, не успевал. Рефераты-лекции-сессии-зачеты-проекты-экзамены — он гнался за всем, лишь бы преуспеть, но не замечал, как сам его организм пытался получить хоть что-то большее, чем кофе с утра и энергетик поздно вечером. — Ты же плохо ешь, да? — произносит Даня, жуя салат. — Да, только... — Я не буду тебя заставлять, если ты об этом, — прерывает Руслана рыжий. Он от чего-то покусывает щеку изнутри. — Просто съешь один листик, и я буду доволен. Правда. — Листик? — Руслан прыскает. — Даже для меня это как-то маловато. Даня собирается ответить в момент, когда Руслан пододвигается — от чего матрас из-за движения подминается ближе к стороне Дани — и ест с вилки, которую держит бледная веснушчатая рука. Жует, понимая, что единственному Дане насчет еды доверился, и что ему так комфортно, как с ним, никогда не было. Смотрит на него, задумываясь, и счастливо улыбается, от чего глаза светятся и становятся похожи на полумесяцы. — Вкусно? — спрашивает Даня. — Да, — отвечает. И быстренько чмокает ничего непонимающего парня в губы. /// Руслан начал успевать сдавать проекты раньше сроков, из-за чего высыпался и заметно набрал в весе. Дашу это несомненно радовало, как и то, какие отношения выстраиваются у синеволосого и парня с инженерного направления. Даня иногда мог приносить Руслану перекус в виде лёгкой еды — фруктов, детских йогуртов и пищи собственного приготовления. Однако блондинку волновало то, что их взаимоотношения никуда дальше не сдвигались, — Руслан уже успел ей прожужжать все уши о том, как все милые действия Дани его до одури сводят с ума, но никто из них не предпринимает никаких первых шагов. На что Даша, как экспертка каких только возможных отношений, кроме своих, наказала другу упорно действовать. Действовать Руслан решил, предложив Дане погулять вечером. Конечно, это не было свиданием. Безусловно, Руслан не сказал, что это свидание. Но когда их встреча подошла к концу и Даня предложил идти по домам, Руслан вымолил у рыжего еще несколько минуточек остаться. Они лежат на траве возле дома Дани, смотрят на звезды. Руслан рассказывает рыжему о созвездии Волосы Виктории, о том, как появилось созвездие Большой Медведицы из греческой мифологии, и как найти на небе Полярную звезду. — Знаешь, твои веснушки на звездочки похожи, — пробует Руслан. — Их можно все пересчитать и собрать из них созвездия. Даня поворачивается к Руслану, лежа на спине. — Посчитаешь? Руслан задумывается. — Ну... они же, наверное, есть не только на лице, — скорее даже спрашивает, нежели утверждает. — Ну так, — Даня уже полностью переворачивается на бок, вглядываясь в красивый профиль. — Кто сказал, что ты их там не посчитаешь? Руслан поворачивает голову к рыжему. Под открытым небом и светом луны его румянец выглядит очень красивым в глазах Дани. — Я думаю... Это уже похоже на друзей с привилегиями, — Руслан уводит взгляд полный стеснения. Когда он успел научиться стесняться? Только недавно, казалось, плевался ядом в рыжего. — Можем перестать ими быть, — вдруг заявляет Даня, приподнявшись на один локоть. Он такой лохматый, думает Руслан, и такой восхитительно красивый снизу. — Если ты, конечно, не против. — Не против! — резко поднимается в сидячее положение Руслан. Боже, он такой смущенный. — Хорошо. Так, значит, теперь ты безоговорочно мой парень? — Даня хитро улыбается, и как Руслан хочет стереть его ехидную улыбку, только не какими-то плохими насильственными способами, а более теплыми, нежными. Поцелуем, например. — Получается, так. Они молчат еще минуту, переваривая информацию и все случившееся, и Даня первым заключает уже своего парня в мягкий поцелуй. — Мне всегда казалось, что всё лучшее доставалось и будет доставаться другим, — говорит Даня сразу после того, как еле-еле прервал поцелуй. — Но, черт возьми, мир, наверное, обеднел, когда мне достался ты. — Ты такой до ужаса романтик, что мне страшно, — Руслан театрально держит руку у сердца, и оба, конечно, понимают, что кареглазому это приятно. — Тебе идет лучше, когда ты молчишь, знаешь? Даня молча смотрит, широко улыбаясь, и снова целует, на этот раз глубоко. — Так? Руслан смеется.