Малая надежда

К тому моменту все дни уже тянулись как один. Никто не знал ни даты, ни месяца, все знали лишь, что была зима. Все знали, что это уже третья зима в таких условиях. Но никто уже и не ждал, что спустя столько времени что-то может изменится.  Было ещё ранее утро, когда жители восточной части города начали слышать выстрелы. Никто не был в курсе, что это были за выстрелы и кому они принадлежат. Думали, немцы снова решили "поиграть", им были близки такие игры, в которых фигурировало запугивание итак истощенных и слабых жителей города, которые держались из последних сил. Все стали прислушиваться не выходя на улицы из остатков домов, стрельба не утихала, а только разгоралась в более громком ансамбле звуков.  Сашенька, мальчик лет 12 тоже слышал это, сидя в подвале старого дома со своей старшей сестрой, изнемогавшей от голода и усталости. Она не ела совсем ничего уже пятый день, сначала отдавая все брату, а позже просто не имя ни крошки еды у себя "за пазухой". Мальчик следил за ней и помогал во всем, ведь они остались одни друг у друга и должны были пройти этот путь вместе. Саша навострил свой слух, чтобы попытаться понять, где и из чего стреляют, но слышны были лишь отдалённые звуки. Не близко. Это хорошо. Будь это фашисты ему с сестрой сейчас бы не поздоровилось, их бы выгнали с места ночлега и отправили на холод, стоять в снегу босыми ногами, пока немцы развлекались бы, играя с ними, будто они не люди, а простые деревяшки-пустышки. Звуки то останавливались, то начинались снова с двойной силой.  Но несмотря на все это мальчик очень давно теплил в груди надежду, что когда-нибудь он снова услышит стрельбу, а потом к ним забежит совсем не какой-то "фюррер", а родной русский солдат и после заберет их из этого ужаса , отвезет в тёплый, уютный дом, где их будут любить и никогда не бросят на произвол судьбы. Кончено, эта надежда казалась лишь далёкой мечтой, о чем прямо говорила Саше его сестра. Она уже давно не верила в то, что они и все оставшиеся жители ещё кому-то нужны. Она не знала, придут ли за ними, или о них совсем забыли, поэтому решила просто жить под гнётом страха и подчинения. Как они жили последние два года после того, как их родители погибли при первых бомбардировках.  А звуки все не угасали. Было чувство, что стреляли не с одного фронта. Как рассказали Саше позже, так и оказалось, в тот момент наши русские солдаты пытались пробить линию обороны немцев, чтобы доставлять людям продовольствие и вывозить их с территории захваченного города.  Стрельба продолжалась несколько дней, то приближалась, то отдалялась от города, по улицам ходили вражеские солдаты, взволнованные и растерянные, было чувство, что у их план провалился. Саша следил за каждым из них через побитые окна и видел, как с каждым часом менялись их лица и походка, они все больше торопились куда-то за город, на восток. Но потом все они резко куда-то пропали. Это было новое утро жизни в этом пекле. Алексаша проснулся от звука тишины и.. шагов. Но шагов не таких, как он слышал последние двое суток постоянно, а шагов мягких, аккуратных, ступаюших по снегу с какой-то бережностью. Мальчик прислушался. Шел не один. Шли двое или трое, из-за чего он тут же бросился будить сестру, которая сразу подскочила настолько резко, насколько могла. Саша приставил палец к её губам, намекая на то, что сейчас лучше помолчать. Она сразу поняла это-за все эти года они уже выработали тактику общения друг с другом жестами. Девушка тоже начала вслушиваться. Шаги приближались, сердце стучало все сильнее, было чувство, что прямо сейчас обоим подросткам настанет конец. А ведь им всего по 12 и 14 лет. Они толком ничего не прожили. Дыхание прерывалось, становились громче и резче, ребята держались за руки, чтобы никто не разорвал их, когда зайдет сюда. Они были одни на весь дом, они молчали. Идущие ступили на бетон пола, раздался скрип короткой подвальной лестницы. Ребята перевели свой взгляд на дверной проём.  Секунда, две. Из-за двери вышли три человека. Три высоких мужчины. Было чувство что сердце остановилось в тот момент. Это были они! Это были наши, русские солдаты! Саша не мог ничего сделать, он не мог даже вскрикнуть, хотя ждал этого момента больше двух лет. Ждал и теплил это желание в душе. Подростки просто смотрели в сторону людей, пытаясь собрать мысли воедино. Не сон ли это? Нет, кажется не сон, во снах они обычно более здоровые, ни то, что сейчас. Один из солдат подался вперёд к Сашке и его сестре, а когда подошел, мальчик уже висел у него на шее, обнимая его и радуясь тому, что сейчас происходит. Он не знал, что будет дальше, но мог догадываться, что наши стали прорывать оборону и сейчас будет легче, чем было раньше. Солдат обнял мальчишку в ответ, а после опустил его на землю, сказав, что сейчас они могут эвакуироваться, но действовать нужно максимально быстро. Мальчик тут же взял сестру за руку и помог ей встать, слова солдата пульсировали у него голове:"Мы можем эвакуироваться.. Мы можем эвакуироваться." Другие два бойца двинулись помочь Саше с сестрой, но он был настойчив и сказал, что справиться сам.  За считанные секунды группа людей оказалась на улице, стоя на холодном снегу в летней одежде. Два солдата сразу же побежали в соседний дом, проверять есть ли люди в нем, а тот, что подошёл первым, стоял с ребятами и старался сориентироваться, куда им идти дальше. Мальчик молчал, он боялся прервать мысль "спасителя". Сестра тоже не говорила, она просто стояла, опираясь на солдата в изнеможении. Но в таком молчании они втроем простояли недолго, через несколько минут другие два бойца привели к ним ещё несколько человек.  Теперь их было около одиннадцати считая солдата, и он решил перевести людей в сторону переправы, которой служило озеро Ладога, там был тот самый коридор, который в будущем назовут "дорогой жизни". Именно по нему из города позже выберутся сотни тысяч человек. Все молчали, лишь изредка переглядываясь с радостью в лице, ведь солдат наконец тихо и коротко рассказал, куда и с какой целью они направляются. Шли долго, сначала по городу, по той части, откуда людей уже вывели. Потом вышли за жилые кварталы и пересеклись с ещё одной группой солдат. За все это время не встретили ни одного немца. Говорят, что повезло, некоторые группы их встречали и солдаты даже вступали в перестрелку.  Дошли до переправы удачно. Алексаша поднял взгляд со своих ног прямо перед лицом. Перед ним располагался широкий простор озера, покрытого льдом, и кучи людей, кто-то стоял, а кто-то в изнеможении просто лежал на снегу, были группы людей, а были те, кто видимо остался сам с собой, но все они ждали того, когда покинут это место, теперь все теплили ту же надежду, которую когда-то теплил один Саша. Теперь все верили в то, что они смогут спастись. Мальчик был счастлив. Впервые счастлив за последние годы, его сестра начала улыбаться. Это была лёгкая, хотя трудно дающаяся ей, узкая улыбка, но даже она дала Саше понять, что они ждали и верили не зря. Что они не зря помогали друг другу все это время.  На следующий день люди уже оказались на другой стороне озера. Теперь уже в полной и гарантированной безопасности.   Людям отдавали всю провизию, которая была у солдат, чтобы сохранить большее количество жизней. Тех, кто был в плохом состоянии осматривали оставшиеся медики. Сашу и его сестру сразу же забрали несколько солдат и повели к ним, чтобы оказать девушке помощь. Мальчик же в это время ни на шаг не отходил от сестры, держа её за руку, а она нежно смотрела на брата, который помогал ей все время заточения в городе. Она гордилась им и его стойкостью, которую он показывал ей последние годы. А у него все мысли путались, сердце наконец стало восстанавливать свой ритм. Теперь она начнут свою новую жизнь. Теперь они точно вырастут и исполнят все мечты.