Секретарь босса Подземелья

      — Это совершенно недопустимо! О чем вы только думали?! Подвергли Тайджи такому огромному риску. Его могли убить. – гневно грохотал Руберас.       Демон получил полный отчет о только что завершенной миссии сангвиннаров и теперь пребывал в ярости. Особенно злили его три момента. Во-первых, на дорогого Идзу коварно покушались, и он мог погибнуть от яда Стеклянных змей. Во-вторых, подлый вампир видел Идзу голым. Нагло вломился к нему в купальню и лицезрел во всей красе. Правда вломился ради спасения, но это уже частности. В-третьих, четвертый этап состязания представлялся Соулу необычайно рискованным для инкуба. Защиту вокруг базы противники сносили весьма мощными чарами. А если бы находящийся под барьером Тайджи пострадал?       — Я вполне осознаю, что виноват и из-за меня господин Идзури оказался в опасной ситуации. – Роклан покаянно склонил голову, признавая свою вину в случившемся.       — Давая свое согласие на участие в турнире, я не предполагал, что Идзури на состязании столкнется с чем-то страшнее головоломок и задачек. Именно так вы представили ситуацию. – нахмурился Руберас, — Но, поскольку ваш отряд победил в турнире Тройного рубина, и вы все же сумели уберечь Тайджи от беды – я склонен ограничится занесением данных об инциденте в личное дело и небольшим штрафом.       — Спасибо за проявленную доброту. – почтительно поклонился Сайдари.       — И да… Поздравляю с получением главенства среди вампиров региона и Чаши Ночной Крови. – уже мягче добавил Соул.       — Благодарю. – Роклан поднял взгляд и едва заметно улыбнулся, — Позвольте вручить вам порошок думдокк.       На стол перед демоном перекочевали мешочки с ценным ресурсом, что заставило Рубераса окончательно оттаять.       «Все же мои сангвиннары хорошо поработали. Может обойдутся и без штрафа.» — подумал Соул, но вслух этого говорить пока не стал, сохранив внешнюю суровость.              — И что вы чувствуете по этому поводу? – мягко поинтересовалась Анабель Каудри.       — Я рад, что признался Идзури в своих чувствах. Сейчас он слишком занят и сосредоточен на работе. Быть может позднее все изменится. – отозвался Роклан.       Он весьма часто посещал психолога. Вампир был необычайно дисциплинирован. И если поступил приказ для сотрудников данжа — разобраться со своими душевными переживаниями и привести мысли в порядок для успешности работы, то Сайдари тщательно принялся за дело. Тем более, он терпеть не мог сумбура. А разговоры с Анабель помогали структурировать то, что переполняло сознание. Удобное кресло и запах благовоний в полутемном кабинете способствовали расслаблению. Главе клана нравилось бывать здесь.       — Вы планируете старательно ожидать ответа господина Тайджи, «затаив дыхание» до этой поры? – уточнила водница. Вопрос был с небольшой провокацией – проверкой на ранее усвоенное.       — Нет, как вы и учили – я планирую жить полной не-жизнью – у меня есть клан, тренировки, работа, творчество. Любовь является важной частью существования, но не всем моим существованием. Иначе в случае отказа Идзури меня ждал бы внутренний коллапс. – отозвался сангвиннар, хорошо запомнивший слова Анабель.       — Вы отлично справляетесь со своими переживаниями. – похвалила Каудри.       — Вы могли бы назвать свои чувства к Идзури Тайджи здоровыми? – спросила девушка тихо.       — Да, вполне. – Сайдари уверенно кивнул, — Они придают мне сил, делают не-жизнь полнее и ярче, не вызывая негатива. Я бы даже сказал, я стал счастливее. Я вижу в Идзури не только красивого инкуба, но и сложную многогранную личность. Я стараюсь слышать его и уважать его мнение. Мне важны его благополучие и комфорт, его желания. Как вы и говорили – я проанализировал не было ли желание привлечь его к участию к турниру эгоистичным. Все же не было – у нашего клана не имелось на примете ни одного столь же подходящего кандидата – умного и одаренного. Я действовал не из личных мотивов, а во благо семьи. Провести время с тем, кто нравится, стало лишь дополнением, но не главной целью.       — Вы сказали, что влюбленность привносит в вашу не-жизнь лишь положительные эмоции. Нет ли ревности по отношению к сатиру Хайяту и господину Соулу? – Анабель подняла взгляд от блокнота с записями.       — Нет. Нет смысла ревновать и переживать. Я делаю все возможное, но выбор за Идзури. – после краткой паузы озвучил вампир. Но, подумав, добавил: — Ну, хорошо. Порой я ревную…       — Это нормально. Позитивно, что вы осознаете свои чувства и принимаете их. – заверила водница.       — Довольны ли вы собой, как главой клана? – поинтересовалась психолог.       — Да, вполне. Мы возглавили регион. Основные конкуренты сбежали изрядно потрепанными. Еще два менее опасных клана-конкурента устрашены в достаточной мере. У нас стабильно высокий доход, лучшая кровь в достатке. Мы получили Чашу Ночной Крови, которая сделает нас еще сильнее. Я бы назвал это процветанием.       — Довольны ли вы своими успехами в творчестве? – продолжила Анабель.       — Вполне. – улыбнулся Роклан, — Недавно завершенная статуя Скорбящей девы особенно удалась.       — Как относятся соклановцы к вашему увлечению?       — С одобрением.       — Не считают ли чем-то неподобающим воину? – и снова вопрос-провокация.       — Нет. И я сам определяю для себя, что мне подобает, а что нет. – вампир точно знал, на что давит психолог своим вопросом и знал, как следует ответить.       — У вас грандиозный прогресс. – не могла не отметить Каудри, — С каждым сеансом вы становитесь все более гармоничной, цельной и зрелой личностью.              — Мы неудачники. Просто лохи позорные. – Хайят почти растекался по столу столовой. На сатира было жалко смотреть.       — Почему – неудачники? – удивился сидящий рядом Идзури.       Он и козлоногий вполне уютно пили кофе вдвоем за дальним столиком и обсуждали текущие дела.       — Посуди сам. Наши гоблины – единая мощная сила, сплоченная профессором. Их очень много, и они сильны в своем единстве – не только в пределах данжа, но и вне его. Получают высшее образование – начитаны и умны. Кроме того – эволюционировали до хоб-гоблинов. Сайдари активно учатся у мастера Гармади, победили в турнире, получили Чашу. Они становятся все мощнее и успешнее.       Рогатик кивнул в сторону стола, за которым в этот самый момент Роклан и соратники пили кровь из вышеупомянутого артефакта, получая дополнительное усиление.       — Найв. Он подросток-миконид. И уже сейчас намного превосходит нас – сатиров. А станет и того круче. Про недавно присоединившихся оборотней и говорить нечего. Они весьма могучи. А за счет тренировок с Иссой станут намного лучше. – со вздохом продолжил Хайят.       — Но вы тоже тренируетесь с Иссой. – осторожно напомнил инкуб.       — Для нас это не так полезно. Мы уперлись в потолок. Для моего стада нет пути дальнейшего развития! – пожаловался сатир. – Да и для козлоногих в принципе.       — Ты обсуждал это с психологом? – тихо спросил Тайджи.       Но Хайят лишь отмахнулся: — Мне не нужна проработка комплексов и повышение уверенности. Нужны конкретные меры по выходу из ситуации. Мы обязаны сталь сильнее. Пока сатиры выше слаймов и относительно выше гоблинов – и то зеленокожих превосходим не по всем параметрам. Уступаем по сплоченности внутри вида и по образованности. Но это чрезвычайно низкий уровень. Когда появятся новые этажи – почти все отправятся вверх – займут более высокие ниши. И только козлоногие будут плестись в самом конце – сразу после слизней и гоблинов…       — Это мое упущение. И я придумаю, как вам помочь. – выпалил Тайджи, видя крайне подавленное состояние рогатика.       Инкуб осознавал – именно управляющий должен заботиться об условиях для равномерного развития сотрудников.       — Но чем тут можно помочь? – не поверил сатир.       — Пока не знаю. Но попробую выяснить. – решительно отозвался Идзури.              — Нет, ни о чем подобном не слышал. – Руберас недоуменно пожал плечами, — Мне не доводилось видеть сатиров существенно сильнее обычных. Они все примерно одного уровня – совершенно стандартные. И более продвинутой формы у них, в отличие от гоблинов, нет.       — Как жаль. – вздохнул инкуб.       — Брось это дело. Козлоногие вполне соответствуют… своей природной нише. От них большего и не ждут, увольнять за бесполезность никто не собирается. – отмахнулся Старший демон.       — Я так не могу. Я обещал. И Хайят сильно переживает. – насупился секретарь.       — Ты помогаешь то Роклану, то Хайяту. – Соул насупился. Ему было обидно, что Идзу уделяет столько времени его конкурентам.       — Это на пользу Альтарсо. – заверил Тайджи.       — В случае Сайдари хотя бы был конкретный план – вполне определенное состязание. – напомнил Руби.       — И для сатиров я что-нибудь найду. – пообещал Идзури, направляясь дальше. Сдаваться он не планировал.              — Нет, о прокачке для козлоногих слышать не доводилось. – Исса отрицательно покачала головой и добавила: — Мне очень жаль. Хайят и его ребята очень стараются на тренировках. Но глава стада прав – они упёрлись в свой потолок. Достигли максимума. Двигаться дальше им просто некуда. Впрочем, по меркам своего вида они весьма неплохи. Большего и не добиться.       — Я постараюсь сделать так, чтобы добились. – не сдавался Идзури, упрямо сверкнув глазами.              Интернет тоже не подсказал ничего дельного. В сети упоминались легенды об отдельных уникальных представителях рогатого племени. Но это были именно уникумы. А не массовый скачок в развитии для крупного стада. После Тайджи поспрашивал среди хумансов, немного побродив от одного постоялого двора до другого под видом помощника торговца. Но и людям был неведом путь усиления для сатиров. Оставался всего один последний вариант – спросить у самого древнего и мудрого.              — Я уже думал, что ты не додумаешься обратиться ко мне. – судя по тону, мастер Гармади усмехался. Хотя считывать эмоции по черепу скелета было той еще задачей.       — Я стеснялся и не хотел беспокоить. – скромно потупился инкуб, — Раз вы ожидали моего обращения к вам, то, наверное, знаете и вопрос.       — Можно ли сделать сатиров сильнее? Можно. – лич неспешно кивнул.       — Так что же вы молчали?! – удивился Тайджи, просияв от радости и надежды.       — А меня до сих пор никто не спрашивал. Не в моих привычках лезть с непрошенными советами. – отозвался Повелитель немертвых.       — Я сейчас очень спрашиваю. Как помочь стаду Хайята повысить свой уровень? – Сэф молитвенно сложил руки на груди и с нетерпением воззрился на собеседника.       — Есть ритуал Хафарти. Он очень древний и применялся всего раза три – все три раза вполне успешно. – начал немертвый, — Для его проведения требуются Рог Святого Завелия, Зелье Вековечной Тьмы и Свиток Равновесия.       — Магия Света и Тьмы в одном ритуале? – поразился инкуб.       Он уже достаточно знал о чарах, чтобы понимать – это крайне редкое сочетание.       — Да, ритуал непрост. Свиток Равновесия нужен как раз для того, чтобы держать противоборствующие силы под контролем. Без него не стоит и пытаться взывать сразу к двум противоположным основам. – пояснил лич, — Где найти все необходимое – не спрашивай. Должен отыскать сам!       — Хорошо. Спасибо! – просиял юноша. – Вы очень помогли.       — Удачи! – отозвался Гармади.       И добавил немного тише: — С удовольствием понаблюдаю, как ты справишься, мальчик.              Вопреки опасениям Идзури, все три основных артефакта для ритуала нашлись довольно быстро. Рог Святого Завелия находился у церковников в империи. А именно – в соборе Домианна Пресветлого. Свиток равновесия покоился в королевском дворце Тануша. Зелье вековечной Тьмы можно было с трудом, но достать в мире демонов – если знать правильных поставщиков.       «Итого два предмета в мире людей и один в мире Темных. Можно справиться!» — с энтузиазмом думал Идзу.       Он поспешил поведать Хайяту о результатах своих изысканий. Рогатик моментально подпрыгнул почти до потолка, а потом порывисто обнял инкуба.       — Спасибо! Я знал, что все не безнадежно. – выпалил козлоногий.       — Погоди. Рано радоваться. Шеф еще не дал добро на операцию по добыче ингредиентов. – напомнил Тайджи.       — Наверняка он разрешит. – энтузиазм сатира было не унять.              — Нет! И думать забудь. Ты не сунешься в империю к святошам. Это слишком опасно. Ты же теперь демон. – Руберас скрестил руки на груди и одарил секретаря суровым взглядом.       — Они же ЛЮДИ, а я аж целый демон, господин Соул. Какая может быть опасность? У них же магия примитивная. – попытался спорить инкуб, – Сканируют они плохо, колдуют так себе.       — Все равно. Это СВЕТЛАЯ магия. Нельзя иметь дело со Светлыми. – не собирался уступать Руби.       — Хайят так надеялся… — вздохнул Тайджи.       — Обойдется. Усиление сатиров не стоит твоей безопасности. – насупился Старший.       — Я понял… — вздохнул Идзури.              — Ох, поверить не могу… — Хайят чуть не плакал от досады. – Мучительно знать, что способ есть и не иметь шанса даже попробовать его реализовать.       — Я не собираюсь сдавать! – глаза Сэфа полыхнули Решительностью. – Завтра господин Соул отбывает на переговоры. А я сделаю вид, что отправляюсь в человеческие поселения – добывать информацию. Кроме того, мне потребуетесь ты и Вельта. Мастер Гармади сказал, что для успеха ритуала в добыче Светлого и Нейтрального ингредиентов должен всенепременно принять участие глава стада. А Вельта достаточно сильна, чтобы в одиночку заменить толпу охраны. И… мне для задуманного очень пригодятся ее мощные когти. Ты и волчица, по официальной версии, направитесь в Чарамейн – навестить местных. А на самом деле мы втроем телепортируемся в империю.       — Мы нарушим приказ главы Подземелья? – ужаснулся сатир.       — Я нарушу. Вы с Вельтой просто исполняли мое распоряжение. – отозвался Тайджи.       — На счет Вельты – справедливо. Она не в курсе наших интриг. Но я готов нести ответственность за себя. Это же делается для меня и моего стада. – не согласился рогатик.       — Для меня это безопаснее. – заверил Идзури, — На меня шеф будет злиться намного меньше.       По итогу спора Хайят все же вынужден был согласиться. Он осознавал, что его самого Руберас несколько недолюбливает.                     — Отправиться в империю, чтобы выкрасть из Храма священный артефакт? – Вельта не могла поверить в услышанное. – Да еще и против воли главы Подземелья?       — Я пойму, если ты откажешься… — понуро протянул Идзури, опустив взгляд.       — В жизни не упущу такой шанс! – голос юный волчицы был полон неподдельного энтузиазма. Но она мигом одернула себя, сообщив: — Я в деле! Но как вы и предложили – если господин Соул начнет расспрашивать – я лишь выполняла ваши приказы и не знала, что миссия не одобрена начальством. Мне нельзя рисковать стаей. Мы лишь недавно присоединились к подземелью и если господин на нас разозлится…       — Я понимаю. И беру всю ответственность на себя – как и обещал. – заверил инкуб.       — Тогда – вперед! У вас наверняка есть план. – улыбнулась оборотница.       — Есть… — Тайджи поделился подробностями своей затеи.       Глаза Вельты расширились от удивления: — Господин, вам говорили, что вы безумно храбрый?       — Нет… — смутился инкуб.       — Так вот – вы именно такой. – сообщила девушка.              Исса в ужасе смотрела на записку, оставленную Идзури. В ней юноша честно признавался, куда именно направляется. А направлялся он в империю – к людям… Согласно письму – спутники Тайджи – Хайят и Вельта – не знали, что задание не одобрено Руберасом и инкуб действовал на свой страх и риск.       Первым порывом Лавель было позвонить Соулу. Но она понимала – нельзя поднимать шумиху. Шеф сорвётся с важных переговоров, помчится следом за Идзури – спасать инкуба. А это все только испортит. Сама Исса также не могла оставить Альтарсо – кто-то должен был присматривать за подземельем. Более того – важно сделать так, чтобы в мире Темных не знали о том, что устроил Тайджи.       Оставалось только ждать и надеяться на то, что секретарь знает, что делает. Тем более – юноша оставил вместе с письмом три Знака жизни – артефакты, содержащие капли крови и сообщающие, благополучны ли те, кому эти капли принадлежали. Данные три амулета были настроены на Идзури, Хайята и Вельту. Они же помогут в случае чего отыскать их где угодно. Сейчас капли повествовали о полном благополучии троицы. Пока у них все шло как надо.       «Возвращайся скорее и невредимым!» — думала Исса с тревогой.