Нет звука, нет памяти

Адатц сидит на краю летающего куска чего-то, что было островом, и смотрит вдаль прямо на «чёрную дыру». Она не функционирует, как настоящие чёрные дыры, не поглощает свет, не делает из живых существ спагетти, да и выглядит по-другому. Это скорее дыра, ведущая в абсолютную пустоту — буквальное ничто, но Адатц думает вовсе не о них — и не о чёрных дырах тоже. Он устал от пустоты, он хочет мирно жить с другими драконами, хочет вносить свой вклад в общество, хочет собирать знания и делиться ими, а не удалять их. Но, к сожалению, он не сможет так жить. Он — создание Пустоты, Пустота — его мать и повелитель, Пустота — его клеймо. Все будут его бояться. Нихил всегда посылал Адатца в какие-то миры как разведчика, чтобы тот собрал информацию. Из-за этого его назвали пятым предвестником апокалипсиса — но ему было бы плевать на это, если бы в нём не было частей древнего, именуемого как Ноль-Один. Как ему рассказал Нихил, Ноль-Один упал прямо в тот сгусток энергии, из которого сформировался сам Адатц, и из-за этого тот больше всех жалеет тех, кто не стал частью пустоты, и пытается помочь им не упасть туда, пока есть возможность. Сородичи его тоже не очень радуют. Они все следуют своей вере и просто выполняют волю Пустоты, не желая зла живым существам… Ну, кроме одного. Нихил — бог пустоты и тот, кто отдаёт приказы. Например, он отправил Э’муна и Солума на один из летающих островов. Э’мун является «сыном» Нихила, а если точнее, то его созданием. Он сжигает всё, что находится в воздухе, оставляя «пустотные шрамы». Солум по какой-то причине не может разговаривать, хоть Адатц и пытался научить его этому. Но, несмотря на это, всё племя пустоты приблизительно понимает его бульканья и другие исходящие из него звуки. Сам Солум заменяет всю жидкость на пустоту, по сути нападая исподтишка. Сам же Адатц — ходячая база данных, он собирает информацию и стирает её, когда мир полностью обращается в ничто. Рей’ках — сущий кошмар, не имеет формы, но зато множество глаз и ртов. Именно он по-настоящему злой. Он распространяет пустоту УБИЙСТВАМИ. Он лишает жизни невинных, сначала пугая их почти что до отказа сердца, а затем мучительно убивая с помощью своего окрашенного ихоровым золотом кунгнира. А пугать он может хоть несколько лет, это зависит от того, как быстро пустота захватывает мир. Намираи… Она единственная, кто по-настоящему нравится Адатцу, она истинное олицетворение красоты, она грациозна и элегантна, а музыка, что вылетает из её арфоподобных крыльев, настолько же прекрасна, насколько и жутка. Каждый, кто услышит эту музыку, начнёт терять память и рассудок, а мысли о поклонении Пустоте будут становиться всё сильнее и сильнее… Но Адатцу на это всё равно, как и другим древним пустоты. Об остальных ему думать особо не хочется. У него огромное желание бросить своё племя, но это невозможно. Репутация древних пустоты ужасная, но это и оправдано. А ещё у Адатца иногда появляются суицидальные мысли, но он быстро их отбрасывает. Если он умрёт, то Пустота просто создаст дракона с такой же целью, только уже без частей Ноль-Одина, а это значит, что новичок будет менее добрым и более опасным. А Адатц этого очень не хочет. Он начал думать о последних миссиях. Во время одной из таких Пустота поглотила почти весь мир, остался лишь один остров с многоэтажным домом внешне примерно в десять этажей, но внутри — с бесчисленным их множеством. Когда Адатц исследовал это место, то нашёл много агрессивно настроенных драконов и разных существ, о которых прочитал в книге, похожей на книгу драконов — например, большого красного дракона, именованного как А-60 ака Мультизверь, летавшего по этажам и съедавшего всех, кто ему попадался на глаза. Или, как ещё один пример, двух схожих драконов А-120 и А-200, представляющих из себя просто белые каракули. В другом мире, откуда был родом Корус’кадер, древний ледяной дракон пустоты, и который назывался Террарией, было множество монстров, но дружелюбные существа тоже присутствовали. В Террарии было множество необычных руд, например, мифрил, орихалк, хлорофит и так далее. Адатцу хотелось побыть в Террарии подольше, но Пустота зовёт. Хоть у него и было много вопросов, его всё время беспокоил лишь один… Что будет после полного поглощения мультивселенной? Племя пустоты успокоится и просто начнёт «жить» в абсолютной пустоте? Или оно перейдёт к следующей мультивселенной? Или… Пустота никогда не победит и будет вечно поглощать миры, а заместо них будут появляться новые? Так мало вопросов, но ответов на них нет… Мысли Адатца резко прерываются шагами Нихила. — Адатц. — тот поворачивается и вопросительно смотрит на своего бога — сейчас твой черёд. Э’мун и Солум проделали хорошую работу, сбросив метеорит на Дикий остров — эти слова заставляют Адатца пусть и медленно, но вернуться в реальность. Дикий остров был одним из шести островов в городе драконов. Учитывая то, что там обитали не только драконы, но и динозавры, а самим островом управляло первоначальное племя, то захват этого места путём сбрасывания на него метеорита показался Адатцу ироничным. — Что насчёт других островов? — Адатц не был в городе драконов после того как появился там в первый и последний раз во время разведки. — Остров бесконечного льда оттаял и разрушился. Остров Ихорной лавы захвачен. Остров спокойствия озолочён Рей’кахом, но Иммакурит куда-то пропал — насколько Адатц помнил, Иммакурит был древне-божественным драконом чистоты. Ещё до вылупления того, Нихил выкрал яйцо с ним и переместил его в какую-то пещеру. А сам Нихил тем временем продолжал: — Дикий остров, как я и сказал, уничтожен. Остались только Остров песков и Абсолютный остров. Твоя задача — отправиться на Остров песков и захватить его, но если туда припрётся Липиардий, то зови меня. Как было известно Адатцу, Липиардий — это бывший Абсолютный дракон, и племени пустоты наверняка придётся столкнуться с ним. А почему он бывший абсолютный дракон — никто не знал. — Надеюсь ты понял приказ, Адатц… — Нихил посмотрел на своего подчинённого, развернулся и начал уходить — Спокойной ночи. — бог пустоты ушёл, а Адатц снова остался один… Но, по крайней мере, у него появилось дело — придумать, как уговорить Алормала отдать остров песков под власть пустоты. Однако сейчас Адатцу нужно крепко поспать. Сон помогает ему отвлечься от реальности и жить так, как будто он обычный дракон, никак не связанный с пустотой. Вот только сны не длятся долго, его пробуждение происходит резко, как будто что-то не даёт ему покоя. Адатц смотрит вокруг и, удостоверившись, что никого рядом нет, сворачивается в клубок и засыпает, надеясь, что завтрашний день будет интереснее и, возможно, станет последним для всего, что не является частью пустоты…